Право выбора

      Ужин прошёл в тёплой, семейной обстановке. Северус с всё возрастающим недоверием наблюдал за тем, как ледышки Малфои вели себя, точно самая обычная семья: обменивались новостями за день, шутили и искренне смеялись. Малфои. Смеялись. Два этих понятия были настолько несовместимы, что Снейп готов был даже предположить, что перед ним Уизли под обороткой. Однако острое обоняние вампира не проведёшь — перед ним, действительно, были Люциус, Драко и Нарцисса. Правда, скорее всего, одурманенные каким-то зельем — иного объяснения их странному поведению зельевар просто не находил.       После ужина Поттер, извинившись перед всеми, удалился по каким-то своим «очень важным делам», прихватив с собой и хозяйку дома. Оставшаяся же мужская часть семьи в компании Снейпа передислоцировалась в уютный рабочий кабинет Люциуса.       Во время войны кабинет оккупировал Волдеморт, полностью переделав обстановку под себя. Учитывая общую перемену в дизайне Малфой-мэнора, Северус подспудно ожидал увидеть присущую Тёмному Лорду аскетичность с лёгким налётом готики. Однако он ошибся. Собственную вотчину Люциус обставил с присущим ему сибаритством: шёлковые гобелены на стенах, расшитые золотом и серебром, тяжёлые парчовые портьеры, стол из красного дерева с искусно выполненными резными ножками, широкий кожаный диван… Всё в кабинете было буквально наполнено Малфоем — таким, каким его привык всегда видеть Снейп. И это не могло не обнадёживать.       Едва только за мужчинами закрылась массивная дверь, преувеличено-оживлённое выражение лица стекло с Люциуса, точно подтаявшая восковая маска. Северус с трудом сдержал вздох облегчения — всё-таки выражение холодного спокойствия сиятельному лорду подходило намного больше, чем дебильная, приторно-счастливая улыбка.       Драко, кажется, даже не заметил этих изменений в отце — всё с тем же нетипично открытым и счастливым выражением лица наследник благородной фамилии вольготно устроился в углу дивана, с благодарным кивком принимая из рук отца бокал с ароматным бренди. Второй такой бокал закономерно перекочевал в руки Снейпа. Сам же Люциус сделал солидный глоток из своего бокала, после чего занял одно из кресел перед камином, жестом предлагая зельевару последовать его примеру.       — Итак, Северус, что же заставило тебя покинуть своё насиженное место и снизойти до нас, грешных? — иронично поинтересовался Малфой-старший, цепким взглядом матёрого хищника окидывая зельевара, занявшего место в удобном широком кресле напротив. — В последний раз ты пересекал порог этого дома лет десять назад…       — Полагаю, у директора внезапно возникли проблемы с кадрами, — насмешливо предположил Драко. Поймав вопросительный взгляд отца, юноша с готовностью пояснил: — К нам вчера доставили мисс Коул — она преподаёт зельеварение в Хогвартсе. Она подверглась какому-то мудрёному проклятью — Сметвик до сих пор до конца не разобрался, что с ней. Так что на скорое выздоровление рассчитывать не стоит.        — Я в этом ни секунду не сомневался, — мрачно заметил Снейп. — Так что, да, Люциус, меня к тебе привела отнюдь не ностальгия по былым временам, а вполне тривиальные вещи. На носу выпускные экзамены, пятому курсу сдавать СОВ, а седьмому — ЖАБА. А у меня, как назло, вышло из строя два преподавателя. Мне кровь из носу необходима замена им, хотя бы временная.       — Двое? — Люциус удивлённо приподнял брови. — Кто-то ещё пострадал, кроме мисс Коул?       — Нет. Преподаватель ЗОТИ, мистер Тёрнер, подал в отставку и укатил в неизвестном направлении, не пожелав ждать окончания учебного года.       — Надеюсь, он хотя бы заплатил неустойку за досрочное расторжение контракта?       — Можешь не сомневаться, этот самодовольный индюк заплатил всё до последнего кната, — заверил друга Снейп, не скрывая своего презрения к бывшему коллеге.       — Уверен, вы, господин директор, высказали ему всё, что думаете о его неосмотрительном поступке, — задорно сверкая глазами, заметил Драко. — Мне даже немного жаль беднягу.       — Поверь, Драко, люди, неспособные мало-мальски себя организовать и собственной безалаберностью создающие проблемы для окружающих, совершенно не заслуживают жалости, — менторским тоном отозвался Люциус. — А что касается твоей проблемы, Северус… Я подумаю, что можно сделать. Но, ты сам понимаешь, быстро найти специалистов по столь серьёзным дисциплинам вряд ли удастся.       — Я это прекрасно понимаю. До окончания учебного года осталось два месяца, а через месяц ещё и годовщина Победы. Я могу взять на себя пятый и седьмой курс — им всё-таки экзамены сдавать. Но для остальных мне нужны хоть маломальские учителя.       — Я могу временно заменить мисс Коул, — предложил Драко. — Я, конечно, ещё не Мастер — только Подмастерье, однако, Северус, ты же знаешь, с зельями у меня проблем не было никогда. Уж школьную программу студентам я точно смогу объяснить.       — А как же твоя практика? — моментально насторожился Люциус. — Разве Сметвик тебя отпустит?       — У Мастера есть Грейнджер, — слегка скривившись при произнесении фамилии закадычной подруги Национального Героя, напомнил Драко. — Она настолько активна и назойлива, что её одной вполне хватит за двоих. А с Гиппократом я договорюсь. Если, конечно, господина директора устраивает моя кандидатура.       — Более чем устраивает, — заверил его Снейп, обрадованный тем, что так быстро удалось решить вопрос, по крайней мере, с одним преподавателем. В Драко зельевар не сомневался — у мальчишки был настоящий талант к зельям, видный невооружённым глазом уже в школьные годы. Кроме того, Гиппократ Сметвик никогда не держал возле себя бездарей, а он был, как-никак, Мастером Зелий, как и сам Снейп. Так что Северусу было совершенно не страшно доверить тупоголовых студентов младшему Малфою.       — Вот и чудесно, — удовлетворённо резюмировал Люциус, слегка отсалютовав другу бокалом. — Кандидата на должность преподавателя ЗОТИ я тебе за выходные, надеюсь, найду.       — Благодарю, — коротко кивнул Снейп в знак благодарности.       На некоторое время в комнате воцарилась тишина. Северус задумчиво крутил в руках бокал с недопитым бренди, раздумывая, как бы поднять наиболее интересную для него тему.       — Северус, — вкрадчиво проговорил Люциус, улыбаясь краешком губ. — Ты ведь сейчас весь изведёшься от любопытства, я же вижу. Спрашивай, не стесняйся.       — Что Поттер делает в твоём доме?       Услышав вопрос, Драко издал какой-то странный звук, подозрительно напоминающий хрюканье, а Люциус расплылся в широкой, искренней улыбке, чем вызвал у Снейпа новую волну подозрений.       — По-моему, Северус, ответ очевиден, — заметил Люциус.- Гарри здесь живёт.       — С каких пор?       — С тех самых, как начал ремонт в Блэк-хаусе, — вместо отца ответил Драко, задорно сверкая водянистыми серыми глазами. — Уже лет семь, не так ли, papa?       — Да, что-то около того, — подтвердил его слова Люциус.       Северус прикрыл глаза и мысленно досчитал до десяти, старательно пытаясь запихнуть поднявшуюся волну раздражения как можно дальше.       — Почему Поттер живёт именно у вас? — немного успокоившись, продолжил расспросы Снейп. — Что, Уизли его уже не прельщают?       — Почему же не прельщают? Гарри до сих пор поддерживает тесную дружбу со всем семейством Предателей крови, — меланхолично ответил Люциус, вновь наполняя свой бокал бренди. — Даже вот, уговорил Нарциссу помогать с организацией свадьбы Рональда Уизли и мисс Грейнджер…       Северус с трудом подавил звериный рык, так и норовивший прорваться из горла.       — Люциус, не притворяйся идиотом, — зло прошипел зельевар, чуть подаваясь вперёд и сверля сиятельного лорда тяжёлым взглядом. — Ты прекрасно понимаешь, о чём я спрашиваю.       — Понимаю, — согласился тот. — Но это касается только нашей семьи и Гарри. Скажу только, что лорд Поттер-Блэк с некоторых пор тоже является частью моей семьи.       — Ты изменился, — мгновенно растеряв весь свой гнев, совершенно спокойно заметил Снейп, откидываясь на спинку кресла. — Поттер тебя случайно не опоил?       — Гарри здесь не причём, — подал голос Драко, серьёзно глядя на зельевара. — Это всё мама.       — Драко… — в голосе Люциуса отчётливо слышалось предупреждение, на что Малфой-младший лишь легкомысленно отмахнулся, точно от назойливой мухи.       Северус перевёл внимательный взгляд с одного блондина на другого и обратно. Поведение этой парочки не на шутку распалило его любопытство.       — Драко? — Снейп почему-то даже не сомневался в том, что именно младший Малфой в состоянии в полной мере удовлетворить его любопытство.       — Крёстный, ты помнишь суды над Пожирателями?       — Помню. Поттер выступил в вашу защиту на суде.       — Выступил. — Подтвердил Драко. — Меня тогда Гарри удалось отмазать под предлогом, что я вступил в ряды Пожирателей против своей воли, опасаясь за жизнь своей семьи. А вот papa так легко не отделался — ему присудили солидный штраф. Который он, естественно, платить совершенно не хотел. И, как истинный Малфой, решил схитрить.       На этих словах Люциус порывисто встал и отошёл к окну: мужчина не мешал сыну говорить, но весь его вид так и кричал о том, что ему крайне неприятно, что кто-то посторонний, пусть и друг семьи, будет посвящён в его дела.       — И как же Люциус выкрутился? — поинтересовался Северус, уже начиная кое о чём догадываться. — Дай угадаю, он развёлся с Нарциссой и в качестве отступных отдал ей большую часть состояния?       — Она получила практически всё, — не оборачиваясь, бесцветным голосом подтвердил его догадку Люциус. — Ты же понимаешь, Северус, в нашем мире деньги решают многое, но далеко не всё. Поддержка Рода намного важнее звона монет.       — Ты должен был понимать, что Нарцисса далеко не безродная грязнокровка, — резонно заметил Снейп. — Она Блэк, и в случае развода просто вернулась бы в Род, в котором родилась.       — А тут в дело вступил неучтённый фактор в лице Поттера, — скабрезно ухмыльнувшись, сказал Драко. — Дело в том, крёстный, что Золотой Мальчик Дамблдора оказался далеко не так прост и глуп, как казалось на первый взгляд. Он не стал принимать титул Лорда сразу после смерти Сириуса Блэка, тем самым позволив многим чистокровным семьям претендовать на титул Лорда Блэк. Даже я на шестом курсе проходил испытание перстнем Главы. Гоблины, к слову, даже не скрывали, что претендентов на главенство в Роду Блэк было очень много, но никто не прошёл испытание. И вот тут-то papa и совершил свою главную ошибку: он предположил, что Поттер, вступая в наследство, тоже прошёл проверку Перстнем и был отвергнут. Исходя из этого предположения, он вскоре после падения Тёмного Лорда развёлся с матерью и в качестве отступных отдал ей ¾ всего состояния Малфоев, собираясь повторно жениться на ней после того, как шумиха вокруг нашей семьи уляжется.       Драко, задорно сверкая глазами, выдержал драматическую паузу, привлекая внимание к своим следующим словам.       — Только вот Гарри, будучи Главой Рода, принял маму под своё полное покровительство и в повторном браке отказал, тем самым оставив papa буквально с голой задницей.       — Драко, манеры! — повысив голос, сделал замечание Люциус. — Впрочем, так оно и есть. Сейчас всё моё движимое и недвижимое имущество, за исключением бывшего школьного сейфа Драко и родового особняка, принадлежит Нарциссе. И она совершенно не горит желанием вновь становиться леди Малфой.       — Однако вы живёте вместе… — Снейп был растерян.       — Живём. — Безэмоционально подтвердил Люциус. — Более того, всё ещё делим одну спальню, и леди Блэк даже милостиво разрешает мне распоряжаться финансами на её счетах. Однако стоит мне сделать хоть что-то, что ей не понравится, она может спокойно покинуть этот дом, укрывшись под защитой родового гнезда Блэков. И лорд Поттер-Блэк встанет на её сторону.       Усилием воли Снейпу удалось удержать злорадную улыбку, так и норовившую расплыться на лице. Надо же, великий интриган Люциус Малфой оказался под каблуком собственной жены! Это было просто восхитительно. И вызывало ещё больше уважения к бывшей леди Малфой.       — И что мешает тебе, мой скользкий друг, провернуть очередную гениальную аферу и вернуть себе имущество? — осторожно поинтересовался зельевар. Он слишком хорошо знал друга, чтобы сомневаться в его способностях. И какой бы умной женщиной Нарцисса ни была, она явно и в подмётки не годилась прожженному интригану Малфою, у которого талант к интригам был заложен, должно быть, на генетическом уровне.       Люциус недовольно поджал губы и залпом опустошил свой бокал. Вместо отца ответ вновь последовал со стороны Драко.       — А отец пытался, — не скрывая ехидства, сказал Малфой-младший. — И даже не единожды. Только вот у него ничего не вышло.       — Почему?       — Потому что Поттер. — Ёмко. И совершенно неинформативно.       — И что же такого сделала наша знаменитость? — Северус всё ещё не до конца понимал суть трагедии.       — Он оформил имущество, отошедшее Нарциссе после развода, как отступные Роду. — Снизошёл до объяснения Люциус. — Так что Нарциссе, в сущности, эти деньги тоже не принадлежат. У неё есть счёт, на который Гарри регулярно кладёт определённую сумму денег. Доступ же к основной сумме имеет только он.       Северус был готов стоя поаплодировать Национальному Герою. Похоже, Поттер был не так прост, как казался на первый взгляд. И явно намного умнее, чем считал сам Снейп.       — Получается, вы теперь живёте на подачки Поттера?       Люциус наградил зельевара полным негодования взглядом. Ответил за него вновь Драко.       — Именно так, крёстный, — с готовностью подтвердил юноша предположение Снейпа. — Гарри не ограничивает отца в действиях, однако тщательно контролирует все его операции. А так же высказывает своё «фи» каждый раз, когда поведение отца не удовлетворяет его гриффиндорское понятие о чести и семье.       Вот теперь всё встало на свои места. И нетипично тёплое и открытое отношение Люциуса к семье, и его добродушное отношение к выбранной Драко профессии. Поттер крепко держал сиятельного лорда за яйца, и тот был вынужден плясать под дудку Национального Героя.       — Как интересно тасуется колода… — чуть насмешливо проговорил Снейп, отставляя свой пустой бокал на край журнального столика. — Много я, однако, пропустил. Кто бы мог подумать, что, вырвавшись из лап одного тирана, ты, Люциус, сразу попадёшь в тиски к другому. Соболезную.       — По мне, так соболезновать нечему, — заметил Драко, поднимаясь со своего места. — Лучше уж быть под колпаком у Поттера, чем у Лорда. Этот, по крайней мере, адекватный, Круциатусами не разбрасывается, и людей пытать и убивать не заставляет.       Отвесив Северусу вежливый поклон, Драко покинул кабинет, оставив закадычных товарищей наедине. Стоило только тяжелой двери закрыться за юношей, Снейп сразу же бросил связку чар конфиденциальности на дверь, после чего медленно поднялся из кресла и подошёл к Малфою.       — Люциус? — изящная ладонь с длинными тонкими пальцами легла на плечо сиятельного лорда. — Что у вас тут на самом деле происходит?       Малфой в очередной раз тяжело вздохнул и накрыл ладонь зельевара своей рукой.       — Всё в порядке, Сев. Просто мне в очередной раз приходится подстраиваться под новые обстоятельства. И, как ни странно, в данном случае я полностью солидарен с Драко: быть во власти Поттера намного приятнее, чем у Лорда. И дело даже не в пытках и убийствах.       Люциус отлепился от окна и отошёл к камину, опершись локтем на каминную полку из зелёного мрамора, на которой ровным рядком стояли разномастные фарфоровые фигурки разных животных.       — Северус, ты, как носитель весьма редкого и сложного Наследия, должен меня понять. Тебе прекрасно известно, что все Малфои являются носителями крови вейл. А вейлы существа моногамные, полностью зависимые от своих партнёров, даже хуже, чем вампиры. И если вампиру может по крайне мере посчастливиться со своим партнёром просто не встретиться, мир, в конце концов, большой, то вейлу ведёт Зов. Вступив в наследие, пути назад уже не будет. По этой причине много поколений моих предков, как только появлялся ребёнок, блокировали Наследие специальным ритуалом. Как итог — полная эмоциональная дистрофия, вплоть до отсутствия способности испытывать хоть какие-то эмоции.       Северусу всё это было прекрасно известно. Принимая своё Наследие, он долгое время проводил в фамильной библиотеке Принцев, где вычитал много интересного про разные чистокровные фамилии, в том числе и про Малфоев. Так что для него было не секрет, что ледяное спокойствие Малфоев — не просто хорошо отрепетированная маска, а зачастую — истинное лицо.       — К чему ты сейчас ведёшь?       — К тому, что Нарцисса Малфой не по крови, — в голосе Люциуса отчётливо слышалась горечь. — Она — Блэк. А все Блэки натуры страстные, эмоциональные. Представь, каково ей все эти годы жить с айсбергом вроде меня? Да, я не совсем бесчувственный чурбан, каким, например, был мой отец, но и до полноценной человеческой эмоциональности мне далеко. Я привязан к Нарциссе, как к жене, а к Драко, как к сыну и Наследнику. Но я не люблю их. Просто не способен на это. А им обоим нужна нормальная, полноценная семья. Человеческое тепло.       — И это им даёт Поттер, — теперь до Снейпа дошла вся глубина трагедии друга. — Но разве Драко не подвергался ритуалу блокировки Наследия?       — Нет. Нарцисса мне не позволила, ограничившись лишь специальными зельями. Они, конечно, не панацея, да и на характер тоже сильно влияют, делая Драко несколько истеричным, но хотя бы позволяют моему сыну оставаться полноценным человеком. Злиться. Радоваться. Любить.       Снейп недовольно поджал губы. Вот за это он и ненавидел Наследия. Они отбирали у человека право выбора, лишая мага человечности в большей или меньшей степени. И было неважно, поддашься ты Наследию или будешь всеми доступными средствами бороться с ним. Исход всегда один.       В комнате воцарилось тяжёлое, гнетущее молчание. Оба мужчины думали о том, на что им пришлось пойти ради того, чтобы не поддаться своей сущности. Перед мысленным взором зельевара само собой возникло лицо Нергала. Связь с Джинном, в сущности, была не такой уж и огромной платой за собственное спокойствие и свободу. Пожалуй, Снейп даже был готов простить своему любовнику саботаж учебного процесса в школе. Но, конечно, не сразу. Недели, скорее всего, будет достаточно, чтобы до взбалмошного Джинна дошло, что не стоит совать свою рогатую голову в дела зельевара и пытаться давить на него каким-либо образом.