To the sound of war

«Истинная любовь похожа на привидение: все о ней говорят, но мало кто её видел». Франсуа де Ларошфуко

       Она избегала его, даже просто смотреть на него. У Северуса было очень неприятное дежавю, хотя тот и не был удивлён таким её поведением. После случившегося в его комнатах это было очевидным решением, но от этого легче не становилось. Он ждал её на каждой тренировке - в Выручай-комнате и лаборатории на Гриммо. Но девушка ни разу не пришла, почти что убегала после каждого собрания Ордена, не давая ему и возможности обратиться к ней. На зельеварении Гермиона молчала, отвечая только если он сам спрашивал. Так было и до этого, но теперь молчание было иным, а её взгляд направлен куда угодно, но не в его сторону.       Снейп буквально чувствовал исходящий от неё стыд и сильно огорчался из-за этого. Она не должна была стыдиться своих чувств и винить себя за одно только их наличие, тем более, что они были взаимными. Пусть она об этом и не знала. Однако у него были и другие заботы, которые услужливо напомнили о себе однажды утром. Предплечье горело огнём, хотя было только одиннадцать утра - нетипичное время для собраний Пожирателей. Как оказалось, одна из засад провалилась, и разозлённый Тёмный Лорд вызвал ближний круг, чтобы выяснить все обстоятельства. Он хотел найти виновных, но, в первую очередь, скорее, выпустить свою злость.       Когда всё закончилось, Снейп покидал место собрания и услышал разговор двух Пожирателей. — Клянусь Мерлином, однажды он просто убьёт любого из нас, не моргнув и глазом. — А ты рассчитывал на что-то другое? — отозвался второй. — Нет, просто… Ему абсолютно плевать, кого убить. — Абсолютно.       Зельевар ушёл и вернулся в Хогвартс, но шли часы, а услышанное не отпускало его. Это не было новостью - хладнокровие и жестокость Воландеморта. Каждый раз идя на собрание, Северус был готов к тому, что может не вернуться. Но почему-то эти же слова, сказанные кем-то другим со стороны, произвели на него сильное впечатление.       Он с трудом дождался вечера, чтобы выполнить задуманное. Это было настоящим сумасшествием, причём весьма эгоистичным, вне всякого сомнения. Но зельевар понял, что хочет проявить эгоизм хотя бы один раз за все эти годы, наплевать на правила. Гермиона появилась ровно в семь вечера, как он и ожидал, словно по расписанию. Мужчина использовал чары, чтобы скрыть себя от посторонних глаз. И когда девушка проходила мимо, дело оставалось за малым, однако возникли некоторые трудности.       Он хорошо обучил Гермиону. Стоило только попытаться схватить её, как Снейп тут же получил несколько сильных ударов - чуть ниже кадыка и в коленную чашечку. Нужно было не дать ей закричать, поэтому он закрыл ей рот ладонью, игнорируя активные попытки укусить его. Она оказалась прижата спиной к его животу и активно продолжала брыкаться, пытаясь ударить его. Потом он почувствовал магию, зарождающуюся в ней, и понял, что хватит играть в молчанку. — Не вздумайте атаковать меня беспалочковой магией, мисс Грейнджер, — сказал очень тихо ей на ухо.       Она тут же замерла, и тот воспользовался этим замешательством, чтобы, наконец, продвинуться с ней к Выручай-комнате. Там ученица тут же вырвалась и отошла на несколько шагов, обернувшись к нему. — Какого чёрта это было, профессор?! — зельевар снял с себя чары. — Игра в нападение, — пожал он плечами. — И вы проиграли, мисс Грейнджер, я разочарован. — Нельзя вот так хватать учениц! — Вы меня избегали. — И вы делаете так со всеми, кто вас избегает? — Грейнджер понемногу успокаивала дыхание, но всё ещё была очень зла. — Нет. Вы единственная, кто осмелился.       Она поправила сбившиеся волосы, и взгляд с искрами пламени вдруг изменился. Словно Гермиона забыла на время о произошедшем и о том, что в связи с этим чувствовала, а теперь вспомнила. Неловкость снова повисла в воздухе, хотя девушка и старалась не подавать виду. — Если человек вас избегает, то, может, стоит оставить его в покое, а не нападать? — Не в этом случае, — ответил он твёрдо. — То есть? — нахмурилась она. — Оглядитесь, мисс Грейнджер.       В этот раз это был не просто зал для тренировки, а совсем другое пространство. Снейп создал его в своём воображении и был доволен получившимся результатом. Здесь было совсем крошечное озеро, обложенное большими камнями. Виноградные лозы на стенах и кусты роз окружали всё вокруг, прорастая между полками, полностью заставленными книгами. Чуть на расстоянии была длинная лавочка со спинкой, концы которой вверху и внизу украшали металлические лилии. А ближе к озеру стоял причудливого вида столик - его ножки были сплетенными стеблями, а поверхность круглой, гладкой и прозрачной, будто сделанной из какого-то драгоценного камня. Осмотрев это всё, Грейнджер была восхищена, хотя всё ещё не понимала, что это всё значит. — Я не понимаю, — выдохнула она. — Здесь очень красиво, но я не понимаю. — Я объясню, — кивнул он и сделал жест, чтобы они прошли дальше. — Говорите мне, что вы видите.       Гермиона не понимала, что всё это значит, и что Северус задумал, но не ушла, а это уже что-то. Взгляд прошёлся по полкам. — Книги, много книг. — Какие книги? — они медленно шли на расстоянии шага друг от друга.       Гермиона пригляделась, потому что до этого не придавала значения тому, какие именно книги здесь стоят. Подойдя ближе к полкам, увидела названия - все книги были магическими, о заклинаниях или зельях. Все они обсуждали когда-то; Гермиона читала их по рекомендации профессора или находила сама, а потом рассказывала ему. На следующих полках книги были маггловскими - они говорили о них, когда ждали, пока настоится зелье. Снейп был полукровкой и читал маггловскую литературу с детства. — Все они мне знакомы, — заговорила девушка и повернулась к нему. — Я читала их, мы с вами обсуждали каждую. — Верно. Что вы видите ещё?       Теперь её подстегивало любопытство. Стало ясно, что тут была какая-то задумка, всё не просто так. — Розы, — она коснулась бархатных лепестков кровавого цвета. — Мои любимые цветы.       Он улыбнулся. Гермиона забыла про всю неловкость и теперь стремилась лишь разгадать его замысел. — Ещё. — Лилии, — металл был гладким и прохладным. — Это… Любимые цветы моей мамы. Но как вы… — Я видел, как тогда вы оставили их на могиле. — Точно.       Она смотрит на него, что-то вспоминает и, в конце концов, кивает каким-то своим мыслям. Движется дальше и доходит до столика. Только сейчас замечает, что на нём стоят две кружки и лежит книга. Высшая трансфигурация. Гермиона усмехнулась. Это та книга, которую он подал ей в библиотеке взамен на их договор - она отвечает на его уроках, только когда он спрашивает. Сейчас казалось, что это было очень давно. В кружках был чай, и она уловила запах мяты. Именно такой, какой они оба любят. — Это всё сделали вы, — она не спрашивала, но звучала крайне неуверенно. — Зачем? — Давайте сядем? — предложил он.       Когда они заняли места, столик будто по собственной воле проплыл вслед за ними, не разлив и капли из чашек. Гермиона взяла свою, сделав маленький глоток. Если вначале девушка хотела сбежать, не оглядываясь, то сейчас сделала вывод, что профессор явно не злится и хочет сказать что-то важное, так что та должна выслушать. — В тот вечер вы так стремительно скрылись в камине, что я не успел ничего понять, а когда пришёл в себя, было уже поздно, — мужчина смотрел на неё, стараясь подметить каждое изменение в поведении.       Гермиона же смотрела то в свою чашку, делая маленькие глотки, то на озеро. Всё в ней искрилось от мысли, что всё это было создано Северусом специально для неё. — Я понимаю, почему вы начали избегать меня, — он сделал глоток, не переставая наблюдать за ней. — Если бы ситуация была прямо противоположной, я бы поступил также.       Она кивнула, а он нахмурился, ожидая несколько другой реакции. Почему она так спокойна? Должно быть, дело в формулировке. Она просто не поняла, что именно он имел в виду. Потому нужна ещё одна попытка. — Если бы вы узнали о моих чувствах раньше, мне тоже было бы ужасно неловко.       Грейнджер уже почти кивнула снова, как вдруг замерла и дёрнулась, посмотрев на него. Её руки дрогнули, и чай оказался разлит. — Чёрт! — она встала, пытаясь отряхнуть юбку, но он тут же среагировал и использовал заклинание.       Ткань тут же просохла, а чашка вернулась на столик. Гермиона глубоко дышала, подняв на него ошарашенный взгляд. — Если это шутка, то очень плохая.       Он отставил свою чашку и встал, сделав шаг к девушке. — Может, и плохая, но точно не шутка.       Северус поцеловал её осторожно, одну руку положив на щёку, а другой обнял за талию. Этот поцелуй показывал, что она может отстраниться в любой момент, и он примет это. Но она не отстранилась. Вдохнув через нос, Грейнджер ответила с такой же осторожностью и положила руки ему на плечи для равновесия. Прошло несколько минут, прежде чем они отстранились друг от друга. — Я не знаю, что сказать.       Снейп усмехнулся, усаживая её обратно. — Ещё чаю? — С удовольствием.       Они просидели там ещё долго, пока пили чай и разговаривали.