My personal frenetic

      

<center>***

</center> Я правда хотела отдохнуть. И надеялась, что Мичу будет достаточно, и он наконец сможет нормально отоспаться. Наивная… Стоило нашим губам встретиться, как нахлынуло привычное и такое сладкое возбуждение. Я почувствовала его силу и уже точно знала, как подозвать ее к себе, чтобы вышло, как в прошлый раз. Но любимый прав. Ему уже хватит, а я не горю желанием вновь ощутить тот мерзкий холод и чувство полного опустошения. Как это вообще получилось? Раньше видения, а теперь это. Мои способности развиваются с каждым днем. Нет, я все же должна поговорить с ним… Осталось только оторвать его губы от своей груди. — Мич? — Ум-м? — А что, если… О-о-ох… Его рука спустилась ниже, достигая моего сокровенного места. Он всегда так делал, когда я начинала говорить. И всегда действовало, но на этот раз я решительно была настроена выяснить все. — Что? — игриво протянул он, прикусывая мой сосок. Я громко выдохнула и выгнула спину ему навстречу. — А что, если я уже… беременна? Мы ведь ни разу не предохранялись. Он застыл и напрягся, а вес его тела стал ощутим. Стайлз серьезно смотрел в мои глаза, и на секунду я даже уловила в них страх. А затем он стал отстраненным. — Не выйдет, — твердо заявил он. — Лидия… Клянусь, я дам тебе все. Заботу, опеку, состояние, верность и любовь. Но только не это. Понимаю, что рано или поздно у тебя проснутся материнские инстинкты, и ты потребуешь ребенка, но это невозможно. Я знаю, что ты сможешь понять и принять меня со всеми недостатками, даже такими, ведь мы созданы друг для друга… — Мич, — перебила я его отчаянную речь. — Я знаю, что с вами случилось. Близнецы рассказали мне, пока ты спал. Но, возможно… Что, если это можно вылечить? Я же банши, как оказалось. И теперь… — Лидс, — устало вздохнул Стайлз. Он немного подумал, прикрыл веки и, слегка опустившись, положил голову мне на живот. — Если это случится, я буду самым немыслимо-счастливым мужчиной на свете. Но просто… не верю. — Отчего тогда начались мои видения? В одном из них… — А отчего мой волк проснулся в середине месяца? — перебил он. — Это из-за связи, которая возникла между двумя предназначенными друг другу. Сила оборотня возросла равно тому, насколько пробудилась сила ведьмы. Мы подпитываем друг друга. Вот и все. Пойми, Арджент лично контролировал процесс. Это было главное условие, при котором он сохранил наши жизни — у нас никогда не будет потомства. И мы должны служить ему как цепные песики. В голосе любимого сквозило презрение и ненависть. — Думаю, основной причиной, почему он не убил вас, послужило ваше родство, — сказала я, поглаживая его волосы. — Мне очень жаль, милый. — Знаю, — грустно прошептал он, но тут же оживился: — Хотя согласись, даже если не будет результата, сам процесс весьма увлекательный! Я не сразу поняла, о чем он, все еще пребывая в размышлениях. Видения, слова мерзавца… Ох, мой мозг не способен обрабатывать настолько сложные мысли, когда мягкие губы спускаются все ниже. Горячее дыхание обжигало, посылая новую волну дрожи по телу. Закрыв глаза, я прерывисто дышала, не смея шевелиться. Теплые руки нежно развели ноги в стороны, оголяя сердцевину моей женственности. Подложив ладони под мои бедра, Мич слегка приподнял их для полной доступности. Секунду помедлил, вдыхая аромат возбуждения, а затем с протяжным рыком начал нетерпеливые ласки. Он чередовал движения языка, то замедляя, то ускоряя темп. Я изгибалась в его руках, чувствуя, как подлетаю к пику немыслимого наслаждения, которое дарил мне любимый. — Мич… Нарастающая сила удовольствия заставила тело вздрогнуть будто от удара молнии, а после расслабиться в блаженной истоме. — Ты знаешь, что на вкус слаще меда? — прошептал этот искуситель, поднимаясь выше, и, не дав прийти в себя, накрыл мои губы. — Я люблю тебя, ангел, — выдохнул мужчина. Взглянув в его полные обожания глаза, я расплылась в счастливой улыбке. — Люблю тебя, — вторила ему. — Ты делаешь меня очень счастливой. Разбудил нас настойчивый стук в дверь. Просыпаться совершенно не хотелось, тем более когда я так уютно зарылась под теплое одеяло, обнимая любимого мужчину. Но яркий свет, падающий из окна на лицо, и противный звук заставили меня резко дернуться. — Спокойно! — засмеялся Стайлз, притягивая меня за руку обратно на свою грудь. — Это всего лишь Лайн. Мы скоро! Последнее он прокричал своему брату, и стук прекратился. Но моя напряженность не пропала. Настенные часы показывали ровно полдень. Пора выметаться из номера. — Это реальность или новое видение? — прошептала я, пытаясь себя ущипнуть. — Хм… — задумчиво протянул Мич. — Давай проверим. Его рука обхватила мою грудь, а пальцы сжали возбужденную вершинку. Я захныкала от контраста боли и наслаждения, но сдаваться не собиралась. — Знаешь, иногда мне снятся эротические сны… И они неотличимы от реальности. Мич принял вызов и, уткнувшись в мою шею, начал нежно посасывать кожу, спускаясь рукой все ниже. Я издала протяжный стон, когда его палец проник в мою влажную дырочку, и уже собралась молить о большем, как в дверь снова постучали. Я разочарованно застонала и чертыхнулась, а вот моего сексуального маньяка это повеселило. — Мы уже идем, Тайгер! — отозвался он, продолжая посмеиваться. — Угу! Слышу, — крикнул тот за дверью. Вмиг отрезвев и покраснев, я вскочила с кровати. Стайлз тоже собрался вставать, но я его остановила жестом. — Лежать! Тебе еще рано ходить. Я оденусь, а потом близнецы помогут тебе выйти. Строго взглянув на любимого, я взяла пакет с новой одеждой и направилась в ванную. Мне до чертиков надоел бродячий образ жизни. Даже страшно смотреть на себя в зеркало. Кое-как причесавшись пальцами, я умылась и почистила зубы. Решила запастись мылом и зубными щетками из отеля. Сложив все в пакет, вытащила обновки. Что ж, Джеки или Джефри, как там его, свои чаевые отработал. Черный спортивный костюм пришелся мне в самый раз. Обув сандалии, я собрала старую одежду и бросила ее в пакет. А потом собралась одевать Стайлза. Но упрямец и не думал слушать мои наставления, а явился в ванную самостоятельно. Он жутко хромал, но делал это с таким спокойным видом — и не подумаешь, что ему больно. Я лишь недовольно покачала головой и протянула ему зубную щетку. Спустя двадцать минут мы без приключений покинули отель. А после того как машина тронулась, я вздохнула с облегчением. Нам таки удалось спокойно отдохнуть хотя бы одну ночь. А еще радовало отсутствие плохих предчувствий. — У нас есть еще три часа до отправления, — сообщил Лайн. — Кто голоден? Мы все дружно завопили и направились обедать. Когда вновь возник вопрос, как избавиться от машины, ответ пришел сам собой. Мы нашли автовокзал и оставили микроавтобус на самом видном месте парковки. А Тай с Лайном для достоверности еще и купили четыре билета в Сент-Луис. Когда Арджент сюда доберется, он будет в недоумении, почему мы решили сменить курс. Довольные своей маленькой хитростью, мы поймали такси и, захватив все богатства, а именно кожаную сумку Арджента, пару бутылок виски, аптечку, грязную одежду, отельные полотенца и зубные щетки, направились к вокзалу. Я никак не могла расслабиться, то и дело осматривалась по сторонам. До самой посадки все прошло в напряженной тишине. Стайлзу было трудно передвигаться, но он отказался от помощи братьев и даже от моей руки. Гордый и глупый. И лишь когда мы уселись в купе и поезд медленно тронулся, все дружно вздохнули с облегчением. — Я не учуял ни единого запаха оборотня, — довольно сказал Лайн. — Их здесь еще не было. — Мы прилично оторвались! — подбодрил нас Тайгер. — Арджент наверняка потратил полночи, чтобы вынюхать все автовокзалы и аэропорт Миннеаполиса. И не думаю, что ему удалось напасть на след. Ведь машину мы ук… одолжили у супермаркета где-то на окраине города. — Ему остается только двигаться дальше, — продолжил Лайн. — Но он не может точно знать, в каком городе мы остановимся. Это может быть любой небольшой поселок либо тот же Милуоки. Ему придется медленно ползти по следу, останавливаясь на каждом перекрестке. — Он полетит сразу в Чикаго, — отрезал Мич. — Думаю, он уже был здесь, но не увидев нас, затаился. — То есть как? — испуганно пискнула я. — Он один, — пояснил Стайлз. — Его ищейки пошли по следу, как и сказал Лайн, заезжая в каждый город. Сам же Арджент сел на свой самолет и прилетел в Чикаго. Или же… Он замялся, что-то обдумывая, и внимательно посмотрел на братьев. — Сразу в Бостон, — предположил Лайн. Они закивали друг другу, оставаясь напряженными. — А почему не в Нью-Йорк? — непонимающе переспросила я. — Тоже большой город. И тоже на севере страны. — Помнишь, что мы тебе говорили о границах северной стаи? — уточнил Тай. — Она начинается сразу за озером Онтарио. Бостон — их столица. — Вот именно! Если они враждуют, зачем Ардженту туда соваться? — В городе его никто не тронет, — сказал Стайлз, запустив руку в волосы. — Большая часть стаи живет в пригороде. Если Арджент не будет нарушать границы, то они не имеют права напасть. В конце концов, он как человек может появиться там по делу, не угрожая стае и жителям города. Еще он, — тяжело вздохнув, Стайлз бросил на меня виноватый взгляд, — может заявить на нас права, как на потомков. Альфа другой стаи будет вынужден отдать нас ему, иначе возникнет конфликт. Да и кто захочет отстаивать права чужих полукровок? — Твою мать! — воскликнул Тай. — Я же говорил, что весь этот план — полная туфта, — заворчал Лайн, отворачиваясь к окну. — Я не знал, что мы его родня, — повысил голос Стайлз. — Это неважно, Мич, — в тон ему ответил Тайгер. — Ты уж точно знал, что мы полукровки, а значит, изгои. — Так! — вмешалась я, вставая перед разозленными парнями. — Брейк! Нам всем нужно успокоиться. Вы не можете винить своего брата за то, что он пытался спасти ваши жизни, — строго сказала я, глядя на близнецов. — Никто не обещал вам, что это будет легко, ясно? Так что утрите слезки, нытики, и соберитесь с силами — у нас впереди долгий и сложный путь. И вообще! Я села возле Стайлза и взяла его за руку. — Проваливайте в свое купе. У нас дела. Подростки закатили глаза, но спорить не стали. Даже колкостей не насыпали, а молча вышли в коридор вагона. Уложив своего мужчину на диванчик, я пристроилась под боком и крепко его обняла. — Когда-нибудь они поймут и оценят все, что ты для них сделал, — заверила я. Стайлз устало вздохнул и погладил меня по волосам. — Они правы. Я завел нас в тупик. Уже и не знаю, есть ли смысл ехать в Бостон. Прямо в западню. Он приподнял голову, чтобы заглянуть в мои глаза, и серьезно спросил: — Может быть, ты подскажешь? Я искренне удивилась такой просьбе. Я уж точно ни черта не смыслю в законах оборотней. — Ты еще не знаешь, как контролировать свою магию, но когда-то же нужно учиться. В экстремальных случаях это получается лучше всего. — И что ты хочешь, чтобы я сделала? — недоумевала я. — Наслать на Арджента икоточное проклятие? Стайлз хмыкнул и покачал головой. — Как насчет маленького видения будущего? — Оу! Ну… Я совершенно не знаю, как его увидеть или призвать. В прошлый раз я спала или была в отключке. Ты же не собираешься вырубить меня для этого? Красавчик опять рассмеялся и прижал мою голову к своей груди, методично поглаживая. — Тогда спи, моя сладкая, — прошептал он. Я хотела возразить, ведь не так давно проснулась и не была уставшей, но стоило немного расслабиться в его руках, и веки отяжелели, а откуда-то из задворок сознания прозвучал знакомый зов. Медленно, но верно я стала погружаться в сон. Темнота постепенно сменилась светом. Вдалеке виднелось что-то яркое и желтое. Подбежав ближе, я увидела до боли знакомую местность — ромашковое поле, по которому мы с мамой бродили в детстве. И опять это было так реально, что даже резкий запах полевых цветов отчетливо чувствовался. Поморщившись, я стала искать ее. Теперь даже не было сомнений, что все это время со мной говорила она. Мама. «Лидия». Я обернулась и оказалась напротив женщины. Ее лицо было расплывчатым, четкими оставались лишь зелёные глаза. Такие же, как у меня. Казалось, это они всегда отражались в зеркале. «Мама», — позвала я. Слова не произносились вслух, а будто рождались в сознании. Женщина слегка кивнула, ее взгляд потеплел. У меня было столько вопросов, но я терялась, не зная, с чего начать. «Я не могу говорить о прошлом, Лидия, — послышался ее нежный шелестящий голос. — Только о будущем». «Почему?» — удивилась я. «Покойные не говорят о земной жизни», — печально ответила она. Немного помолчав, добавила: «Я не помню». Мое сердце защемило от грусти и старой боли. Передо мной не мама, а лишь ее тень. Я поняла, что не злюсь на нее больше. Возможно, после смерти она стала моим персональным ангелом-хранителем, чтобы искупить свои грехи. И ведь действительно помогала. Тяжело вздохнув, я уверенно попросила: «Тогда расскажи о будущем». Она несмело кивнула и начала отстраняться от меня. «Я покажу», — донеслось отовсюду. Я поплыла сразу за ней, все больше отдаляясь от ромашкового поля и приближаясь к трассе. В одно мгновение я почувствовала себя как-то иначе. Мир вокруг стал ярким, шумным и тяжелым. Мое тело ныло со всех сторон, а вокруг витал запах крови. Моей.