Волки еще вернутся на Север

      Близился новый рассвет, когда Джон вышел из их с Сансой покоев, из которых слуги уже унесли все принадлежащие северянам вещи. Повозка с ними уже была сооружена и ждала. Полсотни человек, которых Сноу взял с собой - тоже. Изучающим взглядом он скользнул по собравшейся во дворе Стокворта толпе. Все его люди, за исключением тех, кто двинулся домой прямо из Ланниспорта, были на месте. Северяне с небольшой кучей одичалых успели сжиться друг с другом во время путешествия на Запад, но в этот раз им предстоял гораздо более долгий путь, который проверит их отношения на прочность. Командиры предсказывали им месяц безостановочной дороги. Иначе дальнейшее промедление, как справедливо заметила Дейенерис, могло стать роковой ошибкой, и погода значительно осложнила бы любое передвижение.       Джон слишком долгое время провёл на юге. Пока он подавлял амбиции Ланнистеров, налаживал союз с Матерью Драконов и добивался её расположения, большая часть его людей, не отправившаяся следом за Королём Севера, расслабилась от спокойной жизни в своих замках. Он часто получал воронов с описанием положения, в котором оказался тот или иной дом, но пока военачальник не видит ситуации своими глазами, ему нипочём не дастся управление издалека.       Стокворт встречал принца ясностью и безветрием и провожал затишьем, которое, как Джон надеялся, не предвещало «бурю». И всё же всем было хорошо известно, куда они отправляются, и никто не надеялся, что добраться до Винтерфелла во время зимы удастся легко. Джон надел на себя самые тёплые вещи, которые у него имелись. Санса облачилась в шубу с массивным воротником и шерстяное платье. Её и двух служанок ожидала крытая повозка, но она не шла ни в какое сравнение с домом на колёсах, на котором прибыла в Винтерфелл королева Серсея. Остальным предстояло добираться верхом. Хорошо накормленные кони нетерпеливо фыркали, шевеля ушами и утаптывая копытами выпавший снег. Их гривы, как и бороды всадников, покрылись инеем. Воздух наполнялся паром от дыхания. Укутавшись с головой в теплую шаль, Санса вышла на улицу вместе с Бьянкой и Джейни.       Провожать северян собралась, казалось, добрая половина замка. Людей, пожелавших попрощаться с лордом и леди Винтерфелла, нашлось вдоволь. Дейенерис Таргариен в окружении приближенных стояла на крыльце, и ее волосы не уступали в белизне снежному покрову. Помимо королевы здесь были Лоллис Стокворт, Тирион Ланнистер, Паук, новый командир Безупречных, назначенный вместо Серого Червя, и Аша Грейджой. Санса склонила голову, когда они с Джоном подошли ближе к Таргариен.       — Всё готово? – кратко поинтересовалась Дейенерис. Ответ ей был не нужен – он был ясен и так, и всё же Сноу ответил, позволяя королеве перейти к официальному прощанию.       — Леди Санса, Вы должны знать, что я ценю дружбу, которая зародилась между нами, - негромко призналась она после, и Волчица учтиво поблагодарила ее, ответив тем же. Джон не замечал между двумя женщинами особой дружбы. Он не мог знать, что происходило между ними здесь, пока он вел войско на Запад, но при нем они общались исключительно вежливо, как и диктуют приличия, и холодно. Что-то подсказывало принцу, что слова Дейенерис - формальность и не более того.       — Береги её, - обратилась Дени к племяннику и, преодолев расстояние между ними, поцеловала его в щёку. Джон вдруг явственно ощутил, что такого поцелуя ему мало, и по её фиолетовым глазам, неотрывно смотрящим в его лицо, понял, что и королеве тоже. Санса в этот миг почувствовала необъяснимую неловкость и потупила взор. Она вдруг подумала, что ошибалась, и родственная связь между потомками драконьего рода крепче, чем они стремятся показать, и это не было удивительным, все-таки Дейенерис являлась Джону родной тетей… и долгое время он, наверняка, считал ее своей единственной семьей. Они были последними оставшимися в мире Таргариенами. Все остальное казалось бы… неправильным. Дейенерис шагнула к ней, прерывая поток нелепых мыслей, и губы Таргариен дежурно коснулись обеих щек Сансы, раскрасневшихся на морозе.       — И Вы берегите моего племянника, - добавила королева.       — Благодарю Вас за все, Ваше Величество, - тихо произнесла северянка, когда она отошла на два шага, уступив место лорду Тириону, за которым следовала Аша Грейджой, которая заявила Джону, что они обязательно ещё встретятся, и сдержанно пожала ему руку - в ней было сложно увидеть благородную леди, которой целуют костяшки пальцев, да и сама островитянка этого не желала. Лорд Варис, казавшийся смешным в тёплых одеждах с лысой головой, мягко пожал скорее локоть принца, нежели руку, и обнял Сансу. Он шепнул, будто слухи о том, что вместе они – воплощённые лорд Эддард и леди Кейтилин станут ещё крепче, когда супруги вернутся в Винтерфелл, и Джон осознал в его словах немалую долю правды. Иногда рядом с сестрой ему было сложно отделаться от ощущения, что рядом с ним вместо Сансы всё время сидит покойная леди Старк. Лорды часто отмечали сходство бастарда с Тихим Волком, но оно не казалось столь очевидным в сравнении с матерью и дочерью. Санса же будто воплощала в себе молодую Кейтилин Талли, сошедшую из детских воспоминаний Джона. У неё были такие же высокие скулы, такие же миндалевидные синие глаза, такие же рыжие волосы и женственная фигура с выраженной талией и грудью. Она была такой же умелой в женских делах. Хорошо шила, вышивала, пела, танцевала и была вежлива и послушна, как полагается благовоспитанной даме.       Сама Санса же очень смутилась, посчитав подобные речи лорда Вариса неуместными. Ее родители очень любили друг друга, и у них было пятеро детей. Им же с Джоном не светит ни того, ни другого. Мысль о детях вновь всколыхнула в леди угрызения совести, и подошедшая Лоллис Стокворт только укрепила их. Джон вежливо поблагодарил ее за приют и гостеприимство, а потом подозвал одного из своих людей, и тот протиснулся сквозь толпу, неся за пазухой какой-то шевелящийся комочек.       После завтрака Сноу решил, что до того, как они покинут Стокворт, придумает, какой дар преподнести маленькому Тириону. Выбор пал на щенка пастушьей собаки с мраморно-голубым окрасом. Едва начавший видеть, он тихонько пищал, когда оруженосец передал его принцу, а тот - хозяйке замка.       — Подарите его мальчику от меня, - наказал Джон. — Он не такой, как Призрак, но станет ему верным другом.       Санса знала, для кого предназначался этот подарок, и в последний раз улыбнувшись леди Лоллис, поспешила пойти к повозке. Призрак, сидящий около нее, беспокоил служанок, и те притихли, сидя на сундуках. Волчица остановилась, встретившись взглядом с красными глазами зверя, и погладила его между ушами. Джон привязался к бастарду… быть может, в нем он видел маленького себя, а быть может… Рикон был примерно того же возраста, что и Тирион, когда отец и Робб нашли в лесу лютоволчат. Брат назвал своего Лохматым Песиком, и они выросли вместе. Санса вдруг снова вспомнила о Леди, и сердце, будто стиснули кольчужной перчаткой. Леди первое время спала с ней, но потом матушка и септа Мордейн запретили лютоволчице находиться в постели. Рука Сансы до сих пор лежала на большой голове Призрака, который походил на маленький комок снега, когда мужчины вернулись домой после казни беглого дозорного. Теон шутил, что волчонок-альбинос, как раз, подходит для бастарда Сноу. Джон кормил его из ложечки, сидя один на крыльце кухни, и смеялся, когда малыш лизал его лицо крохотным языком. Наверное, это были единственные минуты, когда Джон казался счастливым. Джейни Пуль была очень удивлена, когда узнала, что волчонок достался и бастарду, а после сказала, что ему не прожить долго, так как альбиносы умирают чаще других. Сколько же иронии сейчас было в этих словах. Гладя Призрака, Санса завидовала мужу, но в этой зависти не было злобы… она радовалась, что хотя бы один из волков остался жив и до конца верен своему хозяину.       Щенок тихо кряхтел и пищал, когда оказался в руках леди Лоллис, и та, широко улыбаясь, раскланялась в благодарностях. Джон еще раз попрощался с ней и со всеми провожающими, затем ему подвели коня, и Призрак бесшумно двинулся в его сторону, когда слуги королевы начали открывать заснеженные ворота Стокворта. Взобравшись в седло и взяв бразды правления в свои руки, Сноу еще раз оглядел своих людей и отдал приказ выдвигаться. Санса вошла в повозку и села у окна рядом с Джейни и Бьянкой, а после отряд тронулся с места.

***

      В первые дни поход по Королевскому Тракту шёл сравнительно легко и, сидя верхом, Джон улыбался, слушая байки знаменосца. Ни то чтобы они все были очень правдоподобными, но такие истории делали дорогу веселее и легче. Посреди одинаковых пейзажей и мерного шага лошадей, никогда не мешало отвлечься на несколько часов от действительности.       Нижнюю часть его тела саднило от долгой поездки, но он не завидовал Сансе, передвигающейся в повозке вместе с новыми служанками, пожалованными ей Дейенерис. Выдержать дорогу верхом сестре бы не удалось, и это было единственное доступное решение, но за время пути они почти не общались, и Джон скучал по ней.       Дорога была неровной и долгой. Колеса повозки часто застревали в рытвинах или подпрыгивали на кочках. Первую ночевку они провели прямо близ тракта, где Санса поспешила выбраться на воздух, чтобы размять затекшие от долгого сидения ноги. Слуги быстро поставили шатер, хоть порывы разыгравшегося ветра и норовили сорвать его и унести прочь, а после оруженосец Джона Лютер принес дров, и служанки зажгли очаг. Огонь горел всю ночь, но от холода это мало спасало. Однако все было лучше, чем ночевать прямо в стылой повозке на ворохе шкур и одежды. Следующую ночь, выдавшуюся особенно лунной и звездной, отряд провел именно так. Бьянка и Джейни прижимались друг к другу, чтобы согреться. Их одеяла были тоньше тех, которыми укрывалась леди, и Санса пустила их обеих к себе. Втроем было теплее. Обе служанки родом из Королевской Гавани и никогда не были так далеко на севере, потому переносить холод им было гораздо сложнее, чем ей.       Дни проплывали мимо, как и пейзажи за маленькими окошком повозки. Белые, однообразные. Мужчины путешествовали верхом, и многие из них спали прямо под открытым небом у костров рядом с лошадьми. Кони грелись в попонах, но те быстро леденели, оттого их приходилось часто менять. Призрак все время был с Джоном, и Санса видела их обоих только издали во время скромных обедов.       Через неделю они добрались до первого живого постоялого двора, представляющего собой маленькую таверну, к которой примыкала конюшня, но гостиницы там не было. Лошадей устроили в стойлах и накормили старым сеном. Хозяин с покрытым шрамами и следами от оспы лицом громко сетовал, что постояльцев стало слишком мало, как и путников на Королевском Тракте. Война, голод и зима отбили у людей охоту путешествовать. Он наливал эль и щедро предлагал все, что только мог. От жареного гуся до кукурузной похлебки. Еда была не слишком вкусной, но зато горячей, что было очень кстати.       Джон приказал отправляться в путь задолго до рассвета. Его люди почти не спали. Кое-кто прикорнул прямо за столом, кто-то устроился в стойлах вместе с лошадьми, но этого было недостаточно. Многие мечтали о настоящей гостинице, но на пути попадались только полу сожжённые руины, на которых каркали вороны. Они проезжали и замки мелких лордов, которые могли бы их приютить, но такая остановка отняла бы много времени, и добираться до Винтерфелла стало бы гораздо труднее.       Далеко впереди с дерева упал громадный ком заледеневшего снега, и скакуны тревожно подняли головы. Судя по солнцу, приближалась середина дня, но всадники то и дело зевали, не успев отдохнуть за короткую ночёвку.       — Милорд, - окликнув Джона, обозначил оруженосец, пальцем указав вдаль, в лес. Сноу проследил за направлением его взгляда и повернулся туда, увидев сапоги, тихонько покачивающиеся на ветру. Это послужило поводом для остановки. Все, кто были поблизости, тут же последовали к месту, спешившись на некотором отдалении. Там северяне застали не самую приятную картину: кто-то соорудил примитивную виселицу из поваленного дерева, и мертвецы висели на ней вниз ногами. Двое мужчин в простой крестьянской одежде и один босой, раздетый до нижней рубашки. Вонь стояла похуже, чем в самой заполненной отхожей. Бриджи трупов были сильно перепачканы кровью, мочой и испражнениями.       Молодой человек, находившийся ближе остальных, без опаски подошёл к мертвецам.       — Ещё тёплые, - сообщил он, спустя пару мгновений, ткнув пальцем в одно из тел, и, стараясь сделать это незаметно, брезгливо обтер руку о наружную сторону перчаток.       — Значит, убийцы не могли далеко уйти, - решил одичалый по имени Зокк, озираясь по сторонам.              Бьянка рассказывала Сансе какую-то смешную историю, приключившуюся с ней в детстве, когда повозка резко остановилась, и Джейни едва не разбила голову о выпирающую деревянную балку, скрепляющую ее стенки. На улице послышались крики и ржание лошадей.       — Что там случилось? – спросила Бьянка, отодвинув от оконца шторки и выглянув наружу. Санса накинула на плечи шубу, запахнув ее на груди, и поднялась, чтобы открыть дверцу.       — Оставайтесь здесь,- наказала она девушкам, и Джейни, собирающаяся, было, идти следом, присела обратно на сундук.       Ноги Сансы утонули в снегу, но день был солнечным и безветренным. Несколько мужчин спешились, другие, сидя в седлах, с беспокойством смотрели в сторону леса. Она проследила за их взглядами и ахнула, а после тоже поспешила подойти, хоть и шла медленно, осторожно переступая через заметенные снегом коряги. Смрад заставил ее закрыть нижнюю часть лица ладонью. Однако вид трупов не вызвал у Сансы страха. Ей приходилось видеть вещи и похуже. Только отвращение.        Джон искоса глянул на жену, интересуясь её реакцией на висельников, но та была холодна, будто сама Стена, таявшая в последний раз в середине осени. Сноу все чаще ловил себя на мысли, что недооценивает Сансу, до сих пор считая ее всё той же девочкой, которая мечтала о рыцарях и падала в обморок при виде крови. Он в очередной раз напомнил себе, что леди Старк приходилось видеть смерть отца и много других страшных вещей. Санса кивнула, встретившись с ним взглядом.       — Их надо похоронить, - приказал Таргариен, не в силах смотреть в лица, искажённые смертью, напоминавшие ему лица других людей.       — На это потребуется время, милорд, - произнёс один из северян, и в голосе его сквозило явное желание поскорее продолжить путь. Рыть могилы в мерзлой покрытой сугробами земле – дело непростое.       — Эти люди жили в королевских землях и принадлежали нашей королеве, поэтому мы уделим им время, - ответил Сноу. Никто не посмел более возразить, и он продолжил, обратившись взглядом к одному из командиров: — Лорд Лойс, оставьте достаточно людей, чтобы закончить здесь. Остальным тоже не помешает отдых. - В этот момент он снова коротко переглянулся с Сансой. Несколько одичалых быстро разрубили старые веревки, и мертвецы рухнули на стылую землю, подобно мешкам. У дороги остальные стали готовиться к привалу, поняв, что дело затянется на несколько часов.       — Я и вы впятером проверим, удалось ли убийцам уйти, - наказал Сноу, взглянув на своих людей, и, запрыгнув на лошадь, направил скакуна по тропинке дальше. Лютер пошёл просто по умолчанию, хотя Джон и не звал его с собой, но и не возражал этому.       — Джон, не лучше ли это оставить? - начала Санса, но муж уже не слушал. Или не хотел слушать, а лишь коротко наказал вернуться к повозке. Она угрюмо смотрела, как отряд Хранителя Севера въезжает за кромку леса. Их не было долго, и это порождало в лагере набирающее обороты волнение.       

Jon

      — Вы думаете, они шли на Север? Мало кто сейчас туда идёт, - с сомнением произнес Мик, прозванный Кривым за то, что увлёкся оружием дотракийцев – аракхом, которое простой люд называл просто «кривой меч». Он шагал рядом, без особого интереса осматриваясь по сторонам.       — Надеюсь, что нет.Северу достаточно и собственных разбойников, - ответил Джон.       — Это точно. До сих пор не могу понять, кому понадобилось убивать ту женщину с двумя детьми, - напомнил брат погибшего в Ланниспорте Родрика Сэл. Джон сразу вспомнил, о ком он говорит. Иногда зрелище полёгших воинов не страшнее, чем подобные трагедии. По пути на Драконий Камень они нашли дряхлую деревянную повозку. Внутри, словно спящие, лежали двое детей со вспоротыми животами. На мгновение Сноу увидел в их детских лицах своих братьев Рикона и Брана. А рядом лежала их мать или сестра, которой попользовались прежде, чем убили. Мужчин рядом с ними не было.       — Я что-то слышал. Точно что-то слышал, - вдруг проговорил оруженосец, понизив голос едва не до шёпота.       — Это просто ветер, - объяснил Мик, тоже различив в тишине леса некий звук, но и Джон, и остальные поддержали Лютера, решив спуститься с лошадей и привязать тех поблизости, чтобы проверить свои подозрения. Осторожно идя на звук, они всё больше понимали, что это свист, но стоило подойти ещё ближе, как оказалось, что исполнитель способен разнообразить его песней.       — Так он сказал, так он сказал, из Кастамере лорд, - напевал себе под нос мужчина,справляя нужду на ствол дерева. Занятый своим занятием, он глядел вниз, не замечая ничего вокруг.       — Солдаты Ланнистеров? – удивлённо прошептал Лютер, увидев ко всему прочему и красные одежды.       — …с тех пор лишь дождь в пустынный зал по лорду слёзы льёт… - продолжал незнакомец.       — Нам нужно схватить его, - подал голос Дарр. Он передвинул руку на свой клинок и замер в ожидании.       Незнакомец поднял голову, посмотрев в гущу леса, но, не увидев ничего, убрал хозяйство в штаны и, завязав их, пошёл прочь, снова оглянувшись напоследок.       — Иди за пополнением, - негромко приказал Джон Лютеру, и мальчика охватил ужас.       — Но как же вы? Милорд, я должен быть с Вами, - заявил он, но принц лишь кратко успокоил его и обратился к остальным, призывая рассредоточиться и осторожно продвигаться ближе, пока они не вышли на лагерь.       Костёр был разведён, и от него шел аромат жареного мяса. Огонь поддерживал один, но, по меньшей мере, пятнадцать человек за этим следили. Большинство были одеты в красные одежды, однако некоторые выделялись жёлтым плащом и зелёными одеяниями простых жителей. На первый взгляд, среди них было мало тех, у кого под рукой были клинки.       Рядом стояла палатка, в которой, по-видимому, кто-то заночевал. Кто станет ночевать неподалёку от места, где не так давно повесили нескольких человек? «Сделали они это или нет, мы должны узнать, что это за люди»- тем не менее, решил Джон. Некоторые уходили в леса семьями, но среди странников были только мужчины, без детей и женщин, и их насчитывалось достаточно много, чтобы вызвать подозрения в том, каким путём добыто мясо с их костра.       — Не нравится мне это место, милорд, - прочитал мысли принца Мик, наблюдая за тем, как один из разбойников, сидевший на бревне к ним лицом, орудует над чем-то своим ножичком.       — Глядите, какого паренька я нашёл вблизи лагеря, - отвлёк всеобщее внимание высокий, широкоплечий детина, поросший щетиной и увешанный какими-то нелепыми побрякушками, и вытащил из кустов невысокого светловолосого мальчишку. Джон не удержался и выругался. Лютер попал к ним в руки.        — Куда намылился, мальчик? – спокойно поинтересовался лохматый разбойник, отвлёкшись от нарезания некого продолговатого предмета. Кинжал сверкнул в его руках, и он всё ещё не спешил с ним расставаться.       — Я отбился от отряда, идущего на Стену, - соврал Лютер. Этот ответ был лучше, чем, если бы в панике, он выдал себя с потрохами. Впрочем, Джон всё равно не мог усидеть на месте. Приказав Дарру мчаться в лагерь за подкреплением, которое должен был привести Лютер, он тихонько вытащил Длинный Коготь, подойдя ещё ближе к лагерю и спрятавшись за деревьями.       — Значит, не хочешь принять присягу Ночному Дозору? – донеслось оттуда. Ответ мальчика Джон не услышал.       — Выжить в лесу было бы проще, будь у тебя меч и припасы… У тебя есть меч и припасы? – спросил другой мужчина, подойдя к Лютеру, оставленному среди чужаков. Его неаккуратно залатанная кожаная одежда была ему впритык, а плешивая голова говорила о возрасте.       — У меня ничего нет.       — Не ври мне, мальчик, - проницательно произнёс разбойник,без спроса начиная обыскивать его.       — Прекрати, Охотник, - устало остановил его владелец кинжала, но было поздно.       В этот момент разговор разбойников неожиданно оборвался, товарищи отшатнулись в стороны и схватились за оружие. Не останавливаясь, Джон с Миком и Сэлом пошли на них сразу. Против принца вышел человек с кинжалом, но не с ним, а вытащив из поношенных ножен длинный меч. За считанные мгновения мужчина успел подержать его сначала в левой, затем и в правой руке, словно видя в первый раз. Затем поднял, и меч загорелся огнём, словно сено. Меч горит? Джон на мгновение ретировался, но через секунду набросился на противника, скрестив оружие. Вместе клинки проделали замысловатую петлю, не обернувшуюся для соперников каким-либо уроном.       — Тшшш, - обратил на себя внимание один из разбойников. Схватив Лютера, он приставил клинок к его шее. Определив в Джоне главного, он глядел на него, диктуя свои условия.       — Положите мечи на землю, иначе я прирежу мальчишку.       Его глаза - глаза жестокого человека - не давали возможности думать, что он блефует. Убить мальчишку для него не составит труда. «Сдадимся, и мы все умрём. Позволим умереть Лютеру и, возможно, поборем их», - подумал Джон.       Он оглянулся на своих людей. Кто-то из них едва заметно качал головой, противясь идее сдачи. Остальные ждали решения принца.       — Хорошо. Мы сделаем, как скажешь, - согласился Джон и, больше не прерывая зрительного контакта с потенциальным убийцей, медленно опустил меч на землю. «Сзади!» - крикнул кто-то позади врага, но предупреждение запоздало. Стрела, пущенная в спину пониже лопаток, сотрясла тело разбойника, удерживающего Лютера. Движение было точным и крепким, и противник не смог ему сопротивляться. По белому оперению Джон видел, что это его человек пустил стрелу ему в спину.       «Беги», - крикнул Сноу, и Лютер понёсся прочь, пока Джон наравне со всеми снова схватился за меч. Звякнули скрестившиеся лезвия, а затем в место, где Сноу находился, ураганом ворвался хаотичный переполох.       Преимущество в числе было за принцем – на выручку пришли, казалось, все, кто был в его отряде, однако, когда новый боец от Братства, отбросил Мика на землю тяжёлой ветвью дерева, пройдясь по его затылку, это отвлекло только людей Сноу. У мужчины с обгоревшей частью лица, которого Джон тут же узнал, не было времени достать оружие из своих ножен – по-видимому, он отходил и не ожидал, что за это время на лагерь нападут, но ярости в нём оказалось дочерта. Мик отступал от грозного наступления врага, пятясь назад. Уроду только этого и надо было. Зло улыбаясь, он ринулся к противнику. Джон оборвал его ход, с размаха ударив его по ногам тупой стороной меча. Тот крикнул от боли и вынул меч, замахнувшись на принца. Ему на выручку пришли сразу несколько человек, которым удалось скрутить нападавшего по рукам, когда в ладонях Пса всё ещё был меч. Он дважды отбрасывал их от себя и всё же из-за раны на ноге сдался.       — Проверьте палатку, - бросил Джон, справедливо предположив, что они не нуждаются в неожиданных гостях. Длинный Коготь вновь успокоился в ножнах, и Сноу присоединился к своим людям, повязавшим разбойников. За исключением Пса, каждого удерживало по одному или по двое. На Сандора Клигана потребовались четверо.       Наконец, у Джона появилась возможность оглядеть их, чем он и занялся. У одного, косматого, обвисло лицо, будто после резкого похудения. Другой был совсем ребёнком. Третий имел зелёную бороду, к тому же был стар, как мейстер Эйемон. Четвёртый казался принцу смутно знакомым, но узнать не было возможности, пока тот не открыл рот.       — Мы вместе учились оружейному мастерству у сира Родрика, милорд. Вы хотите отомстить мне за то, что в детстве я так часто ложил Вас на лопатки? Красный Бог не простит вам этого, - сказал разбойник размеренно. «Харвин» - узнал его Джон. Выходец из Винтерфелла, отправившийся в столицу вместе с Эддардом Старком, он хорошо держался в своих красных одеждах с разговорами о новом Боге. Джону сделалось не по себе от того, что он вспомнил именно Рглора. Ему он обязан жизнью, но так в него и не поверил. — Мои Боги милосерднее, чем твои, Харвин, - назвал Сноу старого знакомого.       — Бог один, милорд, и мы все его рабы, - оскалился укротитель огня и солдат, держащий его под прицелом, ближе приставил остриё к его коже. Казалось, разбойника это обстоятельство нисколько не трогало. Он прикосновений холодной стали не боялся.       — Висельники у дороги – ваших рук дело? – перешёл Джон к главному.       — Допустим, - смело отвечал всё тот же. На его месте Сноу бы не стал сознаваться во всех смертных грехах, уменьшая количество причин, почему принц должен сохранить ему жизнь.       — Чем провинились эти люди?       — Они опозорили честь Братства.       Джон попытался найти в глазах своих солдат прозрение, но все они пребывали в таком же неведении, как и он сам.       — Что за Братство? – был вынужден узнать Сноу.       — Я не привык знакомиться с этой штукой на своём горле, - дразняще ответил мужчина. Джон мрачно кивнул, отзывая солдат. Бойцы тотчас же повиновались приказу, кто с явным молчаливым недовольством, кто с равнодушием.       Избавившись от натиска, условный главарь повёл плечом, словно оправляясь от долгих пут. Остальные его соратники выравнялись за ним, образуя эдакий треугольник.       — Торос из Мира, а это Эдрик Дейн, Харвин, Безумный Охотник, Джек-Счастливчик, Зелёная Борода, Том-Семёрка, Дик, Люк, Меррит, Уотти, наши лучники... Нотч, Энги и Деннет. Этот громадный детина с милым личиком - Пёс.Полагаю, они тоже что-нибудь скажут, ну а пока придётся мне, - с полуулыбкой начал Торос, обводя рукой своих товарищей. Джон заметил, что среди этой разношёрстной компании собрались и именитые лорды. Некоторые служили Неду Старку, но после того, как он погиб, все солдаты, склонившие колени перед ним, давно перестали принадлежать бывшему королевскому деснице. В последнюю их с Джоном встречу Пёс служил Джоффри, но это так же изменилось.       — Мы сами по себе, - подтвердил мужчина.       Внезапно из-за спины до Сноу донеслись звуки шагов, и он обернулся. Солдат, один из тех, кому был поручен осмотр палатки, приволок к толпе женщину. Джон сразу узнал её по молочно-белой, слишком бледной коже лица, и ярко-красному одеянию. Жрица, как и прежде, не нуждалась в шубах, чтобы согреваться зимой.       — Лорд Сноу, - привычно негромко произнесли красные губы. Блестящие красные глаза смотрели на него гипнотически, желая вовлечь в себя, будто в омут.       Джон велел ей не возвращаться на Север, когда ещё был Сноу. В противном случае обещал, что предаст суду за смерть дочери Станниса Баратеона. Но они не на Севере. И он больше не бастард и не король.       — Леди Мелисандра, - сухо обозначил принц Таргариен. Десятки мыслей пронеслись в его голове. Эти разбойники… она, случайно оказавшаяся поблизости… Красная Женщина не раз давала понять, что в её силах видеть будущее, и их новая встреча, наверняка, не была случайностью.

Sansa

      — Миледи, - тихо позвала Джейни, и краска сошла с ее лица, как сходит снег с полей теплым весенним днем. Глаза служанки широко распахнулись, и сердце Сансы пропустило один болезненный удар в то время, как она проследила за взглядом девушки и увидела одинокого пешего человека, бегущего к лагерю. Лорд Лойс тоже заметил его и выпрямился, рассеянно отдав приказ лучникам. Шестеро одичалых наложили стрелы, остальные – схватились за мечи. Санса вскочила на ноги, отправив служанок спрятаться в повозке.       — Это Дарр, - крикнул кто-то, и пальцы леди задрожали. «Почему он один? Где его лошадь? Где Джон? Что там случилось?» - тревожные мысли полетели потоком. Она ведь просила брата оставить это дело и продолжить путь…       — Миледи, Вам лучше вернуться в повозку, - мягко сказал Лойс, когда Санса подбежала к Дарру. Тот бегло говорил что-то о лагере в лесу, о количестве разбойников, собравшихся там, и о том, что они схватили Лютера.       —Дерек, Крас, останьтесь здесь охранять леди Таргариен, - сориентировался лысеющий муж вольного народа, имени которого Санса не знала, и повернулся к Дарру: —Веди нас, мальчик.              Следующие минуты тянулись бесконечно, потом переходили в часы. Солнце стояло высоко над лесом, но постепенно катилось к закату. Оставшиеся мужчины разожгли костер и распрягли лошадей, давая им отдохнуть. Мороз становился все крепче. Служанки хлопотали у огня, готовя скромный обед. Санса сидела на широком поваленном дереве, чей ствол был устелен шкурами. Отряд Джона был достаточно велик, чтобы одолеть шайку разбойников, но липкая холодная тревога мешала ей успокоиться. Она резко встала, когда за деревьями показались всадники, и не сумела сдержать вздох облегчения, увидев брата во главе отряда верхом на его боевом коне. Рядом с ним верхом ехала миниатюрная фигура, закутанная в ярко-красный плащ. Женщина? Но… откуда? Остальные ненамного отставали от них. И только когда все вышли из кромки леса, Санса увидела пленников, тянущихся за всадниками колонной.       Оборванное сборище разномастных людей, обросших, израненных, покрытых ужасными шрамами, в грязных одеждах. Оказавшись в пределах лагеря, Джон спешился, отдав своего жеребца конюхам. Женщина спешилась следом, и ветер раздул ее красные одежды, напоминающие танцующее пламя. «Кто же она? Благородная леди, попавшая в беду?».       Пленников выставили полукругом, их руки были связаны. Большинство из них молчали. Только огромный разбойник громко сквернословил, оглядываясь по сторонам, как вдруг… Санса застыла на месте, не решаясь сделать ни шагу дальше, узнав этого человека, и он сразу же замолк, стоило их взглядам встретиться.       — А… Пташка, - проскрипел до жути знакомый голос Сандора Клигана. – Тебе все-таки удалось вырваться из львиных лап.       Пес ухмыльнулся, переведя взор на Джона, и на его изуродованном ожогом лице появилась страшная улыбка.       — Тебя я тоже не забыл, мальчишка-бастард. Все теперь кличут тебя принцем, но это – пустые слова. Все вы зеленые мальчишки - теперь лорды, короли и прочая дребедень…       — Обращайся с Хранителем Севера и его супругой, как должен, урод, - сплюнул Мик, похлопав по рукояти своего серповидного меча, лежащего в ножнах.       — А то что? Станешь угрожать мне железкой, девчонка? Ты ее держать-то умеешь? – с презрением отозвался Клиган.       — Пёс ничего нам не должен, - бросил Джон, глядя прищуренными глазами в лицо Сандора. — Зелёные мальчишки в роли лордов лучше рыцарей, поджавших хвост после смерти хозяина. Быть может, мне стоит отправить тебя к тому кладбищу за службу человеку, который убил моего отца?       — Как вы оказались здесь, сир? – оборвала Санса поток их перепалки, найдя в себе силы вновь обрести дар речи.       — Я не сир, маленькая Пташка, - сморщился Клиган, проигнорировав вопрос Джона и окинув ее оценивающим взглядом, - А ты подросла. Кому теперь поешь свои сладкие песенки?       — Леди Старк, - раздался другой голос из толпы, и пораженный взор Сансы переместился на другого человека, склонившего голову. Харвин - сын заведующего конюшней в Винтерфелле. Его лицо изменилось, но оставалось смутно знакомым. Между тем женщину в красном подвели к остальным. Ее руки были также связаны, а пристальный взгляд рубиновых больших глаз заставил мерзкий холодок пробежать по коже вдоль позвоночника.       Джон отдал приказ своим людям охранять пленников, а сам отошел к повозке, сняв перчатки. Санса, бывшая рядом с ним подле разбойников, тут же поспешила присоединиться. Сноу ждал, что она присоединится к нему, ведь перед тем специально встретился с ней взглядом, и всё же успел опустить глаза на свои перчатки, одна из которых оказалась порванной, решив, что придётся их заштопать. Заняться этим самому или дать одной из служанок Сансы? Не Лютеру же это доверять.       — Джон? - Санса окликнула брата, осторожно подойдя к нему со спины. – Кто все эти люди?       Было видно, что сестра сбита с толку, но и Джон был сбит не меньше. Пускай, держался несколько лучше. «Кто эти люди?». Именно для ответа на этот вопрос он и пленил их – чтобы узнать кто же в самом деле они такие и что забыли в королевских землях, но вынудил себя отвечать тем, что было известно о них на данный момент.       — Они называют себя Братством без Знамён, - ответил принц Таргариен, «Но я бы назвал их обществом бездомных убийц, которые умеют зажигать свои мечи» - про себя подумал он. Сансе это название не сказало ровно ничего. — Они повесили тех людей и даже не позаботились о том, чтобы разбить привал где-нибудь подальше... Ты узнала кого-нибудь из них? – спросил он после, многозначительно оглянувшись на пленников, но, видя замешательство жены, добавил:— Среди них люди отца, которые уехали с ним в столицу.       Санса кивнула, поджав губы.       — Люди моего отца… погибли в столице, до последнего вздоха сражаясь за своего лорда, – твердо сказала она, опустив голову и стиснув зубы. Санса знала, что брат не осудит ее гнева. Кто, как не он, должен ее понять. — А это лишь дезертиры, сбежавшие сразу же, как только отца схватили.       Волчица заметила, как лицо мужа исказилось злостью, а руки сжались в кулаки.       — Это всё меняет, - коротко ответил он, стараясь не выдавать своих чувств при ней.        Его слова заставили ее осознать, что она только что подписала этим людям смертный приговор. Хотелось ли ей, в самом деле, видеть их повешенными? Могла ли она осуждать их за то, что они не погибли тогда, много лет назад. Они должны были примкнуть к Роббу… должны были рассказать ему обо всем, что происходит в столице… были обязаны отомстить. Не сделали. Вместо этого ушли в леса, начав разбойничать. Северяне. Рыцари, которым верил ее отец. Гнев зарождался в груди, разливаясь буйным потоком по венам, и Санса изо всех сил старалась подавить его.       Она неосознанно снова опустила взгляд на перчатку Джона, подумав о том, чтобы предложить ему самой зашить ее. За ее спиной послышалась какая-то возня, крики, звон стали и брань. Заварушка, которая возникла за так быстро, кончилась так же стремительно. И виновником стал всё тот же. Пёс был яростным бойцом. Он напомнил принцу Тормунда, не желающего сдаваться после того, как они подавили одичалых в Чёрном Замке. В одичалого пришлось пустить три стрелы прежде, чем он перестал нападать, а у Пса раны не было ни одной. Как долго он будет так же пылок? Сколько раз северянам придётся останавливать его? Люди Джона утихомирили Пса, метким ударом под колено свалив того на землю. Красная Женщина безмолвно и невозмутимо за этим наблюдала.       — А кто она такая? – снова спросила Санса, оглянувшись на неё. Эта женщина ей не нравилась, но что-то подсказывало, будто брат с ней знаком.       — Красная Жрица. Она служила Станнису Баратеону, а после того, как Болтон его убил, стала служить мне. Мы давно не виделись с ней с тех пор. - слова Джона вызвали еще больше вопросов, но было видно, что муж совсем не желает о ней говорить. Снова взглянув на жрицу, Санса внимательнее осмотрела ее. Она была уже не молода, но все еще красива, изящна и грациозна. Наверное, такая могла завладеть сердцем любого мужчины, и отчего-то Волчице показалось, что Джон не стал исключением. Манеры не позволили ей задать столь личный вопрос, потому она благоразумно потупила взгляд и понимающе кивнула.       — Этот Пёс доставляет неприятности. Ему нельзя верить, - покачал головой Таргариен. Он бы стал первым претендентом на петлю после трусов, бросивших его сестёр на произвол судьбы после пленения Эддарда Старка.       — Что ты сделаешь с ними? – вопрос сам сорвался с губ, как только брат снова посмотрел на нее, и в его глазах Санса прочла красноречивое решение их судьбы.       — А что бы ты сделала? – немедленно поинтересовался брат. Вопрос обжег не хуже огня, и Санса обняла руками собственные плечи, словно ощутив на коже порыв ледяного ветра. Джон выжидающе смотрел на нее, и она ощущала его тяжелый взгляд на своем лице. Он хотел, чтобы она сама вынесла приговор этим людям или пытался понять, существуют ли причины, по которым разбойники не заслуживают смерти. Санса исподлобья взглянула на мужа, вновь поймав себя на мысли, что совсем не знает его, даже несмотря на то, что они выросли под одной крышей. Джон был отдаленно похож на Робба и на отца. Но в нем присутствовала также не присущая им изворотливость, и в этот миг Сансе показалось, что принц Таргариен вовсе не лишен злопамятности и вытекающей из нее жестокости. Развивать эту странную мысль дальше ей не хотелось… Впереди их ждал дом, в который она вернется в качестве леди-жены Хранителя Севера, и спасение в случае чего больше ниоткуда не придет.       — Эй, волчий мальчишка, - рявкнул Пес, и Санса вздрогнула, вернувшись из размышлений в реальность. – Развяжи меня или прикажи этим слюнтяям убить к чертовой матери!Хватит уже держать нас на морозе в путах!       По взгляду Джона Волчица поняла, что он совсем не против выполнить вторую часть просьбы. Верные ему одичалые ждали приказа своего лидера. Санса следила за лицом брата, слыша за спиной хруст снега под чьими-то шагами.       — Милорд, - позвал подошедший Мик. –Прикажете повесить их? Почему-то от этих слов ее снова бросило в дрожь. В последний раз взглянув на сестру, Джон кивнул, и Мик немедленно вернулся назад, скомандовав остальным найти всё необходимое под эти цели. Хранитель ещё раз посмотрел на приговорённых, особенно на предателей Неда Старка. На их лицах не читалось вины и сожаления. Заметив активность его солдат, многие из них тут же начали ругаться ещё пуще. Таргариен, было, собрался пойти к ним, но Санса легко, но ощутимо тронула его предплечье, сжав пальцами.       — Постой, ты должен знать кое-что еще, - Санса не хотела говорить об этом сейчас, но она не смогла бы простить себе смерть того, кто старался спасти ее из лап Серсеи и Джоффри. Пусть тогда она этого не понимала, не видя за его уродливым лицом ничего, но понимает сейчас…       — Пес… он всегда стоял между мной и Джоффри. Он защищал меня. И даже хотел увезти из города после Битвы на Черноводной, но я… я не пошла с ним.       Тем временем одичалые начали сооружать виселицу, и голос Сандора Клигана проскрипел снова, полный презрения:       —Надеюсь, хотя бы в этот раз у Старков хватит духу добить меня окончательно, а не бросать подыхать под деревом, как эта сделала ваша сестрица?! В пекло вас всех!       Мысли закружились в голове стаей кричащих ворон. Арья. Сестра... горы Долины... слова леди Тарт о мужчине, который защищал ее... Неужели это и был Пес?       Джон оборвал размышления Сансы, ринувшись к Клигану. На миг ей показалось, что брат сейчас разорвет того голыми руками за одно только упоминание о младшей дочери лорда Эддарда.       — Что ты сказал о нашей сестре? – спросил Таргариен, не сдерживая ярость.       Арья и Джон были очень близки в детстве, и ему, должно быть, больно думать о ее смерти... даже больнее, чем Сансе.       — Джон, - крикнула Волчица и побежала следом. В ответ на его вопрос Пес только хмыкнул, сплюнув принцу под ноги. Он хотел что-то сказать, но тут красный жрец подал голос, обратив на себя внимание, и Санса ощутила прилив небывалой надежды, что все обойдется.       —Малютка Арья. Или лучше сказать леди Арья?       —Ты тоже видел её? - прищурился Джон, посмотрев на него.       — Мы все, - выделил голосом пленник: -...её видели.       — Если ты думаешь, что ложь поможет тебе выжить, то ошибаешься, - бросил в ответ Таргариен, и голос его звучал твердо. Хранитель Севера вновь повернулся к Псу, настойчиво потребовав ответа, но тот лишь отмахнулся.       — Это дурачье поймало ее у Трезубца, а потом я выкрал ее у них.       «Арья была с мужчиной. Он был готов вступиться за неё, и она за него тоже». Неужели эти слова были о Псе? Джон с сомнением глядел на Сандора Клигана, пытаясь понять насколько он и Торос откровенны.        — Что вы сделали с ней? - вмешалась Санса и не узнала собственный голос, показавшийся ледяным. В голове сразу же созрели ужасные образы, и что-то внутри нее содрогнулось.       — Ничего из того, что могло бы случиться с ней, попадись она ублюдкам из шайки моего брата, Пташка, - серьезно сказал Пес, переведя взгляд на нее. И ей искренне хотелось верить его словам.       — Я хочу знать подробности. Где она? – спросил Джон, теряя терпение.       — А мне почём знать? - прыснул Пёс, взглянув на Сансу через голову Таргариена. Говорить с ней ему по всей видимости было сподручнее. Хотя Джон и находился ближе. — Девчонка сбежала, после того, как меня ранила одна баба.       — Его побила женщина? – посмеялся один из одичалых, и Пес закатил глаза.       — Твой гребешок втянулся бы, если бы ты увидел, какая, - сплюнул Клиган, и все, кто знал леди Бриенну, поняли, что речь идет именно о ней.       — Милорд, можем приступать? - осторожно спросил Джона подошедший Рион, но ответа не получил.       — Как давно это было? У нас есть шанс найти её в той стороне? – Таргариен вновь обратился к Псу.       Пес оглядел всех собравшихся почти ленивым взглядом, который в конечном итоге остановил на Джоне.       — Сначала отзови своих дружков, сними с меня веревки и дай чего-нибудь пожрать.       Санса услышала, как кто-то усмехнулся за ее спиной, и как скрежетнула сталь, неторопливо покидающая ножны.       — Мой принц, я могу разговорить этого громилу, только прикажите, - вызвался молодой резвый юноша с веснушками на улыбчивом лице.       — Стоит мне освободиться, и ты обмараешь подштанники, заморыш, - огрызнулся Клиган.       — Прекратите! - неожиданно для самой себя сказала Санса громче, чем то позволяли приличия. Если вообще уместно говорить о приличиях в этой ситуации. Сделав шаг к Джону, она добавила слишком официально:       —Милорд, могу я поговорить с Вами наедине? В ответ на ее просьбу Джон отмахнулся, заявив, что сейчас не время для разговоров, а холод в его голосе испугал Волчицу. Джон предполагал, что скажет ему сестра. Она будет убеждать его в том, что он должен поверить человеку, который был к ней добр и пойти у Пса на поводу. У неё есть интерес отблагодарить его, но лорду разговоров довольно. Пёс думает, что Джон слабый мальчишка. Должно разубедить его в этом.       — Взять его, - приказал муж. Санса никогда не видела его таким и не могла бы подумать, что этот человек способен лишить кого-то жизни одним словом, не моргнув и глазом. Но ни один мускул на его каменном лице не дрогнул, когда он отдал свой следующий приказ. Глаза Джона отражали сдерживаемую ярость, пылали страшным огнем, но в то же время были полны ледяной решимости. Солдаты с готовностью попытались взять Сандора за верёвки связанного туловища, чтобы поднять. Он как бы хвалясь, оттолкнул их от себя. Тогда к солдатам присоединился более крепкий Тукк из теннов, и грубо пнул Пса, заставив его подчиниться.       —Нет, - губы Сансы задрожали, и слова растворились в сиплом шепоте. — Прошу тебя, не надо, - она просила не ради Пса, но ради Арьи, ради той призрачной надежды найти ее. Волчица протянула руку, пытаясь коснуться плеча человека, который отныне являлся ее мужем, но он, словно не заметив этого и не услышав ее просьб, отвернулся и уверенными шагами пошел туда, куда его люди - крепкие мужчины - потащили бранящегося и извергающего проклятия Пса.       — Санса, я знаю, что делаю, - слова Джона прозвучали для нее неубедительно.       —Повесим его,- бросил он на ходу, развернувшись к самодельным виселицам и двинувшись туда в расчёте, что угроза смерти разговорит пленника. Разбойники из Братства напряжённо следили за происходящим, осознавая, что они следующие. Некоторым бойцам тоже было несколько не по себе, но больше всего досталось женщине, которая звалась женой Сноу перед Старыми и Новыми Богами. Сестру по истине ужаснуло его решение. «Нет» - твердила она, глядя на брата умоляющими глазами. «Он не умрёт. До этого не дойдёт» - ответил Джон мысленно, но вслух не сказал ни слова, чем, понимал, не успокаивает Старк.       — Миледи, вам не стоит на это смотреть, - Лютер оказался около Сансы, потупив взор. -Позвольте мне проводить Вас в повозку.       — Нет! - выпалила она, покачав головой, и, отшатнувшись от оруженосца Джона, повернула голову и нашла глазами в собравшейся вокруг большого старого ясеня толпе, того, кто когда-то был ее единокровным братом, а теперь стал мужем и лордом. Виселицу соорудили прямо у дерева, и низкорослый бородатый мужчина уже надевал на голову Клигана петлю из прочной веревки, сидя на ветке. Прикусив губу от отчаянья, Санса двинулась к ним, надеясь как-то образумить Джона, заставить его изменить решение. Она была готова даже умолять его, упав на колени прямо здесь, при всех.       Волчица пробилась сквозь толпу мужчин, подойдя к супругу, и солдаты охотно пропустили ее. Джон стоял, расставив ноги, и в упор смотрел на приговоренного с непоколебимой суровостью. На миг в голове леди зародилась надежда на то, что это - всего лишь блеф. Что Джон хочет запугать Пса, сыграв на самом примитивном людском страхе - страхе смерти. Но принц выглядел серьезно, да и Пес был не обычным разбойником, а рыцарем, познавшим столько смертей, сколько Санса не могла себе даже представить.       — Где ты встретил мою сестру и когда? – в который раз Таргариен повторил свой вопрос.       — Ты приказал меня повесить, мальчишка, - проскрипел Клиган. - Так вешай, не тяни. Но тогда ты ни хрена не узнаешь о своей маленькой сестричке. Из всех схваченных тобой олухов я - единственный видел ее последним.       — Милорд, прошу Вас, - тихо сказала Санса, и голос предательски дрогнул. — Смерть этого человека не облегчит поиски Арьи.       Джон по-прежнему не слушал ее, никакие доводы не могли заставить его свернуть с выбранного пути. Санса глядела на его профиль широко распахнутыми глазами, не веря в происходящее. Черты лица мужа заострились, выдавая мимолетные сомнения. Он ощущал себя загнанным в ловушку одним метким замечанием этого предателя. Джон не ждал, что Пёс сдастся, едва учуяв запах палёного, но и не мог заставить себя отдать приказ, не зная какие сведения хранятся в его голове. Может статься, Сандор Клиган действительно кладезь ценной информации или всего лишь обычный лгун...       Принц напрягся, задумчиво смотря на него, сжав зубы. На Джона в свою очередь, казалось глядел весь лагерь. Вновь вмешалась Санса. Северянин слышал, как она просила остановиться, но не внимал её словам. Именно на это Пёс и надеялся, а Таргариен решил, что не позволит ему выйти из ситуации сухим.       — Сомневаюсь, что ты не говорил с этими «олухами» о ней. Что-нибудь каждый из них мне расскажет. Возможно, они окажутся менее гордыми.       Джон ответил на реплику Пса, и в его словах тоже был смысл, но... поток лихорадочных мыслей Сансы оборвался, когда муж в то же мгновение сам выбил деревянный ящик из-под ног Клигана. Волчица не сумела сдержать сдавленный крик, вырвавшийся из горла, и закрыла рот обеими ладонями. Ноги подкосились, и она едва не рухнула на колени, глядя, как задыхается Пес. Падение не сломало его бычью шею, и веревка медленно впивалась в кожу под подбородком. Он хрипел, трепыхаясь, словно пытаясь освободить руки от пут, но те были затянуты крепко. Его изуродованное ожогом лицо побагровело, на шее проступили вены. Он скалился. Старый сук жалобно скрипел в такт его качаниям. Силы покидали Пса постепенно, Санса не могла на это смотреть, но не могла и отвести глаз, смотря, словно завороженная. Когда-то она желала смерти этого человека, боялась его, но за все то время бесконечного страха и унижений он оставался чуть ли не единственным, кто ни разу не обидел ее.       — Милорд. - Чей-то крик донесся позади, но Санса не сразу поняла смысла сказанных слов. — Этот болван никогда не уступит... Спасите его. Он пригодится в том, что я предложу.       Все тело Волчицы онемело, но вдруг Джон быстро шагнул к дереву, легким привычным движением вырвав из ножен Длинный Коготь. Лезвие в долю мгновенья перерубило натянутую веревку, и Пес с глухим звуком упал на землю, не удержавшись на ногах.       Потрясенная произошедшем Санса несколько секунд непонимающе смотрела на Таргариена, убравшего меч обратно в ножны и отошедшего от спасенного им пленника, а после перевела взгляд на Клигана, жадно ловящего воздух одними губами.       — Снимите эту змею с моей шеи! - хрипло требовал он, мотая головой.       Не успела Санса прийти в себя, как одичалые подвели к дереву того красного жреца, казавшегося спокойным и даже приветливым, словно бы он заранее знал, что подобная участь его минует.       —Ты можешь ответить на вопросы, на которые не смог ответить он? - спросил Джон, глядя в его чуть раскосые глаза. Жрец кивнул.        — Он пришёл к нам со стороны Севера, но сам говорил, что не покидал Речных Земель. Девочка бросила его после драки, и он прибился к монахам, у которых мы его и нашли, - жрец говорил открыто и тон мужчины внушал странную уверенность, хотя его улыбка доверия не внушала.       — Леди Бриенна говорила, что видела Арью в Долине. Наверное, там же она оставила своего попутчика, - мягко заметила леди, тихо произнося каждое слово. - Но я долгое время была в Орлином Гнезде с Бейлишем и знала бы, если сестра появилась близ Ворот Луны, - внезапно Санса развернулась к пытавшемуся подняться Клигану и сделала два уверенных шага по направлению к нему. Пес поднял голову, с недоверием глядя на нее.       — В Долину вы пришли вместе? Когда это было?       — Когда померла твоя тетка, - недовольно выдал Сандор, оставив тщетные попытки освободить хотя бы одну руку. - Я хотел продать ее твоему брату, Роббу, но мы еле унесли ноги из Близнецов. И тогда я повез ее к Лизе Аррен в надежде, что хотя бы она заплатит мне выкуп за девчонку Старков.       При упоминании о Роббе сердце Сансы сжалось. Она оглянулась на Джона, который тоже это слышал. Неужели Арья была там и видела смерть Робба и матушки своими глазами...? Неужели боги были так жестоки, что дали ей мизерную надежду на спасение и так мерзко ее отобрали? Санса помнила все до последнего слова, когда Джоффри описывал ей, что Фреи сделали с ее матерью и братом... И тетя Лиза... Арья была так близко... Но тогда она бы попала в лапы Бейлиша, а тот непременно избавился от нее.       —А потом в горах мы встретили эту бабищу, и волчонок улизнул от меня, оставив при смерти.       Значит, это было около трех лет назад... за это время могло произойти все, что угодно. Казалось, и Санса, и Джон, и все присутствующие хорошо это понимали. Путешествуя с Псом, Арья была в относительной безопасности, но одна... без денег... без семьи... без друзей и еды... Если она и жива, то могла давно покинуть Долину, скрываться под разными именами, и искать ее сейчас - все равно, что искать иголку в стоге сена.       — Вы ищете свою сестру, это очевидно, и в благодарность за помилование мы можем поискать её, - заявил жрец. Предложение показалось Джону нелепым. Что стоит слово разбойника? Как только они повернутся к нему спиной, он тут же забудет о своей клятве. Северянин переглянулся с Сансой. Впервые за время этой сцены, ведь теперь его решение напрямую зависело от неё.       Скрестив руки на груди, Санса обратилась к нему:       — Как вы собираетесь ее искать? Три года назад она была маленькой девочкой, но сейчас могла значительно измениться, - воскресшая ноющая боль в груди придала ее голосу силы: — И где гарантии, что вы доставите ее нам живой и невредимой, а не надругаетесь и не убьете?       — В поругании никто из нас не замечен, миледи, - почти обиженно, но серьезно отозвался жрец. - Братство без Знамен карает всех за подобные вещи. Мы не обижаем слабых. Хотя, ту девчонку тяжело назвать таковой. - Он улыбнулся уголками губ и перевел взгляд на Джона. Судя по его виду, Таргариен пребывал в глубоких сомнениях.       — Одно Ваше слово, милорд, и все мы принесем клятву, во что бы то ни стало, отыскать Вашу сестру, если она все еще жива и находится в Вестеросе.       Сноу слушал исповедь Пса молча, дозволяя Сансе спрашивать его о подробностях самой. Если верить словам Старк, Бриенны и его собственным, он был добр к обоим сестрам Джона и опекал их. Это делало Пса другом. Но вид у мужчины гигантского роста с обгорелым лицом и дерзким говором, надо признаться, был совсем не как у друга. Будет ли он так же рад служить Джону Сноу, как и Красный Жрец? И можно ли доверять тем, кто час назад грозился убить невинного мальчишку?       Когда Торос обратился к лорду с уверением, что готов принести клятву отыскать Арью, он задумчиво замолчал. Это сделка с совестью. Но на одной стороне весов стояли люди, которые возможно пострадают от рук бандитов, и с другой Арья.       —Клянитесь, - скупо согласился Джон, решив, что одна из чаш всё же перевешивает. - И я позволю Вам уйти, и дам в подкрепление из моих людей, - «которые позаботятся о том, чтобы вы действительно старались её найти» - подумал он про себя.       «Этим ты отправляешь их на смерть»- подумала Санса, но вслух этого не сказала. Разбойникам и дезертирам нельзя было верить... да чего там, даже рыцарям верить нельзя. Жрец любезно согласился. Люди Джона не все поддержали эту идею, но перечить никто не стал. С Пса, тем временем, сняли петлю и поставили того, дергающегося, на ноги, поныне связанного. Ошибкой вместе с Братством отпускать недобитого и озлобленного на Джона Клигана. «Друзей нужно держать поблизости, а врагов ещё ближе».       Джон повернулся к нему, и следующие слова Таргариена удивили даже Сансу:       — Ты хороший боец, хотя и не сговорчивый. Санса говорит, что тебе можно верить, и я хочу думать, что это так...На Севере мне пригодятся сильные люди. Братство, если они честны, знают Арью в лицо и справятся с её поисками без тебя. Тебе же я предлагаю служить мне.       Волчица вопросительно уставилась на Джона, пытаясь понять, серьезно ли он говорит, хотя шутить в такой ситуации было неуместным. Сандор Клиган был поражен не меньше нее. Он сощурился, глядя на Таргариена, а после злорадно хохотнул:       — Служить тебе кем? Конюхом? Или я должен буду приносить тебе еду и убирать горшок, бастард? Я слишком много служил мальчишкам, которые творили, что хотят, - взгляд Пса метнулся к Сансе. — Я бы принял твое предложение только ради Пташки. Не хочется оставлять ее наедине с тобой.       — Не смейте сравнивать моего... - Санса запнулась, с опаской взглянув на Джона, - моего мужа с узурпатором Джоффри, сир. Принц Таргариен - благородный человек, который хочет дать Вам реальный шанс восстановить свое имя. Но если Вы желаете умереть разбойником и дезертиром... Ответной тирады Сансы Сноу не ожидал. Прежде она никогда не вступалась за него и у северянина не было достаточных оснований полагать, что леди думает о брате как о благородном человеке. Пса похоже её слова ударили не хуже меча. Скорчив рожу, он засмеялся. Должно быть, оттого каким глупым оказался "мальчишка", взяв в жёны ту, кого считал сестрой. Как глуп и неизбирателен. И какой недальновидной выглядит она, защищая этого "мальчишку".       — Пускай болтает, - заявил Джон сквозь зубы, взглянув на Пса."Кем ты станешь на моей службе зависит от того, как долго и яростно ты будешь сопротивляться" подумал он про себя, но вслух не стал говорить об этом.       Клиган посмотрел на Хранителя Севера так, словно до него только что дошла суть их с Сансой взаимоотношений, а после засмеялся, и Волчице показалось, что искренне.       — Ты выучила взрослые песенки, Пташка. Превратилась из маленькой пичужки во взрослую женщину.       «Вы не представляете, какой ценой, сир», - подумала она, а Клиган продолжал:       — Может быть, меня развяжут хотя бы для того, чтобы я мог отлить?       — Если твой ответ я могу расценивать за согласие, то до Винтерфелла ты поедешь связанным. Мик за тобой поухаживает, - только и сказал Джон.       Казалось, он все еще был в ярости, но старался не показывать этого, и Санса его понимала. Ее сводный брат всегда был вспыльчив, но лишь по словам Робба. Сама она не имела возможности убедиться в этом и только сейчас серьезно задумалась, как далеко Джон может зайти в гневе. Больше всего на свете она хотела больше не бояться... больше не чувствовать эту безысходную пустоту. Но сможет ли она, находясь рядом с ним? Джон отдал приказ своим людям, призывая ее оставить пленников, и Санса послушно пошла за ним назад к повозке.       — Ты правда думаешь, что такой человек как Пес нужен тебе в Винтерфелле? - тихо спросила Волчица, когда все остальные отдалились от них. — Он не будет верен. Однажды он уже предал того, кому служил. Но и смерти ему я не желаю.       — Нет, - согласился муж.— Я не могу отпустить его, но и убить тоже, зная, что есть хотя бы призрачный шанс найти Арью. Да и Пёс же, в конце концов, домашнее животное? Просто присоединяйся к обеду, Санса. Мы скоро отправляемся.       Голос Джона звучал устало, но он улыбался. Санса была согласна с его словами, потому только коротко кивнула и поспешила отойти к костру. Ее служанки хорошо прожарили мясо. Она села рядом с ними, взяв в руки чашку, и искоса поглядывая на мужа. Обед длился недолго, и вскоре Таргариен приказал собираться в путь, чтобы успеть до ближайшей гостиницы еще засветло. Лютер уже запряг его коня и подвел животное своему господину. Джейни и Бьянка забрались в повозку, и Санса хотела последовать за ними, но, встретившись взглядом с принцем, подошла к нему, внезапно вспомнив о его перчатке. Все-таки им ни к чему было держаться в холоде, отныне они являлись семьей, и ей предстоит еще многое узнать об этом человеке, потому Санса решила на время сделать вид, будто ничего не произошло, и стараться быть с ним милой, какой никогда не была в детстве. Учтивость - прочные доспехи леди.       — Джон, - позвала она, и он обернулся. — Позволь мне зашить твои перчатки. Они еще пригодятся тебе целыми.