Если бы Майлз выжил

— Как-то долго Вейлона нет, — с лёгкой тревогой в голосе заметил Блейк, протирая кухонный стол. Кофейные пятна на скатерти его откровенно раздражали, и мало-помалу у него получалось от них избавиться. Блейк не понимал, почему так зациклен на такой мелочи, — до происшествия в Храмовых Вратах он почти не обращал внимания на беспорядок. — Не думаю, что что-то случилось, — пожал плечами Майлз, допивая очередную кружку кофе. Кажется, нанитам в нём нравился этот напиток. — Я не совсем об этом, — тут Блейк понял, что по-хорошему ему нужно замолчать, но говорил он быстрее, чем думал. — Всё же Вейлон к жене едет, пускай и бывшей... Поначалу Майлз промолчал. Всё его нутро дико хотело съязвить — слова Блейка лишь подчеркнули его собственные опасения, — но ему до сих пор было жаль этого парня. Он приходил в себя гораздо дольше Майлза или Вейлона, ведь в буквальном смысле сошёл с ума, пускай и временно. Да и его общение сейчас было ограничено двумя мрачноватыми парнями, один из которых был носителем части Волрайдера. — Спасибо, что беспокоишься за наши отношения, — пробубнил Майлз в кружку, хотя она уже была пуста. — Давно вы с Вейлоном... вместе? — Лангерманн постарался увести разговор в другое русло, более приятное, надеясь, что Апшер не обиделся. Он не мог понять, почему до сих пор побаивается его, — за всё это время Майлз не сделал абсолютно ничего плохого. Апшер всегда был гостеприимным и иногда даже улыбался, но по нему было видно, насколько он подавлен. Возможно, сейчас это было лучшим состоянием, в котором парень мог очутиться. — Ты и правда хочешь поговорить — или тебе нечем заняться? — разозлённо спросил Майлз. Лангерманн закончил с последним кофейным пятном и, помыв тряпку, сел напротив Апшера. — Я бы на твоём месте беспокоился, вот и спрашиваю, — признался он. — Да и знаешь... Я скучаю по Линн. Мне ужасно её не хватает, и... — И тебе нужно отвлечься? — добавил Майлз, смягчив голос. — Тебе правда станет легче, если ты наслушаешься историй о счастливых гомосексуальных отношениях? — А они счастливые? — уточнил Блейк, вяло улыбнувшись. — Ну... С Вейлоном мне спится лучше, чем без него, — отшутился Майлз. В итоге между ними завязался разговор, за которым они и скоротали вечер. Блейк в процессе перестал бояться Майлза — стоило тому влиться в беседу, как от его угрюмости не осталось и половины. Они оба старались обходить стороной всё, что связано с Мёркофф, включая собственные травмы, моральные и физические, хотя Апшер давно уже мог свободно об этом говорить. Впрочем, тревожить совсем свежие воспоминания Блейка не хотелось, поэтому он тактично умалчивал обо всём, что произошло с ним и Вейлоном в Маунт-Мэссив, а Лангерманн просто об этом не спрашивал. — Блейк, ты ведь хочешь избавиться от своих ран на ладонях? — внезапно предложил Майлз. Ему пару раз приходило в голову, что он может помочь парню избавиться от огромных шрамов на руках — наниты с таким справлялись на ура. Но до нынешнего разговора Майлз не решался предлагать Блейку что-то сверх необходимого. — Конечно, я бы с радостью, — с подозрительно сильным беспокойством в голосе отозвался Блейк. — Тогда протяни мне обе руки и не двигайся... — Майлз аккуратно взял его ладони в свои, и Блейк почувствовал, как их что-то обволакивает, словно он надел меховые рукавицы. Ещё через минуту появились покалывания на шрамах, но они быстро прошли. Апшер отпустил его руки. Разглядывая свои руки, Блейк улыбался так широко, как мог. Казалось, ещё немного — и его очки треснут от радости. Довольный собой, Майлз похлопал парня по плечу и решил налить ещё кофе. В какой-то момент Апшер услышал всхлипы за спиной и незамедлительно бросился к Лангерманну. Блейк находился в состоянии истерики, знакомой и ему, и Вейлону. Майлз сначала крепко схватил парня за плечи, а затем обнял, прижимая к себе и сжимая пальцы на его дрожащей спине. Сквозь слёзы и эмоции Апшер пытался разобрать хоть что-то, но у него плохо получалось. Оставалось ждать — и ждать долго. Через некоторое время Блейк затих. Он уже успокоился, но не отпускал Майлза — значит, ему так было лучше. — Что случилось? — спросил Апшер, когда тишина слишком затянулась. — Я... Я не знаю, Майлз, — выдохнул он; его голос всё ещё дрожал. — Я просто посмотрел на руки и вспомнил Линн, вспомнил, когда она... была ещё ж-жива. И тут Майлз всё понял. Он чувствовал что-то похожее, когда наниты вернули ему пальцы. Казалось бы, что может быть лучше полного физического восстановления, когда на это не было никаких надежд? Но не тут-то было. Получив назад свои пальцы, Майлз при этом не забыл, что произошло с ним в Маунт-Мэссив. Своеобразное выздоровление не принесло ему так много пользы, ведь это, в сущности, ничего не меняло. За ним — да и за Вейлоном с Блейком — всё ещё охотилась мегакорпорация зла, а Маунт-Мэссив действительно существовал, пока Волрайдер не перемолол почти всех присутствовавших там. А Линн всё так же мертва, несмотря на то, что стигматы на ладонях Блейка исчезли. — Эй, — произнёс Майлз, продолжая его обнимать. — Тебе обязательно станет легче! Просто подожди. Месяц, год, два, но тебе станет лучше. Нам станет лучше. — Я не могу без неё, Майлз, — слёзы снова подступили к глазам Блейка. — Без Джесс, то есть Линн, я... — Я понимаю, — Апшер закрыл глаза. — Понимаю... Ни Майлз, ни Блейк не знали, сколько времени они уже сидели в обнимку. Каждый думал о чём-то своём, слова уже были не нужны. Апшер не знал, как ещё его поддержать, но тому будто и не нужно было ничего, кроме этих внезапных объятий, слегка неловких, искренних объятий. — Я... Я в порядке, спасибо, — Блейк осторожно отстранился и вяло улыбнулся, после чего, слегка подкашиваясь, отправился сначала в ванную, а затем в гостиную. По нему было видно, что эмоциональный срыв сошёл на нет, но на всякий случай Майлз решил несколько раз за оставшийся вечер проведать его. Апшер быстро пришёл в себя, хотя все его мысли были заняты Лангерманном и сравнением себя с ним ещё долгое время. В общем-то, он давно хотел обдумать это, чтобы помочь Блейку выкарабкаться из его состояния быстрее. Что бы помогло ему самому в такой ситуации? Наверное, те же объятия и хоть какие-то утешающие слова. Выходит, именно это Вейлон и делал, несмотря на то, что ему тогда было так же хреново, как и Майлзу, если не хуже? Что ж, нужно будет покрепче его обнять, как только он приедет, и угостить вкусным кофе, который он так не любит, но всё равно иногда пьёт.