Отцы и дети

Сакура обняла сына и прижалась щекой к его шелковой макушке. В голове крутилась заезженная пластинка… Тайна зачатия Юки так и оставалась тайной. Сколько Сакура не билась - не смогла восполнить этот пробел. Как это случилось? Когда? Зачем сенсей так поступил с ней? Учиха и мысли не допускала, что Какаши Хатаке — насильник. Нет, здесь что-то иное. Что-то или кто-то заставил его так поступить. То, что он стер воспоминания — сомнению не подлежало. Пробел в ее памяти, недавно обнаруженный мужем, прямо указывал на вмешательство изнутри. Сакура, стоило ей заметить сходство Юки с Шестым, сразу сделала анализ ДНК, достаточно было взять образец крови Хатаке, хранившимся в главном госпитале Конохи. Стопроцентное совпадение. Нда, было над чем поломать голову. Четкий ответ мог дать только сам Какаши. Летом возникла еще одна проблема. Поначалу Сакура не могла понять, откуда почти всей деревне известно о ее связи с Хатаке, о их сыне. Ее просветила Цунаде-сама: — Когда с Саске орете друг на друга, хотя бы окна закрывайте, слышно чуть ли не в Песке. Да, за спиной постоянно шептались, указывали на нее пальцами. Одни жалели, другие — укоряли, третьи — откровенно насмехались. Осуждали ее, сенсея, Саске. Кто во что горазд. Сама Сакура не понимала, как теперь относиться к сенсею, но твердо знала — ее любовь к Юки ничто не может омрачить. Как можно не любить радость или солнечный лучик? Каждый раз сердце замирало от счастья, стоило сыну вскинуть на мать глазенки — доверчивые и ласковые… — Ма! Па кити! «Чертов Саске! Опять накричал на ребенка. Он-то в чем виноват?! Успокойся, успокойся, не пугай ребенка. Дети замечают малейшее изменение в мимике. Их не обманешь хитростью или фокусами, они чувствуют тебя, твое настроение". Сакура непроизвольно улыбнулась, глядя на хмурое маленькое личико. Он улыбнулся в ответ. Мать прищурила один глаз — то же самое проделал малыш. Сакура приподняла брови — Юки в точности повторил ее мимику. Скопировал. — Ты — копия своего отца, — невольно поразилась Сакура в который раз. — Мам, я пойду за хлебом схожу, хлеб закончился. — Сарада ворвалась в спальню с пакетом в руке. Еще один солнечный лучик. Дочь ни разу не осудила ее, не отвернулась от матери, поддерживала в трудную минуту. Всегда была рядом. Юки спрыгнул на пол и кинулся обнимать ноги сестры, а девочка подхватила его на руки и закружилась по комнате. Смех детей пролился бальзамом на сердце матери. Наблюдая за смеющимися дочерью и сыном, Сакура питала надежду, что все еще наладится. Стоит только приложить больше усилий. Лгала сама себе. Когда Сарада выбежала из спальни, Учиха еще какое-то время стояла в раздумьях, пока не ощутила холодок, пробежавший по ногам. Кто-то забыл закрыть окно? И где Юки? - Юки? Молчание было ей ответом. Сердце матери кольнул едкий холодок предчувствия.

~Х~

Наруто улыбался во весь белозубый рот. Непрестанно. Лучезарно. — Поверить не могу, что вы вернулись, и у вас все получилось — комар носа не подточит, — то и дело повторял Седьмой, а Какаши просто наслаждался его компанией, наслаждался возвращением домой. Даже дышать стало легче. Захотелось сделать клонов и отправить по домам друзей, убедиться, что с ними все в порядке. Как сейчас поживает его вечный друг-соперник? Как давно они знакомы — целую жизнь. Как давно они не виделись — кажется, вечность. Шестой улыбнулся Узумаки и неожиданно поинтересовался: — По рюмочке? — Ха! — блондин рубанул воздух ребром ладони, вскользь задев Какаши по носу. — Я и сам хотел предложить — от вас же не дождешься. Вон на той стороне новый бар открылся, зайдем? — Не дожидаясь ответа, блондин поволок сенсея за собой. *** Субботний вечер был в самом разгаре, бар полон народа, что порадовало Наруто — немногие узнавали Шестого без маски, хотя все прекрасно знали его описание благодаря открытым окнам Учих. Вся Коноха знала. — Неплохо, что это? — пригубив терпкий напиток, спросил Какаши и поставил стаканчик на стол. Его губы тронула мимолетная улыбка. — Не знаю, но мне нравится, — беззаботно ответил Наруто и вдруг насторожился. Очень медленно поставил стакан на стол и как бы между прочим глянул на стойку бара. Абсолютная, звенящая тишина обступила их со всех сторон. Слышно было лишь чавканье кошки, лакающей молоко в дальнем углу. Все взоры обратились на черноволосого мужчину, одетого в одни брюки и рубашку. Босого. В такой-то холод. Он залпом опорожнил один за другим три стаканчика спиртного, вытер губы и блаженно улыбнулся. — Удобно, когда бар под боком, — умиротворенно пробормотал Саске и облокотился руками о стойку. — Повтори! — Кинул бармену несколько купюр. — И дай… — Хватит! — оборвал друга Хокаге. — Иди домой и проспись, — тихо и веско проронил Узумаки, поднимаясь с места и загораживая Какаши. Не хватало еще драки Саске с сенсеем. Учиха совсем рехнулся в последнее время. Ему только повод дай — нарвешься. А сейчас повод есть. Вон он — сидит позади Наруто, пепельноволосый с родинкой на подбородке, ничего непонимающий. Он ведь еще не знает… насчет Юки. Все затаили дыхание. Такое представление намечается, чем не развлечение на субботний вечер? Какаши ловил на себе заинтересованные жадные взгляды. Завсегдатаи точно наблюдали за теннисном поединком: взгляды метались от Какаши к Саске и обратно. Туда-сюда. Туда-сюда.

~Х~

- Юки, ты где? Сакура вбежала в гостиную и бросилась на подкашивающихся ногах к открытому окну, - на котором стоял ее малыш, - понимая, что не успевает. - ЮКИ!!! - Дико закричала женщина, как в замедленной съемке, наблюдая за падением сына. Миг - и мальчик скрылся с глаз, обезумевшей от страха женщины...