Отцы и дети

Холодные пальчики обожгли левую руку, и Хатаке на мгновение отвел взгляд. Сколько можно скрывать свою любовь? Есть ли у него шанс? Вряд ли. Какаши отчетливо это понимал. Но если ничего не предпринимать — ничего не изменится, отношения не сдвинутся с мертвой точки. Будь у Сакуры и Саске прежние отношения — любовь, взаимопонимание, доверие, уважение, — Какаши не решился бы на следующий шаг, не посмел бы разрушить покой их семьи, покой родных ему людей. Но сейчас… Чем чёрт не шутит. Какаши открыто посмотрел Сакуре в глаза и провел тыльной стороной по ее щеке, наклоняясь вперед. Застывшее восковое лицо женщины стало абсолютно нечитаемым. Казалось, ей все равно. Если бы не одно «но»… Сакура мертвой хваткой вцепилась в его левую руку, оставляя на коже глубокие царапины. Его губы замерли в миллиметре от уголка ее собственных. Она абсолютно растерялась, не представляла, как правильно реагировать. Оттолкнуть — не решилась. Посмеяться — жестоко. В голове роились полчища мыслей, но не одной дельной. Какаши не двигался, не предпринимал попыток поцеловать или обнять, лишь вдыхал ее аромат, обдавая теплом губы и щеку. — Никогда бы не подумала, что вы… — Что я мужчина, обычный человек с чувствами и естественными желаниями? Хладнокровный Какаши тебя больше устраивает? — Как не старался, обида и вызов все же проступили в его голосе. С «чувствами». Слово ввинтилось острыми иглами в сознание Сакуры сильнее, чем она могла бы предположить. «Неужели сенсей…» В горле застрял ком, не давая внятно ответить. Что она почувствовала? В первую очередь жалость. Но к кому: к Какаши, к себе? Порой невыносимо трудно понять свои чувства, невозможно понять саму себя. Почему все так сложно? Попыталась произнести «Давайте поговорим позже» и поняла, что не может выдавить ни звука. — Подумай обо мне не только как о друге и наставнике, — прошептал Какаши, почти касаясь губами пунцовой щеки Сакуры. Сенсей уже скрылся с глаз, а Учиха всё стояла на месте, всей душой жалея его. Что она могла ему ответить? «Мне жаль, но у нас ничего не выйдет». Звучит по-киношному пошло. Куноичи тяжело вздохнула и, ссутулившись, медленно пошла прочь с места тайной встречи.

-Х-

Жена в очередной раз уронила кружевную салфетку. Саске усмехнулся. Что это с ней сегодня? Все валится из рук, на лице озабоченность, приправленная смятением, растерянностью и… и… Он никак не мог собрать мысли в кучу. Пойти проветрится, что ли… зайти в бар? Точно, вот что ему не хватает — рюмочки. Учиха вышел в прихожую и обратил внимание на куртку и сапоги жены. Странно. Сакура никуда сегодня не выходила. Откуда тогда на одежде и подошве хвойные иголки? Он повернул обратно. Войдя в кухню, поинтересовался как бы между прочим: — Ты сегодня никуда не выходила? Сакура просекла молниеносно. — Выходила на минуту. А что? — В голосе прозвучал вежливый интерес. — Куда? — Прогуляться. — Зачем? Сакура мысленно призвала на подмогу все терпение, какое имелось. — Проветриться, чтобы не нюхать вонь перегара. — Она знала, что попадет в цель, заденет его за живое. И была права. Саске развернулся и в молчании, полном достоинства (как он считал), оставил жену в одиночестве. Сакура опустилась на стул и уставилась в окно невидящим взглядом. За окном крутилась такая же хмарь, как в ее душе. Уставшей, нуждающейся в тепле, человеческом участии. Хоть на мгновение! Но мама уехала, а больше некому открыть свои раны! Разве что… Внезапная мысль удивила ее саму. Щеки загорели похлеще, чем сегодня утром. Почему она подумала о нем? — Да потому что весь день только этим и занимаешься! Шаннаро! Даже себе не можешь признаться, что признание сенсея сломало в тебе какой-то барьер. Боишься признаться, как смутили его прикосновения, невинные и в тоже время столь дерзкие! Ты же не трусиха, Хар… Учиха, — последнее слово едва слышно, тяжело упало в пустоту. Почему она раньше не задумывалась о других мужчинах? Разве она любит Саске? Сколько они уже цапаются? Год? Больше? Осталось хоть что-то от их былой любви? Она боялась ответа. Но ответить придется — чтобы жить дальше без сомнений и фальши. — Сарада! Присмотри за Юки, я скоро вернусь! — Хорошо, мам! Сакура быстро оделась и вышла из дома. — Лишь бы Саске по дороге не попался. Она решила пройтись до дома Хатаке, - поразмышлять.

-Х-

Настроение было паршивым, муторным, даже спиртное не лезло в глотку. Чем бы себя занять, как убить время, чтобы избавиться от едких мыслей? «Не притворяйся. Сам же хотел поговорить с Хатаке. Зачем тянуть кота за все подробности»... Саске тихонько присел возле спящего на кровати Какаши, сосредоточился… *** Сакура заглянула в окно квартиры сенсея - и тут же отпрянула. - Саске? - Сердце затрепыхалось раненой птицей. Какаши не подавал признаков жизни, а в руке ее мужа отчетливо блеснуло лезвие куная...