Драбблы по МэдМэн

Рахат чувствует себя паршиво, настроение в ноль и хочется почесать об кого-нибудь кулаки. Вчера вечером Рома наорал с нихуя (ну ладно, повод был - он опоздал на репитицию, но!), потом Тим пол ночи выскребал мозги, как скучает по ним всем и надо чаще видеться, мы-же-бро-на-всю-жизнь. И Мура последнюю неделю фонит тоской и мрачностью - тоже не способствует хорошему настроению. С Мурой вообще все плохо у Рахата. Младший выше его на голову почти, худой как шпала (ещё и горбится вечно, комплекс ходячий!), глаза как щелки (особенно с утра, и вечной шуткой от Хая - мол они у тебя есть вообще, и вот кто бы говорил, блять). Он несуразный и стремный. И надо же было - в него. .. В Рому было бы логичнее (симпатичный, при бабле), в Тима тоже (симпатичный, ржачный), да даже в Хая.. Хотя нет, этот отпадает - бесит, сука, своей излишней догадливостью. Но у вселенной дохера тупое чувство юмора, и вот, Рахат - получи, распишись, мучайся. Рэм вздыхает, быть не в духе по утрам как девиз по жизни. Он топит себя в кофеине, мрачно думая, что спать в ближайшие сутки один фиг не придётся - у них репитиция, запись, сроки ебучие и Рома хронически злой как сто чертей. На студии все проходит на ура, что удивительно, но Рэм даже удивляться боится - ну на фиг, а то сглазит ещё. Лидер сразу добреет и даже обещает всем жратву за свой счёт заказать в доставке. Рахату хорошо: еда на халяву, Хай в кое то веки шутит смешно и настроение вверх на два деления по шкале. Жизнь не такое уж дерьмо, как казалось с утра. Даже Мура вон улыбается и... ... Это как споткнуться на ровном месте - тупо и неуклюже. Младший смотрит на него внимательно, сузив свои лисьи глаза и там что-то такое, отчего Масакбаю плохо. Вот вроде обычно все и радоваться бы, что Алимурад наконец не отравляет атмосферу мрачностью поднятого из могилы зомби, но. Мелькает мысль, что про таких в народе говорят - в тихом омуте черти водятся. Так вот Рахат почему-то уверен, что у этого не черти там, и не тараканы - как у всех, а демонов легион и ещё всякой нечисти килограммов с пол сотни. Что-то тёмное и опасное на дне зрачков мерещится, что-то в болотные топи затягивающее, обещающее - назад дороги не будет... Рэм головой мотает, сбрасывает наваждение, сам себя неврастеником определяет, отворачивается и решает забить. Девушку надо срочно, а то думается всякое.. про всяких тут. В танцевальном зале наконец возвращается то старое, уже позабытое в последнее время чувство - все в порядке. Они вместе, у них все нормально и работа приносит радость, а не нервяк. С уходом Тима и приходом Ерасыла, вот сегодня, сейчас - все наконец приходит в колею. Мир не рухнул, жизнь не кончена, все отлично. Мура дружелюбен с новеньким, лезет под крыло Арону, даже не обижается на редкие подколки Хая и... ... Рэм не ревнует. Ничего же из ряда вон, но просто даже глядя на это все внутри закипает раздражение, он прямо чувствует волну, прокатывающуюся от горла вниз, оседающую колючками в пальцах. Ебанутое - улыбайся только мне, касайся только меня, а эти все - не смей, уйди, пропади они пропадом. Рахат тормозит себя с трудом и хочется головой побиться о ближайшую твёрдую поверхность, но хэээй, все же клево, чего тебе надо, придурок?! Его надо. Солнце бьёт в окна, лучи раскрашивают растянутую по ключицы футболку Муры в разноцветные пятна и улыбается он чисто и красиво - аж глазам больно. Ну вот за что. Ну что плохого сделал Рахат в прошлой жизни? Алимурад сидит, прислонившись спиной к стене, жадно глотает воду и Рэм залипает на его кадыке. Вверх-вниз. Вверх-вниз. Сссука. Он сам сидит напротив, запыхался по самое не могу, футболку хоть выжимай и сил нет никаких, но он смотрит. И ловит взгляд из-под чёлки, такой - хоть и сидят оба задницами на полу, но будто сверху-вниз, и хочется верить, что показалось, что его только что не раздели и не обглодали. Фу, ебаная фрустрация. Рахат бесится внутри, сглатывает шумно и думает тоскливо, что вроде ж прошёл пубертат, ну отпусти, а, имей совесть? У Муры нет совести походу, атрофирована, ибо он - подмигивает и скалится как последняя сволочь. Рахату под рёбрами больно и обманутые надежды на все лицо. Его младшенький, его невинный ребёнок. И вот так. Где он проебал момент его взросления и борзости? Обидно вообще-то. Поэтому он подгребает к себе Хая и даже нового кенже, тискает как котят и сэлфи пилит в телефон, лишь бы не. Не смотреть, не видеть, не чувствовать. Он башней поедет, ещё немного ведь осталось. Помогает, он наконец забывается, умиротворение от обнимашек накрывает по самую маковку и можно-же-жить. Уже ночью они решают все привалить к лидеру, у него квартира, у него пусто и можно потусить, несмотря на общую усталость. Кино дерьмовое, кола тёплая и кенже с Хаем дрыхнут уже, тут же, на диване - слабаки. Рома пол часа как уже свалил к очередной любви всей его жизни, и до утра его, видимо, можно не ждать. Рахат сидит рядом с Мурой, титры ползут по экрану и ему пиздецки неловко. В висках стучит - какой же он красивый. Ладони потеют и во рту вязко, а Ибраимов пугающе сосредоточенно смотрит в стену и хрен знает, что у него в мыслях. .. Он сбегает позорно. Просто устал, просто уже давно по самые гланды и соблазн велик как никогда. Если вдруг проебется, младший все поймёт и в ответ будет лишь осуждающий взгляд - он себе не простит. Поэтому - душ. Лучший способ успокоить нервы, утопить желания и не наделать глупостей. Рахат раздевается торопливо, в зеркало смотрит почти с ненавистью - ну чего тебе неймётся, дебил? Отражние не отвечает на мысленный посыл, но смотрит в ответ хмуро, с бровями к переносице и сжатыми зубами, резко очерчившими скулы. Он встаёт под горячие струи воды, откидывает голову назад и выдыхает. К черту все. Достало. Трясёт головой - капли попали в глаза, проводит рукой по ключицам и уже хочет взяться за гель для душа, как... ... Мура обнимает его поперёк груди одной рукой, головой - в ямку между шеей и плечом. Рахат узнает его за секунду, не успев даже испугаться: этот одеколон, этот рост и эти-чёртовы-пальцы он узнает из миллиона, тут Шерлоком быть не нужно. В голове только вопит вообще неуместное - почему не слышал, как он вошёл?? Младший в одежде, и наверняка она промокает в секунду и липнет к телу, но сказать ничего не получается, да что там - даже кислород протолкнуть в лёгкие трудно. Потому что: Какого. Хрена. Сейчас. Происходит?! Мура не торопится объясняться, и даже встречаться с ним взглядом: так и стоит за спиной, лишь прижимается теснее и второй рукой ведёт ниже (щекотно и Рэм втягивает живот неосознанно). - Э.. Мура? - хрипло. Пытается обернуться, но младший на даёт, фиксирует его руки своими и говорит тихо: - Дай мне минуту. Просто постой так. .. У Рэма полный раздрай в голове, с одной стороны хочется завизжать как девчонке, это же пиздец криповая ситуация и вообще - руки убрал, маленький извращенец! А с другой - о дааа, как я давно ждал чего-то подобного, и ок - сделаю все что скажешь, только дай запомнить, отложить в памяти яркими картинками, чтоб пересматривать потом, ностальгируя. А Ибраимов времени зря не теряет: гладит невесомо, одной рукой - по груди, чуть сжимая пальцы и царапая ребра, другой - спускаясь вниз по обнажённому бедру и чуть вперёд, туда, где Рэма выдаёт явный интерес. Кусает в шею, тут же зализывая это место, проходится цепочкой по плечу и шейным позвонкам, выдыхает горячее в ухо: - "Можно?.." Рахат ещё не понимает что именно там просит Мура, но принимает негласные условия игры, хотя сердце и ухает куда-то вниз. Думать и анализировать не получается, здравый смыл уплыл, не попрощавшись и... - Мгм... А-ахх... - все, что получается выдавить из себя, когда младший проводит своими невозможно длинными пальцами по члену. Рэм чувствует, как его заливает жаром, чувствует и чужое возбуждение, которое упирается чуть ли не в поясницу и стискивает зубы - потому что это край. Он уже в аду, на самом дне, и выбираться не планирует... Мура смелеет, двигает рукой увереннее, играясь с силой нажима и скоростью. Рахат все же находит в себе силы развернуться, но только для того, чтобы быть пойманным в плен чужих губ. Ловит острый взгляд из полуприкрытых век напротив и перехватывает инициативу - сминает его губы жёстко и напористо. Поднимает руки и цепляется за  волосы, массирует затылок и выдыхает порывисто между поцелуями - лишь глоток кислорода, большего не нужно. Мура на ощупь делает воду похолоднее - от горячего пара совсем нечем дышать, и сразу после того, как Рэм освобождает его от одежды (с трудом, конечно, особенно намокшие скини джинсы выбешивают - он их сдирает просто с остервинением) возвращает руки на место. Рахат шипит от остроты ощущений, ненамеренно сжимает пальцы на лопатках Алимурада сильнее и губы его прикусывает ощутимо больно, будто мстит за все сразу: собственную влюблённость, ожидание и хрен-пойми-за-что-еще. У них ощутимая разница в росте, Рэм ему головой чуть выше плеча, и самое время закомплексовать, но это оказывается так заводит наоборот, вот так: смотреть снизу вверх, видеть свое отражение в его зрачках. .. Мура стонет так откровенно пошло, что у Рахата все узлами в паху скручивает. Он лишь на секунду отрывается, оценивает обстановку: они залили водой половину ванной комнаты, вещи валяются на полу мокрым комком и... .. И Алимурад с прилипшей чёлкой ко лбу,  закушенной губой и таким многообещающим взглядом... Это просто финиш. Рэм плюёт на совесть и разум, обещает сам себе потом вернуться к вопросу нравственности, а пока решает довести дело до конца: обхватывает их члены одной рукой и двигает быстро и резко, не давая никому из них передышки. .. Кончают они почти одновременно, а Мура так вообще впивается в этот момент ему в ключицу клыками и почти рычит. Рахат упирается лбом в его грудь и тщетно пытается отдышаться. Ну вот. Сейчас надо что-то.. сказать? Сделать? Старший правда не знает, как себя вести и думает, что неловкость эта его сейчас под собой похоронит. Но Мура вдруг обнимает крепко-крепко дышит ему в ухо шумно и: - Ты слишком громко думаешь. Забей. Это... было круто... И у Рахата все плохо снова. Они выскребаются из ванной вместе, молча и тихо, но никому и дела нет: те, кто спали - так и спят, а хозяина квартиры так и нет дома. Мура было порывается устроиться в кресле, чтоб подремать, но Рахат цыкает, дёргает его за собой и укладвает на постель к стенке, чтоб не рыпался. Ибраимов почему-то отчаянно смущается, и это так смешно на самом деле - ну вот теперь то уж чего? Хотя Масакбаю все равно нравится. Он перебирает его так и не просохшие волосы между пальцами, считает родинки на лице и шее, и страшно боится завтрашнего дня. Сейчас ночь, звезды за окном и тёплый ветерок из приоткрытого окна. Между ними - что-то хрупкое и нежное, только тронь - разлетится на осколки, обратно не склеишь. Но. Всё это уже не сегодня... Они так и засыпают, переплетя конечности, и не сказав друг другу ни слова. ______________ Утром возвращается Рома и судя по кругам под глазами и парочке ярких засосов на шее - он эту ночь провел весело и явно не спал. Расталкивает лидерскими пинками Хая с Ерасылом - первого готовить завтрак, второго умываться, заходит в свою спальню и... ... Челюсть на пол с громким стуком не падает только потому, что он вовремя клацает ею обратно, и ему мучительно соображается - он больше в ахуе или... в ахуе?.. Рахат приоткрывает один глаз, оценивает обстановку и уже набирает в лёгкие воздуха, чтоб покорректнее объяснить, как... Мура резко садится на кровати, будто и не спал минутой ранее, смотрит на Рэма, потом на лидера и выдаёт с начисто невозмутимой рожей: - Ты ничего не видел, и вообще мы просто спим. .. Рома решает, что вобщем да - для его психики оно и лучше будет, пожимает плечами, хлопает дверью и валит на запахи еды. Единственное, что он решает, проходя мимо затопленной напрочь ванной, что теперь придётся проверять - заперты ли двери, а в целом оно все и неплохо складывается: двое кроликов из его личного зоопарка теперь хотя бы всегда под присмотром.