Выбор

6 января, 16:00

Зимнее небо над замком заволокло серыми тучами. По коридорам Хогвартса гулял сквозняк, прорываясь сквозь застеклённые окна. Ледяной ветер трепал полы мантий студентов. А огоньки на висящих факелах едва-едва рассеивали серость обстановки и наставших после Рождества будней. Драко Малфой бегло взглянул на магловскую безделушку, которую ему подарила Грейнджер. И нет, то была не заколка, брошенная в руки возле гриффиндорской спальни. Она отдала ему свои электронные часы, которые прежде красовались на её запястье. «Пятнадцать пятьдесят девять, опаздываю», — подумал Драко, ускорив шаг в сторону кабинета Скамандера. Благо эту «красоту» скрывали длинные рукава мантии, что позволяло избежать бестактных вопросов от Блейза, Панси и Астории. Гринграсс. Драко почти перешёл на бег, сознавая, что опаздывает на факультатив по уходу за магическими существами. И сейчас он нарочно разозлился на раздражающего его Скамандера, дабы не думать о надоедливой девчонке. Мысль о Гринграсс вызывала приступ тошноты, чего уж говорить о помолвке, которая висела над ним дамокловым мечом. Магловские часы противно запикали. Резкий звук привлёк внимание других студентов, снующих по коридору. Гермиона дала их Драко, чтобы он не опаздывал на занятия к Скамандеру, успевал на тренировки по квиддичу и в библиотеку. Малфой остановился и с презрением нажал на кнопку электронных часов. Писк стих. Драко вспомнил вчерашнюю встречу с его Грейндж. Сначала не выспавшийся и вымученный на тренировке по квиддичу Малфой долго плевался сарказмом, читая Грейнджер лекцию, почему не хочет раздражать свои запястья дешёвым магловским пластиком. А потом согласился, выслушивая доводы о том, что у него проблемы с планированием. Весь этот занимательный диалог происходил на галёрке в библиотеке, где они условились видеться с Грейнджер каждый день. Объяснение их встречам было придумано быстро, и звучало оно незыблемо. — Мы старосты, у нас куча работы, и директору МакГонагалл не нравится, когда мы поручаем нашу работу старостам факультетов, — он детально помнил, как деловито играла мимика на лице Гермионы, когда она пересказывала события в гостиной своей львятни. Она скормила гриффиндорцам легенду о том, что старосты работали в прошлом полугодии отвратительно и теперь бедная Грейнджер завалена поручениями МакГонагалл. Якобы из-за того, что Фэй Данбар и Ричи Кут копались с отчётами, словно глизни в навозе, теперь старосты школы должны вместе разгребать то, что наворотили их подопечные. А Драко лишь хитроумно улыбался, думая над тем, как Грейндж обвела этих простачков вокруг пальца. Но надолго ли подействуют её сказки? Скоро опять пойдут слухи о том, что между чистокровным Драко и маглорождённой Гермионой связь. И нечто большее, чем примитивные обязанности старост. Тем не менее Драко было плевать с Астрономической башни на пересуды жалких студентов. Лишь бы побольше времени проводить рядом с его Грейндж. За три дня наедине с Гермионой он уже знал наизусть её движения: как заиграют улыбающиеся ямочки, как нахмурится складка над переносицей, как пальцы нервно забегают по строчкам едва высохших чернил, ища ошибку. И как резко она поднесёт к губам указательный палец, нервно прикусив подушечку. Это будет знаком, что она нашла оплошность и вот-вот возьмётся за перо, чтобы переписать пергамент заново. Да, привычка кусать пальцы была некрасивой, претила таким аристократам, как он. Но лично ему мерзкой не казалась. Наоборот, почему-то все нелепости, которые совершала его Грейндж, он находил милыми. Вознесённый до небес в своих мыслях, Драко не заметил, как задел плечом кого-то с красно-жёлтым галстуком. Он прорывался дальше, поворачивая за очередной угол. И на секунду замешкался — а точно ли идёт в нужный класс? Ведь в этом учебном году Драко ни разу не посещал занятия Скамандера… Краем глаза заметив блондинку с жёлто-чёрным шарфом, подпирающую стену, Драко обернулся к ней. И вгляделся в лицо, кажущееся ему знакомым. — Далеко отсюда класс Скамандера? — спросил он сиплым голосом. Девушка с зелёными глазами перехватила его взгляд, Драко заметил её растерянность. А потом вспомнил: она же староста пуффендуйцев. «Кажется, её фамилия Аббот. Я запомнил эту фамилию, потому что она из списка двадцати восьми чистокровных семей. А вот как её зовут?» — пока он думал, пуффендуйка разинула рот: — Тебе налево и прямо, Малфой. Поспеши! Скамандер уже начал факультатив. Пока Драко пытался разложить по полочкам полученную информацию, пуффендуйка ретировалась прочь. Так быстро, словно её и вовсе не было здесь. «Откуда она знает, что у Скамандера факультатив, если она не идёт на него?» — подняв бровь, Драко пошёл прямо.

***

— Мистер Малфой, поспешите, пожалуйста, на своё место, — ни единый мускул на лице Скамандера не дрогнул, когда Драко бесцеремонно ворвался в класс, хлопнув дверью. Малфой, деловито шурша мантией, прошёлся взглядом по аудитории. Народу было немало: не только седьмой, но и шестой, пятый курсы. Он поплёлся к задним рядам, пока Рольф начал лекцию. Устало плюхнувшись за парту, Драко лениво достал из сумки пергаменты, перья и чернила, пока Скамандер вычерчивал мелом на доске «Колдомедицина». Малфой скучающе подпёр лицо рукой и начал наблюдать за теми, кто сидел в аудитории. Кроме него — ни одного студента с его факультета. В основном здесь обитали когтевранцы и гриффиндорцы. Ну и ребята с Пуффендуя. Они в сознании Драко были невидимками, а факультет их — непонятным, близким больше к Гриффиндору, чем к Слизерину. — Итак, — игнорировать Скамандера было тяжело, — на факультативах мы уделим внимание такому разделу предмета, как Колдомедицина. Лечение магических существ является обязательным при изучении предмета. Жаль, что в Хогвартсе Колдомедицине уделяется мало академических часов… однако многое мы можем наверстать на факультативах. Ловя скучающий взгляд студентов и слыша отдалённые перешёптывания, Рольф заметно поник. Тем не менее молодой преподаватель не растерялся, решил немного растрясти аудиторию: — Можете начать записывать конспект, — скомандовал он, и студенты взялись за перья. Рольф, переплетая пальцы, завёл руки за спину и начал диктовать: — Колдомедицина — это наука, изучающая способы лечения магических заболеваний, недугов и травм посредством использования заклинаний, зелий и волшебных предметов. Взгляд Скамандера остановился на галёрке, где сидел Драко. Малфой, сжав зубы от недовольства занятия бесполезной деятельностью, начал писать. Так, что было слышно, как его перо скрипит по пергаменту. Рольф прокашлялся. Неожиданно по учительскому столу пробежался белый зверёк, лапками отодвигая исписанные листки конспектов. Через секунду он запрыгнул на ладонь Рольфа, а затем взобрался на левое плечо хозяина. Оторвавшись от пергамента, Драко обратил внимание на девчонок (а тут их было невероятно много), которые залились краской и начали громко перешёптываться. — Ох, Глэдис, не сидится тебе на месте! — Рольф тепло улыбнулся, засунув палец в карман костюма. Достав маленький кусочек булки, он покормил зверька. Послышались умилённые вздохи девушек, которые не отрывали глаз от Скамандера. Драко подумал: вероятно, его привлекательная внешность больше манила студенток на факультативы, чем знания. — Итак, на чём я остановился? — спросил растерянный Скамандер у аудитории. Драко обратил внимание, как бледная рука когтевранки рассекла воздух. Лавгуд. Малфоя вновь пронзил неприятный флешбэк со времён войны. — Вы говорили о понятии Колдомедицины, — растягивающийся голос Луны Лавгуд мог бы ввести Драко в спячку. Если бы не накрывшие его воспоминания о сырых подземельях мэнора, окровавленной гостиной и измученной Грейндж. — Точно, — нелепо улыбнулся Скамандер, начав расхаживать по классу с застывшим хорьком на плече. — Мы начнём с заклинаний. Пишем! — Здесь Рольф выдержал небольшую паузу, вновь задержав взгляд на слизеринце. — Важным в Колдомедицине, как при осуществлении ухода за магическими существами, так и при лечении волшебников, являются заклинания. …Его Грейндж лежит на полу, израненная, окровавленная. Ворочается, мысленно зовёт к себе смерть, лишь бы не терпеть пытки и издевательства Лестрейндж. На левой руке кровит «Грязнокровка», но буквы плохо читаются среди малюсеньких алеющих царапин… — Выводим в отдельную графу «Защитные». — Драко, поджимая губы, резко проводит на пергаменте линию. Так громко, что сидящие впереди когтевранцы оборачиваются. Благо быстро теряют интерес. — Но прежде, чем писать дальше, возможно, кто-нибудь мне скажет, какие защитные заклинания вам известны? «Protego maxima!» — жилка на шее Драко запульсировала от волнения. Малфой машинально поднял руку. Рольф тут же кивнул в его сторону. — Protego, сэр, — негромко сказал Драко. Но Рольф услышал его. — Верно, Драко. Засчитай пять очков Слизерину за быструю реакцию, — Рольф, улыбаясь, подошёл к доске и написал мелом «Protego». — Я надеюсь, что немногим из вас в аудитории удалось накладывать или пользоваться Protego. Именно это универсальное заклинание работает как на магических существ, так и на волшебников и даже маглов. Драко, может, ты сможешь рассказать подробные свойства этого заклинания? Вся аудитория синхронно обернулась к Малфою, смеряя его недоверчивым взглядом. «Ну да, я и забыл, что они всё ещё считают меня Пожирателем, врагом святого Поттера!» — Драко, усмехнувшись толпе, перевёл взгляд на профессора. — Protego как таковое не лечит ран, но обладает минимальными целительскими свойствами. Главное свойство Protego — щит, которое оно накладывает на мага или существо, к которому обращено заклинание. Кроме того, Protego отражает атаки противника, что относит заклятие к классу боевых. — Похвально! Ещё пять баллов Слизерину! — на лице Рольфа читался явный восторг. Чего уж точно Драко не планировал, так это блистать знаниями на факультативах Скамандера. Ускоренному курсу обучения всех видов заклятий он был обязан Волдеморту, тётушке Лестрейндж и, конечно же, отцу. «Нахуй!» — подумал Драко и, скривив лоб, взялся за перо. Оно яростно заскрипело по поверхности бумаги, записывая понятие «Protego», которое диктовал Рольф. — Продолжим! — не унялся Скамандер, резко хлопнув в ладони. — Есть ещё один тип заклинаний, который нужно выделить в отдельную графу, — «Заживляющие». Здесь одним Protego не обойтись. Студенты, оторвавшись от пергаментов, синхронно подняли головы. — Может кто-нибудь расскажет мне о самом известном заживляющем заклинании? «Хм, а может, доконать Скамандера ответами, и он уменьшит число отработок?» — задумался Драко, желая уже поднять руку. Но Лавгуд опередила его. Рольф кивнул, мягко улыбнувшись когтевранке. — Episkey, — мягко и протяжно произнесла Лавгуд. — Вправляет кости и заживляет сломанные конечности. — Луна, молодец. — Драко отметил между ним и студенткой химию. И вспомнил, как они танцевали на Святочном балу. — Пять очков Когтеврану. Но я имел в виду более распространённое заклинание. Малфой резко поднял руку, Рольф кивнул в его сторону, разрешая ответить. — Vulnera Sanentur. Залечивает рваные и резаные раны, а также возвращает утерянную кровь. Глаза Скамандера заметно расширились от удивления, а оцепенение пробежало по веснушчатому лицу. По аудитории прокатились шёпотки. Драко довольно скрестил руки, отмечая внимание к своей персоне. — Мистер Малфой, — прокашлялся Рольф. — Это заклинание уровня Ультима, и, конечно, оно не под силу студентам. Оно мне только недавно удалось, честно говоря. Да, Vulnera Sanentur — весьма распространённое заклинание, но овладеть им студентам Хогвартса… Впрочем, это лирика. Продолжим. В аудитории повисла тишина. Десятки студентов стыдливо спрятали носы в пергаменты. — Неужели никто не скажет мне, что за простейшее заклинание используется при заживлении? Ну же! Не расстраивайте меня так! Глэдис, сидящая на плече Рольфа, расстроено хмыкнула. Преподаватель обнадеживающе смотрел на недоумевающих студентов, которые не до конца понимали, что от них хотят услышать. «Вот бы сюда Грейндж. Она бы точно дала всем фору». — Записываем: «Finite Incantatem»! — разочарованно протянул Рольф. Послышалось эхо вздохов. И непонимающее: «Профессор?» — Finite Incantatem отменяет действие наложенных заклятий простого уровня. Ну, же, ребята, это второй курс Защиты от Тёмных искусств! Малфой вспомнил того блондинистого пустобрёха, который вёл ЗОТИ на втором курсе, и закатил глаза. — Finite Incantatem можно было бы отнести к Защитным заклятиям, но в последнее время исследователи причисляют его к Заживляющим, поскольку оно тут же излечивает все последствия нанесённых травм. Это очень важно знать, особенно тем, кто собирается связать свою жизнь с Колдомедициной. Будьте внимательны! В тот момент Драко почувствовал себя лишним в аудитории: все эти заучки собирались стать фельдшерами, лекарями, колдомедиками или исследователями магических существ. Может, они и знали ответы на вопросы, но выглядели настолько зажатыми и зашоренными, что стеснялись говорить. Чего стоит один Скамандер — явный пример выпускника с Пуффендуя: говорит быстро, словно боясь услышать возражение от студента, слегка горбит спину, будто бы стесняясь самого себя. Теперь понятно, почему слизеринцы не ходят на факультативы по уходу за магическими существами — их раздражает излишняя стеснительность, зажатость Скамандера и его соплехвостов с Гриффиндора и Пуффендуя. Потому что зелёные всегда были в лидерах, ходили по головам, действовали с холодным расчётом, и любая слабость претила им. Ну то были слизеринцы, а что насчёт него самого?

***

Прозвенел звонок, извещающий о завершении факультатива. Драко со скучающим выражением лица затолкал в сумку пергаменты, слегка сминая их. — Ещё немного лекций, а потом вас ждут практические занятия, — проговорил Рольф вслед уходящим студентам. Драко вздохнул, надеясь, что сможет проявить себя на практических занятиях и избежать отработок. Поскорее бы. Хотя он предполагал, что факультатив Скамандера пройдёт хуже. Под конец ему даже стало интересно… Студенты быстро покинули аудиторию, желая оказаться в Большом зале на ужине. — А вы, мистер Малфой, подойдите, — дружелюбно обратился к нему Рольф, присаживаясь за преподавательский стол. Жестом Скамандер указал Драко на стул, стоящий неподалёку. Малфой, чувствуя себя мальчиком на побегушках, взял его и поставил напротив стола преподавателя. Присев, он деловито скрестил руки на груди. Существо по имени Глэдис замерло перед ним, трусливо поднеся лапки к лицу. Её красные, будто у крысы, глаза засверкали. В следующий миг хорёк что-то пропищал, мотнув головой из стороны в сторону, словно задавая вопрос хозяину. — Глэдис, не мешай! — обратился Рольф к животному. Самка в два прыжка добралась до его плеча и трусливо спрятала мордочку за шею хозяина. Рольф погладил её по пушистому белому хвосту. — Драко, — фамильярно начал он, будто бы пытаясь сломать стену между ними. — Ты думал над тем, куда собираешься после выпуска из Хогвартса? — В плане? — Малфой всё ещё был закрыт от Скамандера и скептически относился к данному разговору. — Тебя не интересует Колдомедицина? — Рольф решил не ходить вокруг да около. Драко хотел было возразить, рассмеяться, даже слегка поиздеваться над преподавателем. Но решил зайти с другой стороны: — С чего вы взяли, профессор, что из меня выйдет колдомедик? Рольф сплёл пальцы рук и сосредоточенно посмотрел на Драко. — Я посмотрел твои оценки по Зельеварению, Уходу за магическими существами, ЗОТИ не только за этот учебный год, но и за прошлые. Они идеальны. Профессор Слизнорт очень хорошо отзывается о ваших способностях. Чего не скажешь о Трэверсе, но к профессору Трэверсу и его подходам есть много вопросов. Впрочем, о чём это я… Я бы с удовольствием посмотрел на твои способности на практических занятиях… — Что ж, мне приятно получить вашу столь высокую оценку моих знаний, профессор. — К сожалению, Хогвартс не даст тебе много знаний по Колдомедицине. Но, если ты заинтересуешься, я могу помочь тебе с практикой, дав доступ к своим существам и даже позволив попрактиковаться в Больничном крыле. — Но, профессор, почему я? Кругом столько умных когтевранцев, жадных до практики в Больничном крыле, пуффендуйцев, которых раздирает альтруизм, гриффиндорцев, — он хотел назвать их полными болванами, но решил, что это будет бестактно. — Я не очень-то подхожу для этой работы. Таких, как я, устраивают в какой-нибудь экономический департамент в Министерстве… или в департамент международных отношений… — Сомневаюсь, что дорога в Министерство тебе открыта, впрочем, — бесцеремонно перебил его Рольф на праве старшинства, — пока. Отвечу на вопрос, почему ты, а не когтевранцы. То, что ты со Слизерина, делает погоду только в лучшую сторону. Для спасения существа или волшебника не столько важно, сколько академических томов ты проштудировал или… альтруизм. Важно хладнокровно принимать решения, когда идёшь к своей цели. А цель здесь — спасение жизни. Ты сильный, Драко. Ты пережил кровавую бойню и вышел из неё относительно нетравмированным магом, да ещё и Министерство реабилитировало тебя… «Нетравмированным, ага. Реабилитировало, ага. Думай и дальше так!» — Я уверен, что ты не просто так знаком с заклинанием Vulnera Sanentur… — Да, профессор Снейп лично обучил меня ему. И несколько раз на войне я использовал его, чтобы залечить раны отца. — Вот как! — понизил голос Скамандер, а его хорёк в это время сполз вниз по руке, словно по бутафорской лесенке. — Тем не менее у тебя ещё есть время подумать. Может, тебе и вправду понравится, чем мы будем заниматься на факультативах. «Конечно. Как Феликс, эмигрирую в Перу или какую-нибудь Румынию, чтобы возиться со зверушками! Подальше от Магбритании. Ещё и Грейндж заберу», — подумал Драко, еле сдержав улыбку. — Я могу идти? — Конечно, пожалуйста, подумай над моим предложением, — бегло проговорил Скамандер, пока Драко поднимался со стула. Малфой поспешил к выходу, быстро глянув на часы. Сейчас начинался ужин, после его ждала очередная встреча в библиотеке с Грейнджер. Чем быстрее Драко поест, тем быстрее попадёт на четвёртый этаж и тем больше времени проведёт вместе с ней до того, как мадам Пинс закроет свои фолианты на замок. «Как жаль, что она не носит с собой поттеровскую мантию каждый день!» — И да, Малфой, — прокашлялся преподаватель. — Не думай, что тебя ждут поблажки… — Конечно, профессор, — бросил он устало, даже не поворнувшись к Скамандеру.

***

Гермиона быстро разламывала вилкой варёную картошку. Она, Невилл, Полумна и Ханна сидели в самом конце гриффиндорского стола. И хохотали, вспоминая, как весело сегодня днём прошла Травология. Бегло она бросила взгляд на часы. Шесть. Через пять минут она должна доесть, встать из-за стола и поспешить в библиотеку. Гермиона посмотрела на стол Слизерина. Драко только что сел рядом с Забини, хотя факультативы по Уходу за магическими существами кончились раньше. Ей стало интересно, почему Малфой задержался. И вообще интересно, как его знания оценил профессор Скамандер. Драко, держа ложку, поднял взгляд и метнул его в сторону Гермионы. Она почувствовала, как запотели её ладони, и тут же опустила глаза, не желая компрометировать себя перед друзьями. — …Герм, ты слушаешь вообще? — спросил Невилл. Она кивнула. Догадывается ли о чём-то Невилл? Скорее да, чем нет. Но Гермиона не понимала его отношения к Малфою. Невилл будто бы перестал абсолютно ненавидеть Драко. Скорее, относился холодно-нейтрально. Иначе почему никак не комментировал ситуацию в Запретном лесу и не стал допытываться до Гермионы о произошедшем? Полумна знала обо всём, но без подробностей. И сейчас Лавгуд, сидящая напротив, расплывалась в загадочной мечтательной улыбке. У неё были свои секреты, и до тайн Грейнджер ей не было дела. Что касается Ханны… Гермиона понимала, что пуффендуйка знает больше, чем она сама. Произошедшее в кабинете Трелони терзало Грейнджер несколько дней кряду. Расплывчатые предсказания Ханны периодически всплывали в сознании, обращаясь в тревожные мысли. Но она старалась не думать об этом: всё равно Аббот никогда не скажет ей правду. Уже второй день Гермиона не сводила взгляда со слизеринского стола. Искать глазами Малфоя утром, днём и вечером уже вошло в привычку. Для себя она подметила две детали. Во-первых, Драко часто бегал взглядом по гриффиндорскому столу. Чтобы быть уверенной в своём доводе, Гермиона в качестве эксперимента каждый раз садилась в разных местах за завтраком, обедом и ужином. Во-вторых, после той ночи в библиотеке Гермиона не видела, как Драко касался Астории Гринграсс. Слизеринка садилась рядом не со своим названным парнем, а с Панси Паркинсон. В целом, Драко вообще никак не реагировал на Гринграсс. А та даже не пыталась привлечь его внимания — её взгляд всегда был уставлен либо на Панси, либо в тарелку. «Может, они порвали? Остались друзьями?» — эти мысли одолевали её вчера, пока Гермиона пыталась уснуть, уставившись в тёмный потолок спальни. Тогда же возникла идея спросить Драко напрямую. Но ей казалось, что их отношения ещё не достигли той самой точки, когда они могли настолько откровенничать. «Неужели ты думаешь, что вы будете ходить по Хогвартсу за ручки, даже если он и расстанется с Гринграсс? Что он, чистокровный до мозга костей, будет встречаться с тобой в открытую?» — слушая контраргументы разума, Гермиона сжимала в кулак простынь. Да, на протяжении всей сознательной жизни она только и делала, что выстраивала в голове алгоритмы, действуя в любой ситуации из соображений логики. Но, Мерлин, она живой человек, а не робот! Её просто тянет к Малфою. Да, это невозможно объяснить внятно! И что хуже всего: останавливаться она не хотела, не собиралась. Даже если придётся нарушать правила: мыслимые и немыслимые. Гермиона резко встала с места и направилась к выходу из Большого зала. — Гермиона… ты куда? — спохватился Невилл; девочки, видимо, всё поняли. — Заниматься, — еле слышно бросила она, ускорив шаг. Столько лет она вкладывалась в свой ум, знания, мечтая достичь той самой желанной высоты. Но она забыла о другой своей части, о той, что просила внимания Драко, заинтересованных взглядов и даже большего — любви. «Драко Малфой. Любовь. Нет, это невозможно!» Но как же ей хотелось хотя бы на мгновение занять мысли манящими мечтами. Пусть и теми, что никогда не сбудутся.

***

6 января, Библиотека, 18:20

Ради приличия Гермиона разложила вокруг себя пару учебников и пергаменты. Чтобы студенты, случайно взглянув в сторону галёрки, увидели: старосты усиленно занимаются. И, может быть, даже подумали бы, что между ними деловые, возможно, слегка приятельские отношения. Обмакнув перо в чернила, Грейнджер собралась решить пару задачек по Нумерологии исключительно для разминки ума. Но глаза будто бы были неподвластны её разуму, останавливаясь не на странице учебника, а на входе в библиотеку. Наконец Драко вошёл в двери. И Гермиона, будто её ошпарили кипятком, опустила глаза и уставилась в пергамент, по которому растекались чернильные пятна. Она не заметила, как в ожидании Малфоя нервно стучала кончиком пера по бумаге. Пока Драко пересекал пространство между ровными рядами полупустых столов, Гермиона судорожно смяла пергамент и кинула клочок вниз. А затем сделала вид, что читает учебник по Нумерологии. Кожей она почувствовала, как Драко отодвинул стул. — Ты до сих пор ходишь на Нумерологию? — вопрос его прозвучал через несколько минут после того, как он сел напротив. Видимо, он всё же изучил её учебник и страницу, которую она читала. И думал, в какую сторону выстроить разговор. — Да, я разминаюсь перед чтением рун, — бесцветно ответила она. Гермиона почувствовала, что сейчас Драко в хорошем расположении духа. Как ей удавалось так тонко угадывать — неизвестно. — Благодаря мне сегодня Слизерин обогатился на восемьдесят баллов, — сказал он горделиво, в своей фирменной манере. Тогда Гермиона медленно оторвала взгляд от учебника и перевела его на собеседника. — Можешь не притворяться, Грейндж, что тебя занимает Нумерология. Тебе, скорее, не терпится узнать, как я блеснул знаниями на факультативе Скамандера. Не только она чувствует искренность и фальшь в отношениях. Гермиона улыбнулась и заинтересованно кивнула. — Его вопросы по Колдомедицине — полные пустяки. Я отвечал на каждый. Скамандер накидывал баллы. Даже сказал, что я могу спокойно стать колдомедиком, мол, слишком хорошие знания. Но никаких поблажек не сделает — придётся таскаться на занятия и практикумы… — И? — растянула Гермиона, подперев лицо ладонью. — Тебя заинтересовала Колдомедицина или… — Не сказать чтобы заинтересовала, но слышать лесть от профессоров мне приятно… Особенно в свете последних событий, когда кое-кто завалил меня по ЗОТИ… Гермиона глубоко вздохнула, и ей показалось, что сейчас она покраснеет до кончиков ушей от одного упоминания Алана. Она быстро пресекла все мысли о профессоре, дабы не выдать себя странной реакцией. Мгновенно в её голове возникла идея, и Гермиона, встав с места, кинулась к стеллажам. Достав волшебную палочку, она направила её к фолиантам. Разыскав необходимый, Гермиона переместила увесистый том к дальнему столу, за которым сидел Драко. Тот, поймав книгу, поморщился, но прочёл название вслух: — «Базовые основы Колдомедицины для начинающих. Дайлис Дервент». Грейндж, серьёзно? — Это тебе для лёгкого чтения! — и почему бы ей не поиронизировать. Гермиона села напротив Драко, наблюдая за тем, как он недоумевая листает страницы. — Есть, конечно, справочники самого Мунго, но их непросто читать. К тому же половина на древнегреческом… — Я знаю древнегреческий, — сказал Драко так, словно древнегреческий изучают на каждом шагу. Гермиона предполагала, что родители Малфоя вложили в сына множество знаний. И ей стало безумно интересно, что ещё он изучал. Пока Драко пролистывал страницы увесистого фолианта одну за другой, она отважилась спросить: — А какие языки ты учил? — Из языков народов французский и немецкий в совершенстве, — Драко задумался, видимо, предавшись воспоминаниям. — Родители хотели «впихнуть» в меня ещё болгарский и русский, они какое-то время готовили меня в Дурмстранг. Но не вышло. С русским особенно трудно. Но начальные знания русского и болгарского у меня есть. Конечно, была ещё латынь. И древнегреческий. Но, честно говоря, древнегреческий я учил поверхностно. С трудом читаю труды на этом языке. Гермиона была шокирована — она впервые столкнулась со сверстником, который, пожалуй, знал больше неё. — Но мои родители настаивали не на том, чтобы я знал языки народов. Им было важно изучение древних и магических языков. Отец с жадностью обучал меня древневаллийскому, галльскому, бретонскому, древнеирландскому, — тут он резко умолк, видимо, понимая, что нужно остановиться, дабы не наболтать лишнего. — Также меня учили Парселтангу и эльфийскому языку. Ну и в качестве дополнения — язык морских народов. Грейнджер не заметила, как её губы разомкнулись. Смотря на неё со стороны, можно было сказать, что она буквально раскрыла рот от удивления. — И как тебе хватило… — она включила скептика. — Времени? Меня обучали чтению и языкам с четырёх лет. Занятия были ежедневными. Лет с шести — игра на фортепиано, этикет и фехтование в качестве лёгкого развлечения. С семи лет добавилась история магии, танцы. С восьми — курсы колдовства для начинающих. С десяти — полёты на мётлах и Зельеваренье, чтобы, поступив в Хогвартс, чистокровный отпрыск не ударил в грязь лицом… — Но ты же был ребёнком, — не выдержав, перебила его Гермиона. — Да, и всем было плевать на детские истерики. Особенно отцу. Впрочем, не тебе объяснять, что за человек мой отец… Гермиона нахмурилась; перед глазами встал образ властного Люциуса Малфоя с чёрной тростью, которую украшал серебряный наконечник в форме головы змеи. Она видела эту трость где-то. Каждый мускул на лице отца Драко всегда был напряжён, на оголённом лбу билась жилка, а цвет его длинных секущихся волос балансировал между платиной и сединой. Гермиона заметила, что Драко взгрустнул. В глазах его блестела ненависть. Она выдержала паузу, дабы дать ему договорить. Или, наоборот, восстановить силы, оставаясь в абсолютном молчании. Неожиданно, переплетя пальцы рук, Малфой продолжил: — Поэтому, Грейнджер, Колдомедицина для меня — ерунда, как и Уход за магическими существами. Я легко освою эти направления. Для меня это — раз плюнуть, — он говорил на придыхании, смакуя каждую фразу и чувствуя собственное превосходство. Правда, непонятно над кем. — Меня отлично научили многому. Я бы сказал, научили учиться до кровавых соплей во всех смыслах этого слова. Вопрос: для чего? Ошарашенная Гермиона впала в ступор. Но вместо того, чтобы размышлять, как лучше ответить, выпалила напрямую: — Чтобы стать великим волшебником! В тебе есть все задатки! Драко загоготал в голос. Издевательски. Едко. Громко. Не по-аристократически. Большинство сидящих в библиотеке обернулись. Несколько сокурсников, которые уже шли к дверям, остановились и пронзили спину Драко презрительными взглядами. Обратила внимание и Ирма Пинс: — Мистер Малфой, должность старосты школы не даёт вам право фривольничать в библиотеке. Драко замолчал, прикрыв рот рукой. Гермиона отвернулась, чтобы сокурсники не узнали в лицо её — девушку, сидящую рядом с Драко. Правда, очень быстро все потеряли интерес к старостам. Тогда Малфой заговорщицки прошептал, наклоняясь вперёд: — Есть идея, Грейндж. Как раз ты говорила в Ванной старост, что любишь играть… «Мерлин! Что ты задумал?» — она наклонилась навстречу к его лицу, уже не обращая внимания на следящие взгляды и шепотки. — Давай поиграем на желания. Спорим, что я сдам экзамен Скамандера на отлично, а также в совершенстве овладею Колдомедициной! Ну, как минимум на уровне «Превосходно» студента Хогвартса. — Чего ты хочешь? — зашептала она. Её не интересовали знания Драко. Её интересовал хитрый план, родившийся в его голове. Малфой резко обернулся назад. Грейнджер окинула взглядом студентов в библиотеке. Многие из них уже собирались к выходу, некоторые что-то увлечённо дописывали в свитках, а несколько слизеринок с пятых-шестых курсов резко уставились в книги, чтобы не выдать свой интерес к столу, за которым сидели старосты двух враждующих факультетов. — Похуй! — шепнул Драко. Видимо, он тоже заметил любопытные взгляды наблюдающих за ними змеек. Он повернулся к Грейнджер лицом, их взгляды встретились. Гермиона нервно сглотнула, продолжая следить за каждой шевелящейся чёрточкой его лица. Драко придвинулся ближе к столу, врезаясь корпусом в деревянный край. Гермиона отзеркалила движения собеседника, придвинувшись ближе. Так, что их колени почти врезались друг в друга. «Мерлин, завтра вся школа будет судачить о том, что мы любовники! Что же я делаю?» Лица Драко и Гермионы застыли в семи-десяти сантиметрах друг от друга. Казалось, между ними накалился даже воздух. Она ощутила стук сердца, которое уже собиралось вырваться из клетки рёбер. Стало жарко, как в тот вечер в Ванной старост. Он ухмылялся, снова и снова упиваясь своим превосходным планом, который, Гермиона была уверена, Драко раз за разом смаковал в своей голове, хваля себя за гениальность. Но выдавать условия так быстро он не хотел. Тогда она почувствовала, как до её согнутой коленки дотронулись ледяные пальцы и медленно, но бесстыдно поползли вверх. — Если я не справлюсь со своей задачей, то дарю тебе кое-что очень ценное, стоимостью не одну тысячу галлеонов. — Гермиона уже была готова возразить и открыла рот. Но он продолжил шептать: — Не переживай, это не будет что-то из фамильных украшений, ценностей или артефактов Малфоев. Если же овладеваю Колдомедициной… то овладеваю тобой, Грейндж, в любом уголке Хогвартса. Его пальцы доползли до резинки чулок и слегка поддели её. Гермиона еле выдохнула сквозь приоткрытый рот, ощутив, как указательный палец Драко медленно рисует невидимые узоры на коже. — Чулочки, Грейндж, как мило! — Гермиона смутилась, переведя взгляд с его лица на книжные стеллажи, а потом — на макушки студентов. Всё в глазах поплыло, когда его ледяная ладонь накрывала колено. Казалось, кровь, бьющаяся от возбуждения по венам, своим жаром смогла бы согреть кожу его вечно холодной руки. Гермиона прикрыла глаза. Тогда во всём мире осталась только она и сладострастный шёпот Драко. — Место в замке, в котором я овладею тобой, будет не совсем укромным. Ну и не публичным. Нам же не нужен позор до конца жизни? Но, поверь, ощущения быть настигнутой на месте преступления тебе понравятся. Он резко убрал руку с её коленки. Гермиона зарылась руками в волосы и согнула спину так, будто в позвоночник швырнули Cruciatus. Смешок. «Тебе же хотелось поиграть с ним? Принимай вызов!» — она ощутила, как от солнечного сплетения до низа живота разливаются сладостное тепло и трепет. Будто бы она выпила бокал терпкого вина залпом. Как в Рождество, в покоях Алана. Гермиона заелозила на стуле, сводя ноги. Уже минуту она сидела в закрытом от Малфоя положении. Сколько же ещё она будет бояться, ходить вокруг да около, когда можно просто принять правила игры и посмотреть, что будет дальше? Но почему на словах всё это звучало так просто, а на деле… «Секс в кладовке или раздевалке для игры в квиддич? Я что ему, Панси?» — подумала она, вспомнив гнусные слухи времён шестого курса. А потом улыбнулась самой себе, пряча ямочки под копной спутавшихся волос. Гермиона подумала о том, что правила игры Драко необязательно выполнять. Силён игрок тот, который может сделать вид: мол, принимаю твои условия. А потом незаметно охмурить соперника, навязать свои правила, отказавшись от прежних установок. — Я согласна! — прошептала она. — Я не расслышал, — Гермиона ощутила лёгкую издёвку в его тоне. — Я согласна, Малфой! — Грейнджер наконец-то выпрямилась, подняв голову. Кудри мягко рассыпались по капюшону мантии, воротнику рубашки. Следя за тем, как колышутся её волосы, Драко вновь взглянул в бездну её глаз. — Руку! — заворожено шепнул он так, словно собрался заключать Непреложный обет. Она быстро протянула ему ладонь, чуть не задев рукой стопку книг. Драко перехватил руку и деловито пожал так, словно они высокопоставленные маглы, которые подписали договор между двумя деловыми партнёрами. — Договорились, Грейндж. Предлагаю тебе готовиться морально… — Сдать Колдомедицину не так-то просто, Драко. Тем более на уровень «Превосходно»… — Она почувствовала, как Малфой покачивает ладонь в воздухе, продолжая жать. — Именно поэтому сейчас я уйду пораньше. Прочту твою книжку в гостиной. Завтра ещё тренировки по квиддичу… Она было удивилась его наглости и хотела возразить, но Драко прервал её: — Я дам знак тебе, жди, — сказал Малфой, взяв большую книгу по Колдомедицине. Затем он встал с места, сухо кивнув на прощание. Ножки стула противно лязгнули по паркету, дав знак, что их очередная встреча окончена. Когда Драко повернулся спиной к Гермионе, она бросила ему вслед: — Даже я не справилась во время войны с заклинаниями Среднего уровня по Колдомедицине. Он повернул голову в её сторону так, что Гермиона могла разглядеть только профиль. — То, что ты не справилась, ничего ещё не значит. И пошёл к выходу, ни разу не обернувшись. Тогда Гермиона обняла себя руками, думая об одном: возможно ли то, что с помощью пустякового спора она помогла найти Малфою жизненное предназначение?