Рондо на Флейте

      — Профессор, какая неожиданная встреча. Рады вас видеть.        Палладиум улыбнулся — так же приветливо, как улыбался нам в коридорах Алфеи.        Мужчина со шрамами на лице (правая половина бугрилась, оставляя на месте глаза только маленькую щелку с золотым просветом) протянул профессору руку.        Я помнила этого человека: именно он распорядился выкинуть нас на Домино.        Мы стояли возле дальней стены, команда нашего капитана — возле пульта управления, Палладиум же — в центре прохода, отделяя от пиратов одновременно и нас, и команду.        Я смотрела на его худую спину в зеленом плаще и длинные вытянутые вверх эльфячьи уши. Палладиум был гораздо ниже пиратов — да что там, он был ниже даже Флоры и Имар! — но, несмотря на это, за его спиной было спокойно.        Я хотела взглянуть в его лицо. Нервничает ли он? Страшно ли ему? Что вообще чувствует один из сильнейших волшебников Магикса, когда сталкивается с неприятностями?        За пиратом со шрамом стояло еще семь человек с оружием.        Профессор руку не пожал до сих пор.       — Мы знакомы?       — Лично мы — нет, но я о вас столько читал, что смею предполагать обратное.        Палладиум не впечатлился.        (Пират, думаю, и не хотел его впечатлять).       — Я о вас читал не так много. Не люблю военную хронику, — ухмылку в голосе я расслышала четко.       — Хо, значит, вы все-таки знаете меня?       — Бывший генерал солярийской армии Альдебаран?        Что ж. Теперь его золотым глазам есть вполне логичное объяснение… Нужно будет потом спросить Стеллу.        Альдебаран оскалился.       — Вот и познакомились.        Протянутую руку он опустил, так и не дождавшись рукопожатия. Оскорбленным при этом не выглядел.       — Собственно, зачем мы вас остановили. Наш капитан хочет перекинуться с вами парой слов, профессор.        «Капитан».        Ассоциаций никаких не возникло: я понятия не имела, кто является капитаном Уравнитилей, как он выглядит или же как его зовут.        Собственно, как и весь Магикс.        За сведения о его личности давали баснословную награду…        Он был самым разыскиваемым преступником в Магиксе.       — Остановили? Вы нагло телепортировали нас. Я хотел бы знать — куда?       — Вы вполне можете задать этот вопрос капитану.        Никто не двигался с места.        Я старалась даже дышать тише, чтобы лучше слышать разговор.        Палладиум обернулся на нас. Посмотрел по очереди сначала на Имар, потом на Флору и наконец — на меня.       — Я предлагаю другой вариант. Вы нас отпускаете — и не умираете.        В голосе профессора не было бравады, пафоса, — только сухая констатация факта. Он действительно мог их убить.        Стоявшие за спиной Альдебарана пираты направили на нас оружие.        Флора задержала дыхание, а я постаралась почувствовать в себе хоть кроху магии.        Глухо.        В космосе я колдовать не могла.        Профессор не сдвинулся с места.       — Я могу вас убить за три секунды.        Я сглотнула.        Магия пульсирующим потоком хлынула во все стороны.       — Даже не сомневаюсь! — бывший генерал закатил глаза. Его всколыхнувшаяся магия профессора не проняла. — Но что будет при этом с этими девочками? Кто-то из моих парней определенно успеет выстрелить. Да и… — он подкинул вверх обычную шахматную пешку, которую до этого держал в руке. — Эта штука взорвется по моему желанию — и тут, к сожалению, говорить будет больше не о чем.        Даже если Палладиум успеет обезвредить всех, кто даст гарантии, что нас не заденет взрывом? Помещение небольшое. Мы все находимся достаточно близко друг к другу…        Дерьмо.        Сейчас мы — его главная слабость.        Это понимала я, это понимал Палладиум, и это прекрасно осознавали пираты.       — Вы гарантируете мне их безопасность, если я сейчас пойду с вами?        — Мы детей не убиваем! — хохотнул тот. — Даю слово, что никто из моих парней их не тронет.        Потом посмотрел на нас и по-отечески подмигнул.        Стало мерзко.       — Феи, вы же будете тихо и спокойно сидеть тут и ждать своего профессора?        Имар сверлила их взглядом и отвечать явно не планировала.        Флора в принципе была к этому не готова.       — Да.        Пират окинул меня взглядом.       — Хо. Девчонка. Я тебя где-то видел.        Сейчас не место для эмоций.        Пожала плечами.       — Я мелодийка. У нас лица у всех похожи.       — И все же… — он явно пытался меня вспомнить — но у него не получалось. Видимо, сдавшись, он просто махнул рукой одному из парней. — Ну да ладно, профессор, эту феечку мы заберем с собой. Так вы с большей вероятностью дойдете до нашего капитана. На выходе получите ее обратно.        Чувства внутри смешались.        Что?        Меня… заберут?        Я опять влипаю в какое-то дерьмо?!       — Мои ученицы останутся здесь, — сурово вставил Палладиум.       — Чтобы вы в любой момент прирезали сопровождающих и сбежали обратно? — улыбнулся нарочно понимающе бывший генерал. — Я думаю, вы понимаете, профессор, что сделать так будет глупостью с моей стороны.       — Ваши люди будут снаружи корабля, — Палладиум выставил и свое условие.       — Они и не собирались тут оставаться. — Альдебаран повернулся к подчиненным. — Парни, на выход. Никого не впускать, никого не выпускать.       — Муза.        Я кивнула профессору и пошла следом, сжав ладонь Флоры на прощание.

***

       Я молча шла за одним из пиратов, стараясь запомнить дорогу до нашего корабля, если вдруг придется экстренно бежать назад. Направо. Прямо. После длинного панорамного окна, в котором видна была часть станции Малой Медведицы, — развилка. Снова направо.        Я повторяла последовательность про себя после каждого нового поворота.        Палладиума увели в другом направлении. Хотя как — «увели»? Не уверена, что его вообще можно насильно куда-то увести. Он просто последовал за бывшим генералом Солярии…        Напуганным он не выглядел, поэтому я впервые задумалась: может быть, все обойдется. С ним просто поговорят, а потом отпустят, и мы тихо и мирно вернемся назад…        Меня они забрали, чтобы у Палладиума не было соблазна по дороге их всех вырубить и сбежать.        Сейчас я не знала, что мне следует делать: ждать профессора или пытаться сбежать самостоятельно?        Да и смогу ли?        Без магии против взрослого мужчины с оружием я могу выиграть… только если его прибьет роялем, внезапно свалившимся с потолка.        Мы оказались в коридоре, который имел углубления в стене, закрытые голубым силовым полем.       — Посидишь пока здесь.        Поле пропало; я прошла в камеру — и за моей спиной оно снова появилось.        Оно, хоть и имело голубой оттенок, в целом было прозрачным, и я могла видеть, как уходит пират и камеры напротив моей.        В одной из них кто-то зашевелился на кровати.        Я прищурилась.        Сначала на свет показались босые ноги с худыми лодыжками, дальше — обычные серые штаны и такая же кофта.        А потом — лицо.        У меня свело щеки.       — Ну привет, феечка, — Айси села прямо у края силового поля, скрестив ноги, и с ухмылкой посмотрела на меня. — Давно не виделись.        Не передать словами, какие гнев и ненависть я испытала в одно мгновение.

***

       Дверь за пиратами закрылась; Флора сразу же расслабилась, и напряжение чуть её отпустило.       — Эй, ты куда?! — крикнул капитан. — Нам лучше остаться здесь и обсудить, что мы будем дела…       — Я в свою каюту. Самый лучший план — не делать ничего, — фыркнула Имар и сразу же покинула рубку.        Неужели все, что они могут, — просто сидеть… и ждать?        Она уже один раз ждала.        Ждала, пока монстры армии тьмы пробьют лобовое стекло.        Ждала, зная, что ожидание закончится смертью.        Сейчас ожидание кончалось неизвестностью.       — Я схожу за ней! — Флора крикнула капитану, прежде чем выбежать.        Плащ Имар промелькнул за углом — и Флора бросилась следом.       — Имар! Постой!        Та не останавливалась.        Флора не была уверена, что та вообще ее услышала.       — ИМАР! — она повторила громче.        На этот раз сработало.        Флора ускорилась, думая, как бы убедить принцессу вернуться в капитанскую рубку и придумать, что делать.        Она уже только хотела открыть рот, что-то сказать, как Имар, резко развернувшись, схватила ее за плечи и со всей силы вбила в стену.        Воздух вышел.        После удара в живот она просто согнулась, начав сползать вниз по металлической стене.       — Если ты пойдешь за мной, я разобью твое красивое ягодное лицо в кашу.       — Ты… — слова застряли где-то внутри, и все, что могла Флора — глупо заикаться в попытке хоть что-то сказать. — Ты…       — Отьебись. От. Меня, — прорычала Имар и бросила на неё взгляд, полный раздражения вперемешку с гневом, прежде чем уйти.        Флора прижала руки к животу и застонала.        Хотелось заплакать — что она и сделала.        Волосы неровными вихрами опустились вниз, когда она подвинула колени ближе к груди и опустила на них голову.        Флора привыкла получать удары от монстров, падать и ушибаться на тренировках — это было привычно, это было в порядке вещей.        Но… так        Никто и никогда не бил ее.        Никто.       — Флора.        Она резко подняла голову — и тут же смахнула случайные слезы с щек. Прямо перед ней стояла маленькая копия профессора: ростом с ладошку, с большой головой и маленьким телом, крылышками за спиной.       — Профессор Палладиум? — Верно, — маленький эльф кивнул. Голос у него был звонкий, как у ребенка — звонкий и наполненный магией. — Флора, копия продержится недолго, поэтому слушай внимательно. Я не думаю, что смогу вернуться, поэтому тебе нужно будет спасти Музу самостоятельно.        Ей? «Самостоятельно»?        В Фонтане во время битвы с драконом руководила Тия.        В Репенте, когда они угоняли корабль для спасения Стеллы, — Брендон и Ривен.        Она не справится.        Провалится.        …Флора зажмурилась от страха.       — Но как? Ее увели неизвестно куда, — почему профессор поручает это ей?! — И почему вы не сможете вернуться? Мы не можем вас бросить, профессор!        Она? Что она может сделать? Без магии? В окружении врагов?        Без наглости Стеллы.        Без силы Блум.        Без смелости Тии.        Без уверенности Музы.        Она не может совершенно ничего.        Маленький эльф засунул ручку в карман и протянул ей золотую монету.       — Она поможет тебе найти дорогу к Музе и вытащить ее. После этого сразу же возвращайтесь назад и улетайте. Я один из сильнейших волшебников Магикса, обо мне волноваться не стоит.        Флора шмыгнула носом.       — Даже если я верну Музу на корабль, мы уже внутри станции. Нам придется пробиваться с боем.       — Об этом не беспокойся.       — А как быть с Имар? Мне взять ее с собой?        Палладиум замолчал на пару секунд, после чего вновь заговорил:       — Флора… это Имар телепортировала нас сюда.        Она от удивления даже забыла о боли в животе.       — Чт-то?       — Оставь ее, — мотнул профессор большой головой. — Мое время кончается. Иди на нижнюю палубу, там должен быть люк, ведущий вниз, пароль: три четыре семь девять один, повтори.       — Три, четыре, семь, девять, один. Но, профессор… — договорить она не успела.       — Молодец, — сказал Палладиум — и рассыпался маленькими блестками.        Взять себя в руки. Нужно взять себя в руки.        Никто не спасет Музу, кроме нее.        Серебряная монета грела ладонь, пока Флора бежала в комнату.        Она не пойдет туда совсем без защиты: может быть, у нее и нет сейчас магии, но есть другие способы себя защитить.        Семена брать бессмысленно, они не взойдут сами, но парочка лиан могут вполне пригодиться…        В каюте было пусто — видимо, Имар направилась в другое место.        Лианы легко обвили ее ноги руки и живот. В волосы она вплела нераскрывшиеся пока пионы, способные усыплять…       — Я справлюсь, да? — она сама себе не верила.

***

       Айси.        Айси.        Айси.        Я заставила себя вдохнуть.       — Получается, ты жива.        Она оскалилась.       — Повезло, не правда ли?        Я отошла от края, стараясь унять дрожь.        Воспоминания о последних днях Магикса… Как же их много.       — Зачем?        Зачем вы все это устроили? Зачем вы разрушили столько жизней? Зачем вы разрушили свои жизни?        Я не могла взять себя в руки, чтобы выразить мысли правильно.       — Зачем что, глупая фея? — прозвучало очень едко и насмешливо.        Мой рот открывался, но слова почему-то не выходили.        Я выглядела, да и просто была дурой.        Глупой. Наивной. Дурой. — Э-э-эй, ты что, от ужаса язык проглотила? Выглядишь больной! — она рассмеялась.        И смеялась долго.        Пока внезапно не перестала.        Ее лицо посерьёзнело. Она скривилась, отвела взгляд куда-то в сторону, а потом вновь посмотрела на меня. Ей будто неожиданно стало тяжело говорить и извергать из своего поганого рта колкости.        — Ты видела мою сестру?        Я сглотнула.       — Какую из?       — Обеих, — пожевала она нижнюю губу.        Говорить не хотелось.        О чем угодно, но не о ней.        Я молчала.        Айси с каждой минутой зверела.        Я смотрела, как она мечется в нетерпении, ожидая ответа.        Ей не было плевать на сестер — я знала.        Но только… что мне с этого? Надо было раньше включать мозги.        До того как… как.        Как Айси сломала ей жизнь и карьеру.       — Я тебя ненавижу.        Я впервые за долгое время почувствовала себя на сто процентов искренней.        Не хочу доставлять ей радость. Пусть мучается неизвестностью.       — Мне срать на твои чувства. Скажи мне, что с Дарси и Сторми.        …Дарси.        Даже мысленно я не позволяла себе говорить это имя.        Она сказала его вслух.        Она нарушила мою негласную клятву. Воскресила в голове те воспоминания.        Я сделала шаг назад и легла на койку, отвернувшись к стене.       — Эй!        Я молчала.       — Что с моими сестрами?        Молчала.       — Тупая тварь, говори немедленно!        Молчала.       — Ты реально язык проглотила?        И молчала…       — Сука, а ну отвечай!!!        С каждой новой фразой она становилась все громче.       — Фея, блять!        Это продолжалось на протяжении пятнадцати минут. Она кричала. Она изрыгала проклятия. Она материла меня и оскорбляла.        Наконец — утихла.        Дарси.        Сердце забилось как сумасшедшее.       — Она моя сестра.        Я вздрогнула и все-таки повернула голову.        Скажи мне это волшебное слово. Давай же, скажи «пожалуйста». Ну же.        Умоляй меня. Унижайся. Извиняйся.        Этим ты не окупишь то, что сломала ее жизнь. Но чуть поумеришь мою ненависть и поласкаешь мое эго.        Ну же давай. Давай. Давай.        Встань передо мной на колени.        Я с силой сжала руки в кулаки — так, что ногти впились в кожу.        Дерьмо.       — Сторми перевели на следующий курс, ей тяжело, но она справляется. Дарси в тюрьме Эраклиона, Скай навещал ее там пару раз, у нее есть все необходимое и даже больше. — Слабая тупая сука. Блять. Вот кто я. — Она думает, ты умерла.        Айси подняла голову.       — Ясно.        «Спасибо» я, конечно же, не дождусь. Даже и думать не стоило.       — Знаешь, — она глянула на меня из-под длинной челки, а я только сейчас заметила, как же неровно и коротко были подстрижены теперь ее волосы сзади, там, где раньше был высокий хвост, — ты вся такая из себя благородная, аж тошно. Помнишь нашу первую встречу? Помнишь, что ты тогда сделала? Думаешь, не сдала меня и подыграла Дарси именно поэтому? Потому что вся такая из себя благородная и высоконравственная фея? Ха-ха. Нет, вовсе нет. Дарси просто внушила тебе симпатию к себе, чтобы ты нам тогда помогла. Она тебя просто использовала. После ты должна была исчезнуть из нашей жизни. Но случилась осечка: почему-то на некоторых людей, чувствительных к магии, ее колдовство влияет сильнее чем на других…       — Заткнись.        Айси оскалилась.       — Они влю-бля-ют-ся.        Я перестала дышать        Сердце больше не билось.        Я в нее… влюблена?        С того самого момента в Магиксе?        Конечно.        Помощь ей — не мой выбор.        Никогда она не была моим выбором.        Это все было навеянным ей мороком.        Ложью.        Сколько раз я играла ей на руку?        Сколько раз оправдывала ее и подставлялась сама?        …Я все еще не могла заставить себя вдохнуть.        Тело было таким тяжелым, что хотелось упасть.        Вот только…        Одно большое «но».        Которое мне было страшно признать, так страшно признать на протяжении всего этого времени.        Когда я заговорила, я смогла вдохнуть — и вдох унес куда-то всю тяжесть.       — Я знаю. Знала с самого начала.        На груди появился скрипичный ключ, и я почувствовала в себе магию.