Behave!

— Последние пятьдесят!       Солнце палило вовсю, припекая плечи и целуя загаром. От хлорки чесалось горло, а лёгкие будто набили ватой. Чонгук плыл на боку, пол-лица то и дело высовывалось из-под воды с приоткрытым ртом, жадно хватающим порции кислорода, чтобы через мгновение снова погрузиться в небесно-голубую гладь. Он всегда представлял себя рыбой, выброшенной трепыхаться на берег с выпученными глазами – отчего еле справлялся с хохотом, с трудом концентрируясь на тренировке. Как и сейчас, предсказуемо сбиваясь с ритма от клокочущего в груди смеха. — Шевелите задницами!!       Оглушающий рёв тренера Айса вибрациями пролетел от одного борта бассейна до другого, пробираясь даже под плотно сидящую на голове Чонгука плавательную шапку прямо в несчастные барабанные перепонки. За этот час тренировки его уши уже пережили столько, что даже если Чону вместо подушки ночью подложат включённую газонокосилку, то он всё равно сладко захрапит.       Ещё и "спасибо" скажет. — Да даже моя бабуля быстрее вас плавает! — вновь донеслось до него через секунду.       Чонгук как хомяк надул щёки, изо всех сил пытаясь сдержаться, но в итоге всё равно хрюкнул от смеха, уже во второй раз потеряв хорошую долю воздуха пузырём под водой, вылетевшим изо рта. В поле его зрения начали появляться фигуры согруппников на соседних дорожках, опережающих его вплавь на пару футов и стремящихся вперёд с таким рвением, будто за ними гналась зубастая акула из «Челюстей», не меньше.       Он мог их понять. — Чон!! А ну поднажал, иначе оставлю отжиматься... и усядусь сверху!       И вот почему.       Взмахнув рукой над головой и тут же выпрямив её перед собой, Чонгук сцепил зубы и рванул с новыми силами – верхняя часть ног приятно горела от напряжения, бицепсы, казалось, превратились в твёрдый, но на удивление лёгкий камень, живот рефлекторно поджался. — Пошёл, пошёл, пошёл, пошёл!!       Добравшись до конца отрезка, Чон сделал кувырок и оттолкнулся от борта, стрелой вылетая в обратную сторону и спешно догоняя остальных. Он ощущал себя, как минимум, торпедой, рассекающей воду навстречу конечной цели, будто какой-то злодей нажал на его красную кнопку «Пуск», зловеще прикусывая мизинец.       ...       Конечно же, он говорил о Докторе Зло из «Остин Пауэрс», о ком же ещё.       Возможно, по какой-то неведомой причине Чонгук в свои десять лет считал Остина Пауэрса действительно крутым.       Возможно, в том возрасте Чон пересматривал все фильмы с ним по пять раз в неделю.       Возможно, сейчас он наждачной бумагой хотел стереть из памяти все воспоминания об этом.       Возможно, это было невозможно, и он застрял с этим постыдным периодом жизни до конца своих дней.       Вновь опережая одногруппников, от развитой скорости Чонгук чуть не въехал головой в стенку бассейна, лишь чудом успев выставить растопыренную ладонь, чтобы остановиться. Выскочив макушкой на поверхность, будто в игровом автомате "Ударь крота", он заозирался вокруг, с растущим самодовольством обнаружив, что приплыл первым.       Его грудь надулась как накачанный насосом батут. — Чон, — пробасил ни с того ни с сего его тренер, подходя ближе к краю дорожки – загорелый мужчина в самом расцвете сил ростом под шесть футов и усами, как у Фредди Меркьюри, носящий с собой свисток даже в уборную (Чонгук лично видел, честно!). — А ну-ка вылезай.       Облизав солёные от хлорки губы, Чонгук послушно выпрыгнул из бассейна, упираясь руками о плитку – так просто, словно ничего и не весил. — Пятьдесят берпи, погнали.       Всё ещё тяжело дышащий, отчего его голая грудь вздымалась горкой, Чон широко раскрыл глаза и не постеснялся поныть: — За что-о-о?! — он драматично отбросил голову назад, жмурясь в страдальческой полуулыбке, его влажные волосы откинулись со лба сосульками. — За то, что замедлился на середине дистанции, — погладил усы подушечками пальцев тренер Айс, которого все втихаря называли "Айс-айс-бейби", хихикая и тут же строя лица кирпичом, едва он входил проверить, что такое смешного происходит в мужской раздевалке. — Но я же всё равно пришёл пе-ервы-ы-ым, — взвыл Чонгук вновь, стягивая шапку вместе с очками. Рукой прилизывая волосы назад, он уже присаживался вниз для упражнения, несмотря на сопутствующее ворчание: — Ну бли-ин, я же был быстрее всех... — И чтобы не зазнавался, — добавил тренер Айс, важно кивая сам себе, а затем вновь повышая голос до воодушевляющего вопля: — Ты покажешь мне свою стопроцентную отдачу или как?!       Чонгук заскулил обречённое "аргх!!" и выпрыгнул из позы сидя в стойку для отжимания, мышцы натянулись, будто новенькая струна на гитаре.       Остальные студенты тем временем преспокойно нежились в водичке и восстанавливали дыхание, уже давно привыкшие к тому, что к Чону всегда было особое отношение, как и особо строгие требования к лучшему результату.       Откровенно?       Чон был явным любимчиком тренера.       Все об этом знали, но никто не произносил вслух. — Быстрее! — Серьёзно, что ли?! — снова посетовал Чонгук, ускоряя темп и быстро выпрыгивая наверх, а затем снова падая на корточки и принимая упор лёжа. — Вот так!! Сорок пять!       Айс так загорелся, громко считая, что остальная команда скривилась, натягивая шапки глубже на уши. Кто-то даже ушёл под воду медитировать. — Сорок шесть, сорок семь!.. — Я больше не могу! — Ещё двадцать! — Ну ла-...адно, — резко выдохнул Чонгук, делая дополнительное задание с плохо скрываемым растущим оскалом на лице.       Студенты, мирно покачиваясь в воде поплавками, устало переглянулись между собой и закатили глаза.       Что-то совсем невыносимое было в том, насколько Чонгук любил упражняться до обессиливающей тело крепатуры на радость их такому же помешанному на спорте тренеру.       Невыносимое – в смысле реально бесячее. — А теперь вместе со мной, финальный рывок!       Айс подбадривающе сжал кулаки и встал на них на пол подле Чонгука, костяшками скользя по мокрому бетону около плитки бассейна. — Слушай внимательно, парень. Кто закончит последним, тот... — суровый взгляд, — ...тухлое яйцо!       Чонгук проглотил вздох, полный ужаса от поставленного условия.       Тухлое яйцо?!       Он неверяще округлил глаза и качнул головой вбок, даже не замечая пристальных взглядов сокурсников, мысленно умоляющих Чона не купиться на такую дешёвую провокацию.       Но Чонгук своё дело знал, и ему не нужны были советы других.       И ежу понятно, что тухлое яйцо – это...       Ну...       Тухлое яйцо!       Да ни в жизнь он им не будет! — Поехали!       Темп вдвое быстрее предыдущего не помешал Чону так же резво скакать вместе с тренером вверх и вниз, как попрыгунчик, подбадриваемый словесными пенделями: — Ага! И ещ-щё! Шестьдесят восемь! Рга-ах! Выпрыгивай как следует!.. Что, устал? Значит, ещё пять! Семьдесят один! Семьдесят дв-...       Двойные входные двери – единственный проход к открытому бассейну из университетского кампуса для посторонних – протяжно, тяжело распахнулись, впуская внутрь нежданных гостей. Как по команде отвлекаясь на вторженцев в их спортсменскую утопию, тренер Айс перестал мучить Чона и встал на ноги, отряхивая огромные ладони друг о друга. Он подозрительно прищурился, шевеля усами из-за сморщенного носа – будто сторожевой пёс вглядываясь вдаль и пытаясь разобраться, кто смел прервать его урок и кого это здесь нужно депортировать за границы физ.царства.       Но ему пришлось усмирить своего цербера.       Небольшая группа из четырёх человек медленно шагала им навстречу – один из них, что поменьше ростом, с блестящей на свету дневного солнца лысиной, приветственно махнул рукой. Тренер Айс, рассмотрев его лицо, вскинул густые брови вверх и приподнял открытую ладонь в ответ, тоже здороваясь. Чонгук тем временем, несмотря на то, что за ним больше не было надзора, всё равно честно доделал упражнение до семидесяти пяти раз и в конце концов упал на задницу, когда закончил, от слабости уложившись спиной на нагретый солнцем пол, широко расставив ноги.       Изморенный, но счастливый.       Потому что сегодня он точно не тухлое яйцо.       И это победа.       Лучи солнца ослепили его, заставляя прикрыть веки и сфокусироваться на размеренных вдохе и выдохе, тело сладко тяжелело от нагрузки. Рядом плавал кругами всё это время искоса наблюдавший за ним Акбар, под конец тихо шепнувший обречённое "чува-а-ак", качая головой из стороны в сторону. До сих пор не веря, что его друг так легко купился на очевидную удочку тренера. Чон же не так страктовал его тяжёлые вздохи и в ответ выставил обнадёживающий большой палец, хотя в глазах немного и двоилось, если честно.       Но он в порядке, правда. Самое оно. — Эй, Чон. Чон, вставай, — вдруг дёрнул его тренер Айс, потянув за руку, принимая весь вес парня на себя и крепко помогая ему подняться. — Давай-давай, тут ректор пришёл. Стопроцентно важно.       Удивлённо заморгав, Чонгук собрал себя в кучу и кое-как встал, с любопытством оборачиваясь назад.       Хотя первым, что попало в поле его зрения, стала совсем не фигура ректора, а чуть скрытая яичной кепкой золотистая чёлка и знакомая улыбка с линией еле заметных ямочек, чуть сощуренные, улыбающиеся вплоть до самых чёрточек глаза.       Сердце Чонгука спряталось в комочек и ухнуло в пятки.       Трезвый рассудок пробился сквозь негу вымотанного организма, чтобы забить тревогу и устроить панику каждой клеточке, тормоша неприятные воспоминания, которые до этого смыло водой и физической перегрузкой – прекрасным методом совладания со стрессом разбитых надежд, по мнению Чона.       "Подожди-подожди... ты сделал что?!" — как назло всплыл в голове вскрик Тэхёна пару дней назад, ещё тогда, когда Чонгук вернулся к нему из здания студенческого совета с плохими новостями, поникший и несчастный.       Брр... кыш-кыш!       Чон больше и думать не хочет о том дне!..       Он остался в прошлом. Навсегда. Как Остин Пауэрс, которого ему необходимо было лишь игнорировать в своей голове и не упоминать всуе.       Да. — Здравствуй, Айс! Как дела? — радостно поздоровался подошедший ректор, забавный мужчина среднего возраста с самыми добрыми в мире глазами, которые Чон когда-либо видел. — Прости, что помешали. — Нет-нет, что вы, всё в порядке, — хмурый до этого тренер в миг стал шёлковым, даже улыбнувшись и пожав протянутую начальником ладонь. — Я в любом случае собирался дать ребятам перерыв.       Скептические лица всё ещё плавающих в бассейне студентов говорили об обратном. — Ах, идеально! Нам как раз нужна ваша помощь, совсем ненадолго, — ректор обернулся к незнакомым Чонгуку людям, среди которых стоял Чи-...       У Чонгука в горле застрял комок из стыда и сожаления.       Кхм.       ...среди которых стоял "Тот-Кого-Нельзя-Называть", милый и аккуратно одетый в броскую гавайскую рубашку с коротким рукавом, опрятный и приковывающий взгляды, как и всегда. — У нашего президента студенческого совета возникла потрясающая идея пригласить разработчиков нового старт-апа к нам в университет для помощи в их девелопменте приложения для плавания! Это Марк и Питер, они и есть те самые кураторы старт-апа!       Тренер Айс недоверчиво покосился на айтишников за спиной ректора и выдавил самую вежливую улыбку, на которую был способен. — Приложение для плавания? — в его голосе так и сквозил сарказм. — Наша цель – создать приложение, которое сможет считывать пловца и его движения, чтобы определить ошибки в его технике. Мы планируем запустить его для помощи тренерам как студентов, так и сборной США по плаванию. Но для начала мы хотели бы его протестировать, — сделал шаг вперёд долговязый парень в синей клетчатой рубашке, поправляя очки. — Мы выставили объявление о поиске желающих помочь нам в тестировании, и ваш университет отозвался быстрее всех. — Заслуга нашего юного преуспевающего студента Пак Чимина, — с невероятной гордостью выставил руку ректор, указывая на президента студсовета.       Тот же с неиссякаемой улыбкой скромно кивнул в ответ на похвалу, ямочки на его щеках углубились ещё сильнее. — Хм, хороший тренер сто процентов увидит брешь в технике и безо всякой там посторонней помощи, — заважничал тренер Айс, но, как только поймал неодобрительный зырк ректора в свою сторону, тут же пошёл на уступки: — То есть, мы счастливы быть частью вашего эксперимента-... — Старт-апа, — поправил его парень в клетчатой рубашке. — Я Питер, кстати. — Старт-апа, — процедил Айс, вздыхая и никак не реагируя на представление собеседника. — И что надо делать?       Молчавший до этого второй куратор вышел вперёд со смартфоном и стилусом в руках: — Для начала нам нужно снять мерки ваших параметров и ввести их в базу данных, после чего мы зафиксируем ваше положение тела в воде с помощью сенсоров перед тем, как вы начнёте плавать. Дальше приложение буквально снимет вас на видео, анализируя вашу технику и сравнивая её с 3D-моделью стандарта. В конечном результате... — Короче, вам нужно, чтобы я проплыл бассейн? — заключил тренер Айс, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу в своих белоснежных шортах, майке и таких же шлёпках. — Именно, Айс, — хлопнул в ладоши ректор, такой жизнерадостный, словно попал на вечеринку в честь своего дня рождения.       В их разговор вдруг вступил плавный бархатный голос: — Прошу прощения, сэр.       Чонгук поджал губы.       "Тот-Кого-Нельзя-Называть" выступил вперёд, не спрашивая разрешения и не моргнув и глазом втиснув самого себя в круг общения старшего поколения: — Разве не разумнее будет попросить одного из студентов стать испытуемым? Это хорошо скажется на репутации нашего университета. — Хм-м-м, — задумался ректор, переглядываясь с не слишком довольными айтишниками. — Нам бы хотелось получить лучший тестовый материал, если честно, — запротестовал Питер, глядя через толстую оправу чёрных очков на президента студсовета с лёгким сомнением. — Но разве не лучше, если у тестового материала будет неидеальная техника? Тогда мы и сможем проверить полный потенциал вашего приложения, — невозмутимо парировал тот, стоя к нему вполоборота. — Вы, Айс, слишком хороши для теста на ошибки, — на этот раз глянул он на задумчивого тренера, пухлые губы растянулись в сахарной улыбке.       Между ними повисла пауза.       Чонгук неловко поправил плавки, не зная, должен ли вообще находиться здесь и слышать весь этот важный разговор, а не от нечего делать плавать с одногруппниками туда-сюда по дорожке.       Чего он по правде очень и очень хотел. Чтобы сбежать поскорее от Чим-... кхм.       Стоять рядом с "Тем-Кого-Нельзя-Называть" и стараться на него не смотреть было очень сложно – его окрашенные светло-русые волосы буквально сияли золотом под солнцем, как... как...       Как мифический город Эльдорадо.       Чонгук завис и вытаращился в плитку под ногами, не понимая, откуда вообще взялся этот самый Эльдорадо и какого чёрта он-... — А парень стопроцентно прав, — вдруг первым встал на сторону президента студсовета тренер Айс, поглаживая усы. — Я просто могу дать вам моего лучшего ученика. Техника будет неплохой, но с мелкими ошибками. Как раз то что надо для вашего этого старт-ап-... — Тестирования. — Кхм, — выдвинул челюсть вперёд тренер Айс на очередные поучения айтишников и повернулся к Чонгуку. — Чон. Конечно же, ты будешь плыть.       Чонгук, до этого наблюдавший за каплей воды, скатывающейся по его груди, встрепенулся, заозиравшись вокруг: — А? — Поздравляю, Чон! — торжественно воскликнул ректор, явно не зная его полного имени. — У тебя появилась почётная возможность прославить наш университет участием в девелопменте перспективного приложения! — Чего? — взмахнул ресницами Чон, тогда как довольный тренер с размаху хлопнул его по спине: — Покажи им. Сокруши их, парень. — Крушить как раз ничего не надо, — пробубнил второй из кураторов, Марк, тыкая стилусом в дисплей смартфона. — Так, хорошо. Для начала снимем мерки. Нам нужны базовые параметры, объёмы не важны. Просто руки, ноги, корпус. Этого хватит. — Я могу помочь снять мерки, — как гриб после дождя, возник "Тот-Кого-Нельзя-Называть", с жёлтой измерительной лентой в руках уже приближаясь к Чонгуку, у которого глаза на лоб полезли от осознания, что между ними активно сокращается дистанция.       Внимание-внимание, смертельная опасность на двенадцать часов, движется со скоростью темпа вальса.       Не поддаваться панике, повторяю, не поддаваться панике! — Вообще-то, снимать мерки предпочёл бы я, — вновь запричитал Марк, и Чон готов был его зацеловать до смерти за спасение своей слабой из-за неких личностей душонки. — Для большей точности. Не в обиду.       Президент студсовета замер на месте, спиной к остальным и лицом к Чонгуку. Потому только Чон и увидел, как он, прикрыв веки, сменил улыбку с яркой на мягкую, в его глазах сверкнуло нечто непонятное.       Или это проделки солнечных бликов?       Чонгук уже ни в чём не был уверен. — Ах, правда?.. Конечно-конечно, как скажете. Я всего лишь хотел помочь... — в голосе президента студсовета просквозила глубокая вина, отчего молчавший до этого Питер проникся сочувствием и спохватился исправить ситуацию: — И мы благодарны тебе за помощь! Просто... — Не волнуйтесь, я всё понимаю.       "Тот-Кого-Нельзя-Называть" послушно вернулся обратно на место и протянул было айтишникам ленту обратно, как вдруг чуть округлил рот, словно только что вспомнил что-то важное, его брови ускакали за чёлку, так высоко они поднялись: — О, точно! Тренер Айс, а вы знали, что Марк... вы же Марк, да? — уточнил он, наклонившись ближе к парню со стилусом. Тот кивнул, растерянный. — ... Отлично. Так вот, Марк большой фанат "Lakers"! А вы, Айс, тоже большой их фанат, верно? Как замечательно!       Все как один почему-то повернули головы к тренеру Айсу в поисках подтверждения, будто это и правда был вопрос дня.       А вот Чонгук нахмурился.       Если память ему не изменяет, то всё с точностью наоборот?..       Он вопросительно глянул на тренера и чуть не поперхнулся, потеряв дар речи.       Тот по самые уши пылал багровым. — То есть, — тихо и опасно начал Айс, вперившись взглядом в Марка, словно бык – в красное полотно. — Вы хотите сказать. Что здесь. На территории моего бассейна. Стоит фанат "Lakers" и ещё имеет наглость об этом заявлять?! — Не преувеличивай, Айс, — легкомысленно рассмеялся ректор, нервно поглядывая на надувающегося от раздражения Марка. — Это всё же не твой-твой бассейн. — Возражаю, — буркнул Айс. — Ой, — удивился в это время президент студсовета, умилительно широко распахнув глаза: — Так вы не фанат "Lakers"? Простите, кажется, я что-то перепутал! Мне так жаль! — Да ты ни в чём не виноват, — заступился за него ни с того ни с сего Марк, наконец-то оторвавшись от дисплея и стилуса, чтобы вставить свои пять копеек: — Как можно не быть фанатом “Lakers”?! За кого тогда болеть? — он закатил глаза. — Неужели за этих неудачников "Clippers"?       Лицо ректора можно было смело показывать в рамках сериала "Офис" на агрессивном зуме.       Айсу же словно наконец-то дали команду "фас": — Неудачников? Да ваши "Lakers" играют как- — Как кто? Ну, скажи это, давай! — Боже, Марк, разве это так важно сейчас? — тем временем запаниковал Питер, пока тренер Айс со вкусом пробегался по унизительным сравнениям, напрочь игнорируя взмокшего от пота ректора, всё пытающегося его успокоить. — Это вопрос чести, отстань, — не на шутку взбесился Марк, отмахнувшись. — Не могу поверить, что должен работать с фанатом "Clippers", мой бог! И какова была вероятность? Хештег "лучший день в моей жизни"! — Это я не могу поверить, что чёртовы "Lakers" достали меня в моём же бассейне! — Айс, это не твой бассейн!       "Тот-Кого-Нельзя-Называть", не теряя зря времени, плавно подскочил к Питеру в клетчатой рубашке, всё ещё держа измерительную ленту в руках и заботливо шепча: — Может, я всё-таки сниму мерки, пока вы тут разберётесь со всем этим?.. — Уф, боже, да, спасибо тебе большое, — Питер снял очки и хлопнул себя по лицу ладонью, устало сминая кожу на переносице. — Ты наше спасение. Дай нам секунду и мы проведём тестирование, обещаю. Прости за это... всё. Я правда не знаю, что на него нашло.       Они с трудом друг друга слышали, заглушённые с двух сторон нелестными словечками в перепалке двух твердолобых поклонников баскетбольных команд NBA. — Не проблема, можете не спешить, — мурлыкнул президент студсовета, в одном движении разворачиваясь обратно к Чонгуку, лёгкая улыбка так и не сошла с его лица и на секунду. — Я и сам справлюсь.       Чонгук, словно голодный новорождённый птенец, вертел головой из стороны в сторону в поиске червячка, откровенно не зная, что ему делать: помогать ректору утихомирить тренера, помогать Питеру утихомирить Марка, или бежать сломя голову к забору вокруг бассейна, в одних только плавках перелезая через него наружу, к парковке – только бы не говорить сейчас с его личным кошмаром и мокрым сном в одном флаконе. — Привет, Чон! — бодро защебетал "Тот-Кого-Нельзя-Называть", казалось, и не подозревая о том, как мир Чонгука переворачивался вверх тормашками от одного его присутствия. — Спасибо тебе большое, что помогаешь этому проекту!       Не то чтобы у него был выбор. — Твой вклад в этот старт-ап достоин восхищения!       Да Чонгук вообще случайно оказался в нём замешан. — Рад работать с тобой вместе!       А Чон-то как рад. Аж колени дрожат. И совсем не от страха. Правда.       Чонгук незаметно скрестил пальцы. — Кстати, просто хотел уточнить, — продолжил и дальше говорить сам с собой "Тот-Кого-Нельзя-Называть", как следует расправляя ленту и внимательно её рассматривая с извечной улыбкой на лице. — Ты ведь не против, что я возьму мерки? — А?       Браво, Чонгук.       Первое, что ты сказал – это буква алфавита.       Потрясающая эрудиция. — Ну, в смысле, — президент студсовета глянул на него исподлобья, словно засмущавшись. — Мне придётся тебя касаться и близко стоять… хотел убедиться, что я не нарушаю твоё личное пространство и ты с этим согласен? Просто… если тебе некомфортно, то скажи об этом сразу. Поверь, я не обижусь, а ты имеешь полное право отказаться! Тема сексуального дискомфорта среди любых гендерных идентичностей должна подниматься намного чаще в этом мире, её нечего стыдиться! И испытывают этот дискомфорт не только представительницы женского пола. По статистике-…       Постойте-ка.       Чонгук лишился дара речи. Второй раз за день.       Чимин волнуется за… за то, что его действия воспримутся Чонгуком как сексуальное домогательство, что ли?! — …целых двадцать три процента, тогда как-… — Н-нет, боже, нет! — так сильно запаниковал Чон, что даже не заметил, как нагло перебил Пака: — Т-то есть… что? Ты? М-меня? Нет, это… нет. Нет. Точно нет. Да. В смысле – нет!       Чимин внимательно дослушал его красноречивую тираду с приподнятыми бровями, а затем склонил голову набок, застенчиво выглядывая из-под козырька кепки: — Я так понимаю, это значит «да»? Ты не против? — Да. То есть нет. Да. Э-э… Да. Ну н-нет, не против.       Чонгуку казалось, что у него сейчас закружится голова, глаза превратятся в гипнотические спиральки, а язык вот-вот заплетётся в узел. — Ага. Вот и чудненько, — бодро чирикнул Чимин и без капельки стыда приложился обеими ладонями к груди Чона, смело растягивая измерительную ленту прямо поверх его сосков. — Значит так, ширина грудной клетки у нас…       Чон резко втянул воздух в лёгкие, пока глаза лезли прочь из орбит, направленные смотреть напористо в никуда.       Чимин замер, о чём-то раздумывая, а затем заглянул снизу вверх розовощёкому Чонгуку в лицо, невинно усмехаясь: — Чонгук, ты что… пытаешься надуть грудь пошире?.. Ты же знаешь, что это не соревнование у кого больше…мне просто нужны твои параметры, чтобы ввести в базу данных приложения…       Чон, ещё более пунцовый, чем раньше, забегал глазами и моментально сдулся, отчего руки Пака соскользнули по его обнажённой коже, всё только ухудшая.       Нет, Чонгук не выживет. — Мгм, это записал, — затыкал пальцами по своему смартфону президент студсовета, после засовывая мобильный в задний карман джинсовых шорт и вновь вытягивая ленту в ровную линию. — Теперь руки… начнём с бицепсов, наверное? Да? Ты как считаешь?       Чонгук никак не считал.       Чонгук улетал в Нирвану. — Ого, а у тебя большой…       И тут же приземлился обратно на Землю, со скоростью света опустив подбородок вниз, чтобы ошарашенно уставиться на Чимина в неверии. — …охват плеча, — сверкнул белым рядом зубов в ответ Пак и, словно в подтверждение своим словам, пару раз пожмякал бицепс Чонгука, после рассмеявшись, будто удачно пошутил. — Расскажешь, как качаешься? Мне точно нужна твоя рутина для тренажёрки.       Чон, конечно, не лицезрел Чимина голым (и слава богам, это на полном серьёзе опасно для его здоровья и вообще должно быть нелегальным), но, судя по тем кубикам пресса, что он видел на Хэллоуине, ему серьезно нечему Пака учить.       Они наверняка могли бы даже конкурировать формами.       Правда… Чонгук выше.       И от этой мысли Чон хмыкнул, совсем не задумываясь, как выглядит со стороны.       Зато Пак явно имел свои представления, вновь замедляясь в измерениях, чтобы поднять прищуренный взгляд: — Что? Думаешь, не осилю твою нагрузку?       Чонгук поперхнулся собственной слюной. — Кх-не… кха, нет, я не… кха-кха!       Чимин неспешно его обошёл и сочувствующе похлопал по спине мягкими ладонями. — Кха! Боже… я п-просто… не к тому… — наконец-то исправился Чон, откашлявшись, пусть и не пустился в объяснения своего хмыка.       Потому что правда, наверное, была бы не лучше лжи. Только не в его случае – уже проходили, нет, спасибо. — А-а, понятно, — протянул Пак, кивая и уже заканчивая с левой рукой после правой, тут же присаживаясь перед Чонгуком на корточки, лицом чуть ли не напротив его паха, спрятанного в тесных плавках. — И последними остались ноги!       На фоне тренер Айс и Марк всё ещё обменивались любезностями, никак не утихомириваясь.       А Чону страшно хотелось прыгнуть в бассейн и внезапно разучиться плавать, там и утонув. — Начну, наверное, с бедра, — выпятил в задумчивости губы Чимин, подушечками пальцев скользя вверх по жилистой ноге Чонгука, будто примеряясь, куда приложить ленту. — Вот здесь, — он пополз ими ближе к самому краю плавок, второй рукой притягивая ленту с началом отчёта дюймов. — Та-ак...       Сердце Чонгука пыталось пробить грудную клетку и пуститься в пляс.       О, чёрт.       О, нет.       Код красный! Код красный!!       Чон ощутил знакомое напряжение в собственном паху, нарастающие жар и тяжесть, и в попытке самоконтроля втянул щёки.       Пресвятые коровы, не сейчас же! Между его бугром и лицом Пака оставалось меньше фута!       Чимин, продолжая сидеть на корточках, повернулся боком, правой ладонью схватив верхнюю часть ног Чонгука, чтобы удержать большим пальцем измерительную ленту, пока второй рукой тянул её вниз к ступням.       А затем наклонился ещё ближе к тазу Чона, чтобы лучше видеть цифры, щекой чуть ли не касаясь его плавок.       Иисусе!       Чонгук сорвался и подскочил на месте, перепугав как себя, так и Пака: — А з-знаешь, я тут подумал, я-я, наверное, сам всё сделаю, ха-ха-х, — затараторил Чон, не давая отчёта тому, что нагло перехватил руку Чимина и попытался вырвать из неё измерительную ленту.       Та же совсем не поддавалась. — Что? Но я уже почти закончил? — изумлённо воззрился на него президент студсовета, часто моргая. — Ты, наверное, э-э... устал, — начал нести ахинею Чонгук, всё стараясь в панике отобрать ленту, перетягивая её на себя. — Я тебя з-заменю. — ...мне осталось измерить одну ногу, Чон, — обратился к логике Чимин, вцепившись в ленту, словно тигр – когтями в добычу. — И я совсем не устал, не волну-... ай!       Чон, успешно выдернув измерительную ленту из железного захвата Пака, глупо не неё уставился, не веря, что и правда осмелился это сделать. — Чон. Отдай ленту обратно, пожалуйста, — спустя немую паузу нацепил сдержанную улыбку Чимин, плавно выпрямляясь. — Я не устал, можешь не беспокоиться. Мы почти закончили.       Чонгук поднял со своих рук на него невинный взгляд и брякнул: — Не отдам.       Сбитый с толку, Чимин даже вначале не нашёлся, что и ответить. — Чт-... Чон, это... это глупо. Отдай мне ленту. — Нет. — В смысле "нет"? — Ну... нет. — ...Нет? — Нет.       Чимин помолчал с мгновение, очевидно захваченный врасплох таким категорическим отказом, однако вскоре неожиданно понизил голос, его веки опустились до прямой линии: — Чонгук. Ленту. — Неа. — Ты что, маленький ребёнок? Верни мне ленту! — Не верну. — Ты это серьёзно?.. — Да. — ...Отлично, — Пак натянул кепку пониже. — Я сам её заберу. — ...пф, — Чонгук задиристо расправил плечи. — Ну, попробуй.       Чон покосился в сторону, пытаясь примериться, куда сейчас побежит, украв ленту.       И это было его большой ошибкой.       Только он вновь взглянул на президента студсовета, как тот за какие-то считанные секунды оказался прямо перед его носом, тут же подскочив, чтобы схватить ленту, которую Чонгук в панике отвёл назад, задирая руку как можно выше.       Какого?!..       Чимин что, в прошлый жизни был горным козлом?!       Не достав её так, как планировал, Пак цыкнул и попытался подпрыгнуть вновь, но Чон, наученный опытом, успел отбежать на пару шагов назад, всё отворачиваясь корпусом, чтобы помешать ему неудобным ракурсом, на этот раз не отрывая от него глаз и на секунду. Каким-то чудом Пак двигался так же быстро, как и он, догоняя чуть ли не по пятам и то и дело делая выпады, чтобы перехватить ленту. Чонгук же вертелся белкой в колесе, выкручивался, будто конфеты Twizzlers, но Чимин всё равно оказывался рядом, почти побеждая и отбирая ленту обратно.       Что за...       Задавленный его атаками и, если честно, немного ошарашенный агрессивным напором спокойного душки Пака, Чон в итоге запутался, где находился и, не смотря под ноги, босой ступнёй случайно наступил на чьи-то плавательные очки, оставленные возле борта бассейна. Подвернувшись, он потерял равновесие и выпустил ленту из рук, которую Чимин в триумфальном "ха!" поймал в воздухе, особенно сильно оттолкнувшись от пола и подпрыгнув так высоко, что чуть ли не налетел на Чона.       А нет, не чуть ли.       Он всё-таки врезался в уже и так падающего Чона, сталкиваясь с ним телами и от импульса отправляя его лететь прямиком в бассейн, сам же неудачно приземляясь на округлённый край борта и от неустойчивости поскальзываясь на нём.       Последнее, что Чонгук услышал – это ошарашенные вскрики однокурсников, а затем бурные аплодисменты и хохот, приглушённые водой.       Будто в замедленной съёмке, он, коснувшись спиной дна бассейна, в шоке уставился на тело Чимина, плюхнувшееся в воду прямо над ним, одетое в тонкую рубашку и джинсовые шорты с кедами, задний карман оттопырен в форме прямоугольника, а в кулаке – жёлтая измерительная лента.       Фак.       Чонгук, конечно, не эксперт, но, кажется, быть тухлым яйцом – теперь не самая страшная его участь.