Невыносимые

Гокудера устроился в первой попавшейся гостевой комнате. Хибари, на удивление даже не ставший возражать, бросил его сумку в углу и, предупредив о том, что Кусакабе занесет ему футон и все необходимые спальные принадлежности, ушёл. Оказавшись предоставленным самому себе, Хаято разложил немногочисленные вещи во встроенный шкаф-купе. В самой комнате больше абсолютно ничего не было, и он подумал, что не помешало бы обзавестись рабочим столом, а то даже некуда положить ноутбук. Ему всё ещё не верилось, что он задержится здесь надолго. Вся эта затея была дикой, отвратительной и, на самом деле, Гокудера всё ещё плохо себе представлял, что они с Хибари будут делать дальше. Скорее всего, им ещё предстоит обсудить детали их «соглашения». По крайней мере, Гокудера уже подготовил целый список требований, который он хотел сегодня предъявить Хибари. Но ему всё ещё казалось, что их раскроют прям завтра, прям Мукуро. Хаято, в который раз за сегодня, похолодел от мысли, что Десятый обо всём узнает, отлучит от себя, сошлёт в Италию, перестанет называть своим другом. И даже если его не уберут с должности Хранителя Урагана, что он будет делать без Цуны в этом случае? Гокудера зачесал волосы назад, нервно расхаживая из стороны в сторону. Надо было покурить, иначе он, как минимум, поседеет раньше времени. — В доме курить нельзя, — уже с сигаретой во рту его застал Кусакабе с футоном и комплектом постельного белья в руках. — В саду есть небольшая беседка. Хибари-сан туда не ходит, поэтому я там иногда курю. Можешь приходить. Гокудера едва удержался, чтобы не закатить глаза. Заложив сигарету за ухо, он спросил: — Есть ещё что-то, что я должен знать? — Не шуметь. По коридорам не бегать… ну, это на всякий случай, — Кусакабе смерил блондина непроницаемым взглядом. — При входе в жилую зону разуваться. Спиртное в дом не приносить. В гостиной допоздна не задерживаться. Телевизор громко не включать. — Так, всё. Хватит, — перебил Хаято, в голове которого сразу возник свод правил средней Намимори. — Я примерно понял, что к чему. Кусакабе молча кивнул, оставил футон и покинул комнату. Гокудера открыл окно, чтобы проветрить комнату. Подготовил футон для сна и, прихватив кое-какие вещи, пошёл в ванную. В экскурсии по этой части дома он, в принципе, не нуждался, так как раньше они с Ямамото бывали у Хибари по рабочим вопросам. Разместив свою зубную щётку в специальный стакан к одиноко стоявшей щётке Хибари, Хаято постоял, оценил картинку, удручённо повздыхал и пошёл на кухню делать себе кофе. Несмотря на то, что дом Хранителя Облака был вопиющим образцом классического японского жилища, кухня в сдержанных монохромных тонах и большая светлая гостиная, как ни странно, были оформлены в европейском стиле. Устроившись на большом бежевом диване уже с кружкой свежесваренного кофе, Хаято, от нечего делать, включил телевизор, прибавляя громкости. — Тебе не кажется, что пить на ночь кофе не совсем полезно для здоровья? От вновь нахлынувших мыслей Гокудеру отвлёк зашедший с ноутбуком в руках Кёя. Хаято, не успевший отхлебнуть из своей кружки, угрюмо в неё пробормотал: — Тебя забыл спросить, мамочка. — Папочка. — Чт... что? — встрепенулся Гокудера, поднимая взгляд на Хранителя Облака. — Можешь называть меня «папочка». Я не против, — совершенно серьёзно ответил Хибари, внимательно наблюдая за реакцией Гокудеры. Ногти Хаято зашкребли по стенке кружки. Столько слов, преимущественно нецензурных, крутилось у Гокудеры на языке, что он даже не смог определиться, с чего начать и чем закончить, поэтому Хаято лишь перевёл скептический взгляд в сторону и продемонстрировал Хибари средний палец. — Ну как знаешь, — не стал настаивать Хибари, присаживаясь на циновку за низкий нелакированный столик из красного дерева, расположенный перед диваном. Через несколько минут молчания, прерываемого лишь болтовнёй телевизора, Хаято спросил: — А Кусакабе в курсе нашей… сделки? — Нет. Он думает, что у нас всё по-настоящему. — То есть его совсем не удивило, что у меня своя комната? — Удивило, но я сказал, что у вас в семье не принято спать в одной спальне с женихом до свадьбы. — Какой свадьбы? — подскочил на диване Гокудера. — До нашей с тобой, — словно само собой разумеющееся невозмутимо ответил Кёя, не отрываясь от экрана монитора. Хаято конкретно завис. Как ни старался, он не мог представить себе Хранителя Облака, нёсшего такую откровенную… — Блять, Хибари, что за чушь?! Какой кретин поверит в этот бред? — У Кусакабе нет поводов не доверять мне. К тому же, кто вас, гайдзинов, разберёт с вашими странными обычаями? — Кёя слегка пожал плечом. — И кстати, кружка, из которой ты пьёшь, моя. — Твоя в смысле что ты из неё всегда пьёшь? — Гокудера посмотрел на самого обычного вида, чёрную с белым дном, кружку в своих руках. — Именно. Должно быть, это красная нить между нами начала крепчать, — на полном серьёзе заметил Хибари. Хранитель Урагана закатил глаза. — Просто иди к чёрту, пожалуйста, — огрызнулся в ответ Хаято и отправился на кухню, чтобы перелить свой кофе и привести мысли в порядок. Хорошо ещё что не успел из неё выпить, а то мало ли что. Хибари хмыкнул в спину уходящего итальянца и убавил звук телевизора.