Кома. Книга третья.

      Кто бы что ни думал, а решение сделать из побратима приманку для Пожирателей далось Северусу тяжело. Если бы Вадим засомневался хоть на секунду, если бы он не мог за себя постоять, Северус не позволил бы ему участвовать в этом и придумал бы что-то другое. Разумеется, без сопровождения Вадим никуда из Хогвартса не уходил. За ним постоянно следили люди из Ордена Золотой Розы, а Темный лорд лично вручил ему собственноручно созданный маячок.       Но Северус всё равно терял покой всякий раз, когда целитель ступал за ворота школы. Да еще Пожиратели упорно не клевали, и с каждым днем желание плюнуть на все свои планы и свалить за границу становилось всё крепче и крепче. Вот уж правду говорят, ожидание хуже смерти.       У зельевара и так характер был не сахар, а теперь раздражительность и вовсе достигла апогея. Дошло до того, что ученики начали обходить его по широкой дуге, а коллеги — коситься, явно гадая о причинах такой лютости. На все аккуратные расспросы Северус рычал и огрызался. Досталось даже директору Амбридж, которую угораздило дать ему какое-то бестолковое задание на очередном педсовете. Или потребовать отчета? Северус не запомнил. Зато воспоминание о побледневшей, вжавшейся в спинку своего трона директрисе и её извинениях будет бережно хранить не только он, но и весь преподавательский состав.       Спокойствия не добавлял и факт женитьбы Вадима. На фоне остального — мелочь, но Северуса поставили в известность постфактум, не посоветовались, даже мнения не спросили, черт возьми! Холодная, рациональная часть разума, не забитая злостью и раздражением, осознавала, что Вадим просто-напросто отзеркалил его собственные действия, даже тоже сказал, что от Лавгуд только дети и нужны, но от этого внутри воняло и кипело только сильнее.       Поэтому когда привидения и портреты заорали о нападении, Северус помчался на место со всех ног, чтобы проораться на придурочных подростков первым.       Дверь он распахнул пинком и чуть не поскользнулся на мокром полу, что только усугубило и без того поганый настрой. А лежащий в огромной кровавой луже Драко Малфой, судорожно кашляющий и зажимающий раны, и вовсе ввел в такое состояние, которое больше подобало бы вызванному из адских глубин демону.       Наверное, это был стихийный выброс — хватило одного взгляда, чтобы раны затянулись. Заклятье даже не успело сформироваться. Северус выдохнул, закрепил неожиданный результат дополнительными чарами и похлопал Малфоя по щекам.       — Вы можете встать?       Драко только молча моргал. В огромных глазах стоял шок, серые губы кривились и дрожали. Взъерошенный, мокрый и какой-то несчастный он вцепился в свою разодранную окровавленную рубашку и весь сжался, словно пытаясь стать меньше. Даже когда Муди превратил его в хорька и переломал ребра, Малфой не был таким… сломанным.       Северус подхватил его за плечо и осторожно поднял на ноги. Драко покачнулся — с волос, рубашки и мантии закапала розовая от крови вода — и с облегчением схватился за предложенную руку. Северус удостоверился, что обморок от потери крови не случится, и взглянул, наконец, на виновника чуть не случившейся трагедии.       — Следуйте за мной. И только посмейте дернуться в сторону!       Поттер — а кто же еще? — всхлипнул, медленно выполз из-под раковины и встал, опустив голову. Палочка дрожала в побелевших пальцах. Северус оглядел разгромленный туалет в поисках волшебной палочки Малфоя. Из сорванных, вывороченных труб и кранов во все стороны била вода, повсюду лежали обломки фаянса, по мокрому полу мерно плавали щепки от туалетных кабинок. Что-то найти в такой разрухе было невозможно.       — Акцио волшебная палочка Драко!       На возвращение главного инструмента мага Малфой отреагировал вяло: безучастно принял в ладонь и только. Северус довел его до Больничного крыла и сдал на попечение мадам Помфри. Та, увидев слизеринца, всплеснула руками и тут же угостила его Кроветворным.       — Ложитесь в постель немедленно, молодой человек! — велела она. -Мистер Поттер, а вы…       — Он побеседует с госпожой директором, Поппи. Готовь успокоительное, — зловеще прошипел Северус, схватил Поттера за плечо и втолкнул его в камин.       В отличие от Дамблдора Амбридж никаких поблажек Мальчику-Который-Выжил делать не стала. В школу моментально был вызван Люциус Малфой. Оказавшись под прицелом разъяренных голубых глаз, Поттер сник окончательно.       — Итак, что вы не поделили с моим сыном, мистер Поттер? — медленно спросил Люциус. Голубая мантия, колючий взгляд, надменно вздернутая голова, холодный тон — айсберг, а не человек.       — Мы… Я… Я не хотел! — пролепетал мальчишка. — Мы не дрались… Я случайно… Я просто оттолкнуть хотел! Я даже заклинаний не применял! Оно само!       — Оттолкнуть? — заинтересовался Люциус. — И что же такого сделал мой сын, что вы настолько переборщили?       Лицо Поттера сначала покраснело, затем побледнело. Он сжал губы, вжался в кресло и затравленно уставился на старшего Малфоя. В расширенных глазах плеснула паника. Мальчишка был готов умереть на месте, но не выдать это страшное действо.       — Он… Н-ничего…       Северус вспомнил убитый вид Драко и хмыкнул. Да распоследнему дураку ясно, что Поттеру признались в любви, причем слова явно были подкреплены чем-нибудь вроде поцелуя.       — Всё ясно, — презрительно хмыкнул Малфой, отодвигаясь. — Директор Амбридж, полагаю, в исключении нет необходимости. Здесь не было злого умысла.       — Вы уверены, лорд Малфой? — звонко спросила Амбридж и с сомнением глянула на подростка.       — Уверен, — коротко ответил Люциус. — Их детская вражда давно сошла на нет. Во всем виновато магловское воспитание Поттера и его зашоренность. Отдайте его профессору Снейпу, уверен, он быстро вобьет в эту голову необходимые основы.       В эту тупую голову. Малфой этого не сказал, но оно всё равно было услышано.       — Сомневаюсь, что Поттер способен усвоить что-то сложнее квиддича, лорд Малфой, — оскалился Северус. — Но я приложу для этого все усилия.       — Что ж, — улыбнулась Амбридж. — Раз пострадавшая сторона так настаивает, то минус семьдесят баллов с Гриффиндора, мистер Поттер, и вы на месяц поступаете в полное распоряжение профессора Снейпа… Ах, да! И вы снимаетесь с должности капитана квиддичной команды и лишаетесь права играть на всё оставшееся обучение.       Вид у мальчишки стал предобморочным. Ничего, Поттеру было полезно. Страх и наказания резко включали в его мозгах интеллект. Северус назначил первую отработку и отправил его в Больничное крыло — успокаиваться. Заодно сделал зарубку в памяти уточнить у мадам Помфри, получил ли Драко извинения. Потому что если нет, то у них на руках будущий преступник.       Северус успел подумать, что кровь все-таки не вода, когда сердце внезапно сбилось с ритма от вспышки странной смеси страха и ликования. Побратимская связь донесла эмоции Вадима так четко и ясно, словно они посмотрели друг другу в глаза, а не находились в разных точках страны. И вдруг — резкое затишье. Северус с тревогой прислушался. Связь не оборвалась, просто затихла. Так происходило во время сна. Вадим потерял сознание, а в остальном с ним всё было в порядке.       Северусу резко стало не до подростковых разборок. Пожиратели всё-таки клюнули!       — Директор Амбридж, позвольте откланяться, — Люциус на самом деле отвесил поклон. — Я хотел бы увидеть сына.       — Конечно, конечно, лорд Малфой, — порозовела женщина и махнула рукой в сторону камина.       — Люциус, давай лучше прогуляемся, — сказал Северус. — У меня есть вопросы по литературе, которую Поттеру придется освоить.       — Чтобы я отказался проконсультировать самого магистра? — улыбнулся Малфой.       Они распрощались с директором и покинули кабинет. Северус оглянулся на горгулью и пошел рядом с Люциусом, подстраиваясь под его шаг.       — Он попался, — тихо выдохнул он, едва они минули картинную галерею.       Люциус перебросил свою трость в левую руку и обворожительно улыбнулся стайке старшекурсниц, которые таращились на них во все глаза.       — Я сообщу Томсону, а ты, будь добр, скажи Его Высочеству, — ровно ответил он.       Это значило, что в этот раз присмотром за истинным целителем Орден Золотой Розы не озаботился. Северусу понадобилось ровно пять минут, чтобы добраться до класса чар. Профессор Флитвик удивился, но Стюарта благополучно отпустил.       — Хорошо, — выслушав новость, кивнул Темный Лорд. — Мои люди будут готовы по первому же сигналу Вадима.       Северус ждал сигнала три часа, прислушиваясь к связи, пытаясь отследить малейшие изменения. Но на том конце было тихо. Вадим не испытывал никаких эмоций и, судя по всему, по-прежнему был без сознания. Сначала это не настораживало — целителя нужно было сначала доставить на место, затем сделать так, чтобы у него не было причин для самозащиты. Но когда подошло время обеда, а от Вадима по-прежнему не было ни сигнала, ни эмоций, ни проекции, Северусу стало очевидно — что-то пошло не так.       — Почему не сделали сигнал на маячке постоянным? — процедил он, яростно кромсая бифштекс. Его собственные чары слежения на кожаном браслетике на заклинание не отозвались, и от этого факта аппетит пропал напрочь.       — Чтобы импульс не рассеивался. Чтобы его можно было послать даже сквозь щиты, — тихо ответил Люциус. Он тоже был напряжен не меньше и не сводил взгляда со слизеринского стола, ловя каждый жест Стюарта. Но Темный лорд был занят чтением «Придиры» и на преподавателей не обращал ни малейшего внимания.       Над головами захлопали крылья, ученики оживились и дружно подняли головы. Совы летели, ловко огибая парящие свечи. Кто-то скидывал посылки в руки хозяевам, кто-то садился на стол и, пока от лапы отвязывали письмо, перехватывал кусочек-другой бекона. Северус вздрогнул, когда перед ним на стол села обыкновенная серая сипуха и протянула письмо с надписью «С.Снейпу».       Чувствуя на себе взгляд Малфоя и Темного лорда, он проверил конверт и, ничего не найдя, вскрыл. На ладонь упали неприметная черная пуговица — такая есть на любой ученической мантии — и простенький плетеный браслет с металлической бусиной. Маячок Вадима для Ордена Золотой Розы и его собственная следилка.       «Я не идиотка, Снейп. Я знаю, что это ты убил Повелителя…»       Кровь отхлынула от лица, в глазах потемнело, руки задрожали. Остро захотелось вцепиться в волосы и застонать. Он сам, своими собственными руками отдал им побратима! Что они сделают, зная о роли Северуса в уничтожении Волдеморта? Что они уже сделали с Вадимом? Чары? Ритуал? Зелье?       Северус заставил себя вздохнуть и дочитать записку до конца.       «…Сегодня в два часа жду тебя в Визжащей хижине. Приходи один. За каждую ошибку от твоего чудесного мальчика отрежу пальчик. За лишнего человека — сам угадай!»       — Белла, — констатировал Люциус, прочитав записку. — Чокнутая стерва. Я сейчас же оповещу остальных.       Северус почти не слушал. Он выстраивал план.       Смерть от огня и чудовища в Визжащей хижине. Что ж, Беллатриса — вполне себе огнедышащее чудовище, по опасности сопоставимое лишь с драконом. Без Феликс Фелицис идти на встречу — дело безнадежное, даже с защитой Вадима. Северус нащупал склянку в кармане. Жаль, зелья осталось мало, хватит от силы минут на двадцать, если не меньше.       Впрочем, больше и не надо. Заболтать, схватить Вадима и аппарировать, а дальше не его забота.       — Темпус… Половина второго, — нервно сказал Люциус и встал. — Я соберу всех. И оповещу авроров.       Северус дернулся.       — Это будет ошибкой. Ей нечего терять, — хрипло сказал он. — Эта встреча в Визжащей хижине — чистой воды самоубийство.       — Именно поэтому и нужно вызвать авроров, — парировал Люциус и кивнул Стюарту — тот не сводил с них сосредоточенного взгляда. — И поднять защиту Хогвартса. Ты не понял? Остальные последуют за ней и заберут с собой всех, до кого смогут дотянуться. Мы просчитались. Слухов о способности истинного целителя воскресить Темного лорда оказалось недостаточно для надежды.       И это было странно. Они верили и ждали своего обожаемого Повелителя столько лет, сидя в Азкабане. Таким фанатикам всегда доставало малости. Неужели мертвая Метка настолько их деморализовала?       Северус задумался об этом всего на секунду, когда бежал в сторону выхода. Студенты шарахались в стороны. На лестнице, почти у самых ворот, его остановили — он сбил с ног студентку. Та некрасиво шлепнулась на пятую точку. Сумка от удара раскрылась, и по ступенькам полетели конспекты, перья и книги.       — С дороги! — рявкнул Северус и уже шагнул дальше, однако девчонка вдруг схватила его за мантию.       — Профессор Снейп! Профессор, подождите!       Он оглянулся и мысленно застонал. Грейнджер, бесстрашная заучка. Кто же еще мог покуситься на его неприкосновенность?       — Я спешу, — прошипел он, выдергивая подол из её пальцев.       — Я хотела сказать, что Гарри не хотел, — затараторила Грейнджер, вскочив с пола. — Он просто растерялся. Драко не следовало его целовать. Это ужасно несправедливо, профессор!       — Несправедливо стирать память родителям из-за вполне обоснованного беспокойства, а наказывать за нападение на сокурсника — вполне справедливо! — рявкнул Снейп, свирепея.       Грейнджер отшатнулась. На её глазах навернулись слезы.       — П-после лечения в Мунго мои родители будут в порядке…       Но ему не было дела до девичьих обид.       — Идите в Большой Зал, мисс Грейнджер, и не смейте больше совать свой длинный нос, куда не следует!       Подбежав к Гремучей Иве, Северус накинул на себя дезиллюминационное заклинание, левитацией заставил палку ткнуть сучок, открывающий ход, и побежал к Визжащей хижине кратчайшим путем.       Тоннель пошел вверх, затем свернул. Северус крепче сжал волшебную палочку, заставил себя остановиться и спокойно достать пузырек с остатками зелья удачи. Не хватало еще разбить его в спешке. Жалкие три капли растворились на языке, вселили уверенность. Подкрадывался к дыре, ведущей в хижину, Северус уже без паники. В жилах наравне с адреналином заплескался азарт.       Комната ничуть не изменилась, разве что стала еще более грязной и убогой. Обои всё так же свисали со стен клоками, а обломки мебели валялись на полу, с которого неожиданно исчез слой пыли. Белла была безумной, но далеко не дурой. Она не собиралась оставлять следы. Северус тихо протиснулся в комнату и вышел в коридор, переживая острое чувство дежа вю. Два с половиной года назад он точно так же шел по хижине, ожидая встретить братца чокнутой Лестрейндж. А двадцать лет назад — крался в надежде выведать великую тайну Мародеров.       Каждый раз всё заканчивалось встречей с какой-нибудь тварью.       Вот и Белла не подвела. Она ждала в той самой комнате, где Люпин переживал свои превращения — небольшой спальне с одним-единственным заколоченным окном. Северус заглянул внутрь и выдохнул. Вадим был здесь: лежал на узкой пыльной койке.       Застать врасплох Беллу не удалось. Едва он поднял палочку, как она встрепенулась и прыгнула к кровати, хватая Вадима за шею.       — Выходи, дорогой, я тебя слышала! — весело крикнула она, прикрываясь телом целителя. — Выходи, а не то я перережу ему глотку!       Северус скрипнул зубами и снял с себя маскировочное. Белла усмехнулась.       — Палочку на пол. И пни её вон в тот угол.       Волшебная палочка покорно отправилась под обломки шкафа. Белла проследила за ней и перевела взгляд на Северуса, нервно облизнула губы.       — Белла, Повелителя можно вернуть, — быстро сказал он, пока та не решила, какое заклятье выпустить первым. — Волхов может его вернуть.       — Лжешь! — оскалилась она. — Даже истинному целителю это не под силу. Ты хотел заманить нас в ловушку, ты вместе с этими предателями, этими бесчестными тварями…       — Ты что, не веришь в Повелителя?! — возмутился Северус. — Сколько лет его считали сраженным, но он вернулся! Да, Дамблдор мог повлиять на Метку, но Повелитель! Нет, Повелитель не мог так просто умереть, Белла! Он великий маг, прошедший по пути темных искусств дальше, чем кто бы то ни было! Он вернется, обязательно вернется и будет недоволен твоим неверием.       Удивленная его реакцией Белла заколебалась. Палочка в её руке дрогнула.       — Я верю! Конечно, я верю в Повелителя, но…       — Ты же помнишь, как он наказывал меня? — заговорщическим тоном сказал Снейп, заставив её прислушаться. — Он был очень недоволен тем, что я не мог вернуть ему человеческий облик. Однако незадолго до своего ухода он поделился со мной по строжайшему секрету, что может уйти, что в случае подобного исхода я буду должен сделать так, чтобы Волхов попал в твои руки. Что он дал тебе некую вещь, с помощью которой истинный целитель сможет вернуть его во всем великолепии…       Рот у Беллы приоткрылся, в глазах вспыхнуло понимание. Она посмотрела на Вадима так, словно только что увидела, убрала палочку от его виска и бережно уложила обратно на кровать.       — Да, Повелитель оставил мне на хранение кое-что, — кивнула она, приглаживая растрепанные золотистые кудри. — Но почему…       — Белла, — Северус шагнул к ней, всем своим существом чувствуя, что действие удачи подходит к концу. — Повелителя нужно вернуть как можно скорее! Что ты наложила на Волхова? Повелитель будет недоволен, если ему придется ждать, когда целитель придет в себя!       — Обычный амулет спокойного сна…       — Ну, так чего ты ждешь? Целитель не может отказать пациенту, у него это в клятве сказано! Он приложит все усилия, чтобы вернуть Повелителя сразу, как только ты обрисуешь ему задачу!       Северус затаил дыхание — Беллатриса потянулась к вороту Вадима и сняла с него подвеску!       Секунд десять побратим лежал неподвижно, затем нахмурился, пошевелился и со стоном приложил руку к голове.       — Башка трещит… Вы кто? — спросил он, увидев над собой возбужденно сопящую женщину.       Белла открыла рот, за окном раздался чей-то громкий вопль «Авроры!», череда проклятий — и Северус выстрелил Авадой. Промахнулся — Вадим тоже отреагировал на неожиданный вопль и отбросил женщину от себя телекинезом. Удар об шкаф оказался недостаточным, лишь дезориентировав на пару секунд. Северусу хватило для того, чтобы подскочить к Вадиму и увлечь в аппарацию…       Попытаться. «Антиаппарационный щит!» — с досадой сообразил Снейп и выпустил в Беллу очередную Аваду. Та взмахом палочки поставила между собой и проклятьем дверцу шкафа, которая от удара разлетелась в щепки.       — Почти обманул! Всегда был хорош во вранье, — расхохоталась Белла. — Как досадно, что не получилось, да?       От зеленой вспышки Северус закрылся кроватью и метнулся в сторону выхода, прикрывая Вадима от заклятий. В коридор он выскочил, но дальше уйти не удалось — перед лицом мелькнула очередная Авада, разминувшись лишь каким-то чудом. Белла за спиной ответила не менее ярким зеленым лучом, не сразу сообразив, что это были не беглецы. Северус толкнул Вадима в сторону, и навалился сверху. Мимо просвистели лезвия, одно из них вонзилось в дюйме от головы. Северус перекатом ушел в нишу под лестницей, увлекая побратима за собой.       Широко распахнутые прозрачные зеленые глаза оказались совсем близко.       — Я так и не сказал тебе спасибо за защиту, — сказал Северус, когда очередное проклятье ударило мимо.       — Пожалуйста, — нервно ответил Вадим.       Противником Беллы оказался её же соратник Трэверс.       — Предатель! — потеряв всякий рассудок, завизжала она и запустила в него чем-то фамильным, отвлекаясь от Снейпа. Пользуясь случаем, тот высунулся из укрытия и запустил в сторону Пожирателей Сектумсемпру.       Трэверс увернулся от проклятья Беллы, поднял палочку:       — Адеско Файр! — и завопил, когда Сектумсемпра отрезала ему руку по локоть.       Лишенное контроля пламя взревело, жадно лизнуло своего создателя, вмиг оставив от него один пепел и заплясало по половицам. Северус закрыл коридор барьером, вложив в него добрую треть магического резерва, и улетел в сторону от очередной Авады. Оттолкнувший его Вадим вперил тяжелый взгляд в Беллу и щелкнул пальцами. Она ахнула и мягко осела на пол, выпустив палочку из рук. Северус уже почти выдохнул, но в последний момент в Вадима полетело её проклятье. Вадим шарахнулся в сторону, споткнулся о какой-то хлам, упал, ударившись головой о ступеньку, и затих.       — Тебе не уйти от Наги… — выдохнула Белла удовлетворенно и закрыла глаза, поддаваясь сну.       Забыв обо всем на свете, Северус подхватил Вадима на руки. По виску, пачкая золотистые волосы, потекла тонкая струйка крови. Но к великому облегчению жилка на шее по-прежнему билась.       Адское пламя стремительно пожирало хижину — коридор и второй этаж пылали. Барьер дрожал, переливался радужными бликами, но пока держал. Воздух наполнялся удушливым дымом. Северус перешагнул через спящую Беллу поудобнее перехватил Вадима и шагнул в ближайшую комнату, поднимая палочку.       — Бомбарда!       Заколоченное окно вспыхнуло синим, по стене пошла рябь — и всё осталось стоять. Северус выругался. Белла зря времени не теряла. Хижина была закрыта от аппарации, зачарована от разрушений, по углам наверняка была припрятана еще парочка сюрпризов. Северус глянул на бессознательного Вадима и потянулся к связи, черпая силу.       — Бомбарда Максима! Депримо! Портоберто!       Бесполезно. Над укреплением стен хижины Пожиратели явно трудились все вместе. Вполне может быть, что их заклинания наложились и на чары Дамблдора, все-таки Хижина была построена как клетка для бушующего оборотня.       — Да чтоб тебя! — выругался Северус.       Позади дрожал, разрушаясь, барьер, вокруг монолитом стояли стены, воздух был наполнен удушливым дымом, а им было совершенно некуда деваться. Над головой затрещал потолок — Адское пламя обошло чары по второму этажу. Наполовину сожженный дом готовился рухнуть. Северус достал из кармана пузырек из-под Феликс Фелицис, собрал пальцем остатки зелья. Подушечка окрасилась в слабый золотистый цвет. Мало, для него этого было слишком мало. Северус размазал зелье по губам бессознательного Вадима, надеясь, что сверхчувствительность в кои-то веки сыграет им на руку.       Что дернуло его уйти в сторону, Северус так и не понял. Огромная, хищно распахнутая пасть с двумя длинными змеиными клыками пролетела мимо шеи и с размаху вонзилась в правую ключицу. Северус увидел похожее на ствол дерева серое тело гадюки, рефлекторно отбросил её от себя заклинанием и располосовал еще в полете. А потом вся правая половина тела окунулась в жгучую боль, брызнула кровь, резко закружилась голова. Северус судорожно схватил воздух ртом, поперхнулся дымом и упал на спину, неловко зажимая рану рукой. По стене и потолку стремительно разливалось пламя.       «Так вот, о какой Наги шептала Белла. Завела себе змею по примеру Волдеморта... — подумал Северус. — Что ж, видимо, уйти от судьбы невозможно».       Он сжал руку побратима. От сожаления на глаза навернулись слезы. Ладно, Снейп. Предатель, убийца, сволочь и палач вполне заслужил такую смерть. Но бескорыстный целитель с солнечной улыбкой? Неужели он должен последовать за ним?!       — Северус?!       Сквозь головокружение, слезы и дым пробилось испуганное лицо Вадима.       — Я так... тебя подвел... — слова вышли из груди булькающим кашлем.       Вадим что-то закричал, в рёве пламени раздался громкий хлопок, как будто что-то лопнуло. А потом потолок все-таки рухнул. Северус увидел, как на златокудрую голову с кровавым потеком на виске летят ленты огня, притянул Вадима в объятья и закрыл глаза. Он не хотел на это смотреть.       Боль. Удушье. Тьма.

* * *

      Эйвери сразил Джагсона у теплиц. Аврор Долиш вместе с Малфоем настиг Пиритса у озера. Исчезла неподвижная точка с именем Гавейн Робардс — очередная жертва битвы с Пожирателями.       — Пиритс обездвижен. Робардс убит! Это нечестно! — Симус стукнул кулаком по столу, не выдержав. — Мы тоже можем помочь! Какого Мордреда мы должны сидеть в Большом зале, когда Пожиратели убивают наших?!       Остальные поддержали его одобрительным гулом. Рон горячо кивнул. Не отреагировала одна Гермиона — она сидела рядом с Гарри и не отрывала взгляда от Карты Мародеров. Когда объявили о нападении, Амбридж заперла всех школьников в Большом зале, подняла щиты и выставила преподавателей в качестве охраны, на тот случай, если Пожиратели проникнут в замок. Но как же можно усидеть на месте, когда вокруг творится такое?       Забыв про факультетские различия, ребята наколдовали себе стремянки, зачаровали на левитацию стулья и прилипли к окнам. Гарри по такому случаю раскрыл тайну Карты Мародеров, и теперь гриффиндорский стол в лице Симуса Финнигана описывал бой Пожирателей, авроров и... Пожирателей? К бесконечному удивлению всех присутствующих, к аврорам присоединились те, кого недавно считали погибшими и посмертно оправданными. Лестрейнджи, Розье, Кребб, Гойл, Крауч...       — Визжащая хижина горит! — раздался крик какого-то равенкловца.       Гарри коротко возблагодарил Сириуса, который перед началом учебного года расширил карту Мародеров до самого Хогсмида, развернул пергамент и ахнул.       — Там Волхов! — пораженно воскликнул Финниган. — Волхов, Беллатриса Лестрейндж, Эдмунд Трэверс, профессор Снейп, какая-то Наги, но она в другой части дома и в драке участия не... А, Трэверса уже нет!       Гарри следил за именем Вадима с замирающим сердцем. Вот его точка резко оттолкнула имя Снейпа, видимо, защитив от проклятья, вот замерла, почти слилась с именем Снейпа и, перешагнув через имя Беллатрисы, двинулась дальше по дому. Вот они остановились у стены. Точнее, замер Вадим, а имя Снейпа чуть дрожало, видимо, он колдовал, пытаясь сделать проход. Но что-то ему мешало. В коридоре Хижины медленно растаяло имя Беллатрисы, что Симус тут же озвучил. Наги заметалась по дому и двинулась в комнату к Вадиму и Снейпу. А профессор явно не оставлял попыток пробить стену.       — Давай же, давай! — уговаривал его Гарри. — Давай же, Снейп, мне у тебя месяц отрабатывать!       — Крэбб, Крауч, срочно к Визжащей хижине, — вдруг раздался над ними сосредоточенный голос — ко всеобщему изумлению, к гриффиндорскому столу подошел Стюарт, достал из-под воротника амулет и принялся раздавать команды второй команде Пожирателей. — Снейп и Волхов застряли. Малфой, помоги Нотту, он у главных ворот... Гойл, сзади!       Имя Джона Гиббона за именем Гойла замерло.       — Спасибо, Ваше Высочество! — раздался из амулета Стюарта бодрый мужской голос.       У Гарри сразу возникла куча вопросов, но тут Крэбб и Крауч побежали к дому, к нужной стене, следуя подсказкам Стюарта. Пока они двигались, точка с именем Наги стремительно слилась с именем Снейпа, оторвалась и тут же исчезла. Гермиона охнула.       — Что с Визжащей хижиной?! — заорал Гарри.       — Вся горит! Крыша падает!       — Крэбб, Крауч, вы на месте, немедленно вытащите их! — страшно заорал Стюарт, но Пожиратели не успели.       Хижина рухнула, и имена «В. Волхов» и «С.Снейп» исчезли.       Гарри до крови закусил губу, Гермиона заплакала. В Большом зале стало очень тихо. Тяжелый вздох Стюарта прозвучал особенно громко.       — Крауч, Крэбб, отбой. Помогите Долишу, он на западе.       — Они...       — Нет! — не своим голосом сказал Гарри. — Этого не может быть!       — Но карта не ошибается, — сквозь слезы сказала Гермиона. — Они умерли.       Гарри знал это, но не мог поверить. Вадим не мог умереть так, в шаге от спасения. Это было бы слишком несправедливо!       — Мир вообще несправедлив, Поттер, — ответил Стюарт.       Гарри и не заметил, что сказал это вслух. И эти мокрые капли на карте — его слезы?