1.2
21 июня 2015 г., 13:03
***
Утром следующего дня Савада, коротко поблагодарив приютившего его сторожа, отправился в деревню Хидзикатори – задание следовало выполнить в строго ограниченные сроки, иначе плату за задание он так и не получит. Дядька Реборн действительно не соврал – когда он приблизился к деревне, все дворовые собаки как одна залаяли, оповещая жильцов о постороннем. Тсуна окинул взглядом пыльную дорогу, покосившийся забор возле одного из домов, чахлые деревья… — Господин, чего хотели в нашей деревне? — тихо произнес кто-то позади него и Савада резко обернулся, едва не сбив с ног источник звука. Им оказалась простолюдинка, одетая в серое, немного мятое платье. — Не поможешь мне старосту найти, а? Я из города прибыл, по делу. — Вы, наверное, господин маг, да? Конечно, идите за мной, — девушка повернулась и неспешно пошла по дороге. Деревня действительно была маленькая, можно даже сказать, вообще крошечная. Домишки кособокие, с соломенной крышей, всего лишь один дом по дороге был с черепицей на крыше. Жители насторожены, но видя спутницу гостя, начинают заниматься своими делами, а некоторые здороваются и мило улыбаются, из чего Тсуна делает вывод, что девчонка – дочь какого-нибудь знакомого всем человека этой деревни. Да и красива слишком для такого захолустья. Глаза цвета аметиста, сиреневые, отливающие на солнце блеском волосы, челка, правда, один глаз прикрывает, а на голове забавный хохолок. Тсуна спохватился, поняв, что так и не узнал её имени. Неприятная оплошность. — Меня зовут Савада Тсунаеши, а тебя как? — Я Хроме, дочь старосты. Отец давно вас ждёт, он хотел бы просить вас об услуге… — девушка залилась легким румянцем, от чего стала ещё прелестнее. — Ничего обещать не могу, я буду обсуждать это только с ним, — категорично произнес Тсуна и замолчал. Довольно скоро они подошли к дому — он отличался от остальных зданий разве что добротно сделанной крышей и крепкими стенами, и, пожалуй, окна были чуть чище. — Я староста этой деревни, господин, — человек, стоявший рядом, спешно подошел к Саваде, слегка прихрамывая на правую ногу. — Моё имя – Савада Тсунаёши, прибыл из Намимори для решения вашей проблемы. Хотел бы осмотреть жертв вампиров и узнать больше информации от свидетелей и пострадавших, — парень был собран, как и полагалось профессионалу своего дела. И совсем неважно, что он всего несколько дней назад закончил академию. — Кровососы много скота попортили, на женщин в поле нападают часто, мужчинами не брезгуют. Житья от них нет! Господин Савада, как хорошо, что вы откликнулись! Могу сообщить об упырях — некоторые смельчаки с деревни ходили на кладбище, кровососы обитают тама, может, и логово их там же… Вы уж помогите, мы в долгу не останемся! — заверил старик. — Спасибо за сведения, учту, — произнес Савада, — могу ли осмотреть пострадавших? — А можете сначала сына моего, Мукуро, посмотреть? В него будто бес вселился — все время что-то бормочет, странно смеется… Говорит, что вся деревня погибнет. Даже... Хроме, сестричку, не пожалел, шилом глаз выколол! – горестно вздохнул старик, поникнув плечами. — Скорее всего, я буду иметь дело с бесом. Я некромант, но не демонолог, это не по моей части. Я, конечно, посмотрю вашего сына, но ничего не могу обещать, — покачал головой Тсуна, следуя за стариком. Хроме осталась на улице, не вмешиваясь в дела взрослых. Обернувшись, Тсуна заметил, как девчонка поправляет волосы и почти бегом мчится в сторону чужого огорода. — Сын в дальней комнате, — только и сказал староста, прежде чем закрыл дверь, оставшись за порогом дома. Дом внутри был куда опрятнее, чем снаружи — печь топлена, скамьи и столы были в полном порядке, деревянная посуда стояла возле печи и сушилась. Пройдя в самый конец дома, и зайдя в маленькую комнатушку, Савада увидел в темном углу парня примерно его возраста, сгорбившегося и негромко смеющегося. — Ку-фу-фу, кого на этот раз папашка привел? Очередного священника или экзорциста из города? — сипло рассмеялся сын старейшины Мукуро, поблескивая из темноты разного цвета глазами. — Я некромант. Твой отец просил помощи для тебя, — Тсуна был спокоен и собран, когда увидел этого парня. Что-то ему подсказывало, что вовсе не бес вселился в него. И что стоит быть настороже. — А, ты по голову вампиров пришел! Можешь смело попрощаться с жизнью, смертный! Глава клана Варии точно снесет твою головушку с плеч, ке-ке-ке, — смех парня противный, а гримаса искажает черты лица, отчего тот похож на гоблина, задумавшего пакость. Вария. Хибари говорил об этом клане. Очень сильные вампиры, S-класса, с ними и сотня профессиональных охотников не справится. Но что здесь забыли столь прославленные личности? — Тебя обратил кто-то из их клана, какая жалость, — Тсуна быстро сообразил, что к чему, — ведь ты не успел насладиться всеми прелестями бессмертия и не напился вдоволь крови… Савада умел интриговать. Вампир даже заткнулся и сощурился в его сторону, зашипев и оскалив белоснежные клыки: — Ты не посмеешь, сука. Пусть ты и убьёшь меня, но Занзас быстро тебя уничтожит, человечишка, помяни моё слово. И неужели ты так просто убьешь сына старосты? Вся деревня меня любит, после твоего поступка ни награды за задание, ни благосклонности не будет. Заколют вилами, и пикнуть не успеешь, некромантишко, — после этих слов Мукуро встал и посмотрел Саваде в глаза. Оказывается, Мукуро был на пару сантиметров выше Тсуны. — Кто сказал, что я тебя убью, а? — притворно удивился некромант. — Питание чесноком и кровью крыс, дозы серебра, вколотые в вену, сделают из тебя «вегетарианца» … Нет ничего проще, чем разозлить вампира, честное слово! — А-р-р-р-р!!! — зарычал новообращенный, кидаясь на Саваду, но тот был проворней — увернувшись, он полоснул кинжалом прямо в бок Мукуро. Тот заорал благим ором, кинжал был полностью серебряный (на него Тсуна угрохал почти все сбережения), а, как известно, для совсем «свеженьких» упырей серебро подобно раскаленному железу. Вампир снова попытался кинуться на Тсуну, придерживая раненый бок, но не успел – прорвавшиеся из-под половиц ветви осины создали крепкие тиски, оплетя не только ноги, но и руки и шею незадачливого вампира. — Ненавижу выращивать осину, чесслово. Хорошо, что под половицей было несколько семян, ничего не скажешь, — довольно ухмыльнулся Савада, глядя в лицо дергающемуся в попытках выбраться Мукуро, — ну а теперь слушай, наглый кровосос, — тон некроманта изменился на ледяной и совершенно равнодушный: — Я знаю, что ты с упырями общаешься по телепатии. Так вот, передай следующее — пусть Вария убирается отсюда подобру-поздорову. Скоро здесь будет отряд охотников, и твоим благодетелям мало не покажется. Ну а своему Занзасу передай, чтобы лучше за новообращенными следил, раз они попадаются так нелепо в осиные ветки… Савада снова улыбнулся, и, выходя из дома, с удовольствием слушал проклятья в свой адрес. Обеспокоенный староста терпеливо дожидался его на крыльце. — Как он? — Мукуро — упырь. Недавно обращенный. Выхода есть два. Первый — и самый оптимальный — кол в сердце, оторвать голову и сжечь, — видя, как испуганно замахал головой старик, Тсуна продолжил, — а второй способ — сделать его вегетарианцем. Поясню: раз в три месяца вкалывать ему чистое серебро в вены (на что у вас денег и не будет-то — добавил Тсуна), каждый день делать притирки из чеснока, принимать внутрь по ложке святой воды два раза в день. Пить кровь животных в деревянной посуде из осины. — Я поговорю с сельчанами, мы что-нибудь придумаем, — староста был растерян. Ну, ещё бы — единственный сын и отрада к старости оказался одним из тех чудовищ, что терроризировали всю деревню…***
Ночная темнота медленно надвигалась на деревенское кладбище. Тсуна решил не оставаться на ночлег ни у сельчан, ни у столь подозрительного сторожа кладбища. Он думал о том, как же ему поступить в этой ситуации, которая так неудачно повернулась для него. За всей охотой стоял могущественный клан вампиров, в одиночку с которым Тсуна не справится. Нужно бы вызвать отряд охотников, а то и целую гильдию для зачистки… Но он даже не знал, где прячутся эти вампиры. Верить на слово новообращенному нахалу — очень глупо, а навлечь гнев охотников не хотелось бы. Репутацию испортит и тогда можно смело попрощаться с оплачиваемой работой и хорошей репутацией некроманта — если у их братии вообще может существовать хорошая репутация, конечно. Что же делать?.. Наверное, только ждать дальнейшего развития событий. Как знать, может, этот никчемный Мукуро всё-таки сообщил этому Занзасу о том, что тут некромант, который в состоянии усложнить жизнь их клану.***
Мукуро действительно связался с Занзасом по мыслеречи, но вовсе не потому что Савада приказал, а лишь потому что хотел предупредить своего господина о таком важном происшествии. — Говоришь, некромант? Мальчишка, который сковал тебя путами осины? Силен? Мусор, это ты слаб, а не он силен. — Господин, он выглядел таким беззащитным! Но он, правда, силен! И нагл настолько, что называет вампиров упырями и кровососами! — Опиши-ка его. — Да обычный, ничем не примечателен. Но глаза пугают – в них много жестокости. Производит впечатления очень сильного некроманта, и не скажешь, что новичок в своём деле, правда! — Хм, может, его в вампира обратить? Личи нам очень пригодились бы. Я не собираюсь оставаться в этой жалкой деревеньке слишком долго. Можешь отправиться с нами, мусор. — Как, господин? Я не могу, пока осина контролирует меня! Жители делают чесночные примочки, и кузнецы начинают перелавливать серебро для вакцинации! И все из-за этого Савады! — Ладно, никчемный мусор, я отправлю Леви-А-Тана за тобой. Хм… Савада? Как его зовут? — Савада Тсунаеши, господин, некромант из Намимори. — О, на факультете наверняка преподает Хибари? — Никак не знать, господин. Савада многого не говорит: о том, что он из Намимори, я узнал от отца. — М-м-м-м, интересно. Пожалуй, в рядах вампиров он будет полезен… — Но он сбежит при первой же возможности, и не будет служить вам так верно, как я, господин Занзас! — Заткнись, я не давал тебе права называть меня по имени. И не связывайся больше со мной по мыслеречи без какой-либо необходимости. Закончив разговор, Занзас вальяжно раскинулся в кресле, взяв со стола бокал с ярко-красной жидкостью. Полюбовавшись плескавшейся под стеклом кровью, вампир неспешно отпил. — Вра-а-а-а-а-ай!!! — раздался крик за дверью, и в кабинет ввалился высокий мужчина с длинными белоснежными волосами и точеными чертами лица. Занзас слегка вздрогнул, и только привычка помогла выдержать этот ор, превышающий шум сотни людей. — Чего снова разорался, патлатый мусор? — лениво процедил Занзас, глотнув крови из бокала. — Бельфегор опять лезет на рожон! Запасы кончились, а этот шизонутый недопринц хочет снова наведаться в деревеньку и выпить последнюю оставшуюся! — возмущенно орал мужчина, размахивая рукой, вместо которой был меч-протез. — Скуалло-сан, — в кабинет без предупреждения зашло... существо? С первого взгляда было трудно определить пол. Капюшон плотно закрывал глаза казначея Занзаса. Безразличный голос существа продолжил: — Если сейчас вы не угомонитесь, будут убытки. Мы и так значительно потратились на поставке в эту глушь высококачественных бокалов из хрусталя, и да, босс, вы мне должны. — Угомонись, заплачу, - махнул рукой Занзас. — Вра-а-ай, Мармон! Иди отсюда, мне нужно переговорить с чертовым боссом! — снова подал голос Скуалло. Вампиру надоело терпеть этот цирк — он не очень-то любил слишком много людей в своём кабинете. Бокал, бывший до этого в его руке, прямехонько полетел в голову Скуалло и разбился на мельчайшие осколки. Наступившая тишина заметно порадовала постоянно раздражительного главу клана. — Объявился некромант на наши души. Новенький Мукуро уже ощутил силу этого паренька, и как он утверждал, она немалая. Мусор, — повернулся Зан к Скуалло, —отправь Леви-А-Тана с поручением вызволить ананасового из осиновых пут. — Но… — Выполнять, пока не пристрелил тебя, мусор, — сухо отчеканил Занзас, и Скуалло поспешно вышел, прихватив с собой Мармона. — Хмм… пора бы и посмотреть на этого Саваду Тсунаеши, что он из себя представляет, — задумчиво произнес про себя Занзас.
