Темный север

      Мирна, казалось, лишь успела взмахнуть рукой, привлекая внимание уходящих студентов — и вот она уже стоит в темной нише, позади что-то напевающего рыцарского доспеха, а предполагаемые провожатые плотно обступили ее с двух сторон. Девушка даже не поняла, как у этих двоих получилось так быстро затащить ее сюда. Она хотела было уже возмутиться, но один из юношей, на которого она кинула гневный взгляд, приложил палец к губам — международный знак просьбы хранить молчание. Мирна, теперь уже терзаемая любопытством, решила подчиниться. За это время она успела кинуть на что-то замышляющих парней любопытные взгляды и с удивлением обнаружила, что они абсолютно идентичны. С двух сторон от нее стояли двое высоких рыжих юношей, с одинаково выжидающими физиономиями, устремленными куда-то в глубину коридора.       Мирна быстро сообразила, что, благодаря своей поразительной способности оказываться в нужное время в нужном месте, она попала в самый разгар какого-то розыгрыша, который наверняка противоречил правилам. Быстро представив у себя в голове возможные последствия, девушка уверенно распрощалась с мечтой попасть в число участников Турнира. Она начала лихорадочно перебирать в голове варианты, которые смогут хоть немного смягчить ее наказание. Но ничего путного не успело сияющей идеей разогнать нависшую перед ней угрозу наказания — с той стороны, куда были направлены лица школяров, раздался громкий хриплый крик.       Проказники понимающе переглянулись и совершенно одинаково усмехнулись. Затем один из них схватил Мирну за руку и, не говоря ни слова, потянул ее назад, вглубь ниши. События развивались так быстро, что девушка даже ничего не успела возразить против такого фривольного обращения. К тому же она искренне не понимала, как можно остаться незамеченными, даже если они спрячутся в этой глубокой нише — наверняка тот, кто издал крик, прочешет весь этаж сверху донизу. Однако ее возмущение быстро сменилось удивлением, когда один из юношей прикоснулся к выемке в стене и прямо перед ним открылась потайная дверь. — Быстро, я уже чувствую мерзкое дыхание Филча на затылке! — раздался задорный голос позади Мирны. В ответ на это тот парень, который все еще держал девушку за руку, втащил ее внутрь темного пространства. Тьма через мгновение стала кромешной — потайная дверь закрылась за их спинами. — Люмос максима! — прошептал впереди идущий, и на конце его волшебной палочки разгорелся яркий огонек. Синеватое свечение выхватило узкий коридор, которым явно пользовались очень редко. Стены покрывал слой паутины, каждый шаг поднимал в воздух целое облако пыли. — Извини, что так получилось, но, как только мы покинем эту юдоль скорби, мы все тебе объясним, — обернулся к Мирне тянувший ее до этого вперед юноша. Однако по его лицу было видно — он ни секунды не сожалеет, что Мирна стала невольным соучастником какой-то проделки. Девушка на это предпочла промолчать, да и что можно ответить в такой ситуации?       Секретный коридор спустя всего несколько минут вывел их в совсем другую часть замка. Они выбрались из-за портрета старого волшебника, который так и продолжил спать, не ведая, что его картина стала потайной дверью. Мирна приблизилась к окну галереи, в которой оказалась, и обнаружила не привычный вид на озеро, а большой внутренний двор, испещренный дорожками из песчаника и украшенный высокими статуями волшебников. Это небольшое приключение, однако, не смогло выбить девушку из колеи — она резко развернулась и, сложив руки на груди, в гневном ожидании уставилась на отряхивающихся близнецов. Как только они почувствовали ее тяжелый взгляд, то бросили свое занятие и с одинаковыми улыбками во все свои веснушчатые лица посмотрели на Мирну. — Скажи-ка мне, дорогой Фред, мне кажется, двоюродная тетка по папиной линии еще живет в Европе? — продолжая улыбаться, спросил один у другого. — Не припомню, дорогой Джордж, — усмехнулся второй, — однако троюродный брат нашей дражайшей матушки несомненно навещал восточную Румынию. Ведь по его рекомендации там получил работу Чарли! — Вы что, думаете, что мы родственники? — ничего не понимая, спросила у этих двоих Мирна. Чем больше они говорили, тем больше напоминали ей Матиаса, а она с трудом привыкла к одному шуту в своей жизни. Видеть же сразу две его копии было за гранью ее терпения. — Хотя знаешь, любезный братец, ее выражение лица никак не схоже с нашей семейной чертой. Ну ты глянь — вылитая Минни Макгонагал, как в тот раз, когда застукала нас в три ночи на Западной башне! — продолжили близнецы диалог, будто Мирна была всего лишь любопытным экспонатом в музее. — Не могу не согласиться! Даже у Перси, когда его голова вылазит на пару минут из задницы министра, и то более несерьезная физиономия! — Это никогда не закончится, ведь так? — обреченно спросила Мирна, примирительно опуская руки. — А я ведь просто хотела спросить, как можно быстрее пройти в библиотеку! — Ну, теперь все ясно — она точно не состоит с нами в родстве! Такие кощунственные слова могли бы принадлежать разве что Гермионе, — словно два профессора, пришедшие к научному консенсусу, выдохнули братья и наконец заговорили чуть более нормально: — Я Джордж, всегда к Вашим услугам. А этот красавчик рядом — Фред. — Ну что ты, не стоит! В конце концов ты не менее красив, чем я! — парировал тот, кого представили Фредом и протянул руку для знакомства Мирне. — Надеюсь, у вас не все в школе такие, — покачала головой девушка, безуспешно пытаясь спрятать улыбку, — меня зовут Мирна. — Мирна? Какое странное имя… Однако мы и так пренебрегли своими обязанностями, как джентльменов, поэтому позвольте, — Фред, вновь вернувшись к своему шуточному тону, подставил девушке локоть. Усмехнувшись, Мирна все же воспользовалась его галантным предложением, и втроем они наконец направились в сторону злосчастной библиотеки. — Как я понимаю, благородные джентльмены прогуливают занятия? — продолжила разговор Мирна. — О, ни в коем случае! Как Вы могли такое подумать? — притворно возмутился Джордж, немного обгоняя пару. — Мы ставили невероятно сложный эксперимент. А вот теперь помогаем иностранному студенту сориентироваться в нашей чудесной школе! — Отлично сказано, Джордж! — подтвердил его брат. — А эксперимент, конечно, не связан с нарушением школьных правил, — саркастически отметила Мирна. — Ну, наша научная деятельность не может исключать определенного риска. Впрочем, это же останется нашей тайной, ведь так? — подмигнув девушке, спросил Джордж. — Думается мне, у вас на двоих достаточно тайн, — вздохнула девушка. — О, у нас много чего ещё есть, кроме тайн! И кстати, почему из всей нашей удивительной школы тебя заинтересовала самая скучная ее часть? — Библиотеки вовсе не скучные! — возразила было Мирна, однако близнецы даже не обратили на это замечание внимания. — Ведь в нашей школе есть такие достопримечательности, как Запретный лес… –…поле для квиддича… –…астрономическая башня… –…удивительные подземелья… –…и даже Гарри Поттер! — Так это правда? Гарри Поттер учится в Хогвартсе? — зацепилась Мирна за знакомое имя. — Не просто в Хогвартсе, а на самом лучшем факультете — Гриффиндоре! — с гордостью подтвердил Джордж. — И наш братишка Рон — его лучший друг, — добавил Фред. — О, Локи, только не говорите мне, что у вас есть ещё один брат! — с ужасом произнесла Мирна. На эти слова братья лишь загадочно переглянулись. — В нашей семье ещё много кто есть, но не беспокойся — таким сногсшибательным шармом обладаем только мы! — попытался успокоить ее Фред. — У тебя действительно забавный акцент. И кто такой этот Локи? Мы в таких случаях всегда упоминаем Мерлина, — заинтересовался Джордж. — Боюсь, этот разговор не на один час, — отмахнулась Мирна, ведь дружественная беседа уходила с интересующей ее темы, — а вот насчёт вашего предложения познакомиться с Поттером я бы не отказалась. — Ну вот, опять этот парень уводит у нас девушку! — наигранно возмущенно взмахнул руками Джордж. — Ну почему из всего списка именно он тебя так заинтересовал? — Ну, потому что мы изучали его на современной истории, например, — иронично ответила Мирна. — Ты словно Гермиона, — отмахнулся Фред. — К тому же интересно познакомиться с магом, который, будучи ещё ребенком, уничтожил Темного Лорда, — добавила студентка Дурмстранга.       Последние слова заставили близнецов резко остановиться, словно они врезались во что-то невидимое. — Почему вы называете его так? — изменившимся, серьезным голосом спросил Фред. — А вы как его называете? Волан де?.. — Нет, не говори! — воскликнул Джордж с искренним страхом.       Мирна переводила взгляд с одного брата на другого, не до конца понимая, что происходит. — Наверное, тебе простительно не знать, но в нашей стране его кличут Тот-Кого-Нельзя-Называть, — тихо сказал Фред. Они вновь направились в сторону библиотеки, однако их задор как рукой сняло, — а Темным Лордом его звали только приспешники.       Эта новость несколько озадачила Мирну. Теперь она по-другому взглянула на события десятилетней давности и убедилась, что они в Дурмстранге знали о них слишком мало. — Но ведь теперь нечего опасаться, так? Тот-Кого-Нельзя-Называть, — неуверенно повторила Мирна, — он ведь уничтожен. — Говорят, что да, но до сих пор он каким-то образом вмешивается в жизнь живых, — задумчиво ответил Джордж. — Кстати, мы уже пришли.       Близнецы показали своей новой знакомой на широкую двустворчатую дверь. — Нам, знаешь ли, туда вход заказан, — пожал плечами Фред. К ним снова возвращался их привычный тон. — Что ж, спасибо за сопровождение. Я была рада с вами познакомиться, — улыбнулась Мирна. — В любое время, — смешно поклонились они и заспешили обратно. Было видно, что последняя тема сильно их задела, так что они были отчасти рады избавиться от ее компании. Но девушка ничуть не обижалась — она понимала, что затронула чувствительную струну в их сердцах. К тому же рядом с библиотекой Хогвартса северянка не могла думать ни о чем другом, кроме как о предстоящем погружении в неизведанный книжный мир.

***

— Что значит, Вы не дадите мне эту книгу? Какой ещё запретный отдел?       Мирна с непониманием уставилась на сухонькую, высокую библиотекаршу. Та же, заняв оборонительную позицию, мерила студентку взглядом, не предвещающим ничего хорошего. — Я не знаю, какой бардак творится в вашей школе, мисс, но у нас приличная библиотека, и подобные книги я могу выдать только с письменного разрешения преподавателей. А некоторые вообще не могу! — Но какой смысл в библиотеке, которая владеет книгами, но не использует их? — возмутилась было Мирна, однако, увидев сжавшиеся в тонкую нить губы библиотекарши, решила отступить. Ведь она всего лишь гость в этой школе, и спорить с чужими правилами было бы верхом глупости.       Девушка покинула библиотеку ни с чем. Хотя получение нужных ей книг не было самоцелью, все же на душе остался неприятный осадок. На пути ее образования встала очередная преграда — не столь непреодолимая, сколь обидная.       Мысленно пожав плечами, Мирна решила рискнуть и направилась в учительскую — там она могла бы сразу разобраться хотя бы с частью терзавших ее вопросов.       В этот раз северянке не так сильно повезло, как с утра. Неумолимое течение времени выбросило ее в обеденный перерыв, и коридоры были полны студентов Хогвартса. Как она и ожидала, вокруг нее стоял невообразимый шум. Но спустя всего несколько минут девушка уже приспособилась не обращать на него внимания. К тому же в толпе было гораздо проще затеряться — Мирне требовалась передышка на обдумывание своих дальнейших действий.       Она медленно шла по этажу, позволяя потоку студентов обтекать ее с двух сторон. Мирна была неограниченна во времени, в отличие от них, поэтому особо не обижалась, если кто-то случайно задевал ее.       Пройдя ещё несколько коридоров, она вышла к арке и застыла с удивлённым лицом. Перед ней открылась огромная шахта, стены которой снизу до верху были увешаны разнообразными портретами. В центре ее то и дело перемещались массивные мраморные лестницы. Мирна подошла поближе к бортику, сейчас пустующему, и, наклонившись, посмотрела вниз. Под ней сейчас было не меньше трёх этажей, но девушка никогда особо не боялась высоты. От созерцания удивительного зрелища ее отвлекло чье-то покашливание. — Мисс заблудилась? — спросил тихий, но твердый голос, от которого по спине девушки пробежали мурашки. Внезапно у нее возникло ощущение, что она совершила нечто противоправное и теперь ее должно настигнуть заслуженное наказание — такая странная сила была у обратившегося к ней. — Нет, — развернулась Мирна и, обнаружив перед собой мужчину, который не мог быть не кем иным, как профессором, добавила, — сэр. — Тогда позвольте узнать, что вы делаете в этой части Хогвартса? — вопрос сочился нескрываемым сарказмом. Мирна откровенно не понимала, чем она могла вызвать неприязнь профессора, которого видит впервые. Хотя одного взгляда на него хватило бы, чтобы понять — этот профессор вряд ли хоть когда-нибудь бывает доволен. Холодные, внимательные глаза с некоторым пренебрежением изучали Мирну, губы застыли в полуусмешке. Лицо обрамляли черные волосы, блестевшие в свете факелов. Длинная черная мантия скрывала сюртук с множеством пуговиц, застегнутый до самого подбородка. — Я хотела найти преподавательскую, однако была несколько обескуражена таким необычным архитектурным решением, — не удержавшись от маленькой шпильки, кивнула Мирна в сторону лестниц. Как раз в этот момент одна из них пристала к бортику, где застал ее профессор. Тот смерил Мирну с головы до ног таким холодным взглядом, что все внутри нее покрылось льдом. — Я ожидал от студента Дурмстранга большего уважения к преподавателям, — наконец процедил он, — следуйте за мной.       И, не сказав больше ни слова, профессор резко развернулся, отчего полы его черной мантии взметнулись как крылья, и устремился в том же направлении, откуда всего минуту назад пришла сама Мирна. Северянка, все еще обескураженная таким прохладным приемом, поспешила за ним — ей было страшно представить, что произойдет в том случае, если она ослушается этого грозного преподавателя. Однако, послушно следуя за черной мантией, девушка не могла не отметить явных преимуществ такого передвижения — студенты Хогвартса при виде их учителя расступались с поспешностью снитчей, почувствовавших приближение ловца. От этого зрелища Мирна облегченно выдохнула — значит, поведение профессора не было предвзятым. Выражения испуга на лицах студентов только подтвердили ее убежденность, что этот маг ненавидит всех одинаково.       Через несколько минут они оказались перед массивной дверью. Мирна уже настолько запуталась во множестве коридоров, переходов и лестниц, что не смогла бы отличить эту дверь от библиотечной. Так что девушка почти отделалась от неприятных ощущений после знакомства, ведь плюсов от этой встречи вышло явно больше. Если бы она не столкнулась с ним, кто знает, сколько бы еще девушка блуждала по бесконечным запутанным лабиринтам Хогвартса. — Преподавательская здесь, — все тем же холодным голосом оповестил сопровождающий Мирну профессор. — И к какому же профессору Хогвартса у вас появилось неотложное дело, мисс? — Дело? А, кажется… — Мирна не была готова к подобному. А пристальный взгляд темных, почти черных глаз лишь усугублял ее неловкое положение. — Ох, Северус, — внезапно в открывшейся двери показалась волшебница, в которой Мирна тотчас же признала местную версию профессора Принтезис. Хотя эта женщина была старше своей греческой коллеги, ее внимательный, цепкий взгляд без всяких заклинаний и артефактов видел студентов насквозь. Ее удивленное выражение лица, появившееся из-за внезапного столкновения в дверях с другим преподавателем, сразу изменилось, стоило волшебнице перевести взгляд на гостью из Дурмстранга. Казалось, в ее голове, скрытой под широкополой остроконечной шляпой, молниеносно происходили какие-то расчеты. — Чем могу помочь, мисс? — Скленарж, профессор, — сделала небольшой реверанс Мирна. При этом от нее не ускользнула искра удивления, скользнувшая в холодных глазах ее провожатого. — Я бы хотела узнать насчет правил вашей библиотеки — от меня требуют какое-то письменное разрешение. — Думается мне, что этот вопрос лучше обсудить сначала с вашим директором, — покачала головой женщина. Затем она обратилась уже к своему коллеге. — Профессор Снейп, подождите меня, пожалуйста, в преподавательской, нам нужно будет решить ряд организационных вопросов.       Маг кивнул и, не обращая больше внимания на студентку из Дурмстранга, скрылся за дверью преподавательской. Его чисто английский уход был как нельзя кстати — девушке не удалось скрыть внезапный интерес, проснувшийся в ней вместе с его именем. Однако она подавила в себе этот опрометчивый проблеск любопытства и в ожидании посмотрела на волшебницу. — Для начала, меня зовут профессор Макгонагалл. Ваш директор решил, что занятия студентов Дурмстранга возобновятся не раньше отбора, так что я даже не знаю, чем могла бы быть полезна. — Он упоминал только, что эту неделю до отбора мы должны заниматься самообучением, — Мирна была удивлена тому, что Каркаров вообще подумал об образовании его подопечных, — но мне для этого требуется определенная литература. А в библиотеке сказали, что она находится в закрытом отделе. — Почему-то я не удивлена, — вздохнула профессор Макгонагалл. — Я уже успела ознакомиться со списком ваших предметов. Боюсь, что для некоторых из них у нас даже в закрытом отделе не сыщется нужной литературы. Но я посмотрю, что можно с этим сделать. Напишите список книг, необходимых Вам, и я решу эту проблему, конечно, не без участия вашего директора. — Вам требуется моя помощь? — раздался сбоку от Мирны знакомый вкрадчивый голос. Девушка даже побоялась обернуться, только на автомате встала по стойке смирно. — Вас беспокоят мои студенты, уважаемая Минерва? — Каркаров со знакомой лицемерной улыбкой на лице приблизился к профессору Макгонагалл. Та же, к радости Мирны, ответила холодным кивком на его приветствие. — Нисколько, директор Каркаров, — ответила профессор, — мне лишь нужно будет уточнить, имеют ли доступ к определенной литературе ваши студенты, чтобы наша библиотека могла их обеспечить без вреда для обеих сторон. — С превеликим удовольствием, — склонился Каркаров в полупоклоне, провожая Макгонагалл в преподавательскую. Но прежде чем самому зайти следом за ней, директор обратил гневный взор на свою студентку. — Что непонятного вам было в сегодняшней речи, мисс Скленарж? — резкий голос его теперь источал яд. — Я ведь вполне ясно выразился, что покидать корабль можно только ввиду крайнего случая! — Простите, директор, но мне нужны были книги… — опустив голову, попыталась что-то сказать в свое оправдание Мирна, однако Каркаров не захотел ее слушать. — Немедленно возвращайтесь на корабль. И с сегодняшнего дня никто не смеет его покидать до отбора или моих дальнейших указаний. Надеюсь, Вам это понятно?       Девушка не успела ответить, как перед ее носом хлопнула дверь. И этот резкий звук свёл на нет все удивительные события, которые успели произойти с ней за это долгое утро.       Дорогу обратно северянка нашла без особого труда. Ранее она бы удивилась этому факту, но сейчас девушка была слишком раздосадована разговором со своим директором. Да и как могло быть иначе — ведь всего за несколько часов, проведенных в чужой школе, она осознала, насколько разным может быть образовательный процесс. К тому же ее неприятно поразило, что незнакомые преподаватели отнеслись к ней с большим пониманием и отзывчивостью, нежели Каркаров. Да тот же профессор Снейп, и тот помог ей, хоть и вел себя при этом холодно и отстранённо.       Вернувшись на корабль, Мирна сразу же пошла к себе в каюту. Сейчас было время обеда, но аппетита у нее совсем не было. К тому же некоторые студенты могли возложить на нее вину за такое суровое наказание, как изоляция на корабле. Студенты Дурмстранга, конечно, знали что из себя представляет их директор, но все же юношеская обида могла быть и сильнее доводов рассудка.       Камилла, вернувшись после обеда, застала подругу лежащей на кровати лицом вниз. Такой подавленной она давно уже не видела вечно улыбающуюся Мирну, поэтому, махнув на учебу рукой, присела рядом с ней. — Никто тебя не винит, — ободряюще погладила Камилла подругу по спине, — да и мало кто из этих сычей собирался в ближайшее время на разведку местности. Матиас, разве что, но он выражал свое неудовольствие исключительно в адрес директора. — Да дело не в этом, — голос Мирны звучал глухо, пробираясь сквозь толщу подушки, — просто… Я не знаю.       Девушка резко перевернулась и посмотрела на Камиллу взглядом только что прозревшего человека. — Знаешь, когда не видишь альтернативы, легче смириться со своей долей. Но эта школа… Такое ощущение, что там все поголовно счастливы! Там нет этого ужасного чувства страха, нет нависшей угрозы в виде душегубки. И когда видишь, что может быть иначе…       Камилла, глядя на отчаяние Мирны, лишь глубоко вздохнула. Однако она понимала, что из этого состояния девушку надо выводить и чем скорее, тем лучше. — Значит так. Сейчас я раздобуду нам поднос с едой и горячим чаем, и ты мне в подробностях расскажешь, что там за приключения тебе удалось пережить.       Мирна меланхолично кивнула. «Запущенный случай», — подумала Камилла и поспешила в столовую.       Спустя пару часов и три кружки горячего чая со специями Мирна вполне пришла в себя. К тому же поддержка друзей, которые с интересом слушали о том, что девушке удалось узнать о Хогвартсе, отгоняла грустные мысли лучше Патронуса. — Так ты хочешь сказать, что в этом замке есть целых два парня, похожих на Матиаса? — в который уже раз в неверии воскликнула Камилла. — Да не может этого быть. Я единственный на весь мир, прекрасный и неповторимый, — возмутился таким раскладом сам объект обсуждения. — Вот. Именно эти слова сказали бы и те близнецы. Разница между вами — лишь цвет волос, дорогой мой блондинчик, — хмыкнула Мирна, вспоминая братьев. — А я говорю — это невозможно! — Да не могут боги быть так жестоки, Мирна! Тут одного Матиаса с трудом можно терпеть, а ты говоришь о трех! — Может, это все после удара посохом на последней тренировке? А я говорил, что такое даром не проходит! — продолжал обидчивым голосом отстаивать свою уникальность Матиас. — Да успокойтесь уже! Лучше расскажи, что там за библиотека? — не в силах больше терпеть бессмысленные пререкания, решил сменить тему Томаш. — Ну кто бы сомневался. Тут решается вопрос лучшего шута тысячелетия, а ты все про свои библиотеки! — возвел глаза к потолку блондин. — Томаш, да я даже толком-то и не видела ничего, — не обращая внимания на гримасничание Матиаса, ответила Мирна, — но эта профессор, которая будет заниматься нашим обучением, сказала прислать ей список книг, которые нам необходимы. Я думаю, завтра отправить к ней Хугина, раз уж мы теперь пленники этого корабля. — Отлично, я тогда тоже напишу, — с воодушевлением ответил Томаш и, придвинувшись к столу, погрузился в составление списка. — Ладно, а что там с другим профессором? Неужели это тот самый Снейп, о котором ты так настойчиво нам рассказывала последние три года? — коварно улыбнувшись, спросила Камилла. — О, я припоминаю, — воскликнул Матиас и тут же изменил голос, пародируя Мирну, — "О, этот зельевар самый молодой в Англии! Он в свои 31 изобрел больше эликсиров, чем некоторые за всю жизнь!» — Хватит издеваться! Но кто же знал, что он работает преподавателем! — надулась Мирна, почти не поддаваясь на дружеские подколки. — Повезло же тебе — встретить в первый же день такую знаменитость, — хмыкнула Камилла. — А он хотя бы симпатичный? — Ками! — возмущенно воскликнула Мирна, устремив на подругу гневный взгляд. — А что? Ты же сама говорила, что он самый молодой зельевар, — как ни в чем не бывало, пожала плечами Камилла. — Я предпочитаю интересоваться тем, чего люди достигли, а не как они при этом выглядят, — пробурчала Мирна. — Ну вот и зря, — пожала плечами ее подруга, — а то глядишь — и устроишь заодно свою судьбу. Хоть какой-то толк будет от этой поездки.       Больше Камилла ничего не успела добавить — зачарованная подушка прервала ее благие намерения сватовства. Матиас, радуясь, что эта кара постигла на этот раз не его, решил, что одной подушки тут явно недостаточно. А уже через пару мгновений спокойная каюта превратилась в ристалище, наполненное перьями и боевыми выкриками.       Последующая неделя тянулась отвратительно медленно. Студенты Дурмстранга с завистью смотрели со своей палубы на вальяжно прогуливающихся учеников Хогвартса, которые стремились последние теплые денёчки провести на воздухе. Девушки из Шармбатона тоже присоединялись к ним, своим волшебным смехом разгоняя скуку принимающей стороны.       Однако гордость северян быстро направляла их возмущение сложившейся ситуацией в более рациональное русло. Так, палубу они превратили в нечто среднее между дуэльным залом и плацем, где по утрам студенты занимались зарядкой. Девушки решили перенять эту привычку, с похвальным энтузиазмом разминаясь на свежем воздухе. Все свое свободное время студенты проводили за книгами. Хугин уже на следующий день принес от профессора Макгонагалл несколько книг, чем был очень недоволен — фолианты, недостающие девушке, были весьма объемными. Но на другой день ворон, смирившись со своей судьбой, тащил книги уже для Томаша. Сама профессор даже выразила свое сожаление по поводу строгости нравов их директора, чем растрогала девушку. И снова Мирна задалась вопросом: а правильную ли школу выбрали для нее родители. Но философские вопросы быстро отступали на второй план под натиском неизбежного приближения отбора и связанных с этим попыток выучить все и сразу.       Через три дня всех студентов разбудил знакомый холодный голос, оповестивший их о срочном сборе. За окном была кромешная тьма и многие ученики в недоумении переглядывались, строя самые фантастические догадки. Уже через десять минут они собрались на палубе, ежась от холода раннего утра. Каркаров уже ждал их, одетый в свой привычный длинный темный плащ и меховую шапку. — Напишите свои имена на листах бумаги. Пришло время отправить их в кубок, — как всегда лаконично процедил директор. Ученики возбуждённо зашептались. Жаль, что их единственный выход за пределы корабля состоится в неурочное время, но все же желание вновь оказаться в Хогвартсе заставило сбросить их остатки сна.       Каждый из студентов создал по небольшой полоске бумаги и, приложив волшебную палочку к листу, оставил свое имя. Они делали это почти на автомате, на ходу выстраиваясь в четкую шеренгу. Злить директора никому не хотелось.       Они покинули корабль в торжественном молчании. Высокие тени, марширующие сквозь утреннюю дымку — теперь студенты Дурмстранга как никогда напоминали призраков, спустившихся со своего мрачного корабля. Беспокойство нарастало внутри каждого ученика по мере приближения к школе. Хотя от них требовалась самая малость — бросить свое имя в кубок — все же многие нервничали, но старались этого не показывать. Каркаров провел своих студентов сквозь огромный холл и далее, легко выбирая направления во множестве коридоров. Наконец они вышли в небольшой зал. Из-за того, что единственное освещение здесь составляло магическое синеватое пламя Кубка огня, помещение казалось несколько зловещим. В центре, на пьедестале, стоял сам артефакт. Вокруг пьедестала четко выделялась белая линия — судя по всему, то самое заклинание, ограничивающее доступ несовершеннолетним магам. В зал вело три арочных входа, все пространство сразу за ними терялось во мраке. В одной из арок, дальней от северян, мелькнула серебряная тень.       Мирна легонько толкнула Камиллу и кивком указала на призрака. Для девушки эти существа были в новинку, ведь в их замке от призраков быстро избавлялись. Пока шеренга медленно продвигалась вперед, давая возможность каждому ученику подойти и бросить свое имя в пламя кубка, у Мирны было время рассмотреть их невольного зрителя. Одежда привидения, старинная, отделанная множеством кружев, была забрызгана серебристыми пятнами. Высокий парик обрамлял узкое лицо, самой заметной частью которого были холодные, злые глаза. Однако призрак лишь меланхолично наблюдал, как живые проводят совершенно бессмысленный, по его мнению, ритуал, сопровождающийся яркими всполохами, когда имя очередного студента попадало внутрь кубка. Он не пытался вступить в диалог с кем бы то ни было, но и уходить не собирался.       Мирна настолько сильно увлеклась изучением их странного соседа, что чуть было не пропустила свою очередь. Настойчивое покашливание Камиллы, к тому же усиленное эхом, заставило девушку поторопиться. Ее бумажка исчезла в синем пламени, которое в следующее мгновение взвилось желто-красной вспышкой. Со вздохом Мирна отвернулась и поспешила встать в строй.       Дурмстрангцы покинули замок так же быстро, как и вошли в него. Казалось, Каркаров специально не дает возможности как следует рассмотреть чужую школу — хотя ему наверняка было чего опасаться. Если каждый, как и Мирна до этого, начнет сравнивать школы, ни к чему хорошему это не приведет.       На палубе студенты оказались в тот момент, когда первые лучи солнца окрасили горизонт во множество оттенков розового. Каркаров сразу же оставил учеников и поспешил в свою каюту — теперь, когда все были на вверенной ему территории, он не опасался за появление у них крамольных мыслей. Северяне же, все как один, выстроились вдоль борта и наблюдали, как над запретным лесом Хогвартса восходит солнце. Каждый думал о чем-то своем, но при этом все вместе надеялись, что каждый из них достоин стать чемпионом от Дурмстранга.       Остаток этой долгой недели прошел довольно сумбурно. Никто уже не мог нормально заниматься, разве что Томаш возвел вокруг себя бастион из книг, но он был исключением. Постоянно отвлекаясь, студенты Дурмстранга предпочитали проводить свое время за выматывающими тренировками, чтобы хотя бы ночью иметь возможность поспать, а не лежать и анализировать свои шансы на удачный отбор. Некоторые даже умудрились получит серьезные травмы во время поединков на посохах, но они снова вернулись в строй после встречи с колдомедиком из Хогвартса. Потом они рассказывали, что строже мадам Помфри, когда разговор касается безопасности и здоровья учеников, нет никого.       Но все, даже нечто плохое и выматывающее, имеет привычку заканчиваться. Вот и эта неделя ожидания подошла к концу. Проснувшись раньше обычного, Мирна сразу же поднялась и приступила к сборам. Отбор должен был пройти лишь за ужином, но ей не терпелось попасть в замок уже сейчас. Ведь сразу после отбора для студентов Дурмстранга начнется совершенно иная жизнь — и девушка не могла уже ждать, когда же получит свое расписание и сможет также вдоволь нагуляться по старинному запутанному замку. Ведь Каркаров не смог бы никак ограничить их передвижение, если они будут обязаны посещать занятия. С этими приятными мыслями девушка поднялась на палубу. Свежий ветер растрепал её волосы, заставил появиться улыбку на лице. День, только зарождавшийся, обещал принести ей небывалые впечатления.