Темный север

      Ожидание по-настоящему волшебного бала оправдалось полностью. Стоило семье Скленарж пройти через камин, как они оказались в просторной приемной зале. Но, к их удивлению, совсем не рождественская атмосфера присутствовала здесь. Вокруг простирались самые настоящие джунгли. Густая зелень скрывала стены, голоса птиц и зверей доносились отовсюду, и казалось, из темноты за ними наблюдают чьи-то любопытные глаза.       Мирна задорно выхватила свою палочку и устремилась вперёд. Ее родители, переняв ее веселье, шагнули вслед за ней на глинистую почву. Раздвигая широкие листья они втроём продвигались вперёд, пока Эдвига не привлекла их внимание. — Смотрите! — указала она на переливающиеся огоньки слева от них. Это уже больше соответствовало духу праздника, поэтому они поспешили свернуть. С их приближением сначала неуверенно, но затем все громче сквозь шум джунглей начала просачиваться музыка. Впереди их ждал праздник — и Мирна уже переглядывалась со своей семьёй, предвкушая бурное веселье.       И вот перед ними выросла огромная ель, украшенная огоньками и ожившими игрушками. Маленькие снеговики, звёздочки, пряничные домики и хлопушки отплясывали свой танец, но при виде магов всполошились и активно начали указывать им направление. За елью притаилась незаметная дверка — именно туда и направились гости бала.       Открыв дверь, девушка зажмурилась — слишком ярким был свет после сумерек джунглей. Но стоило ей открыть глаза, как ее оглушило громовое приветствие: — Миссис и Мистер Скленарж и их юная дочь, Мирна Скленарж!       Мажордом, гордый от выполненной задачи, приветствовал их на вершине лестницы белого мрамора. А перед семьей Скленарж предстал огромный бальный зал, где гости уже вовсю искали для себя развлечение. Но при этом они не забыли поприветствовать новоприбывших — кто с интересом, кто с лёгкой скукой, кто с радостью.       Мирна так неожиданно оказалась в центре внимания, что чуть не споткнулась, но вовремя была подхвачена своим отцом. Во избежании дальнейших казусов девушка оперлась о его руку, и так они сошли вниз, к другим гостям. При этом Мирна чувствовала, что опять краснеет — уж слишком внимательно некоторые молодые люди следили за ее вынужденным торжественным проходом. Но она быстро забыла об этом, стоило ей услышать знакомый голос. — Мы рады приветствовать вас в родовом поместье Гогенгеймов. Надеюсь, этот вечер вы проведёте незабываемо!       Рядом оказалась Камилла, и, Один, как же она была хороша! Волосы были уложены в высокую прическу, платье открывало плечи и спускалось вниз атласной волной, от линии груди. Казалось, сама Наташа Ростова приветствует их на своем балу! — Да мы уже не скучали, пробираясь сквозь джунгли, — засмеялась Мирна, подходя к подруге. — Я смотрю, ты все ещё пытаешься превзойти меня на моем же балу. Бесстыдница, — жеманно пожала плечами Камилла и тут же рассмеялась. Она подхватила подругу под локоть и обратилась к ее родителям. — Здесь бальный зал, слева фуршет, а справа собрался весь свет общества. Так что, если вы не против, я, пожалуй, оставлю свои обязанности хозяйки и немного посекретничаю с Мирной. — Да, конечно, дорогая, — глаза Эдвиги блестели, совсем как у молоденькой девушки. Ей не терпелось попасть сразу всюду — но она искусно сдерживала свои порывы. Но ее муж знал ее слишком хорошо, поэтому они оставили девушек и направились в центр зала — как раз начинался новый тур вальса. — Они выглядят как влюбленные подростки, — закатила глаза Мирна, но в ее голосе звучала гордость и радость за родителей. — А мои как распорядители при королеве, так что мы квиты, — кивнула Камилла в сторону своей мамы. Та как раз ловко лавировала между гостями, отвечая на все вопросы и поддерживая сразу несколько праздных разговоров. Мирне оставалось только поражаться такому искусству гостеприимства. — Итак, а что же предпочтет мисс Скленарж? Разбивать мужские сердца, участвовать в конкурсах на ловкость или наслаждаться тишиной и закусками в укромных уголках моего скромного жилища? — Даже не знаю, мисс Гогенгейм. А разве мы не будем ждать традиционного поединка за право станцевать с хозяйкой бала первый танец? — продолжила шутливый тон подруги Мирна. — Не в этом году. Я строго предупредила маменьку и папеньку, чтобы дали в этот раз мне карт-бланш. Так что теперь вся тяжесть обожания юношей высшего света ложится на твои хрупкие плечи. — Ты не можешь так жестоко со мной поступить! — воскликнула Мирна, но краем глаза уже отметила, что в их сторону двинулась какая-то тень. И, возможно, не одна. — Развлекайся, моя прославленная зельеварка, — хихикнула Камилла и отошла в сторону. Как раз рядом с колонной, где они остановились, аристократку уже ждал кавалер на сегодняшний вечер. Матиас заговорщически подмигнул Мирне и вдвоем со своей дамой поспешил присоединить к танцующим. — Мисс, не будете ли так великодушны подарить мне этот танец?       Мирна, собрав все свои навыки поведения на подобных мероприятиях, развернулась, успев нацепить на лицо вежливую улыбку. Напротив нее стоял высокий молодой человек, старше ее всего на пару лет. Темные волосы доходили ему до середины скулы, из-за челки на девушку смотрели внимательные и отчасти хитрые серые глаза.       «Могло бы быть и хуже», — внутренне успокоилась Мирна. Уголок ее губ дрогнул, но до полноценной улыбки было далеко. — Ну, разве что только этот, — поддалась девушка и протянула ему свою руку. Всё-таки она обещала себе, что сегодня будет веселиться несмотря ни на что.       Они вышли в зал и присоединились к другим парам. Вальс, хоть и не был любимым танцем Мирны, давал простор для маневров. Но она явно не ожидала, что ее партнёр будет так хорош. С первого аккорда он уверенно повел, направляя девушку в танце, при этом стараясь не быть слишком настойчивым. Но и Мирна не впервые была в бальном зале — каждое ее движение было точным и плавным, как и учили на занятиях по танцам. В какой-то момент девушка даже поймала себя на мысли, что ей нравится, как гармонично движется их пара. — О, подруга, ты не расслабляйся, — шепнула ей Камилла, когда они оказались в общем кругу, — это Дориан Лейхштейн. И на его счету уже с десяток разбитых сердец. — Не переживай, мне уже нечего разбивать, — парировала Мирна, вновь вспомнив о своем неудавшемся опыте в личной жизни. И даже когда она вновь вернулась к своему партнеру, мысли о Снейпе не выходили у нее из головы. Мирна разозлилась. Ведь сколько можно уже переживать о своих прошедших ошибках? Почему нельзя просто забыть и, например, поддаться этому ловеласу хотя бы на один вечер?       Однако ее праздничное настроение безвозвратно ускользнуло. Но она, тем не менее, ничем этого не показала, продолжив тур вальса.       Музыка смолкла, и молодые люди легко поклонились друг другу. — Танец с Вами — это высшее удовольствие. А удовольствие не должно затягиваться, иначе оно грозит перейти в разряд обыденности. Может, Вы позволите угостить Вас бокалом пунша или другого напитка?       Мирна колебалась. С одной стороны весов были опасения о не совсем бескорыстных намерениях этого молодого человека, с другой — злость на свое больное сердце и его неспособность отринуть прошлое. Как всегда, упрямство взяло верх. — Я не возражаю, — кивнула ему Мирна и улыбнулась. Раз уж она пришла сюда веселиться, то стоит начать с малого. — И позвольте тогда узнать, раз уж мы решили перейти к такому серьезному шагу, как Ваше имя? — Мои манеры и вправду ничего не стоят, раз я забыл даже представиться. Но это ведь простительно — Ваша красота смутила мой рассудок. Я Дориан Лейхштейн. А Вы — Мирна Скленарж? — Мажордом здесь слишком громкий, — усмехнулась девушка.       Они шли вдоль залы, и ей льстило, что некоторые ее ровесницы смотрят в ее сторону с нескрываемой завистью. Камилла в этих делах никогда не ошибается. — Нет, дело вовсе не в нем. Просто я читал тот номер «Вестника зельевара» и с тех пор мечтал познакомиться с Вами, — обворожительно улыбнулся Дориан. В этот момент Мирна и правда поверила, что он мастер разбивать сердца — юноша выглядел очень привлекательно. Однако девушка лишь слегка склонила голову, принимая заслуженный комплимент. — И как, реальность не разочаровала? — Напротив, реальность оказалось в десятки раз лучше.       С бокалами пунша они перешли в другой зал. Здесь пространство делилось плотными длинными волнами темно-красной материи, свисающей с высокого потолка. Благодаря этому, в зале появлялось множество приватных уголков, каждый из которых был уникален. Мирна и не заметила, что оказалась в одном из таких, где с трех сторон ее окружала материя, а с четвертой — панорамное окно. Снаружи все ещё падал снег, и в полумраке ее укрытия он казался бесконечным.       Дориан сел на широкий диванчик, наблюдая за девушкой. Та пока никак себя не проявляла — но молодой человек знал, на что способен его шарм. Так что не спешил и наслаждался самим процессом. — Значит, Вы читали ту статью. А чем был вызван интерес? Вам небезразлично зельеварение? — Мирна все ещё стояла к нему спиной, словно зачарованная глядя на падающий снег. — Да, я, знаете ли, имею к этому слабость. Как и к красивым девушкам, — Дориан задержал свой взгляд на спине девушки и плавно опустил его вниз. В этот момент Мирна повернулась, но юноша ничуть не смутился, продолжая ее пристально разглядывать из-под челки. — Тогда я искренне не понимаю, отчего Вы решили пригласить в этот укромный уголок именно меня, — удивляясь самой себе, Мирна медленно приблизилась и села рядом с ним. Ей впервые в жизни захотелось узнать, что значит быть роковой женщиной. Ну, или хотя бы попробовать ей быть. — Ваша скромность известна так же, как и Ваш талант, — Дориан, видимо, не ожидал такого, но и терять времени зря не стал. Он чуть придвинулся к ней и сделал глоток из бокала. — И если бы Вы позволили, я бы показал, что умею ценить и то, и другое.       Мирна наблюдала, как молодой человек склоняется к ней так, словно кто-то применил замедляющее заклятие. И ощущение того, что в этот раз она является хозяйкой положения, что в этот раз она не влюбленная дурочка, а хитрая и коварная соблазнительница, будоражило сильнее вина, что плескалось в ее бокале.       В последний момент девушка ускользнула от навязанного поцелуя, упорхнула с дивана в сторону окна. Поправив невидимую складку на платье, она сказала таким тоном, словно ничего не произошло: — Так, а чем Вы занимаетесь в свободное от соблазнения юных девиц время?       В глазах Дориана девушка отметила целый букет эмоций: обиду, непонимание, злость и растерянность. Видимо, такого с ним раньше не происходило. Однако стоило отдать юноше должное — он быстро взял себя в руки. — Вы слишком строги со мной, мисс Скленарж. Боюсь, Вы неправильно меня поняли. Однако же я не считаю себя виновным в проявленной слабости — Вы слишком прекрасны, и я не смог устоять. — Дориан, прошу, — снисходительно улыбнулась одной стороной рта Мирна, — я не знаю, насколько были неразумны Ваши прошлые жертвы, но со мной Ваши трюки не пройдут. Так что, если хотите провести этот вечер более активно, — саркастично изогнув бровь, продолжила она, — я бы посоветовала Вам выбрать другую цель.       Дориан откинулся на спинку диванчика, вперив свой взгляд в эту холодную и такую недоступную девушку. Он искренне удивился, когда понял: эта студентка провела его как неопытного юнца. К тому же она смела так нагло указывать ему на этот постыдный просчет! Юноша хмыкнул, не зная, что и сказать.       Но, тем не менее, многие поколения аристократов в его крови вернули Лейхштейну его самообладание.       Он медленно поднялся с дивана, все так же не сводя глаз с Мирны. Но теперь этот взгляд был другим — так обычно смотрят на соперника, признанного равным себе. — Я приношу Вам свои искренние извинения, мисс Скленарж, — чуть склонил голову Дориан, — и надеюсь, что у меня ещё будет шанс исправить такую постыдную оплошность.       Мирна позволила себе победно улыбнуться. Теперь она так же смотрела на юношу, признавая его право на новую попытку. Вслух, правда, не было сказано ни слова — но эти двое могли обойтись и без ненужных теперь условностей.       Триумф Мирны был бы полным, но в этот момент в стекло что-то резко стукнуло с той стороны. Девушка вздрогнула и обернулась.       На земле, у створки окна, сидела большая сипуха, с нетерпением разглядывая Мирну. К ее лапке было привязано письмо. Девушка, повинуясь подсознательному инстинкту, привитому с детства, отворила окно и впустила птицу внутрь. Вместе с ней в комнатку ворвался ледяной ветер и снег. Ткань затрепетала бордовым волнами, однако она была слишком тяжёлой, чтобы сдвинуться с места. К тому же дверь почти сразу захлопнулась — это подоспел Дориан, не меньше Мирны удивленный неожиданным посланием.       Сова оказалась единственным невозмутимым существом в этом укромном уголке. Она устроилась на спинке дивана, протягивая лапку с письмом вперед. Ее темные глаза, смотрящие со скукой, заставили Мирну придти в себя. — Это письмо адресовано Вам? — подал голос из-за плеча девушки Дориан. Он был заинтригован — не каждый день видишь, как птицы-почтальоны приносят письма даже на званый вечер. Значит, это что-то невероятно срочное. — Сейчас и узнаем, — отмахнулась студентка Дурмстранга. В животе поселилась легкая щекотка от нетерпения увидеть, что же такого важного принесла почтовая сова. На конверте, что оказался в руках девушки, действительно в строке адресата значилось ее имя. Почерк был незнакомым, но это Мирну не смутило — за несколько прошедших месяцев она получала много писем с благодарностью. Но чтобы таких срочных…       Девушка опустила взгляд на ту строку, где должно было стоять имя отправителя. Но там лишь значились две буквы. Дориан еще ближе подошел в девушке, стараясь разобрать, что же там написано — это послание было слишком похоже на его письма своим поклонницам, которые верили в его искренние чувства. — Как загадочно. И что это за тайный поклонник? — почти в самое ухо прошептал аристократ, но ответа не получил. Тут он заметил, что спина девушки неестественно напряжена, пальцы, сжимающие конверт, побелели, а дыхание ее стало рваным. Хорошо, что у юноши была прекрасная реакция — он успел подхватить Мирну именно в тот момент, когда она начала оседать на пол. — Что произошло? От кого это письмо? — в голосе Дориана прозвучали панические нотки. Не такого завершения вечера он ожидал. Он аккуратно разместил Мирну на диване, стараясь не навредить ей, и хотел было уже бежать за помощью, но девушки пришла в себя самостоятельно. — Не беспокойтесь, прошу, — тихим голосом сказала она, — все в порядке. Просто это очень… неожиданно. — Может, я все-таки… — не успокоился Дориан, но Мирна уже была на ногах. От ее слабости не осталось и следа — взгляд наполнился решимостью и, как показалось юноше, надеждой. Да кто он, Локи его забери, такой, этот ее тайный отправитель? Юноша был совсем не глуп и понимал, что Мирна ни за что не снимет покров тайны с имени отправителя. Так что в его распоряжении оставалось лишь две буквы инициалов. Но этот «С.С.» мог быть кем угодно — и аристократ отбросил мысль, что сможет самостоятельно выяснить истинное его имя. К тому же зачем вообще ему могло это понадобиться — тратить время на расследование такой ерунды. Но до конца юноша так и не смог себя убедить, что это его не касается. И эта тайна придавала Мирне дополнительный интерес в его глазах.       А девушка не обращала больше внимания на растерянного юношу. Для нее теперь весь мир был сосредоточен в бумажном конверте, который она уже поспешно разорвала. Внутри оказался клочок бумаги, маленький и мятый, словно писавший не выбирал средства. Это могло значить только одно: произошло нечто поистине ужасное, если даже на поиск нормальной бумаги не нашлось времени.       Мирна вцепилась взглядом в знакомую вязь букв, как будто от этого зависела ее жизнь.

«25 декабря, семь часов вечера. Трактир «Кабанья голова». Комната 17. Воспользуйся нерегистрируемым камином.»

      Желудок подскочил к горлу, затем резко ухнул вниз. Мирна ещё два раза перечитала эти несколько строк, затем резко подняла взгляд на застывшего в нерешительности Дориана. — Сколько времени? — горло пересохло, и у Мирны вышел скорее не вопрос, а сдавленный хрип.       Но Дориан даже не удивился, лишь быстро достал из нагрудного кармана брегет и откинул крышку. — Без десяти семь, — четко ответил он, вновь бросив взгляд на девушку. Впечатление о ней менялось каждую минуту, и Дориан с каким-то внутренним смущением понял, что ему это даже нравится.       Мирна, услышав ответ, бросилась в сторону выхода. Всего десять минут оставалось до внезапно назначенной встречи, и ни секунды больше нельзя было терять. Тем не менее, отодвинув тяжелый полог, она обернулась. — Простите меня, Дориан, но сегодня, видимо, не подходящий день для новых знакомств.       С этими словами она выскочила прочь, спеша найти Камиллу. А оставшийся в одиночестве ловелас все продолжал смотреть на покачивающуюся после ее ухода портьеру, думая о самой странной попытке соблазнения в своей жизни.       Мирна быстро шла, бросая взгляд то направо, то налево, в надежде увидеть знакомую пару. В висках стучал ток крови, отмеряя и без того ничтожно малый запас времени. Вокруг все веселились, звучала музыка, разбавленная смехом и разговорами, но девушке больше не нужен был этот праздник. Паника подбиралась к ней на мягких лапах, готовая вцепиться в нее острыми кривыми когтями. — Мирна, с тобой все в порядке?       Этот голос она мечтала услышать и так резко развернулась к подруге, что та отпрянула. Позади Камиллы стоял Матиас, их руки до сих пор были сцеплены, и веселье ещё не успело покинуть их лица. Но взволнованный взгляд их подруги заставил парочку резко посерьёзнеть. — Это Дориан? Что он сделал? — тихим стальным голосом спросила Камилла. Матиас, услышавший ее предположение, сжал свободную руку в кулак. В глазах этой пары мелькнула жестокая решимость, и Мирна бы испугалась за юношу, если бы все мысли ее не были бы заняты совсем другим человеком. — Что? Нет, он не… Ками, у вас есть нерегистрируемый камин?       Ярость сменилась удивлением. — Зачем тебе? — по-деловому спросила Камилла. Она с подозрением теперь смотрела на Мирну, но та этого не замечала. — Ками, у меня нет времени! Это очень важно! — взмолилась девушка, сложив руки на груди.       Тут уж и хозяйка бала отбросила сомнения — ещё никогда ранее Мирна не просила ее о помощи так рьяно. — Матиас, будь хорошим мальчиком, сделай так, чтобы нашей отлучки никто не заметил, — повернувшись к своему кавалеру, улыбнулась Камилла. — Слушаюсь, моя ненаглядная мандрагорушка, — вернул он улыбку и быстро затерялся среди гостей.       Камилла не собиралась дожидаться последствий своей просьбы — она схватила подругу за руку, и вдвоем они поспешили покинуть зал через неприметную боковую дверь. Широкие коридоры поместья были пусты. Слуги пользовались специальными ходами, гости сюда попасть не могли. Поэтому, отбросив свои манеры, девушки побежали.       Всего три минуты — и они уже стояли перед большим камином в запыленной комнате, полной мебели, которая была закрыта чехлами, и целым батальоном картин, аккуратно составленных в один ряд. В тишине звучало тихое бормотание обитателей этих полотен, но слишком невнятное, чтобы разобрать хоть слово. — Это похоже на склад, — чихнула Мирна, подходя ближе к камину. — Это он и есть, — деловито ответила Камилла, доставая с каминной полки коробочку с летучим порохом. Но, прежде чем протянуть его подруге, она внимательно посмотрела ей в глаза. — Ну что, куда отправимся? — Я иду одна, — безапелляционно отрезала Мирна. Чтобы ни побудило написать ее бывшего профессора, он явно ожидал, что девушка придет одна. В голове была мысль, что это может быть ловушкой, но это лишь убедило Мирну не подвергать опасности кого-нибудь ещё. — Ты с ума сошла? Или… Это Снейп, да? — в глазах Камиллы мелькнуло понимание, и следом за ним пришел страх. — Тогда точно ты не можешь идти одна! Это очень опасно — он же Пожиратель Смерти! — Я знаю, что я делаю, — упрямо ответила на это Мирна, — но если я не вернусь через полчаса, можешь бить тревогу. Но я прошу, Ками, дай мне эти полчаса.       Аристократка колебалась. Она никак не могла поверить, что ее подруга может быть такой беспечной. К тому же срочность, с какой Мирне понадобился этот камин, только усугубляла ситуацию. Но спорить с Мирной всегда было бесполезно — и Камилла решилась. — Полчаса, — строго процедила хозяйка поместья. — Полчаса, — доставая палочку и держа ее наготове, повторила Мирна. Затем она одним движением разожгла старый камин и кинула в него щепотку пороха.       Сделав решительный шаг в зеленое пламя, девушка бросила взгляд на подругу и улыбнулась. Подбодрить Камиллу не вышло, но та немного смягчилась и кивнула. — Трактир «Кабанья голова», комната 17, — отчётливо произнесла Мирна и исчезла в языках изумрудного пламени.       Так долго девушке ещё ни разу не приходилось лететь сквозь каминную сеть. Она вообще не была уверена, что порох работает на такие далёкие расстояния. Но она лишь плотно сжала губы, стараясь не обращать внимания на размытый мерцающий калейдоскоп каминов, проносящихся перед ее глазами. Голова начала кружиться, к горлу подступала тошнота, но Мирна усилием воли сдерживалась, сосредоточилась на предстоящей цели.       Ее выкинуло так резко, что она непременно упала бы, если бы кто-то ни подхватил ее в последний момент. Но, даже испытывая сильное головокружение, Мирна умудрилась приставить свою палочку к горлу схватившего ее человека. — Похвальная предосторожность, — сквозь шум в ушах, словно через слой ваты, пробился до дрожи знакомый бархатный голос, — можете опустить уже свою палочку.       Но Мирна, вопреки его просьбе, лишь сильнее сжала свое магическое орудие. Ноги подкосились, в голове помутилось, и все, что девушка ощущала теперь — это чувствительное, но сильное прикосновение к своей спине. Но палочку она держала как никогда крепко.       Снейп, конечно, был готов, что такой долгий переход не пройдет незамеченным, но надеялся, что ему не придется приводить девчонку в чувство — она всегда казалась ему сильнее прочих. Но тут он ошибся — и в глубине души порадовался своему заблуждению. Аккуратно, словно драгоценный груз, он подхватил Мирну на руки и, не обращая на все ещё угрожающую ему волшебную палочку внимания, уложил на дешевую, но чистую кровать.       Сам номер в этом трактире представлял собой узкую запыленную комнату, сквозящую тоской и безнадегой. Кровать, камин и пару стульев освещал лишь фонарь за грязным окном, да и то сейчас оно было закрыто плотной пыльной шторой.       Убедившись, что девушка в порядке и вскоре придет в себя, зельевар развел пламя в камине и отошёл в сторону окна. Настойчивый голос его желаний шептал, что было бы неплохо оказаться рядом с северянкой в тот момент, когда она очнется. Но профессор заставил этот голос замолчать, продолжая мрачно наблюдать за танцем огня из своего угла. — Что случилось? — через несколько секунд послышался слабый голос, и Мирна привстала на локтях. Румянец теперь четко выделялся на ее бледном лице, принявшем озадаченное выражение.       Внезапно девушка, словно вспомнив, зачем сюда пришла, попыталась подняться и достать свою палочку. Но Снейп быстро подошёл к ней и жёстко схватил за руку, заставляя опять лечь. В ее глазах отразилось непонимание и даже лёгкий испуг. — Ваше письмо… Я думала, что Вы… — В опасности? — зельевар внезапно догадался, чего на самом деле боялась Мирна. От этого предположения запретный голос вновь ожил, и тепло разлилось в груди мага. Но и теперь, превозмогая свои интересы, он лишь иронично вздернул бровь. — И Вы действительно подумали, что я буду просить помощи у студентки? Либо Вы обладаете навыками, которые и не снились Темному Лорду, либо слишком самонадеянны, мисс Скленарж. Я придерживаюсь второго варианта. — Но это письмо такое срочное и после нескольких месяцев молчания… — упрямо пробормотала Мирна, совсем запутавшись. — Да, это дело срочное. Но Вы ошиблись в главном — в опасности не я, а Вы.       Воздух вышел из груди Мирны резко, как от сильного удара. Она? Но почему? Мысли перескакивали, не задерживаясь на чем-то одном, и северянка даже не поняла, как вновь подала голос: — Вы все ещё сжимаете мою руку, сэр.       Снейп резко отпустил ее и отошёл в сторону, словно ему было неприятно даже находиться с ней в одной комнате. Это причинило Мирне боль, и она не смогла скрыть этого, надеясь на полумрак комнаты. Но зельевар заметил — и это стало ещё одним кирпичиком, выпавшим из стены, что он возвел между своими чувствами и своим долгом. Но та пока оставалась слишком прочной, поэтому Снейп вновь превратился в чёрствого профессора зельеварения. И весьма злого к тому же. — Мне кажется, Вы, мисс Скленарж, совершенно не заинтересованы в продолжительности своей жизни. В прошлом году я предупреждал Вас — но, как оказалась, Вы были намного умнее, опытнее и, что уж, хитрее меня, ведь так? Иначе я не могу объяснить, почему Вы пренебрегли моими, уж поверьте, бесценными советами.       Каждое его слово сочилось ядом, но Мирна обладала бесценной способностью пропускать его через себя безболезненно. Даже напротив, знакомый саркастический тон профессора словно перенес ее в прошлое, туда, где она мечтала оказаться все лето. Это придало ей сил. Мирна встала с кровати, спиной к окну, и с вызовом посмотрела на зельевара. Чувство deja vu внезапно захватило ее — ведь так же она стояла перед ним год назад, когда он поймал ее гуляющей во время бала по подземельям. Значит, история сделала виток? Отлично. — Я, сэр, прекрасно слышала Ваши советы. Однако обстоятельства вынудили меня пренебречь ими. Поэтому я была бы благодарна, если бы Вы наконец рассказали мне, что за опасность грозит моей жизни, а не читали нотации. Если Вы забыли — я больше не Ваша ученица.       Взгляд, брошенный на Мирну Снейпом, мог бы ее сжечь и заморозить одновременно. Такой ярости ей ещё не приходилось наблюдать в его глазах — но девушка отчего-то не боялась. Ведь он причинил ей столько боли, хоть и неосознанно — и Мирна жаждала отмщения. — Я так ошибался. Ты ещё более наглая и самоуверенная, чем…       Снейп и не заметил, что перешёл на «ты» — а вот Мирна это запомнила. Впрочем, она лишь сложила руки на груди и молча ждала, до какой стадии бешенства может дойти ее бывший профессор. Он же чеканил каждое слово, как если бы каждое из них было его личным врагом:  — Хорошо. Раз тебе плевать на свою жизнь, можешь продолжать работать на это чёртово Министерство и лезть на рожон. Но знай — Темный Лорд осведомлен, что в Европе против него готовят студентов. И когда он до вас доберется, смерть покажется желанным избавлением.       Снейп резко рванул дверь на себя и собрался оставить девушку в одиночестве, но его остановил ее резкий окрик: — Стой… те!       Мирна была растеряна. Эта новость, что темный маг знает о них, заставила ее пожалеть о своих словах. Но больше всего она боялась, что Снейп сейчас уйдет — и теперь уже точно навсегда. Поэтому пришлось капитулировать. — Подождите. Я не хотела Вам грубить, просто… Пожалуйста, выслушайте меня.       Зельевар несколько мучительно долгих мгновений постоял в дверном проёме, затем все же решил снизойти до ее просьбы. Хотя Мирна его и вывела из себя своим упрямством, магу не хотелось расставаться… так. — Мне жаль, что все сложилось именно так. И я хотела бы сказать, что… — Мирна замялась. Теперь, когда этот суровый мужчина стоял напротив и пристально смотрел на нее, мысли путались, а вместо стройной речи выходил смущенный бред. И почему она может разговаривать с ним лишь когда злится? — Я уважаю Вас. Я знаю, через что Вам довелось пройти — у нашего Министерства есть досье на всех известных Пожирателей Смерти. И я бы хотела прислушиваться к Вашим словам, но не могу. Поймите же — как я могу стоять в стороне, когда есть хотя бы небольшой шанс спасти десятки жизней? Я знаю, что ещё очень неопытна, что невероятно наивна и слишком юна для подобной деятельности. Но если меня выбрали как достойную, я не собираюсь трусливо отходить в тень и жить дальше, словно ничего не происходит. Я не смогу смотреть в глаза беженцев и искалеченных войной людей и знать, что ничего для них не сделала.       Снейп продолжал прожигать ее взглядом. Эти слова ничего не значили для него — зельевар перерос эту восторженную патетику слишком давно. И за высоким слогом видел теперь лишь грязь, боль и потери. Много потерь. Так что сейчас он был бы не против стать эгоистом, наплевав на всех, и уйти подальше от смертельных интриг. Но она действительно верила в эти слова — и тут Снейп был абсолютно бессилен. — Когда в последний раз вы были в Министерстве? — сухо спросил он. — В конце лета, — ответила Мирна. Она ждала хоть какую-то реакцию на свою исповедь и была крайне удивлена, не получив ничего. Обида чуть не овладела ее разумом, но все же девушка отбросила эти эмоции — она понимала, что теперь профессор хочет ей помочь. — Шпионаж в Европе не на высоте. Новости о студентах дошли до Лорда совсем недавно. Значит, либо речь не о вас, либо агент в Чехии не слишком расторопен, — Северус сделал шаг в сторону Мирны, — но все равно воздержитесь от работы такого толка как можно дольше. Пока вся деятельность этого мага нацелена на восстановление своего влияния в Англии, Европа не в приоритете. Но это не значит, что он забудет о вас. Слишком уж оскорбила его сама идея, что против него хотят выставить студентов.       Мирна ловила каждое слово зельевара. Наконец-то он отнёсся к ней всерьез — а значит, она должна была показать, что достойна такого обращения. — Министр имеет виды на нас, но не раньше окончания следующего года. Так что пока, я думаю, мы в безопасности, — стараясь, чтобы ее слова прозвучали не менее значимо, ответила девушка.       Снейп кивнул. Он подошёл к камину, задумавшись о чем-то, а Мирне оставалось лишь ждать. Их встреча была слишком сумбурной, так что северянка и не знала уже, что могут преподнести ей оставшиеся десять обещанных Камилле минут. В памяти совсем не к месту всплыла последняя их встреча — и Снейп резко обернулся. Он окинул девушку взглядом, словно впервые за это время увидел ее. — Я отвлёк Вас от чего-то важного? — вкрадчиво спросил он. Думать о том, как увести Лорда от Европы, было тяжело, да и время у него, как выяснилось, ещё было. А Мирна и вправду выглядела очень уж привлекательно в этом бальном платье, особенно в таких убогих декорациях. Она казалась диким прекрасным цветком, брошенным на произвол судьбы среди погрязшего в серости и тумане промышленного района шумного города. — Не без этого. Но, видимо, это уже традиция — пропускать бал ради приватной встречи с Вами, — не смогла удержаться от смешка северянка. — Мисс Скленарж, я не хочу, чтобы Вы воспринимали мои действия как что-то личное. Надеюсь, вы понимаете, о чем я говорю?       Мирна понимала. Точнее, теперь она отчётливо видела, что зельевар не был честен даже сам с собой. Иначе он бы не стал так рисковать — ведь если факт этой встречи раскроется, они оба погибнут. Но всё-таки он был здесь. И это дало Мирне призрачную надежду. — Я понимаю, сэр, — криво улыбнулась она, — но я не сожалею о своем поступке. И, знаете, я бы даже не отказалась его повторить. — Ваша самоуверенность… — …не знает границ. Но спасибо за все, что сделали для меня. Я постараюсь быть осторожней.       Снейп устало кивнул. Эта девчонка… Ее поведение просто не укладывалось в его голове. Она была слишком непосредственной, слишком наивной, но такой решительной! Обычно он мог просчитать все на несколько шагов вперёд — но не с ней. — Если что-то изменится, я сообщу. Это место хоть и безопасно, однако злоупотреблять им не следует. Я надеюсь на Вашу благоразумность, хотя это и очень рискованно с моей стороны. — Я буду ждать, — в темноте комнаты сверкнули ее глаза. Их странное противостояние, начавшееся с ее приезда в Хогвартс, кажется, вновь ожило. И в этот раз не исключено, что победительницей вышла именно Мирна.       Она подошла к камину, почти касаясь плечом груди Снейпа. Тот не отстранился, но и никак не показал, что это имеет для него значение. Тогда девушка бросила оставшийся у нее порошок в огонь и в ту же секунду исчезла, не сказав больше ни слова.       Снейп, оставшийся теперь в дешёвой комнате один, смог нервно вздохнуть. Он отчасти и правда жалел о проявленной слабости, но и не мог отрицать, что эти несколько минут доставили ему удовольствие. Мирна за эти полгода выросла и как личность, и как женщина. Если так пойдет и дальше, она станет очень опасным соперником. И Северус не был уверен, что сможет долго сопротивляться своим желаниям, какими бы безрассудными они ни казались.