Темный север

      Все еще нервничая, Мирна вошла в уже знакомый кабинет Министра. Камилла, в отличие от подруги, не ожидала ничего страшного, поэтому с любопытством и даже надеждой пересекла порог кабинета вслед за ней. Мисс Эджер, как обычно, заваленная делами, заполняла какие-то бумаги на столе и не бросила даже взгляда на визитеров. Но девушки уже знали эту особенность, поэтому не стали ждать приглашения, а тихо опустились на диванчик у стены, в ожидании, когда у Министра найдется на них время.       В этот раз ждать пришлось дольше обычного, и у Мирны все внутри сжималось от страха. Чем дольше она сидела в этом кабинете, тем очевиднее ей казалось, что сейчас ее устыдят самим фактом присвоения секретной информации и хорошо еще, если только погонят отсюда в шею. Она чувствовала вину и перед Камиллой — ведь они подруги, и это может сказаться и на репутации аристократки. В тот момент, когда Мирна уже хотела сама сознаться в своем необдуманном поступке, мисс Эджер подняла на них свой проницательный взгляд. — Я хотела бы поговорить только с мисс Скленарж, но не возражаю против присутствия мисс Гогенгейм, — сказала Министр, и эти слова еще больше убедили Мирну, что сомнений насчет причины вызова быть не может. Но именно теперь она поняла, что в горле пересохло и нет никаких сил даже открыть рот, чтобы произнести порочащее ее признание. Поэтому Мирна лишь опустила голову, ожидая, когда мисс Эджер сама уличит ее в воровстве. — Надеюсь, за эти два месяца вы обе смогли почерпнуть не только сведения о нашем противнике, но и информацию о его основном окружении. И, как смогли понять, у нас просто катастрофически не хватает данных, а это, на настоящий момент, наше главное оружие. Поэтому у меня родился определенный план, хотя он и совмещен с большой долей риска. Мисс Скленарж, скажите, Вы поддерживаете переписку с одним из Пожирателей Смерти, с Северусом Снейпом?       Воздух резко иссяк в груди девушки, словно ей врезали под дых. Меньше всего она ожидала такого вопроса, да еще в такой формулировке. Хотя они и передали тогда послание Министру, но нигде не упоминали, от кого оно. Так откуда бы мисс Эджер могла узнать о тех немногословных письмах? — Это не совсем переписка, мисс Эджер, — сглотнув ком в горле, все же выдавила из себя Мирна, — он посылал мне всего два-три послания, связанные с особой деятельностью темного мага. — Это неважно, главное, что он, кажется, доверяет Вам, — отмахнулась женщина, будто уже услышала то, что хотела. — А мне нужно, чтобы и Вы могли кому-то доверять, когда вновь поедете в Англию. — В Англию? Я? — Мирна понимала, что это глупые вопросы, но не смогла вовремя остановить свои мысли, сказанные вслух. — Да, мне нужен кто-то, кто будет не очень заметно передавать новости прямо из Англии. Лучше всего, к моему сожалению, подходите Вы. К сожалению — потому что меньше всего мне хотелось бы рисковать таким одаренным человеком. Но на данный момент у меня нет агентов, которые не вызывали бы подозрения. К тому же, как мы все знаем, даже в нашем Министерстве есть шпионы, а значит, верить можно лишь единицам. — А может, тогда отправить нас вдвоем? — предложила Камилла, впервые за этот разговор открывшая рот. Хотя у нее скопилось много вопросов, для начала она хотела бы узнать, почему же в это пекло кидают одну только Мирну. — Это будет подозрительно. Как вы знаете, существует распространенная практика после окончания обучения в школе магии. Я говорю о дополнительном образовании в качестве стажеров, которое можно получить в других школах. Что-то вроде обмена опытом. У Мирны есть большой потенциал в области зельеварения, и отправить ее вновь на стажировку в Хогвартс будет более, чем логично. Но отправлять двух студенток? К тому же, мисс Гогенгейм, по Вашей узкой специальности никто не сможет дать Вам знаний больше, чем Дурмстранг.       Хотя это объяснение вышло более, чем полным, девушкам хотелось протестовать. Мирна успела позабыть свои бывшие опасения, и теперь ее переполняло множество эмоций — от радости, что она вернется в английскую школу волшебства, до страха, что она останется одна в стране, где в любую минуту может развернуться новая магическая война. Камилла, в свою очередь, тоже переживала за подругу. Ведь та всегда была слишком открытой и доверчивой. Но Министр, кажется, уже приняла окончательное решение. — Я уже переговорила с директором Дамблдором. Ему эта идея по вкусу не пришлась, но он обещал помогать и оберегать мисс Скленарж по мере его сил. От Вас, Мирна, мне требуется не так уж и много: я хотела бы знать, что на самом деле творится в Англии. Не лезьте на рожон, не пытайтесь проникнуть в штаб Пожирателей Смерти. Просто наблюдайте. — Я поняла Вас, мисс Эджер. И я согласна, — подняв взгляд на Министра, кивнула девушка. Со своими внутренними демонами она может разобраться и позже — а пока упускать такую возможность она не собиралась.       Стоило им покинуть кабинет Министра, как на Мирну набросилась с расспросами Камилла. Пришлось даже опоздать на свое привычное рабочее место в архиве и получить крайне неодобрительный взгляд от хранителя. Но даже это не помешало аристократке наседать на свою подругу. — Почему ты мне не рассказала о переписке? — возмущалась Камилла. — Потому что нет никакой переписки! — воскликнула Мирна, но тут же перешла на шепот. — И вообще, завязывай ты так громко разговаривать. Сама знаешь, какие сейчас времена, — перехватив недовольный взгляд подруги, она все же сделала извиняющееся лицо. — Ну прости. Я получила еще одно письмо от него. Но только одно! Я понятия не имею, почему мисс Эджер решила, что он мне доверяет! — Потому, что эти письма вообще существуют, вот почему! — так же тихо ответила Камилла. Она уже немного успокоилась, но на сердце было все еще неспокойно. — Я все равно не пойму, как они могут отправлять тебя одну. Ты же там натворишь делов, без моего присмотра-то! — Не переживай, Ками, — усмехнулась Мирна, — я и в твоем присутствии умудрялась находить проблемы, помнишь? Как-нибудь выкручусь. — Только… Пожалуйста, будь осмотрительнее. Я уже чувствую, что ты решила, будто это судьба толкает тебя в Англию. Но ты уж постарайся держать себя в руках и не позволять ему снова управлять твоим сердцем.       Мирна хотела было отшутиться, но у нее не нашлось, что сказать. За столько лет дружбы Камилла видела ее насквозь. И убедить подругу в обратном, хотя бы даже обнадежить, у Мирны бы не получилось. Оставалось лишь надеяться, что судьба вмешается в странное переплетение судеб, пощадив юную жизнь.

***

      Сборы проходили скрупулезно. В доме Скленарж с тех пор, как Мирна объявила о своем отъезде, почти всегда царила тяжелая атмосфера, смешанная с нервным беспокойством и приправленная суматохой. Родители девушки очень неодобрительно отнеслись к предстоящей поездке. Даже то, что за их дочерью будет приглядывать сам директор, не уверило их в ее безопасности. Поэтому, кроме всевозможных вещей первой необходимости, в чемодан летели пузырьки с зельем удачи, амулеты, магические украшения и даже сложные магические артефакты. Как ни старалась Мирна убедить родителей, что это все лишнее, ничего путного у нее не вышло. Поэтому когда настало время отъезда, багаж пришлось отсылать отдельно — такую уйму вещей нельзя было поднять ни одним заклинанием. Но Мирна уже решила, что так или иначе постепенно отправит некоторые вещи обратно с вороном. Хотя она уже заранее представляла, как неловко ей будет перед преподавателями Хогвартса, стоит им увидеть такую внушительную гору чемоданов и сумок.       Сама девушка стояла теперь на платформе в ожидании поезда до Франции. Уже оттуда она отправится через портал в Хогсмид, где ее встретит кто-нибудь из профессоров. Она путешествовала налегке — лишь небольшая сумка через плечо, вмещающая личные и самые дорогие вещи. Письма, которые она так самозабвенно писала все предыдущее лето, девушка тоже захватила. Не для того, конечно, чтобы их передать — просто они грели ей душу, когда были рядом. Там же, в шкатулке с секретом, лежало письмо от профессора и вырезка из газеты. Мирна обычно не замечала за собой особой сентиментальности, однако в случае с угрюмым зельеваром ее натура изменяла самой себе. — Ну что, готова покорять Хогвартс? — коварно улыбнувшись, спросила Камилла. Она вместе с Матиасом пришла проводить подругу на вокзал, а заодно попытаться внушить ей последние строгие напутствия. Но, как только она посмотрела в серьезные глаза Мирны, все, что она приготовила, вылетело из головы. — Прошу, просто будь там осторожна, ладно?       Она порывисто подалась вперед и обняла рыжую. Та ответила ей не менее крепким объятием. Впервые за долгие годы эти две девушки расставались на столь длительный срок — и пока ни одна из них не понимала, как жить в таком странном мире без привычного дружеского плеча рядом. — Жаль, Фреда и Джорджа в школе уже не будет, — вздохнул Матиас, тоже подходя к Мирне за своими дружескими объятиями. — Я был бы рад, если бы ты как-то раскрасила общую атмосферу школы. Ну, ты понимаешь. — Матиас! — шутливо ударила Мирна его кулачком в плечо, но тот ловко увернулся, успев совсем уж нахально подмигнуть. — А со мной попрощаешься?       Мирна рывком обернулась. Сзади нее стоял Дориан, на лице которого читалось крайняя обеспокоенность. Мирна до последнего не говорила, что уезжает, потому что знала, что юноша будет упрямо пытаться ее отговорить. Но уехать молча она все же не смогла. — Конечно. Я же именно поэтому тебе написала, — стараясь приободрить друга, улыбнулась Мирна. — О, кажется, я видел совершенно невероятного зеленого голубя вооон в той стороне! — громко воскликнул Матиас и утащил за собой сопротивляющуюся Камиллу на другую часть перрона. Теперь Мирна и Дориан остались на платформе почти что одни, за исключением редких пассажиров. — Хотела уйти по-английски, — горько улыбнулся Дориан. Он все так же держался чуть поодаль, не желая приближаться. — Ну зачем ты так?.. — А как иначе? Я же знаю, что ты едешь не просто на стажировку. Почему ты думаешь, что можешь вот так просто играть с моими чувствами? — Прости. Я не хотела, чтобы ты раньше времени расстраивался. Ведь ничего не случится, ты же знаешь, — Мирна самой себе казалась ужасной. Но она и вправду не знала, как поступить лучше для них обоих. — Конечно, ничего не случится, — саркастично пожал плечами Дориан. Он отвернулся, старясь больше не встречаться взглядом с девушкой. И выражение его лица говорило гораздо больше, чем язвительные слова.       Мирна, больше не в силах на это смотреть, подошла к нему и взяла за руку. Но даже тогда Дориан не взглянул на нее. — Дориан, меньше всего на свете я хотела бы причинить тебе боль. Но вижу, у меня не получилось этого избежать. И я не смогу извиниться за это, потому что мои слова ничего не изменят, — девушка вздохнула и, чуть помолчав, продолжила, — мне жаль лишь, что я не могу ответить тебе взаимностью. Поэтому надеюсь, что мой отъезд будет наилучшим решением для нас обоих.       Юноша все же медленно повернул голову и посмотрел на Мирну. — Ты же едешь туда к тому человеку, верно? Почему, Мирна? Почему он, а не я? — Потому что ты — это не он, — пожала плечами в ответ девушка. Она поднялась на цыпочки и легко поцеловала его в щеку, а затем резко развернулась и направилась к своему вагону. Она ни разу не обернулась назад, словно навсегда обрывая эту нить, связывающую ее с Прагой, повторяя про себя, как заклинание: «Так будет лучше для всех». И к тому времени, как Мирна заняла свое место, она даже смогла в это поверить.

***

      Поездка проходила на редкость спокойно. Пока за окном мелькали разнообразные пейзажи Европы, Мирна смогла как следует подумать о том, что же ждет ее в Хогвартсе. Она даже боялась представить, насколько зол будет профессор зельеварения, когда увидит ее. И, возможно, разочарован, а это куда как хуже, чем его злость. Но, с другой стороны, разве она может отказаться в тот момент, когда сама добровольно вызвалась помочь Министерству? И чем больше девушка размышляла, тем менее правдоподобным казалось ее желание ехать в Хогвартс только ради помощи в шпионаже. Вот желание увидеть Снейпа живым — это больше походило на ее настоящую цель, оттесняя на второй план жертву ради всего магического сообщества. Гадко становилось на душе от собственного лицемерия и эгоизма — и не было никого рядом, чтобы разубедить северянку в истинных побуждениях ее действий. Поэтому когда Мирна сошла с поезда во Франции, настроение ее было хуже некуда.       До назначенной встречи было еще несколько часов, которые девушка могла провести в небольшом скромном номере в гостинице, чтобы передохнуть с дороги. Мирна давно уже хотела посмотреть достопримечательности Парижа — но сейчас было совсем не время для развлечений. Заселившись в номер, она сразу же написала несколько строк Камилле — ей действительно хотелось разобраться в своей душе, а без помощи подруги здесь было не обойтись. Лишь когда Хугин улетел в сторону дома, девушка смогла хоть ненадолго погрузиться в тревожный сон.       Поздно вечером, минуя главные улицы самого романтичного города мира, Мирна пробралась на набережную реки Сены недалеко от Венсенского леса. В сумерках окружающее ее великолепие, созданное руками людей, несколько скрадывалось, уступая величию природы. Просыпались ночные птицы, ветер шелестел в густых кронах, и редкие прохожие больше интересовались своей компанией, чем видами. Девушка старалась обходить случайные парочки, гуляющие в уединении, по широкой дуге, но не всегда это было возможно. И эти встречи лишь заставляли ее острее ощущать, чего лишена она в столь прекрасный летний вечер. Наконец Мирна достигла условленной ротонды, расположенной прямо на небольшом выступе над рекой. Скрытая растительностью от дорожек, она могла бы стать привлекательным местом для каких-нибудь влюбленных, если бы не заклинания, отгоняющие непрошеных гостей. — Draco dormiens, — раздался тихий голос из глубины беседки, стоило Мирне приблизиться. — Nunquam titillandus, — ответила она заученный пароль.       В ту же минуту перед ней появилась высокая, стройная девушка, всего на десяток лет старше нее самой. Она молча пропустила Мирну внутрь ротонды, указывая на пустую винную бутылку, стоявшую на каменной скамье. Хотя для северянки было довольно странно, что они не обменялись и парой слов, она старалась привыкнуть к мысли, что то общество, в которое она попала, превыше всего ценит немногословность. Неосознанно вобрав в грудь побольше воздуха, Мирна потянулась вперед, к порталу. Стоило ее пальцам коснуться холодного стекла бутылки, как мир вокруг опрокинулся и с бешеной скоростью потащил ее одновременно куда-то внутрь и вперед, словно протаскивая сквозь тугой резиновый шланг. Мирна закрыла глаза, чтобы не видеть мелькающие вокруг яркие пятна — и чуть не упала в тот момент, когда ее выбросило на другом конце магического тоннеля. Она вовремя очнулась и успела немного сгруппироваться, прежде чем ее ноги коснулись деревянных досок пола.       Мирна открыла глаза и чихнула. Место, где она очутилась, оказалось заброшенным и очень давно оставленным хозяевами домом. Сквозь мутные грязные окошки, в которых не доставало стекол, в комнату пробирался свет луны, превращая и без того неприветливое помещение в пугающую картину. Мирна огляделась по сторонам, сжимая в руке палочку. — Можете не беспокоиться, Вы попали туда, куда нужно, — знакомый строгий голос вспугнул девушку, чьи нервы и так были напряжены до предела. Поэтому следующим действием профессора Макгонагалл было тушение вспыхнувших пыльных штор, в которые попало заклинание северянки. — Извините, — сразу сконфузилась Мирна, убирая палочку, — просто я не ожидала, что точка выхода окажется в столь… — Непрезентабельных покоях? Что ж, это было и вправду неожиданно с нашей стороны, — чуть улыбнулась профессор, отряхиваясь, — но на таком решении настоял директор. По его словам, Визжащая хижина — самое безопасное место, которое только может придти ему на ум.       Мирна еще раз окинула взглядом наполовину развалившуюся кровать, прогнившие доски пола, рваные шторы. Если эта хижина и вправду «безопасная», то девушка определенно предпочла бы оказаться на поляне с акромантулами. Любоваться, правда, достопримечательностью деревни Хогсмид северянке не позволили. Профессор кивнула ей в сторону висящей на одной петле двери, и Мирна поспешила на выход, радуясь, что скоро покинет это пугающее место. Как оказалось, преждевременно.       Единственная дверь была заколочена. На недоуменный взгляд профессор лишь вздохнула, но все же через несколько мгновений ответила: — В этот дом никто еще ни разу не попадал через парадный вход. Здесь есть специальный проход, ведущий к замку, им мы и воспользуемся.       Мирна пожала плечами и последовала за профессором. В конце концов она философски рассудила, что пора привыкать к подобному — ведь она самолично променяла милый маленький магазинчик на работу в Министерстве. Идя по узкому земляному коридору, девушка неожиданно улыбнулась сама себе — это были именно те приключения, что она так неосторожно представляла себе, будучи студенткой. Поэтому когда спустя двадцать минут, проведенных в попытках не потерять свои волосы в схватке с узловатыми корнями, торчащими отовсюду, Мирна увидела лаз наверх, она невероятно взбодрилась. Правда, ход оказался слишком узким, и прошлось встать на четвереньки и ползти, в то время как профессор нашла более элегантный выход из положения. За мгновение она преобразилась в полосатую кошку, которая изящно выбралась наружу. Такому оставалось только позавидовать.       Но и поднявшись, Мирна поняла, что ее путешествие все еще не хочет заканчиваться на счастливой ноте. Дерево, чьи корни служили укрытием для тайного лаза, внезапно заскрипело, накренилось, и всего в каком-то дюйме от лица девушки просвистели тонкие прутья. — Мирна, быстрее! — послышался откуда-то сбоку голос Макгонагалл. Дважды северянку просить не пришлось. Она бросилась вперед, уворачиваясь от веток, и добралась до безопасной зоны невредимой. — Странное у директора понятие о безопасности, — тяжело выдохнула Мирна, улыбаясь. — Ну, тут уж ничего не поделаешь. Ты цела? — обеспокоенно спросила профессор. — Да, все в порядке. Но я даже не догадывалась, что Вы анимаг! Это было очень эффектно! — не смогла удержаться девушка. Эта похвала удивительным образом отразилась на Макгонагалл — она улыбнулась и словно впервые за это время по-настоящему посмотрела на бывшую студентку Дурмстранга. — Что ж, спасибо за столь высокую оценку. Но нам пора — уже поздно, да и дорога была не близкая.       Возвращаться в замок, оставленный год назад, было странно. Мирна то и дело оглядывалась по сторонам, словно надеялась увидеть знакомые лица, ожидающие ее. Но не было привычной громады корабля на Черном озере, как не было и кареты-тыквы, пристанища француженок. Да и сам Хогвартс выглядел непривычно опустевшим. Сначала это казалось девушке непонятным, но вскоре она осознала — ведь это студенты давали жизнь каменному исполину. А до сентября оставалась еще пара дней, так что в замке сейчас вряд ли находилось больше десятка магов. И черные проемы окон были тому подтверждением. У северянки появилось чувство, словно она пришла на праздник раньше времени — но чувство это было довольно приятным.       Вдвоем они прошли через пустынный холл, и вскоре Мирна, как и раньше, уже не понимала, в какой части замка они находятся. Она начала беспокоиться, что ей понадобится карта — так сложен и запутан был Хогвартс изнутри. К тому же когда его не заливали теплым светом факелы и он был тих, словно мышь в кладовой с ингредиентами, то он всерьез пугал. Казалось, за каждым поворотом пряталось нечто зловещее, ехидно наблюдающее за нечастыми живыми существами, дерзнувшими пройти мимо.       Через какое-то время профессор остановилась в коридоре, одна сторона которого широкими окнами выходила во внутренний двор замка. Первые звёзды отсюда были прекрасно видны — на удивление ясная погода баловала жителей Англии этим летом. — Ну, на ближайший год тебе выделили эту скромную комнату. Завтра приедут остальные профессора, и, если хочешь, ты можешь поприсутствовать на общем собрании. А пока отдыхай. — Спасибо, — только и смогла ответить Мирна, прежде чем Макгонагалл развернулась и быстро удалилась в притаившийся мрак коридора. Ждать, когда темнота поглотит и ее, северянка не собиралась, поэтому толкнула указанную дверь. — И это скромная? Тогда как же здесь устроились профессора? — чуть ли не присвистнула от удивления Мирна.       Комната казалась мягкой и плюшевой — в глазах рябило от обилия бархатной обивки. Ковер с длинным ворсом, кровать с балдахином, мягкие матрасы и горка подушек; в углу притулился столик с большим зеркалом, рядом — шкаф, украшенный воздушными виньетками из дерева. Чуть левее от входа разместился камин, и тут же, на кофейном столике, ожидал нехитрый ужин. — Это комната что, для кукол принцессы? — разглядывая атласное постельное белье вновь вслух поразилась девушка. Чем дольше она здесь находилась, тем меньше ей нравилось окружающее ее пространство. Казалось, ее засасывает в переслащенный сироп, чтобы навеки закристаллизовать и оставить потомкам на обозрение в качестве памятника самоубийственному искусству декора помещений.       Мирна сняла с себя дорожную мантию и закатала рукава блузки. Затем она достала свою палочку и как-то садистски улыбнулась.       Пламя камина осветило мгновения преображения этого кукольного рая. Под воздействием заклинания трансформации стены вернулись к своему первоначальному состоянию каменной кладки, ковер сменил цвет на изумрудный и потерял немало длины ворса, кровать рассталась с балдахином и некоторыми матрасами, превратившись в уютное, но скромное спальное место. Столик с зеркалом исчез — на его месте оказался добротный широкий стол, больше подходящий для занятий и варки зелий. Шкаф растерял свои изразцы и теперь скучной коричневой гладкой поверхностью отражал пляску пламени камина.       Ещё раз осмотревшись, Мирна удовлетворённо кивнула самой себе. Эта комната нравилась ей гораздо больше. Единственное, что осталось от прошлого декора — маленькая черная прикроватная тумбочка. Присмотревшись, Мирна поняла, что это не совсем обычный элемент мебели, а скорее — магический предмет. Девушка дотронулась до нее палочкой, и узкий ящичек выехал вперёд, предлагая спрятать внутрь что-нибудь определенно сокровенное. Мирна чуть заметно улыбнулась — удобней места, чтобы хранить свои письма, здесь просто не существовало.       Северянка, измотанная из-за долгой поездки и сложной трансформации комнаты, с блаженным стоном повалилась на кровать. Слабая мысль о том, что стоило бы разобрать вещи, мелькнула у нее в голове, но оказалась слишком немощной перед надвигающейся волной усталости. Мирна позволила своим векам опуститься и тотчас провалилась в глубокий сон.       Утро ворвалось сквозь приоткрытое окно щебетом птиц. Мирна блаженно потянулась, но почти сразу оставила сонную негу. Она так и проспала всю ночь, не переодевшись из пропыленных дорожных вещей. Подивившись такой необычной для нее рассеянности, девушка бодро продолжила с того места, где вчера ее застал сон. И уже через два часа, разобрав вещи и приведя себя в порядок, Мирна была готова встречать новый день.       Завтрак, как и ужин, ждал ее на столике у камина. Быстро насытившись, девушка переоделась в специально купленную для этой поездки форму — деловая черная мантия, скромная блуза и юбка. И от студентов почти не отличается, но по отсутствию эмблем и факультетских цветов сразу видно: она уже не одна из них.       Покинув свою комнату, Мирна решила составить для себя приблизительный план школы. Теперь рядом не было Камиллы, а значит, придется учиться ориентироваться на местности самостоятельно. К тому же днем замок ее больше не пугал — освещенные утренним солнцем коридоры внушали чувство уюта и спокойствия. Мирна наугад выбирала направления, но все же искала теперь запоминающиеся ориентиры. Иногда это были картины, чьи обитатели доброжелательно здоровались с северянкой, иногда — особо примечательные барельефы. Девушка наслаждалась прогулкой в тишине, отмечая иногда яркие всполохи в своей пробудившейся памяти. Вот те доспехи, за которыми она пряталась с братьями Уизли — а значит, библиотека совсем недалеко. Дойдя до местного храма знаний, Мирна свернула знакомой дорогой и вышла к движущимся лестницам. «Интересно, а если все покинут этот замок навсегда, они все равно продолжат свое движение?» — подумала северянка и тут же откинула эту жутковатую мысль. Она и так почти все время старалась не думать о надвигающихся тяжелых событиях, а размышления о заброшенном Хогвартсе могли снова увести ее на кривую дорожку.       Мирна зря боялась — хотя блуждание по замку было сродни продвижению в лабиринте, когда вокруг было тихо и не отвлекали толпы студентов, переплетение коридоров и вестибюлей легко запоминалось. Спустя полчаса она вышла на уже привычный для нее внутренний дворик и обрадовалась, как только заметила знакомую скамейку под раскидистым деревом. Из любопытства Мирна подняла взгляд на стену замка и почти сразу увидела свое окно — она его приоткрыла, когда выходила на прогулку. То располагалось совсем рядом с деревом, на уровне третьего этажа. Ничего удивительного, что птицы разбудили ее. Северянка лишь кивнула своим мыслям и отправилась дальше.       За все время, что она совершала обход Хогвартса, ей никто не встретился. Хотя Мирна для себя так и не смогла решить, хотела бы она видеть знакомые лица профессоров или нет. Особенно это касалось одного небезызвестного зельевара. Девушка и боялась его увидеть вновь, и мечтала о встрече с ним. Все же она так неосмотрительно проигнорировала его предупреждение — чего же ей теперь следовало ожидать от непредсказуемого и холодного профессора? Наверняка он будет очень рассержен. А значит, наилучшим исходом будет, если они впервые встретятся именно на собрании профессоров, где Снейп не сможет публично выразить свое недовольство.       С этими размышлениями Мирна свернула к выходу из замка — ей хотелось бы еще раз прогуляться под летним небом, пока погода не испортилась. Осень в Англии отличалась особой дождливостью, так что лучше всего сейчас было бы как следует насладиться уходящим теплом.       Девушка проторенной дорожкой спустилась к Черному озеру, стараясь привыкнуть к его виду без покачивающегося на водной поверхности «Гордости Атлантов». Мирна не знала, скучала ли по нему, но точно испытывала ностальгию по тем денькам, когда она вместе с друзьям жила на корабле. Плакучая ива, спустившая свои ветки к самой воде, показалась девушке отличным местом, чтобы передохнуть. К тому же отсюда открывался удивительный вид на Хогвартс, при этом саму Мирну было бы сложно разглядеть среди корней дерева. Тихо выдохнув, девушка опустилась на густую траву. Плеск волн, пение птиц и тихий смех обитателей подводного мира, что резвились на другой стороне озера, успокаивали. Это место отлично настраивало на размышления о судьбе — а Мирне было, о чем подумать. Ее дорога, сделав петлю, вновь принесла ее к берегам туманного Альбиона. Причем в не самое спокойное время. Справится ли она с поставленной задачей или все испортит? А, может статься, она вообще не вернется домой?.. Впрочем, о последнем можно было не беспокоиться — ведь северянка не собиралась покидать территорию школы. А что может плохого случиться в стенах Хогвартса? Тут совсем некстати на ум пришла душераздирающая сцена третьего испытания Турнира. Возможно, Седрик имел смелость размышлять так же, как и она. — Отличное место для отдыха. Желание лицезреть прекрасное продиктовано подсознательным пониманием непродолжительности Вашей жизни?       Из-за широкого ствола дерева неспешно вышел Северус Снейп. Даже в такой теплый день он предпочел облачиться в свой привычный сюртук и черную мантию. Лицо выражало знакомое презрение, руки были сложены на груди. Полный набор профессора, готового к моральному уничтожению студента.       Мирна была застигнута врасплох и не нашлась, что сказать. Ведь она надеялась, что раньше собрания зельевара не увидит — а тут такой сюрприз. Может, именно поэтому она не смогла вовремя взять себя в руки — губы ее растянулись в искренней улыбке. — Вам смешно? — саркастично изогнув бровь, задал риторический вопрос профессор. — Что ж, с каждой минутой мне все больше кажется, что я переоценил Ваши умственные способности. — Мне не смешно. Я просто рада Вас видеть, — наконец парировала девушка. Она все так же сидела, поджав под себя ноги, и смотрела на Снейпа снизу вверх. И в ее взгляде совершенно отсутствовало желание подчиняться таким нелепым обстоятельствам. — Я мог бы долго выражать свое неудовольствие таким наглым пренебрежением моей просьбой. Но я просто спрошу: почему вы так настойчиво стремитесь закончить свою жизнь в столь юном возрасте? — А может быть, я просто верю, что Вы не допустите моей смерти? — с совершенно невинным видом вопросом ответила Мирна. Снейп опешил от такой немыслимой наглости, но на провокацию не поддался. — Я уже сделал все, чтобы спасти Вас. И больше не намерен тратить свое время на того, кто не хочет быть спасён. — Спасибо, что решили сообщить мне об этом лично. Я оценила это по достоинству, поверьте, — склонила голову девушка, все ещё игнорируя яд в словах профессора. Зельевару же хотелось рвать и метать. Мало того, что эта сумасшедшая решила приехать сюда, так ещё и доводит его такими неправильными и фривольными разговорами! С каким удовольствием он сейчас схватил бы девчонку и выбил бы дурь из ее хорошенькой головки! Но внешне Снейп ничем не выдал того, что внутри него уже извергался вулкан. — Я просто счастлив сообщить, кроме прочего, что Вы больше не моя головная боль. В этом году в Хогвартсе новый профессор зельеварения, так что теперь можете оттачивать свои навыки дерзкого поведения на нем.       Привычно взметнув мантией, Снейп быстрым шагом направился обратно в замок. Мирна вскочила на ноги и почти бросилась вслед за ним, но передумала и теперь смотрела, как он стремительно удаляется. Почему он всегда такой невыносимый? Весь этот запас жестоких слов ведь можно было бы сберечь для студентов. Почему он предпочитает мучить ее и себя заодно? На эти вопросы она не знала ответа. Глубоко вздохнув, Мирна медленно повторила маршрут профессора. Время уже близилось к полудню, и ей не хотелось бы пропустить собрание преподавателей.       Она успела как раз вовремя — по дороге девушка наткнулась на профессора травологии и вместе с ней направилась к кабинету директора. Мадам Стебль показалась Мирне немного уставшей, что удивило — ведь профессора летом обычно отдыхают. Но северянка решила, что стоит отныне, увы, принимать как данность осунувшиеся лица и потухший блеск в глазах педагогов Хогвартса. Судя по новостям, в Англию вернулись темные времена. Пропадающие без вести маги, запугивание влиятельных лиц, ожидание худшего каждую минуту… Мирна стояла на пороге чужого горя, чтобы через несколько дней оказаться втянутой в него самолично. И это был ее сознательный выбор. — Я рад приветствовать каждого из вас, друзья, — как только последние профессора разместились в просторном кабинете, Дамблдор начал свою речь. — В эти темные времена мы нужны нашим студентам так, как никогда раньше. И хотя мне тяжело говорить Вам такое, я не хочу отворачиваться от грозящей нам опасности и врать нашим подопечным. Сейчас мы на грани новой магической войны — и самое большее, что мы можем сделать, это подготовить к ней наших учеников.       Дамблдор был решителен как никогда ранее на памяти Мирны. Но его слова были именно тем, что нужно было ей услышать. Чем серьезнее отнесётся девушка к предостережению директора, тем больше шансов у нее выжить.       Собрание было недолгим и носило характер дружеской беседы. Магов, собравшихся здесь, не нужно было учить их работе — они прекрасно справлялись сами. В самом конце Дамблдор сообщил, что в этом году в качестве стажёра в школе будет присутствовать Мирна. При ее представлении он впервые за это время улыбнулся.       Девушка встала и тепло кивнула директору. Несмотря на неоднозначную репутацию в Европе, она не могла не уважать этого сильного и невероятно умного мага. Другие профессора так же хорошо приняли бывшую студентку, только Снейп еле слышно хмыкнул. Но северянка не стала обращать на это внимания — ещё будет много времени, чтобы вновь расположить к себе этого угрюмого зельевара.       Так Мирна официально вошла в жизнь Хогвартса.