Соната для вечности

Зима обрушилась почти мгновенно: за пару дней стало заметно холодней, а через неделю высокие сугробы снега уже покрыли все окрестности. Люди растапливали печь и зажигали свечи, рассказывая друг другу волшебные истории. Но здесь, в огромном замке было темно и почти так же холодно, как и за каменными стенами. Устрашающее темное жилье, почти такое же темное, как и его владелец. Румпельштильцхен по обыкновению проверял свои запасы заколдованных и, естественно, опасных изобретений. Он занимался этим в конце каждого месяца, и этот день не стал исключением. Он с заботой протирал разнообразные колбочки и бутылочки, не доверяя столь важное занятие своей домработнице. Вспомнив о Белль, он невольно улыбнулся. Замечательная девушка, настоящий цветок, который, даже он не посмел бы сорвать. Необыкновенно добрая и чуть наивная, но все же опасная. Добро не друг злому сердцу, это знает и ребенок. Может, именно поэтому Румпель старался избегать этих светящихся глаз, боялся, что она поймет: все потеряно, он не способен измениться. Он не разрешал ей разжигать даже камин, чтобы она не думала, что ему хочется света, чтобы не давать ей надежду, которую пришлось бы забрать. С этими мыслями он взял очередную колбочку и, уже собираясь поставить ее на место, вдруг вскрикнул. Его взгляд мгновенно потемнел, от улыбки осталась лишь злобная гримаса. - Ведьма! Что ты натворила?! Я убью тебя, - он с силой ударил кулаком по столу так, что несколько пробирок разбилось вдребезги, но он был так зол, что не обратил на это внимания. – Белль!!! Белль, иди сюда! Молодая девушка вошла в комнату, с легким испугом глядя на взбесившегося мага. - Что такое? - Мне нужно уехать. Никого не впускать, никого не выпускать. Следи за порядком. Я вернусь, как только смогу. С этими словами он положил колбочку в карман плаща и исчез в облаке фиолетового дыма, оставив Белль обеспокоено смотреть в пустоту.

***

После шести часов поисков Румпельштильцхену, наконец, удалось найти Шляпника. Человек скрывался, окружив свое жилище неизвестно откуда взявшейся магией. Но Румпеля было трудно провести, особенно когда на кону стоял его идеальный план. Маг рывком открыл деревянную дверь, входя в гостиную покосившегося домика. - Сколько лет, сколько зим, Джефферсон. - Что ты здесь делаешь? Как ты… - молодой мужчина сидел за столом, на его коленях разместилась маленькая девочка, до этого слушавшая увлекательную сказку. Шляпник был более чем недоволен визитом нежданного гостя. - Как я нашел тебя? Признаться пришлось помучиться, где ты взял магию? – маг в притворном удивлении приложил руку к губам, - теперь ты на стороне добра и скрываешься от меня? Или от нашей общей знакомой? - Я не на чьей стороне. Я просто хочу жить спокойно. Грейс, детка, иди в комнату, - мужчина старался говорить с ней ласково, чтобы не выдать свою тревогу. - Я пока провожу нашего гостя, - девочка послушно слезла с колен отца и скрылась из виду. - Удивительно милое создание… - Убирайся, - Джефферсон угрожающе сжал кулаки. - Если я пришел, то не уйду так легко, а если и уйду, то с тем, что мне нужно. Если ты собрался драться, то понимаешь, что бой будет не равный. Не хотелось бы тревожить малышку Грейс. - Чего тебе? - Одолжи мне свою шляпу, всего на день. Я верну, обещаю. Кроме того, я очень постараюсь не выдать Ее Величеству твое место положения, – лицо Румпеля исказила слащавая усмешка. - По рукам? - И ты навсегда исчезнешь из нашей жизни? - Обещаю. Джефферсон отдал свою потрепанную, но ценнейшую шляпу в протянутые руки, и довольный Румпель вышел, закрыв за собой дверь. Они еще не раз встретятся, с горечью понимал Шляпник.

***

Высокие кусты неестественно яркой зелени, причудливые цветы, испускающие сладкие ароматы и животные, говорящие, зачастую, гораздо более умными фразами, чем некоторые люди – истинная Страна Чудес. Но, даже не смотря на все достоинства этого места, очень не многие жители Зачарованного леса мечтают здесь оказаться. И Румпельштильцхен не исключение. Все цвета в этой стране были в сотни раз ярче обычных, а запахи приторнее. Но они не могли причинить вреда, настоящую опасность в себе таили дворец и его королева. Именно туда и направлялся Темный. Удивительно, но стража не препятствовала ему, послушно отступая в сторону. Она его ждала, понял маг. Подлая ведьма знала, что он придет, и была готова. Красный замок буквально тонул во вьющейся зелени. Румпельштильцхен прошел через очередную арку с красовавшимся на ней красным сердцем. «Королева Сердец» усмехнулся мужчина. Уж в вырывании сердец Кора превзошла даже его. «Только в этом» уточнил маг. Он ступил на скользкий паркет Главного зала, быстрым шагом приближаясь к трону. Вот тут он, наконец, встретил сопротивление: двое стражников скрестили мечи перед его лицом. Небрежным движением Румпель превратил их в пыль. - Мелочи. - Здравствуй, Румпель, - Кора спустилась с трона, облаченная в красное платье, все исписанное сердцами, ее спокойный голос четко слышался в зале, да и во всем замке, наверное, - Что привело тебя ко мне? - Ты знаешь что! – гневно, с нотками истерики вскричал маг. Она нисколько не изменилась с момента их последней встречи: все та же властная женщина, пытающаяся контролировать все и вся. В этот раз она перешла границу. - Понятия не имею, - она со скучающим видом снова уселась на трон. Румпель с нетерпением извлек пузырек из кармана и кинул в руки волшебнице. - Они должны светиться, дорогуша! Ты опять замышляешь что-то подлое?! - Ах, ты об этом? – она внимательно посмотрела на два тонких волоска, лежавших на дне колбочки, - плод твоих стараний, истинная любовь Прекрасного принца и Белоснежки, - она вернула ему пузырек. – Довольно жалкое зрелище, на мой взгляд. - Это из-за тебя! Все пошло не так. Но ничего, моя идея гениальна, ты не сможешь помешать мне… - Хорошо-хорошо, вот только… - Кора улыбнулась уголком губ. – Если все настолько гениально, Румпель, то, что ты здесь делаешь? Победитель празднуют, а не разбрасываются угрозами и обвинениями направо и налево. - Ооо, поверь, я отпраздную. Я верну все на круги своя, пока ты будешь довольствоваться псевдо властью в этом месте, - мужчина злобно сузил глаза. Все как он и думал: это проделки Коры, уж с ней то он справится, он знает ее слабость. Развернувшись на каблуках, Румпель зашагал к выходу, уже у дверей он услышал голос Коры: - Я не остановлюсь, ты же знаешь, я должна спасти ее. Румпельштильцхен лишь довольно улыбнулся.

***

Дэвид пустил своего коня галопом, позволяя морозному воздуху чуть обжигать лицо. Сугробы были по колено, но мужчина упрямо устремлялся все дальше в лес. В детстве мама рассказывала ему о чудесных цветах, растущих в самой чаще густого леса, и раскрывающих лиловые лепестки только самой поздней осенью. Он обещал привезти их Реджине, в королевском саду все давно отцвело, а она нуждалась в чем-то волшебном и ярком. Он решил остаться во дворце на пару дней, но не заметил, как прошли недели. Наконец, он выехал на крохотную поляну, сплошь покрытую цветами с множеством треугольных лепестков. Детские сказки не врали: в зимнюю стужу эти дети лета становились частичкой доброй магии. Спрыгнув с коня, принц направился прямиком к центру поляны, где росли самые большие и прекрасные растения. Он уже потянулся к одному, особенно красивому, как внезапно заметил какое-то движение в кустах. Человек был в белом плаще, сливающимся со снегом, поэтому Дэвид не разглядел его раньше. Очевидно, незнакомец тоже пришел собрать несколько цветов. Человек вышел вперед, и принц не смог сдержать удивленного вздоха. - Белоснежка? - Дэвид! – девушка откинула капюшон с лица, на ее глазах были слезы радости. – Что-то подсказало мне прийти сюда сегодня, наконец-то мы нашли друг друга! Дэвид кинулся обнимать любимую. Та часть его, что еще изредка вспоминала о Белоснежке, теперь заняла все сердце. Как он мог забыть о ней? Как мог бросить поиски? Где она была все это время? А где был он? Они еще вернутся к этому, но не сейчас. Двое влюбленных, радостно переговариваясь, сели на коня, уносясь прочь из холодного леса. Но на поляне снова не было тихо. Громкий, слегка визгливый смех заполнил каждый уголок пространства. Невысокий человек прошелся по белому снегу, срывая цветок, к которому минуту назад тянулся Дэвид. Быстрым движением он достал из кармана крохотный пузырек, лицо его исказила отвратительная усмешка. Флакончик светился, два тоненьких волоска вновь переплелись друг с другом, сияя ярким блеском. Маг еще немного потоптался на месте, после чего без малейшей жалости кинул цветок на холодный снег, а сам растворился в фиолетовом дыме. Мама Дэвида называла эти цветы «Детьми лета», приносящими волшебную легкость и доброту, Румпельштильцхен же прозвал их «Потомками зимы», предвещавшими суровую стужу, поистине зимнюю.