Syndrome

      Лео рывком вошёл полностью, без колебаний. Боль стремительно разошлась по телу.       В крике лицо Далера некрасиво исказилось.       — Что ж ты так сильно сжался? — Паредес прикрыл глаза, задрав голову к потолку. — Déjame entrar, cariño… Vamos… Y bien… (Впусти меня, крошка… Давай же… Ну…)       — ОСТАНОВИСЬ! — в горле стояла обезвоженная пустыня, голос срывался хрипами.       Лео толкнулся ещё раз. И ещё. В один момент движения тазом довелись до автоматизма. Стенки больше не могли сдерживать напор.       — Tarde, dulсe, tar-de. (Поздно, сладкий, позд-но.)       Всего несколько рваных толчков потребовалось Паредесу, чтобы кончить до звёздочек перед глазами.       Липкое семя медленно вытекало из анального отверстия. Леандро пальцем чуть коснулся припухшей дырочки, осматривая колечко мышц на наличие микротравм.       — Тебе повезло.       — Лео…       Их взгляды неуклюже пересеклись.       В светлых карих потухший огонь, нет ни намёка на прежнее сияние жизни. Глаза кукольные. Пустые… они будто смотрели сквозь, мысленно сверля дырку в голове.       Паредесу стало не по себе. Холодок пробежался по телу. Отгоняя мысли насчёт своего проступка прочь, он быстро встал с кровати, напялив валявшуюся мятую футболку и штаны.        Побег?       Напоследок развернувшись, Леандро бросил:       — Ты знал, с кем связывался.       Через несколько минут после ухода аргентинца Далер аккуратно встал с постели и подошёл к открытому на проветреванние окну. Полная луна продолжала ярко светить. В мозгу закралась шальная мысль.       А что если взять и закончить со всем, здесь и сейчас. Так же будет намного проще, чем просто жить.       Кузяев рассмеялся. Говорят, что полнолуние оказывает влияние на людей. Честно, Далер не верил во всякую чертовщину, гороскопы, магию. Не верил.       Но это ничем иначе не назовёшь, как самое настоящее… лунное безумие.       Как же Кузяев устал от этого дня… от этой бесконечной ночи.       В душевой кабинке он пытался смыть грязь и освежиться под контрастным. Под струями воды скрывались злые отчаянные слёзы. Далер так не хотел себя трогать там, ниже пояса…       Подсохшая чужая сперма между ног доставляла жуткий дискомфорт. Колючей мочалкой, подавив отвращение, он старательно вымывал себя до покраснения кожи. Физически он устранил следы, а вот моральные… Вот если можно было бы их смыть с мылом...       На ватных ногах Далер добрался до кровати, но не посмел на неё лечь. Он предпочёл провести эту ночь на полу, укутавшись в халат и одеяло.

***

      — Leo, por favor, no me digas que te has metido otra vez en el culo. (Лео, я прошу, не говори мне, что ты в очередной раз угодил в какую-то жопу.)       — ¿De qué estás hablando? (С чего ты взял?)       — Mis esperanzas fueron en vano. (Эх, мои надежды были напрасны.)