По следу Виктории

      Это была середина одиннадцатого класса. Итоговое сочинение уже позади, а экзаменами еще и не пахло, поэтому Шастун решил снова забить на учебу. К тому же, их классный руководитель сбежала в истерике пару дней назад, и следить за одиннадцатым сука-блять-ебаные-второгодки «Г» классом было некому. Опять.       — Дим, ну может хватит уже? — Антон бросил эту фразу небрежно, словно ему было все равно. Но голос дрогнул.       На долю секунды рука Позова замерла, так и не сумев донести до рта какой-то леденец.       — Ох, Шаст, только не начинай, — устало буркнул парень и тут же закинул конфету в рот, — ты будешь?       Он протянул Антону точно такой же леденец, но тот лишь недовольно замотал головой. Дима фыркнул. Поднявшись на ноги, он задумчиво перекатил конфету во рту и, бросив на парня хмурый взгляд, направился в сторону здания школы.       — Нужно будет достать еще денег на Викторию.       Антон что-то пробурчал себе под нос, но не стал останавливать друга. Когда Позов в таком состоянии, его лучше не трогать вообще. Молча сунув руки в карманы, парень направился вслед за Димой, ежась от декабрьского ветра. Зима только набирала свою силу, но холод уже заставлял прикрывать лицо шарфом и торопиться в прогретое здание.       Прозвенел звонок.       А Шастун очень кстати вспомнил, что за прогулы ему грозило исключение, и решил, что хотя бы раз в неделю свою тушку стоит притаскивать на занятия. Хотя, на самом деле, было плевать. Угроза вылета из школы висела над головой парня, наверное, еще с класса восьмого. Но ведь он все еще здесь, значит, что не так уж и бесполезен, верно? «Конечно, — ехидно отозвалось подсознание, — как без тебя они будут украшения на шторы вешать? А малолеткам кто курилку покажет? Без Антона тут ника-ак…»       Ухмыляясь собственным мыслям, парень пересек порог своей родной школы, в которой они с Позовым из мальчиков-сопли-до-колен превратились в побитых жизнью почти-взрослых. Вахтерша недовольно поморщилась, увидев мокрые кроссовки Антона. Каждый его шаг сопровождали небольшие грязные лужицы из талого снега. На презрительное фырканье Шастун молча показал средний палец. Ну, а что? Ходит в том, в чем хочет. Хоть и холодно. В коридорах, как обычно, было шумно и людно даже после звонка. Обычно, учителя начальных классов опаздывали на пять-десять минут, поэтому их ученикам ничего не оставалось, как ждать у дверей кабинета. В общем-то, их это не очень огорчало. Дети сновали туда-сюда, что-то кричали, звонко смеялись и, конечно, совсем не обращали внимания на раздраженно стоявшего среди всего этого балагана Антона. В тот момент, когда Шастун уже был готов смириться с тем, что на урок ему сегодня не попасть, пришла классная руководительница маленьких чертят и начала собирать их, по сути, просто бегая по коридору вслед за детьми.       Бесконечные потоки младшеклассников наконец-то рассеялись, и парень смог спокойно подняться по лестнице, на ходу выправляя рубашку из пояса джинс и закидывая в рот леденец «Halls».       Наручные часы с какой-то глупой мультяшной рожицей показали без пяти десять. Почти не опоздал.       Рвано выдохнув, Шастун потянул на себя ручку двери.       — Извините за опозда…       Его фраза закончилась протяжным «а-а» и фееричным падением прямо под ноги мужчине, стоявшему у доски. Со стороны парт раздался хохот. Антон тихо зашипел, неловко пытаясь подняться. Запнулся о свою же ногу. Отлично, Шастун, очень круто.       — Да идите вы в жопу! — выкрикнул он в сторону ржущих одноклассников, наконец, сумев хотя бы приподняться. Молния на рюкзаке разошлась и выплюнула наружу немногочисленные тетради парня. Блять. Очень вовремя.       Хохот разразился новой волной, а Антон пытался неловко засунуть все обратно.       — Тебе помочь? — раздался незнакомый голос, и парень поднял голову. Самой яркой чертой на этом улыбающемся лице были голубые, как небо, глаза. Нет, даже не как небо, а словно кто-то макнул в воду кисточкой с синей краской. А если бы существовало то самое синее пламя, в котором сгорают грешники, то оно было бы цвета этих глаз.       — А-а… Вы кто?       — Твоя прабабка, — кратко хохотнул мужчина.       Опустившись на корточки перед Шастуном, он невозмутимо собрал все тетради и сложил их в рюкзак. Антон с удивлением наблюдал за всем этим, даже не сопротивляясь, когда его за шкирку подняли на ноги и сунули в руки вещи.       — Напомни-ка, как тебя зовут? — нарочито милым голосом пропел мужчина, вернувшись за учительский стол.       — А-антон… — отчего-то заикаясь и глупо краснея, пробурчал парень, — Шастун Антон.       Мужчина скрестил руки на груди и, усмехнувшись, разочарованно покачал головой. Шастун почему-то смутился. Но, несмотря на чувство неловкости, он прижал рюкзак к себе и гордо направился к своей парте, игнорируя смешки одноклассников.       — Шаст, ты лошара!       — Антон, красавчик.       — Бля, ну ты и зажег!       Парень плюхнулся на свое любимое место и, насупившись, отвернулся к окну.       Место Димы пустовало. Видимо, задержался у химика.       После такого «фантастического» появления Шастуна класс взбудоражился и зашумел, обсуждая каждый свое.       — Заткнулись! — неожиданно громко гаркнул учитель.       Все замолкли.       — Повторяю для особо одаренных, — учитель выразительно взглянул на парня, хищно оскалившись, — меня зовут Арсений Сергеевич Попов. Я ваш новый преподаватель обществознания и классный руководитель по совместительству, — на лице мужчины вновь появилась добродушная улыбка, — вернемся к теме урока.       Сказать, что Антон удивился — не сказать ничего. Антон охуел. Где директор вообще откопала этого жуткого мужика?!       Новые классные руководители для их класса, конечно, были не в новинку, но такие... вряд ли этот Арсений Сергеевич позволит ему спокойно прогуливать уроки. Пиздец.       Погрузившись в собственные мысли, Шастун не сразу заметил, что мужчина пытается до него достучаться.       — Антошенька, мальчик мой, — приторно-сладким голосом протянул Попов. В глазах его плясали черти, — о чем задумался?       Парень мотнул головой и поднял непонимающий взгляд на учителя. Тот усмехнулся.       — Какие бывают виды знаний, Антон? — повторил свой вопрос Арсений Сергеевич, — ответишь?       Парень недовольно поморщился и, фыркнув, отвел взгляд к окну.       — Останешься после уроков, — холодно бросил мужчина и, тут же вернувшись к своей добродушной интонации, произнес: — ну, а кто сможет ответить? Не будьте, как Шастун, смелее.       «Не будьте как Шастун, бе-бе-бе…» — тихо пробурчал себе под нос парень. Сложив руки на парту, он опустил на них голову и так пролежал до самого звонка. Этот Арсений Сергеевич ему не понравился от слова «совсем». И слушать его он не собирался.       В тот момент, когда все ученики лениво встали со своих мест и принялись сгребать учебники в сумки, Антон ловко вскочил с места, одним движением уложил свои манатки и бросился к выходу. Нужно было еще найти Диму, чтобы рассказать ему о происходящей хуйне…       — Антошенька, — рука преподавателя, схватившая его за плечо у самого выхода, больно впилась в плечо, — ты-то куда собрался?       — Н-на следующий урок… — почти не соврал, — не успею же.       Арсений, наконец, ослабил хватку и парень смог спокойно выдохнуть. Слава богу, сегодня его убивать не собираются.       — Перемена длинная, — промурлыкал мужчина, усаживаясь в свое кресло, — двадцать минут.       Парень на это лишь раздраженно хмыкнул, и скрестив руки на груди, сел на первую парту, напротив учителя. Тот на такую вольность никак не отреагировал.       — Итак, Антон, — под изумленный взгляд Шастуна Арсений закинул ноги на стол и усмехнулся, — пока ты отсутствовал, мы с ребятами провели знакомство. Так что сейчас ты мне должен небольшой рассказ о себе и… Что это у тебя?       Преподаватель поднял взгляд на Антона, усердно перекатывающего что-то во рту и, казалось, вообще не слушающего, о чем там говорил этот мужик.       — А? — глупо ляпнул Антон, вновь сбитый с толку внезапной переменой в речи Попова, — вы об этом?       Парень бегло провел языком по верхней губе и высунул язык, удерживая на нем ярко-красный леденец. Поперхнувшись воздухом, мужчина отвел взгляд и кратко кивнул.       — Это «Halls», — равнодушно пожал плечами парень, не заметив смущения Арсения, — ну, знаете, леденцы такие…       Арсений ничего не сказал. А Шастун вообще не понимал, почему учитель прицепился именно к нему. Он опоздал на урок, выругался на одноклассников и порвал собственный рюкзак. Такие, как Антон, не нравятся учителям. Они вообще никому не нравятся…       Парень вовремя опомнился, не дав себе полностью погрузиться в эту не очень приятную тему и вновь отключиться от реальности. Тем временем, мужчина повторил вопрос, который, вроде бы, уже задавал ранее.       — Чего? Рассказать о себе?       — Семья, друзья, чем увлекаешься, — Попов повел плечами, разминаясь, — все до тошноты банально, Антош. Уже конец четверти, мне нужно заполнять характеристики.       — Антон, — на автомате поправил преподавателя парень, на что тот вопросительно выгнул бровь, — не нужно уменьшительно-ласкательных, — Шастун поджал губы и отвел взгляд, — только Антон.       Мужчина улыбнулся. Не так, как он делал это на уроке, когда от одной такой улыбки хотелось покаяться во всех смертных грехах. Тепло. Так, как улыбаются маленькому ребенку, притащившему домой что-то бесполезное, но очень милое.       Парень рвано вздохнул. Разве такие улыбки еще не запрещены законом?       — У меня есть мать, младшая сестренка и отчим. Мы живем душа в душу, — быстро, чтобы Арсений Сергеевич не услышал дрожь в голосе протараторил Антон, — Дима — лучший друг. Ничем не увлекаюсь, сдавать буду общество и историю. Пойду на юрфак, — слегка замялся, будто бы хотел добавить что-то еще, но не решился, — это все.       — Ты забыл сказать о том, что куришь, — небрежно добавил Попов и вытащил из кармана пиджака мятую пачку сигарет. Это были «Мальборо» Антона, — выпали у тебя из рюкзака.       Парень раздосадованно фыркнул и, скрестив руки на груди, отвел взгляд. Через несколько секунд молчания, он наконец произнес:       — Только матери не говорите. Она и так… На нервах.       — Я здесь не для того, чтобы отчитывать детишек за вредные привычки… — загадочно протянул Попов, и убрав сигареты обратно в карман пиджака, усмехнулся, — так ты ешь эти леденцы, чтобы бросить?       — Типа того. Уже месяца два как завязать пытаюсь, — тихо признался Антон. Несмотря на то, что ожидаемого осуждения парень не встретил, ему стало безумно стыдно за такую слабость.       — Подойди ко мне, — Арсений сверкнул глазами и встал со своего места, поманив парня к себе.       Недоуменно хлопнув ресницами, Шастун поднялся на ноги и сделал несколько шагов вперед. Попов раздраженно цокнул языком и, резко схватив Антона за руку, притянул к себе. Холодные голубые глаза внимательно уставились на парня, изучая. С секунду он смотрел в глаза Шастуна, чересчур близко наклонившись к его лицу.       — Закатай рукава, — внезапно шепнул мужчина, отчего Антон мотнул головой и отшатнулся в сторону.       — А? Чего?       — Закатай, говорю, рукава, — повторил Арсений, в общем-то, сам выполняя то, что приказывал. Теплые ладони скользнули по тонким рукам парня, ощупывая каждый миллиметр. Шастун смущенно вздохнул и отвел взгляд.       — Ничего нет, — недоуменно пробормотал Попов, наконец, отпустив ученика, — все. Свободен.       Антон глупо кивнул и, схватив с парты рюкзак, пулей вылетел из кабинета. Но погрузившись в свои мысли, Арсений даже не услышал, как захлопнулась дверь за ушедшим мальчишкой и, конечно, совсем забыл о том, что должен был дать ему дополнительные задания по своему предмету.