Врата Рока

Кровь застыла в жилах Колга. Слова, прозвучавшие из-под шлема чудовищным гулом врезались в барабанные перепонки. Он сглотнул. «Марс. Одна из планет в родной системе людей. Я же не могу туда попасть, ” — билась в голове испуганная мысль. Горло предательски задрожало и из него вырвался робкий вздох. Страх перед чистой мощью человека в зеленом доспехе сковал мысли, а взгляд не мог ухватиться за какую-либо деталь доспеха. «Надо возразить! Но он меня убьет! Это бессмысленно!» Панические мысли захлестывают разум, но в глубине сознания странный, почти не слышимый и неразличимый звук стал возбуждать в нем будто забытые и убитые не так давно эмоции. Черное забрало с оранжевым отливом не сдвинулось и на миллиметр от того положения, в котором было выражено пожелание человека. Миллисекунды за миллисекундами этот взгляд начинал давить все меньше, уступая место шуму появившемуся не так давно. -Нет, — начал робко батарианец. Это единственное слово эхом отразилось от белых стен, измазанных серой пылью раскопок. Голос его почти подставил, чуть не сорвавшись. Страх перед чистой мощью этого разумного был невероятно велик. Он всем своим сжавшимся нутром ощутил взгляд, направленный на него человеком, но и остановиться уже было нельзя. -Я не смогу вас туда провести! Я — батарианец, меня не пропустят. У нас нет корабля. Туда лететь через несколько масс-реле. Нет, конечно будь у нас корабль, я бы мог вас оставить где-то вне Элизиума… — начал Колг тараторить, в попытках объяснить то, что просьба человека в доспехе неисполнима, но уже другой, намного более страшный и напряженный взгляд заставил его замолчать на полуслове. Контрабандист в роли водителя встал как вкопанный. Доспех пришел в движение и вернулся к каменным руинам в центре, где мужчина, одеваясь, бросил омнитул. Рука, закованная в высокотехнологичные латы потянулась к браслету. Броня со странной и необъяснимой аккуратностью подняла его. Колг успел только моргнуть, как его пленитель стоял уже перед его лицом, протягивая браслет и намного менее аккуратно отдала Колгу довольно дорогой девайс. Из тех, кого знал Колг, такой был только у двух покупателей, один на Иллиуме, которому Колг контрабандой перевозил наркотики и второй — направленный им в командование батарианский генерал. Четыре глаза с удивлением и вопросом смотрели на человека. -Переведи, — прозвучал громом приказ. На омнитуле, к удивлению, не было и простейшего пароля. Высветился оранжевый интерфейс и Колг начал пролистывать пункты в настройках устройства. Поменять язык на стандартный человеческий оказалось просто. Пара обновлений и на экране всплыли закорючки незнакомого языка, вместо приятной глазам клинописи. Омнитул вновь оказался у человека. Воин заинтересованно повертел, будто в первый раз, омнитул и надев его под открывшийся ему сегмент наруча и спрятал его под доспехом. Пару раз он активировал омниклинок и интерфейс и вновь застыл на месте. Колг, сквозь неуверенность в своем действии, поднял взгляд на доспех. Тяжелая, определенно тяжелая кираса закрывала всю грудь, слабо светясь из загадочного индикатора на левой стороне. Массивные наплечники не были похожи на типичные крошечные чаши скафандров у рас, схожих с людьми, и только кроганы, наверное, носили что-то настолько же большое, в отношении всей остальной брони. Шлем, с полупрозрачным забралом, вновь был направлен куда-то мимо батарианца и нисколько не выдавал что под ним было. Так же хорошо были защищены и все остальные части тела. В целом, доспех всем своим видом показывал насколько он крепок и создавал ощущение бронемашины, застывшей перед боем. ***** На интерфейсе внутренней стороны шлема бежали стоки со скоростью, с которой мало кто из людей мог читать, но глаза воина провожали их не отставая и не пропуская ни слова. Это все было неверным с самого начала. Нечто в груди мужчины не давало ему покоя. Первого убитого он принял за одержимого. Слишком много глаз, да и весь его вид выдавал нечто иное, но почти неуловимый запах исходивший от него толкнул на убийство. Аргент. Сила самого Ада, похищенная у Серебряного Д’Нура. Для воина было очевидно, что это был демон. Он чуял их за мили. Вошедшая позже девушка тоже напомнила извращенную версию человека, но она была чиста, как душой, так и аргента в ней было как и в обычном человеке. Еще двое снаружи. Вооруженные и определенно крайне опасные. Еще двое похожих на одержимых. Вывернутые ноги, шипы на голове, изващенные тела, но как и с той женщиной — чистые. Аргент не потек из них так, как он течет из контактировавших с Адом. Столько текло и из людей. Это все было неверно с начала. Теперь и еще один. Стоит перед ним и изучает его. Определенно не человек. Из другого мира. Теперь еще и шокирующее откровение — он не на Земле. Другая звезда, за многие звездные лиги от дома и угрозы от демонов на Марсе. Он убивал их там несколько дней и даже вырвал Горн из рук нечистых тварей. Но Хейден, будь проклято его имя, предал его. «Во благо человечества, ” — говорил он, но имел свои корыстные мотивы. А он повелся. То, что он с ним сделал напоминало ему то, как его схватили демоны, заперев в саркофаг. А теперь Хейден и Горн далеко и путь до них не так очевиден. Но было и другое. То, что он читал с дисплея расходилось с тем, что он знал из документов UAC. Год, имена, человечество. Неправильно. Неправильно. Все было неправильным. ***** С неба спускался шаттл, двигателями замедляя свое падение на Элизиум. Серые, непокрашенные плиты обшивки, покрытые тонким слоем сажи от входа в атмосферу, сливались с серыми скалами, выдавая машину лишь тусклым блеском на свету. Белый купол быстро приближался, становясь все больше и больше. Поднятая мощью двигателей пыль закрыла собой купол лишь на секунду, после чего была окончательно сметена в сторону, открывая экипажу вид на археологический лагерь. Из приземлившегося шаттла спешно выбежала разношерстная компания. Их объединяли лишь серые доспехи и наличие оружия. Несколько туринцев, полностью закрывшие бочкообразные тела и лица полным доспехом, люди в более легких скафандрах, тянувшие за собой подъемники, кварианец в герметичном, но тонком костюме и полупрозрачным забралом, пропускающим свет исходивший от глаз и идущий лишь с пистолетом и набором инструментов. Последней вышла азари в тяжелом скафандре и дробовиком, открывшая миру синюю кожу лица и отростки на голове. -Давайте быстрее! — прикрикнула азари на своих подчиненных: -Быстрее закончим, быстрее вернемся с этого отвратительного мира! ***** Резкие движения воина застали Колга врасплох. С грацией, которая не должна быть доступна этому костюму, он двинулся в сторону выхода, подняв с пола брошенную штурмовую винтовку. Окинув на ходу ее взглядом, открыв и закрыв блок радиатора и вольфрамового блока, он в два шага поднялся на край раскопа. Колг стал слышать в голове глухой низкий звон сильнее и сильнее. К нему подключились и другие звуки, эхом разносившиеся по мозгу. Сквозь глухие шаги металлических сапог он услышал звук работающих двигателей шаттла. Основываясь на своем богатом опыте, он опознал в шелесте двигателей азарийский межпланетарный шаттл. Дорогой и крайне редкий аппарат, способный даже сам проходить через масс-реле. Но что он здесь делает? Предавшись размышлениям он чуть не упустил, как двери купола распахнулись, проливая солнечный свет на доспех из саркофага. ***** Увидеть вышедшего из-под купола бронированного, а главное вооруженного человека никто из посетителей этого чудного раскопа не ожидал. Десять винтовок в руках людей и турианцев оказались направлены на зеленый доспех. -Ты еще кто такой? — сказала азари, до выхода человека успевшая только пристроиться поудобнее у корпуса своего корабля. Инстинкты приказали при его виде встать в защитную позу и достать дробовик. Вокруг нее засветилась синяя аура. В обычных обстоятельствах она не стала бы и надолго задерживать на нем взгляд, но опыт приобретенный десятилетиями вооруженных конфликтов не давал ей расслабиться. Столько уверенности в шагах и общем виде. Его фигура одна затмевала всех ее специалистов. От него исходила осязаемая опасность. Шаг. Один из ее людей крикнул приказ о том, чтобы вышедший остановился. Еще шаг. Голос Ниликина - турианца и одного из самых смелых разумных, что она знала, дрогнул, при произнесении предупреждения о стрельбе на поражение. Последний шаг. И ураган разразился. ***** Для стороннего наблюдателя эта ситуация однозначно показалась бы проигранной вышедшим человеком в броне. У вышедшего человека были другие планы. ***** Десять винтовок прошивали воздух тысячами выстрелов, но лишь крошечное их количество доходило до перешедшей в бег цели и ни один не нанес какого-либо урона. Со стороны атакуемого зарычала неестественным для себя шумом штурмовая винтовка. Нескончаемый поток ускоренных в сотни раз кусочков вольфрама с одной стороны, казалось мог соперничать с десятком вражеских в своей интенсивности. Вот у одного из людей с хлопком лопнули кинетические щиты и выстрелы стали ударяться о керамические пластины брони и высекать искры, пока скафандр не сдался и нагрудник, разлетевшись тысячей осколков, пропустил в своего хозяина рой смертоносных ос. Его тело буквально взорвалось кровью, а открывшаяся часть тела не превратилась в кровавое месиво мышц и костей. Огонь перенесся на другого врага. Еле успевший укрыться за ящиком турианец не избежал попаданий и часть шлема точно также, как и у его товарища треснула, но уберегла от смерти. Но не долго и ему оставалось жить. Гигантский доспех мчался в его сторону сквозь скопления инвентаря. Пинок в маску шлема. Тело падает на землю и последнее, что видят глаза — это стальная подошва сапога. Шлем, не выдержав первородной силы, укрепленной неистовой яростью и мощью технологий, вместе с черепом носителя оказался размазанным по камням жемчужины Скиллианского Предела. Не останавливаясь, воин в доспехе в три шага оказался у других противников, вступая в рукопашный бой. Винтовка, оказавшаяся на этот раз в левой руке продолжала изрыгать поток вольфрама. Кулак правой же влетел в лицо еще одного человека, опрокидывая того на землю. Турианец слева падает на своего товарища уже мертвый, с раскрытой, как туша на живодерне, грудью и разбрызгивая синюю кровь вокруг. Удар под колено другому врагу и тот в агонии падает, но мощный апперкот ломает ему шею, чуть не отрывая ее и отправляя уже мертвое тело от себя. На упавшего человека падает очередной удар сапогом с соответствующим результатом. Оставшиеся в живых начали, кто бегом, а кто более организованно, отступать от неожиданно опасного оппонента. В страхе они стали стрелять менее точно и это им определенно не шло на помощь. Один из турианцев, наиболее хладнокровный, хоть и не успевая за товарищами, но сконцентрировал свой огонь на забрале шлема врага, до того как его за шею схватил, находившийся еще пару секунд назад в десятке метров от него враг. Шлем от выстрелов турианской винтовки определенно треснул в паре мест. Удар, оказавшегося неожиданно без винтовки кулака проломил его кирасу, а оказавшийся внутри тела кулак сломал позвоночник. Он мог поклясться на чем угодно, что видел, как трещины на шлеме зарастали вместе с тем, как жизнь его покидала. В спины убегающим летели разогнанные до сверхзвуковой скорости пули. Еще двоих людей буквально разорвало пущенными в спину выстрелами. Оставшиеся трое — турианец и еще два человека, встали за ящиками перед шаттлом. И тут их командир, наконец пришедшая в себя, вышла к ним и запылавшая с новой силой аура вокруг азари метнулась от нее к убийце. Доспех потерял контакт с землей, а внешняя сила придавила руки к телу, неспособная сдавить доспех так сильно, чтобы нанести ущерб, но и не дававшая жертве командира-азари продолжить стрельбу. Удача решила сменить своего чемпиона. ***** Питомец впервые за долгие годы своей рабской жизни ощутила чувство радости, перемешанное с противоречивым чувством утраты. Боль о смерти хозяина и счастье освобождения. Она не могла и мечтать, не то что говорить или действительно желать свободы. Эта сломленность и покорность и уберегла ее от ошейника рабыни, который убил бы ее вместе с хозяином. И вот теперь она жива, а ее пленитель и пытатель мертв, но грусть утраты все терзала и не отпускала ее. На глазах появились слезы, которые она скрывала десятилетиями, но теперь не могла их остановить. Она сидела у тела господина Хираса и гладила его по месту, куда ударила ногой в эмоциях. Это действие она впервые повторила за десятки лет службы своему господину. Она не почувствовала, как грузовик тронулся, как и не замечала бойню снаружи. Ее волновал лишь ее хозяин и свои чувства. Тот человек, огромный как кроган и имевший сложение сильнейших из встречавшихся ей рабов. Он убил ее господина, а Питомец не знала что делать, благодарить или проклинать. Он отобрал ее жизнь и того, кто поддерживал в ней жизнь своими издевательствами и отношением как к вещи. Как бы ужасно это не звучало для свободного человека, сие есть жизнь раба. -Могу ли я вам еще чем-то услужить? — азари робко спросила труп. Молчание владельца часто означало желание выпить вина. Бутылка которую она принесла ему уже так, для нее, давно оказалась разбитой о пол во время езды. Нужно было ее заменить, пока хозяин не заметил и не наказал. Сомнение в необходимости этого действия на мгновение приостановило заученный алгоритм, но вбитые рефлексы имели другое мнение на этот счет. Она поднялась, аккуратно отряхнула платье направилась к захлопнутой двери. Свет солнца вновь осветил ее лицо и она шагнула навстречу горному воздуху. Ей же открылось поле битвы. Разбросанные, разорванные тела, внутренности и контрастная кровь на земле. Это она видела и раньше, когда господин Хирас водил ее на бои гладиаторов, где рабов убивали более тренированные рабы или желавшие увеселения батарианцы. Это вызывало отвращение у нее в глубине души, но не вызывало реакции, которую должно вызывать такое зрелище у разумного. Зацепило взгляд другое. Доспех в воздухе, удерживаемый биотикой и ураганный огонь по этому доспеху от разумных в серых доспехах. Нечто внутри нее изменило ее цель выхода из контейнера со своим хозяином, а ярость кровавой пеленой и ужасающий музыкой бившейся в голове крови захлестнули разум рабыни. ***** Ситуация для воина была критической. Доспех не смог бы выдержать еще минуту интенсивной стрельбы и суммарный урон и энергия вражеского огня проломили бы защиту Преторианского доспеха. По забралу ползли несколько крошечных, но заметных трещин. Мышцы доспеха напрягались, как и сила мышц воина. Такое с ним случалось крайне редко. Только сильнейшие из призывателей были способны задержать его своей нечистой магией, но столько силы к нему смог приложить лишь сам чемпион ада -Титан. Силы определенно были на стороне женщины. Она давила всей своей силой и, хоть уже стояла на коленях, но удерживала его в воздухе. Но не взирая на все усилия воина она прикладывала все силы не давая тому освободиться. Синяя аура горела вокруг воительницы. Она вскричала и встав, невероятным усилием воли, поразившим даже видавшего так много бойца, надавила на доспех своим колдовством еще сильнее. Теперь доспех стал более тесен и боль распространилась по телу. Еще один очаг боли загорелся в плече, где в месте стыка пластин, пробив поддоспешник, вошла вольфрамовая песчинка, хоть и не нанеся много урона по меркам, к которым привык воин, дала его врагам не напрямую, но вкусить крови. Давление становилось сильнее и веки сами по себе закрылись, как вдруг гром прошел по земле, вся стрельба прекратилась, а сила, сковывавшая доспех исчезла. С грохотом он упал на камни, но тут же поднялся. Другая женщина с синей кожей стояла неподалеку, светясь синей энергией и зло смотря в сторону врагов воина. Он бросил на нее быстрый взгляд и бросился на упавших, как от ударной волны врагов. Он рывком подкинул ближайшего в воздух, перехватил его его за ногу и руку и длинным, но резким движением оторвал конечности от тела, оставляя врага истекать кровью. Его соратница длинным прыжком, однозначно усиленным той странной синей магией оказалась у врагов, и ударом кулака впечатала несчастного в землю со слышимым хрустом брони и костей. Колдунья уже оказалась на ногах и вставала в боевую стойку, активировав оранжевый клинок, такой же какой был и у него в браслете. Ее дробовик лежал в стороне, напоминавший больше кусок пластика и металла. Помощница полностью отдалась ярости и молотила кулаками труп своей жертвы, превращая его в кашу. Последний боец отползал от своего убийцы, когда тот, схватив его за плечо, неряшливо и будто брезгливо обезглавил его оранжевым клинком. Два врага встали друг напротив друга. Первым в бой ринулся, издавая из-под шлема страшный рык боец в зеленом. Он занес клинок и со скоростью артиллерийского снаряда вонзил его в место где стояла колдунья. Она, даже несмотря на усталость, увернулась. Тренированное тело не подвело и будто ударенное тысячей вольт электричества спасло себя от неминуемой гибели. Контратака со стороны азари метилась прямиком в сочленение брони под шлемом, но удар тяжелого кулака откинул ее в сторону, отправляя ее кубарем катиться по земле. Она вскочила и приготовилась к атаке. Воин оказался намного более тренирован и умел в ближнем бою, чем азари полагала. Это был не просто обычный человек в отличном скафандре. Не безумец или берсерк. Некто больший. Несущий страх. Акт убийства в физическом теле. Квинтэссенция ярости и умения убивать. Еще один рывок со стороны человека. Уворот. Контратака. Промах. Закономерный и заслуженный удар и вновь атака. Это могло бы длиться если не вечно, то довольно долго, если бы усталость не заставила ее ошибиться. Последний удар прошел слишком высоко и не блокируя омниклинок оппонента, в живот азари вошло кинетическое поле клинка, а кулак отправил ее в недолгий полет в сторону. Она не могла встать. Скафандр залил рану панацелином - универсальным препаратом для лечения травм, блокируя кровотечение, но смерть определенно стояла прямо перед ней. Она закрыла глаза. ***** Воин стоял над своим оппонентом. Это был славный бой. Он давно не практиковался в бою один на один на клинковом, пусть и довольно странном, оружии. Не доводилось это делать в высокотехнологичную эру пулеметов и плазменных винтовок. Ее стоило убить, но честь и отсутствие желания отнимать невинные души пересилили эту мысль и воин отвернулся. Азари, спасшая его своей атакой стояла перед ним в крови с головы до пят. Она тяжело дышала, но голос ее был спокоен и ровен. Почти бездушен. -Как мне вас называть, господин? — спросила она из последних сил. -У меня много имен. Но можешь называть меня Палач Рока, — прогремел голос из-под шлема. Азари постояла еще пять секунд, но не выдержала напряжения и упала на землю. Палач постояв недолго взвалил ее себе на плечо и посмотрев через плечо на спрятавшегося за ящиками у входа батарианца, стал входить на шаттл, успев бросить взгляд и на кварианца, в страхе прятавшегося все это время за спиной своего командира у груд выгруженного инвентаря. Лишь почувствовав на себе взгляд он вскочил, и спотыкаясь бросился прочь. Батарианец, стараясь не смотреть на убитых подбежал к поверженной азари, снял ее омнитул с обмякшего тела, и взбежал на шаттл за Палачом. Видимо ему все же придется лететь на Марс.