Immunity: Part I

      Их глаза преследовали. Изнуряли. В течение нескольких недель Сэчиэл смотрел в их безжизненные глаза, понимая и размышляя, как живая душа может казаться такой мертвой. Мертвой, но все еще таящей пламя мерзкой безнравственности. Мертвые глаза на лицах настолько грязных. Раса стала неоднозначной, и уровень совершенной развращенности стал единственным способом идентифицировать мужчину и женщину. Господин Джозия назначил его в Нулевой Регион.       Прославленный Нулевой Регион содержал в своих могучих стенах пленных Игни и Унды. Если бы у Сэчиэла было право, он уничтожил бы жалкие души, которые достаточно безрассудно совершали преступления, чтобы другим было неповадно. Действительно, кто не совершил преступление? Простое убийство? Дворяне часто уклонялись от наказания, хотя он полагал, что они умнее простолюдинов внутри этих стен. Умнее и престижнее. Несправедливо, конечно, но королевство не могло иметь преступников на высоких должностях, не так ли? Должны быть ограничения. В Нулевом Регионе были ужасные условия для жизни, но здесь имелась видимость свободы. Свобода через ручной труд. Осужденные выращивали зерновые культуры и домашний скот и создавали много вещей для людей Конкордии. Как сказал король Колдер, работать с заключенными было бы более продуктивно, чем тратить умелые руки, вешая их в петлю. Тем не менее это стоило больших ресурсов, чтобы держать их в клетках внутри этих стен. Безопасность, золото, продовольствие и рабочая сила – все это сосредоточено в Нулевом Регионе. Лорд Джозия заявил, что он хочет, чтобы Сэчиэл оценил ситуацию в этом убогом месте, чтобы подтвердить, что дела у нового начальника идут гладко. Однако, как только трехдневное задание растянулось на несколько недель, Сэчиэл признал это задание как наказание за его интимную беседу с принцем Эзрой. Еда была ужасной, военные помещения скучными, и Сэчиэлу постоянно приходилось предотвращать мелкие ссоры. Такое уродливое окружение было неприемлемо. Он мог бы обратиться к королю Колдеру. Король Конкордии немедленно забрал бы его из Нулевого Региона. Однако Сэчиэл терпеливо ждал. Он хотел посмотреть, сколько времени понадобится Эзре, чтобы понять, какое влияние он оказывает на Джозию.       В настоящее время, когда он стоял, глядя в очаровательные, бледные глаза, Сэчиел задумался, действительно ли даже сейчас мальчик понимал, как сильно Джозия его обожал. Пристрастился. Сэчиэл знал, что мужчина Игни встанет на колени для юноши. Тем не менее, с этим знанием, Сэчиэл стал опасаться. Лорд Джозия наверняка признает свое поведение слабостью и попытается выровнять игровое поле. До тех пор Джозия не может не испытывать страданий мальчика на себе.       – Что ты согласился дать Лорду Джозии взамен моего возвращения домой?       Бровь Эзры едва заметно изогнулась.       – Мы еще не доработали детали.       Молодой человек был достаточно красивым, чтобы вернуться. Сэчиэл прибыл в столицу несколькими днями ранее. Буквально вчера одна из марионеток Джозии связалась с ним и попросила его явиться в академию, чтобы обучить Эзру. Он не был дураком. Благодаря тренировкам на главной арене академии у Джозии или одного из его приспешников было достаточно мест, с которых можно было наблюдать незамеченным. Стенды были массивными, а смотровые окна наверху тонированы и затемнены. Джозия не позволил бы себе отказаться от королевского наследника Колдера. Понятно, да. Идеально? Конечно, нет.       Стоя напротив Эзры, он созерцал мальчика. Одетый в тренировочную форму, он казался непринужденным и готовым впитать его учение. Сэчиэл немедленно сосредоточился на черной ленте, несчастно повисшей на кадетском мече.       – Я слышал о Вэйде, – глухо сказал Сэчиэль. – Жаль его.       Это действительно так. Вэйд, как и Кай, занимал высокое положение в аристократическом мире. У обоих были разные идеалы, разные мнения относительно нормы. Они с детства сблизились из-за отвращения к своим отцам. Вместе они заставили бы политический суд дрожать. Эзра сместился.       – Ненужная смерть, – тихо пробормотал он. – Но смерть не была бессмысленной. Это послужило цели.       – Цели, которая должна была быть достигнутой изначально, – Сэчиэл шагнул к Эзре. – Мне сказали, что Кай игнорировал твои попытки объединить команду в течение нескольких недель. Обидно, что ему нужна была смерть хорошего друга, чтобы исправить свои ошибки.       Действительно, когда Сэчиэл вернулся в столицу, Сейтон Эдлен сообщил ему, что отец Вэйда пришел в ярость после смерти сына. Мужчина хотел имена товарищей по команде Вэйда. Он хотел мести. Более того, он хотел отомстить Джозии за то, что он позволил выполнить миссию такого масштаба. Сэчиэл напомнил Сейтону, что Эрвин Деверо говорил об измене, угрожая Джозии, даже в таком контексте. Он также напомнил, что курсанты обязаны по закону служить в армии, пока их имена указаны в призывных документах. Они пообещали свою жизнь. Свою свободу. Все для Конкордии и ее военных. Миссии были нормальным явлением. Сэчиэл тогда узнал, что характер Деверо подавился после неожиданного визита Кая Эдлена. Видимо, мальчик пришел к Деверо и лично взял на себя вину за смерть Вэйда. Его зрелость за последние несколько недель произвела на Сэчиэла сильное впечатление. Радует безмерно. Во время встречи с Каем в поместье Эдленов мальчик также рассказал ему несколько интересных вещей об Эзре–Мике.       – У Кая были свои причины, – Эзра был олицетворением спокойствия.       – Боязнь отчуждения в политических судах, за выбор тебя среди своих благородных сверстников? Да, – Сэчиел изучал черты мальчика, пытаясь навсегда запечатлеть их в своей памяти. – Тем не менее, то, что случилось с Вэйдом, еще больше оттолкнуло его, – он покачал головой, желая сменить тему. Это было болезненно и не соответствовало настроению, которое он желал для их первого урока. – Кай также сообщил мне, что капитан Лорда Джозии напал на тебя с помощью воды Дульсиса.       Эзра преуспел в том, что казался скучающим и бесстрастным, хотя он также обладал аурой мучительной тайны. Он был бы мастером в суде. Сэчиэл поклялся оставаться достаточно близко, чтобы Эзра украсил политиков своим харизматичным присутствием. Его ангельские черты обманули бы их. Мальчик обладал острым языком, и был весьма умен. Принимая во внимание его происхождение, его истинное происхождение, Сэчиэл не удивлен, что Эзра был прирожденным политиком. Сэчиэлу просто нужно было обучить его немного больше. Уберите наивность окраинного региона и дайте ему вкус коррупции столицы. С другой стороны… Возможно, таким красивым лицом Сэчиэл был так же одурачен, как и любой другой. В конце концов, Лорд Джозия был дядей Эзры и его Избранным. Скорее всего, они часто общались. Разве Эзра обладал гораздо большей порочностью, чем предполагал Сэчиэл? Несколько недель назад он видел проблеск чего-то зловещего в садовом лабиринте академии. Он жаждал увидеть это снова. Даже требовал этого. Такое чувство часто было ниже его.       – Да. Небольшая обида. Акт возмездия, – Эзра сжал губы и улыбнулся. Какой-то зловещей улыбкой. – Я забрал его руку. Он хотел забрать мои легкие. Честная сделка, я думаю.       – Кай утверждал, что его не было к тому времени, как вы прибыли на базу Лорда Джозии, – он прищурился, пристально наблюдая за мальчиком. – Я полагаю, ты расстроен его исчезновением.       Эзра смотрел на него так же внимательно, возможно, замечая его хитрый намек.       – Джозия охотится за ним.       Как и предположил Сэчиэл. Неизвестный как Эзре, так и Каю, Кларенс в настоящее время находится в столице и до сих пор служит при Джозии как его капитан. Интересно. Очевидно, что Сэчиэл был не в курсе всей информации, но его заинтересовало, как отреагирует Эзра, когда узнает, что его Избранный скрывает от него правду. Ни к чему торопиться. Он скоро узнает.       Он провел пальцем по краю пояса Эзры и потянул мальчика к себе. Вдохнул запах молодого человека, находя удовольствие в таком тривиальном поступке. Мальчик пах огнем. Теплом. Очень слабый, но узнаваемый. Такой запах был до боли знаком Сэчиэлю во время войны. Он мог похвастаться способностью почувствовать Элементалей огня задолго до того, как они появлялись. Несомненно, слабый аромат на Эзре был результатом присутствия Лорда Джозии. Сэчиэл тихо хмыкнул, снимая ножны с принца.       С некой злорадностью он задавался вопросом, как Джозия будет поддерживать свои жадные притязания на Эзру, когда мальчик больше не будет посещать академию. В конце концов, Колдер будет очень рад снова иметь сына. В отличие от Лэйдона, незаконного сына Колдера, который временно оставил за собой положение некоронованного и необъявленного наследника, Сэчиэл сомневался, что Колдер позволит Эзре посещать академию. Кто-то, зачатый для такой цели, как Эзра, должен быть максимально защищен. После недолгого размышления, как предположил Сэчиэл, будучи Избранным Эзры, Джозия не найдет никаких трудностей, поддерживая близость к королевскому наследнику. Независимо от Колдера.       Эзра наклонил голову, его взгляд стал расчетливым, когда он молча смотрел на Сэчиэла, убирающего его ножны с мечом.       – Тебе это не понадобится в течение достаточно долгого времени, – он бросил меч на коврики и отвернулся. – Ты знаком с посохом?       Подняв оружие, он бросил его Эзре. Мальчик ловко поймал его и правильно отрегулировал. Да. Он знал.       – Воины Унда предпочитают сражаться посохом. Мы привыкнем к форме до того, как начнем использовать меч, – он опустил глаза, оценивая стойку молодого человека. – Я не думаю, что это займет много времени, – кто бы ни тренировал мальчика, он делал это хорошо. – Я проверю твои рефлексы и скорость, – Сэчиэл схватил свой посох, готовясь спаррировать. – Кроме твоего стиля борьбы, отражающего собственный Лорда Джозии, я мало что знаю о твоих пределах. Твоих слабостях.       Оригинальность была еще одной причиной, по которой Сэчиэл хотел обучить королевского наследника. Как дитя происхождения Унда и Игни ему было бы недостаточно подражать только одной расе. Ему нужно преимущество перед своим дядей и отцом. На данный момент мальчик мог сойти за юного Джозию. Конечно, и Колдер, и Джозия будут охотиться на этот конкретный факт. Это было недопустимо. Сэчиэл поклялся научить мальчика важности использования его разнообразного стиля в его интересах. Он должен быть сильнее Колдера и Джозии. Ему нужно было овладеть обоими стилями и создать что-то новое. Что-то непредсказуемое.       Эзра повернул посох в руке и опустился в оборонительную стойку. Его бледные глаза сверкали от ощущения, которое Сэчиэл знал слишком хорошо. Рвение. Предвкушение. Сэчиэл знал, что королевский наследник будет кровожаден в боевом режиме. Он услышал это от Кая и сам видел доказательства этого. В ответ Сэчиэл сжал пальцы на своем посохе, стараясь не дать юноше соблазнить его. У него была репутация, которой нужно придерживаться, в конце концов. Ему нужно было сбить принца с ног, чтобы показать мальчику, что он достоин стать его мастером. Когда он притворялся и выпадал, то понял, что задача может быть не такой простой. Эзра не был типичным учеником. Эзра был ниже, хотя, когда Сэчиэл ударил снизу, чтобы заблокировать удар мальчика – юноши – ему пришлось направить взгляд вверх. Эзра смотрел на него сверху вниз, его глаза были полузакрыты контролируемым хищным ликованием. Сэчиэл почувствовал, что его пульс ускорился, когда поспешно перенаправил свой подход. Не студент, а противник.       Парень был быстрым. Стремительным. В то время как незнакомая атака и боевой стиль Сэчиэла застали его врасплох, у него была быстрая приспосабливаемость и яростное упрямство. Энергия. Тихая страсть. Сэчиэл не мог вспомнить еще кого-нибудь, испытывающего такой боевой голод. Стиль Игни укоренилась во всех аспектах движений молодого человека. Сэчиэл был хорошо знаком со стилем Игни. Он знал, как защититься от этого. Тем не менее, Эзра продемонстрировал неслыханную устойчивость. Он стремился сбить мужчину с ног. Эзра был похож на дикого кота. Изящный и решительный, всегда приземляющийся на ноги. Сэчиэл ударил посохом по ногам Эзры, сбивая молодого человека с ног. На всякий случай он прицелился в грудь Эзры, надеясь поймать его и уложить. Только Эзра блокировал атаку на грудь и решительно повернул тело в воздухе, приземлившись на одну ногу и поворачиваясь вокруг, чтобы восстановить устойчивую опору. Сэчиэл глубоко вздохнул и дистанцировался, неустанно кружа вокруг парня. Действительно юный Джозия. Столь же разочаровывающе настойчив, как и его дядя. Столь же цепкий, как и его отец. Беспорядок гордой и чистокровной генетики. Бедный мальчик. Сэчиэл поправил хватку на своем посохе, удивленный.       – Кто был твоим инструктором?       Эзра не смотрел на него, но его плечи указывали на то, что он обращал особое внимание на каждое движение Сэчиэла.       – Его зовут Атеш Идрис.       Сигнал тревоги омыл Сэчиэла холодом. Он не думал, что мужчина выжил. Его шаги на мгновение сбились, хотя он выровнялся, чтобы Эзра не заметил его удивления.       – Человек Господина Джозии. Печально известный воин времен войны, – с неохотным почтением сообщил Сэчиэл. Он заметил явную гордость в голосе молодого человека после произнесения имени его мастера. Ясно, что Эзра высоко ценил этого человека. Кто бы не стал? – Многие утверждают, что он учил Лорда Джозию. Неудивительно, что у тебя такой же боевой стиль, как у твоего дяди.       – Джозия доверял ему, - сказал Эзра.       Сэчиэл скептически посмотрел на наследного принца, задаваясь вопросом, сколько парень действительно знал. Пока Эзра делал невероятную работу, скрывая свою тайну, Сэчиэл не мог не ощутить волн любопытства, ударивших его по лицу. Это должно было остаться приватным? Он не возражал разозлить Господина Джозию тем, что говорил и общался с Эзрой, но когда дело дошло до прошлых предательств, он признал, что это не его место. К сожалению, для Эзры Лорд Джозия, вероятно, не был слишком внимательным к деталям.       – Я мало знаю об Идрисе и Лорде Джозии, – сообщил Сэчиэл.       Эзра медленно посмотрел на него через плечо. Кроме тщательного изучения, Сэчиэл не мог различить какие-либо эмоции на лице молодого человека. Он старался не двигаться под пристальным взглядом, чувствуя себя так, словно его судят, как будто его кожа исчезла, чтобы показать слой за слоем для надлежащего осмотра.       – Неужели вы действительно мало знаете? – тихо поинтересовался Эзра. – Или Джозия успешно заставил вас зажать хвост между ног?       Сэчиэл поражено уставился на него. Затем вернул самообладание. О, этот юноша прекрасен.       – Нападай, – Сэчиэл поправил посох. – Мы все еще тренируемся.       Эзра взмахнул посохом и бросился на него. Оставаясь хладнокровным и собранным перед лицом яростных и впечатляющих атак, Сэчиэл быстро овладел ситуацией. Он почувствовал сильные и слабые стороны Эзры. Теперь пришло время взять верх и двигаться вперед. Он застал Эзру врасплох, ударив по ребрам и обезоружил. Почти слишком легко. Боль пронзила лицо Эзры, когда он тяжело опустился. Когда его рука потянулась к груди, длинные рукава туники слегка съехали, позволяя Сэчиэлю увидеть ярко-розовые шрамы на запястьях, прямо над перчатками. Эзра вскочил на ноги через несколько секунд после приземления, оценивая Сэчиэла с чувством уважения и признательности. Однако Сэчиэл продолжал смотреть на коврик, мысленно обрабатывая то, что он только что увидел. Кай сказал ему, что Эзра спас его от пламени Элементаля, сбив с ног и прикрыв собой. Более того, атака с водой Дульсиса произошла достаточно давно, так что Элементаль воды исцелил бы весь нанесенный урон. Все раны. Его разум немедленно соединил части. Варуна, Сэчиэл проклял бога с истинным удивлением. Эзра был невосприимчив к стихиям.       – Я бы упал намного раньше, если бы мы использовали мечи, – признался Эзра, его глаза с интересом оценивали Сэчиэла. – Я полагаю, что вы стоите того, чтобы держать вас рядом.       Сэчиэл немедленно перефокусировался на Эзру, сдерживая язык от обвинений, вопросов и глупых замечаний. Однако мысли, пришедшие ему на ум, были довольно дикими. Он был полон любопытства. Он хотел знать больше.       – Тебе стоит держаться рядом, – сказал Сэчиэл.       Глаза Эзры слегка сузились.       – Что-то не так?       Умный малый.       – Все просто отлично. Даже замечательно.       Действительно, они были в порядке. На этот раз Сэчиэл не мог предвидеть будущее, не мог предвидеть то, что должно было произойти. То, что должно было его расстроить.

***

      Мика вошел в помещение своей команды, только чтобы узреть бутылку виски, быстро скрывающуюся под кровать. Шесть лиц невинно смотрели на него, и он посмотрел назад, не зная, входить в комнату или отступать и позаниматься в библиотеке. Это не выглядело многообещающим.       – Всего-навсего Иган, – Кай вытащил бутылку из-под кровати и нетерпеливо указал на дверь. – Закрой поскорее дверь, пустынная крыса.       Виктор хмыкнул и протянул стакан.       – У нас праздник.       Он должен был отступить, когда у него был шанс. Вместо этого Мика закрыл за собой дверь.       – Что там можно праздновать? – он не хотел, чтобы его тон был резким, хотя это был долгий день и его грудь горела от удара. В то время как команда общалась намного лучше, чем изначально, им еще предстояло пройти долгий путь. Еще далеко до праздничной отметки.       – День рождения Вэйда, – печально сообщил Каин.       Мика наблюдал, как Кай налил немного янтарной жидкости в стакан, а затем прокатил его по полу. Мика уставился на стакан, затем поднял взгляд и посмотрел в глаза светловолосой знати. Сегодня вечером Кай украсил их своим присутствием впервые за неделю. Кай поднял свой стакан в тихом тосте, прежде чем сделать глоток.       – Плюс Кай покидает нас.       Мика сузил глаза на Виктора, когда парень выпил содержимое своего стакана после громкого откровения. В воздух повисла тишина, и Мика понял, что все смотрят на него, ожидая реакции. Они уже знали. Талия сидела на низкой койке возле круга мужчин, разместившихся на полу. Рядом с ней стоял стакан нетронутого виски. Она вцепилась в учебник так, словно хотела впитать его, хотя ее внимание было сосредоточено на Мике. Он вздохнул и взял стакан у ног.       – А мы… празднуем его отъезд?       Кай прислонился к кровати Талии.       – Мы празднуем день рождения Вэйда. Я не уйду до конца семестра. Не нужно пока распускать сопли.       Мика обошел Кигана и уселся на матрас рядом с Талией. Она напряглась, но не протестовала против его близости. Было неприятно, насколько сдержанно она вела себя с командой. Хотя Каин был таким же тихим, Мика знал, что Талия несла что-то на своих плечах. Возможно, со временем она смягчится.       – Итак, ты решил помочь своему отцу в суде.       В ожидании гражданского восстания в Королевстве Терра. Мике все еще трудно было это принять. Это действительно разочаровало его. Он думал, что раскрыл секрет долговременного, мирного сообщества. Он предполагал, что сможет контролировать ситуацию через Джозию. Это была относительно безопасная тема для обсуждения, и у нее был потенциал для образования. Он также предполагал, что Джозия будет откровенен о Королевстве Терра, в отличие от других тем, таких как Идрис. Независимо от того. Сэчиэл должен что-то знать. Если Мика сможет как-то сломать Сэчиэла, он сможет понять прошлое предостережение Идриса.       Кай ухмыльнулся.       – Отец сказал, что моя репутация уже достаточно пострадала во время моего первого семестра в академии. Он не может представить, что я останусь на все три года, – он посмотрел на свой стакан. – Я согласился пойти с ним в суд, если смогу закончить осенний срок. Политика – это то, что я хочу исследовать. Хоть и произойдет это раньше, чем я предполагал.       Виктор сделал еще один глоток спиртного, его лицо было сморщенным и серым. Он был явно расстроен этой новостью, как и Каин, который мрачно размышлял. Киган и Эйден пожал плечами, когда Мика посмотрел в их сторону.       – Я слышал, что член Совета Сэчиэл обучает тебя форме Унда, – сказал Кай. Возможно, это был его способ сменить тему. Он блестяще выполнил задуманное, так как все взгляды устремились на Мику. – Он сказал мне сегодня в усадьбе.       Виктор фыркнул.       – Тщательно следи за Сэчиэлом, Мика, – парень подмигнул.       Кай злобно посмотрел на Виктора.       – Ты неуважительно к нему относишься, – резко сказал он. – Он хороший человек. Почтенный мастер и воин.       – Я не отношусь к нему неуважительно, – неуклюже возразил Виктор. – Но ты знал все о Сэчиэле до того, как он начал тренировать тебя. Я думаю, что Мика должен узнать о нем, прежде чем начнет доверять этому человеку.       От возникших сплетен Эйден нетерпеливо наклонился вперед.       – Что он должен знать?       Обычно Мика не интересовался сплетнями, но ему было интересно услышать больше. Он не думал, что у Сэчиэла есть что-то, порочащее его имя. Аристократы явно уважали этого человека настолько, чтобы нанять его для обучения своих наследников. По словам самого Сэчиэла, Колдер даже нанял его, чтобы он обучал его - Эзру - в детстве. Он также инструктировал Лэйдона. Кай и Виктор обменялись взглядами: первый суровый, а второй слишком пьяный.       – Просто он яростно презирает женщин. Находит их мерзкими. Он…       – Я думаю, что это немного чересчур, не правда ли? – резко перебил Кай.       – Я думаю, что это справедливое и разумное наблюдение, – все взгляды обратились на Талию, которая на удивление встала на сторону Виктора. Закрыв свою книгу, она села, явно увлеченная текущей темой.       – Талия, – мрачно сказал Кай. – Это не так.       – Сэчиэл происходит из длинной линии аристократов, – начала Талия, игнорируя попытки Кая. – До войны он никогда не проявлял особого интереса к тому, чтобы поселиться с респектабельной дворянкой. Общественные круги утверждали, что у него были скандальные отношения с женатыми мужчинами и молодыми известными воинами. В то время он был холост, поэтому никто не подверг его остракизму за его поведение.       Киган фыркнул. Мика не мог его винить. Это звучало глупо.       – После войны Сэчиэл стал известным за его навыки ведения боя. Он превратил героя войны в легенду. Но даже этого было недостаточно для его отца, – Талия поморщилась. – Как и многие другие дворяне, глава семьи откажется от наследника, если он не вступит в выгодный брак. Итак, Сэчиэл оказался с очень влиятельной женщиной, несмотря на то, что его интересы были направлены в другую сторону.       Здесь она многозначительно посмотрела на Мику. Он предположил, что она подразумевает, что Сэчиэл предпочитает мужчин женщинам. Ничего особенного в этом нет. Мика обнаружил, что он отражает эти чувства, и общество не было суровым к таким отношениям.       – Еще до того, как они поженились, многие знали, как Сэчиэл относился к женщинам. И он часто высказывал свое мнение во время общественных мероприятий, – она сделала паузу. – Ходят слухи, что у его жены был выкидыш. После нескольких лет попыток, она, наконец, смогла выносить полный срок. Это было в то время, когда отец Сэчиэла скончался. Он отдал все Сэчиэлу, радостный, что его сын получил наследника.       Ее тон был горьким, насмешливым, как будто она была против всего этого.       – Когда пришло время родов, она родила мертворожденного, – Талия посмотрела на Кая. – Записи показывают, что жена Сэчиэла умерла при родах. Другие утверждают, что Сэчиэл убил ее, не находя смысла держать рядом женщину, которая не могла выполнить единственную обязанность. С тех пор он не вступал в повторный брак и вернулся к своей беспорядочной жизни.       – И, как упоминала Талия, это сплетни, слухи и домыслы, – сказал Кай.       – Прекрати, – произнес Виктор. – Он никогда не отрицает этого. Все знают, что это правда. И Мике лучше знать об этом, учитывая…       Мика поднял брови.       – Учитывая?       Виктор покраснел и пожал плечами, хватаясь за бутылку выпивки. Только Кай вырвал ее из его рук.       – Учитывая, что Мика красивый? И что Сэчиэл будет к нему приставать? – он насмешливо посмотрел на Виктора. – Я думаю, что ты выпил сегодня более чем достаточно.       – Заткнись, Кай! – лицо Виктора покраснело от унижения, когда Киган и Эйден рассмеялись. – Тот, кто не считает Мику привлекательным, явно лжет!       Кай громко рассмеялся, и Мика сделал свой первый глоток виски. У него голова разболелась. История о прошлом Сэчиэла была интригующей, и это действительно звучало, как то, что на него похоже. Хотя было прискорбно, это не изменило восприятия Мики этого человека. Совсем. Он всегда знал, что Сэчиэл таит в себе что-то зловещее. Кого он должен был судить на основе сплетен и слухов? Возможно, ничего из этого не было правдой. Возможно, они были полуправдой, погребенной под преувеличенными небылицами.       – Почему ты всегда носишь их? – неожиданно спросил Виктор.       Мика медленно опустил стакан, заметив, что внимание парня сосредоточено на перчатках без пальцев. Краем глаза он увидел, как Киган неловко переминается.       – Ты сегодня полон энергии, Виктор, – выдохнул Мика.       – Они скверны и нуждаются в замене. И я замечаю, что ты носишь их под академическими перчатками, – заключил Кай, самодовольно щурясь на Мику, когда он встал на сторону Виктора. – Мы рассказали тебе о Сэчиэле, я думаю, что ты, по крайней мере, можешь рассказать нам немного о себе, Иган. Никто, кроме Флинта, не знает о тебе ничего личного.       Им всем было интересно. Все они внимательно следили за ним. Какая глупая вещь, чтобы заинтересоваться. Мика коротко засмеялся и расстегнул одну перчатку, несмотря на свои внутренние сомнения и самосознание. С нелепой демонстрацией ложной бравады он поднял руку, показывая им испорченную шрамами уродливую плоть. Он старался по возможности избегать смотреть на свои руки, но в свете их комнаты они выглядели еще более отвратительными, чем он помнил.       – Это то, из-за чего ты не мог спать? Почему я ношу перчатки?       – Невероятно! – прошептал Эйден, вставая и подбегая. – Ты был обожжен огненным Элементалем, да? – он схватил Мику за руку, не замечая вздрагивания, и изучал бледные и блестящие рубцы по своей коже. – Судя по возрасту шрамов, это случилось давно!       Было легче согласиться с выводом Эйдена, чем объяснять, что он поглотил ожоги своей матери, нанесенные Джозией. Глядя на шрамы, он внезапно почувствовал себя помеченным, заклейменным человеком.       – Это был твой отец? Твоя мать была Унда, не так ли?       – Виктор, – отдернул Кай с раздражением. – На какой драматический эпизод ты намекаешь?       – Мой отец – Унда, а мать – Игни, – Мика отвел руку от пугающего осмотра Эйдена. – И нет, шрамы были не от одного из моих родителей, – хотя косвенно это так.       Виктор сдулся, когда Мика разрушил его иллюзорные предположения.       – Что ж? Это звучит так, будто они оба живы. Как их зовут? Вряд ли есть человек Унда, живущий в Двадцатом Регионе.       На этот раз Мика не смог сдержать раздраженный вздох. Он поймал взгляд Кая, заметив глубокий интерес на лице парня, когда он заметил шрамы на руках. Он был свидетелем того, как пламя танцевало вокруг него во время их первой совместной миссии, и неустанно расспрашивал его об этом. Видя шрамы на руках Мики, он не смог бы узнать правду. По крайней мере, довольно долго.       – А ты, Виктор? – внезапно вмешался Киган. – Какова твоя история?       – Я? – Виктор провел рукой по своим коротким светлым волосам. – Ну, я четвертый и самый младший. Оба моих родителя – из знатного дворянства, – он улыбнулся. – Вот и все, – он снова посмотрел на Мику. – Никаких таинственных отношений или шрамов, которыми можно похвастаться.       – Нечего таинственного, кроме того, что ты влюблен в капитана вашей команды, – посмеялся Кай.       – И решимость выделиться среди своих старших братьев и сестер, – догадался Мика, многозначительно глядя на короткие волосы юноши и постоянно измятую форму.       Виктор поморщился, но не стал этого отрицать.       – Как насчет тебя, Кай? – спросил Киган. Либо Киган был по-настоящему заинтересован, либо он хотел продолжить перенаправлять разговор от происхождения Мики. Мягкая улыбка скользнула по губам Мики, когда он рассматривал своего верного союзника. Мальчик был слишком добр к нему.       Кай выдохнул и выпил еще немного виски из своего стакана.       – Всего лишь ребенок с властными родителями. То же самое с Каином.       Каин нахмурился.       – Моя мама особенно защищает меня, – он толкнул свой стакан в сторону Кая, молча прося наполнения. – Вот почему я так поздно поступил в академию. Она не хотела извлекать свои когти из меня. Мой отец участвовал в войне, поэтому он рад, что я здесь.       – Эйден?       Эйден пожал плечами и уселся на пол рядом с Киганом.       – Старший из двух сыновей. Мама умерла, когда мы были детьми. Поэтому отец, бабушка и дедушка воспитали нас, – он посмотрел на Кигана. – Ты старший, да?       – Старший из пяти сыновей.       Виктор свистнул.       – А я думал, я самый несчастный…       – Талия? – спросил Мика.       Когда ученики Унды внезапно замерли от его вопроса, он повернулся, чтобы посмотреть на девушку рядом с ним, заметив угрюмое выражение на ее дерзких чертах. С другой стороны, когда Талия не расстраивалась из-за чего-то?       – Я старшая, – ответила она. – У меня есть младший сводный брат и сводная сестра, – Талия снова схватила книгу, используя ее в качестве щита. – Как насчет тебя, Мика? У твоих родителей были другие дети?       Мика мгновенно подумал о Лэйдоне. Он слабо улыбнулся и встал.       – Сводный брат, – это принесло ему острый, недоверчивый взгляд Кигана и задумчивый взгляд Талии. Он поднял свой стакан и допил остаток напитка. – С днем рождения, Вэйд, – он поставил стакан рядом с Каем. – И поздравляю тебя с…, – он замолчал, его глаза встретились со взглядом Кая. – Новыми начинаниями, Эдлен. Я все еще надеюсь получить тебя на следующие пару месяцев, и я ожидаю, что ты отдашь мне все свои силы.       Что-то, казалось, понравилось Каю, потому что его глаза прояснились, и он ухмыльнулся.       – Да, капитан.       Мика выпрямился.       – Я иду принять душ, – он оглянулся на остальных членов команды. У некоторых были остекленевшие глаза, у других - нет. – Оставайтесь в комнате, если вы собираетесь продолжать пить. Вы знаете, что нам не разрешают употреблять алкоголь.       – Остерегайся, вдруг в душе прячется Сэчиэл! – радостно крикнул Виктор.       – Или, если точнее, внимательно следи за Виктором, – возразил Кай.       – Заткнись, Кай!       Хор смеха последовал за Микой из комнаты. Он покачал головой, закрывая дверь, глядя в темный коридор. Его зрение постепенно отрегулировалось настолько, чтобы увидеть темную фигуру, стоящую в коридоре. Это был не Сэчиэл и не Виктор, а скорее неизвестный силуэт со слишком темными чертами лица.       – ...век…       Мика нахмурился и шагнул к фигуре. А потом еще. Голос был искажен, странен и почти не слышен.       – …клетка… – сказал шепотом силуэт. – …монстр…       Когда Мика быстро приблизился, ухватившись за фигуру в капюшоне, она внезапно исчезла. Его пальцы ощупывали пустой воздух, не чувствуя ничего. Он смотрел по коридору, не видя и не слыша ничего необычного. Он вспомнил разбитые слова, легко соединяя их.       «В клетку монстра».       Он вспомнил книгу в кожаном переплете, которую взял в комнате Кларенса. На открытой странице была фотография амулета. Текст был нацарапан по всей странице, но сверху было четко написано: «В клетку монстра». У Мики не было возможности взглянуть на книгу еще раз. Каждый раз, когда он оказывался склонным к этому, его рука зависала над обложкой, чувствуя неловкость и неуверенность. Если что-то – смутная и неописуемая фигура – хотела, чтобы он посмотрел в книгу, он чувствовал склонность сделать прямо противоположное. Он не был дураком. Некоторые предметы легко могли быть прокляты. Если он нашел книгу в комнате Кларенса, в том положении, в котором Мика ее нашел, он не сомневался, что в игре что-то большее. Что-то... Колдовство. Из краткого взгляда, который он дал книге, он обнаружил руны, амулеты и другие наброски, от которых поднимались волосы. Конечно, были вовлечены пользователи Нуара, и все же капитан Джозии не показался ему тем, кто связан с волхвами. Он бросил последний взгляд через коридор, прежде чем направиться к душевым.