Лисенок

      «А может быть Какаши-сенсей вообще передумал за такое гиблое дело, как их обучение браться», — думалось Наруко после полутрочасового торчания на полигоне. Весь оставшийся вчерашний день она потратила на то, чтобы немножко подслушать, чуть-чуть подсмотреть и что-нибудь выяснить о свалившимся на них наставнике. Узнала Наруко немного, но достаточно, чтобы понять, что кто бы не занимался распределением выпускников в команды — чувство юмора у него было что надо. Несомненно, без Какаши их группа не была бы настолько колоритной. Но возвращаясь к вопросу ожидания. Наруко честно опоздала на добрый час, ибо все что она узнала говорила однозначно — вовремя приходящим за свою биографию Какаши замечен не был. И тем не менее вот уже полтора часа жизни как проходили за бесцельным наблюдением за тем, как Сакура вздыхая все томнее и громче подсаживается боком к Учихе, который усиленно делает вид, что он — дохлый.       — Ску-у-учно, — пробурчала Наруко, утыкаясь носом в траву и придумывая, как бы эту романтику нарушить. Ибо если плохо ей, пусть плохо будет всем. Но на этот раз хрупкий цветок чувств и отношений был спасен тем, что стоило девочке закрыть глаза, как она совершенно бессовестно заснула и успешно проспала до самого явления сенсея, который удостоился настолько выразительных взглядов, что даже немножко попятился. Невыспавшиеся голодные генины — страшная сила.       Считать в их команде умели наверное все, а вот выражать свои подсчеты вслух — только Сакура. Но почему-то Наруко показалось, что сенсей все равно обратил бы их внимание на то, что арифметика генинов и колокольчиков не сходится. Душа чуяла какой-то подвох — если бы вопрос заключался в отборе, зачем было делить их на команды? Если пройдут только девять команд то… впрочем, Какаши не сказал, что тест нельзя пройти втроем. Он сказал — может не пройти один, может все. Но ни слова о том, что кто-то гарантированно останется. Слишком много сложных мыслей за один раз, когда надо уже разбегаться, прятаться и пытаться сделать гадость товарищу сенсею. Наруко задумчиво улыбнулась и продолжила расклеивать взрывчатые печати на всех доступных плоскостях. Пожалуй, из всего закрученного ниндзявского искусства печати ей давались лучше всего: ложились можно сказать к душе и сердцу всей перспективой отсроченной и гарантированной гадости, которую можно наблюдать из удобного пункта с чем-нибудь вкусненьким. Жаль только джонины были паразитами умными и в ловушки не попадались. Но это не мешало предаваться искусству их установки со всем рвением и вдохновением.

***

      Какаши стоял на открытом бережке и вдохновенно читал книгу. Ну прямо живая иллюстрация — подходите кто хотите, берите, что хотите. Слишком откровенно.       — Знаем мы эти ваши бесплатные сыры, — Наруко заботливо обернула кунай взрывной печатью и кинула вперед. Бабахнуло неплохо, но как и следовало ожидать — драгоценный сенсей оказался невредим и так же спокойно читал книжку.       Кунаев в этот раз было много, а еще были звездочки, идиотские планы и закономерный результат в виде привязанной к столбу тушки. Почему-то с самого начала экзамена Наруко не сомневалась, что эта тушка будет принадлежать именно ей.       — Есть хочу-есть хочу-есть хочу, — на все лады заунывно повторяет она подражая соседскому коту. При всех многочисленных недостатках этого животного за ним числилось поразительное умение никогда не оставаться голодным и заунывный мяв этому изрядно способствовал. И пусть еда ему чаще всего перепадала с формулировкой «на, подавись, только заткнись уже», она ему все-таки перепадала, что вполне компенсировало все остальное. Ведь еда это еда и есть, от слов она не портится. Поэтому Наруко продолжала свое тоскливое нытье, ожидая, у кого из сокомандников нервы не выдержат первым.       — Да заткнись ты уже! — Сакура внезапно оказалась более терпеливой, а вот Саске за тишину явно готов запихать ей весь свой бенто вместо кляпа.       И казалось бы — вот оно наконец счастье, как Какаши выбирает самый идеальный момент для появления. Или скорее он ждал где-то неподалеку и наблюдал? На голодный желудок Наруко думает из рук вон плохо, потому сейчас вся она в великолепном и прекрасном процессе обеда. И даже тот факт, что испытание они прошли не может затмить вкус кусочков ароматной курицы и риса.