Лисенок

      — Сыро-сыро-сыро, — недовольно бурчала себе под нос Наруко ежась от холодного тумана, наплывающего со всех сторон на лодку. Видимость вокруг практически отсутствовала, так что для нее являлось большим вопросом, как лодочник тут ориентируется. Они вообще туда плывут-то??? Но все же по мере приближения к берегу туман поредел и из него выступили очертания огромного моста. Наруко разом забыла обо всех своих причитаниях, восхищенно уставившись на грандиозную конструкцию.       — Удивительны творения рук человеческих… — произнесла она едва слышно. Но вот лодка повернула к причалу и наваждение пропало.       Памятуя о прошлом неудачном опыте, они шли настороженно оглядываясь по сторонам. Но подозрительных луж не замечали. Источником шума в кустах, на который Наруко бросила кунай, оказался всего лишь кролик. Белый кролик. Разве такие водятся в лесу? Наруко невольно чуть замедлила шаг, пытаясь вспомнить, что на этот счет говорил Ирука-сенсей.       — Ложись! — команда прозвучала внезапно, но рефлексы не подвели — на землю упали все дружненько и своевременно, а Сакура успела дернуть чуть зазевавшегося Тадзуну.       Со свистом рассекая воздух, над ними проносится такой солидный тесак, что Наруко даже рот открывает от удивления, пытаясь понять, как эту орясину вообще поднять можно. На этом фоне их кунаи смотрятся настолько жалко и несерьезно, что Наруко немедля загорается — хочу такой меч. Поменьше, чтоб поднять, но меч! Это кажется невероятно крутым и хозяин меча, сейчас вещающий прямо с его рукояти полное тому подтверждение.       В разговор джонинов Наруко не вслушивается, шустро перемещаясь поближе к Тадзуне — все-таки его защищать и есть их миссия. Руки вновь начинают подрагивать, осознание того, что Какаши-сенсей невероятно серьезен, что даже решил, что для этого противника ему потребуются сразу два глаза, радости не придает. Но даже так, все равно она не может не оглядываться любопытно по сторонам, подмечая, как ошарашено Саске смотрит на их сенсея, стоило услышать непонятное слово «шаринган». Но еще более непонятно другое — к чему столько слов. Такое чувство, что оба старших шиноби чего-то выжидают, тянут время. Чего они ждут??? Напряжение буквально висит в воздухе, становится осязаемыми клочьями опять набегающего тумана, только вот он совсем не такой как на реке. Более вязкий, тягучий и отчетливо покалывающий мурашками по коже. Наполненный чужой яростью и жаждой убийства. А потом будто со всех сторон раздается голос. Наруко крепче сцепляет зубы, стараясь унять дрожь, а чужая ки давит все сильнее, что кажется, еще мгновение и все — она не выдержит этого напряжения. И когда оно достигает точки, откуда-то изнутри поднимается оглушительно горячая волна злости, что вымывает чужую вязкую ненависть.       — Да пошел ты! Только болтаешь! — орет она возмущенно в туман, больше от страха и напряжения, чем реальной бравады, но от этого разом делается легче. Вот только ненадолго, потому что через мгновение их уже раскидывает в разные стороны, совсем близко от затылка проходит лезвие клинка. Диспозиция меняется настолько быстро, что остается только ругаться сквозь зубы, пытаясь собрать свои конечности в кучку, подняться, найти глазами остальных и понять, что дела их чудо как плохи. Во всяком случае, в данный момент их сенсей был надежно блокирован водяной тюрьмой. Пусть он и привязал к себе этим противника, но им пожалуй и клонов за глаза хватит. И все же… какая необычная техника печатей одной рукой. Это из-за меча, верно? И вода. Удача явно не на их стороне. Мысли казались слишком тяжелыми. Они словно просачивались в голову с каждой каплей поднимающейся злости на ситуацию.       Снова туман вокруг и тяжелый удар, после которого подняться снова та еще задачка, но злость подстегивает. Ускоряет мысли, делает наблюдательнее. Да он же щадит нас! Странная мысль. Но верная — иначе почему ей достался пинок, а не удар меча? Почему Саске просто отшвырнули как котенка, а не сломали шею? Их определенно не считали за противников. Игрались. Это шанс? Возможно. Но как его использовать? Что она может? «Если не можешь ничего, то почему бы тебе просто не сдаться и не сдохнуть?» — алая волна поднимается выше, опять подталкивает вперед, заставляя лихорадочно соображать. Ниндзюцу? Гендзюцу? Тайдзюцу? Все это находится в столь прискорбном состоянии, что и думать нечего. Если подобраться вплотную то… Нет, не так. Совсем не так она думает. Им не победить. Значит, им нужен тот, кто сможет это сделать. Задача — не убить, а освободить. Она оглядывается по сторонам, видя, что Сакура только ближе подходит к Тадзуне, а кунай в ее руках ощутимо дрожит. Вряд ли она сможет сделать что-то путное. Наруко смещается на пару шагов ближе к оставшемуся сокоманднику. И все же — почему этот Забуза так разливается соловьем? Дает им время на то, чтобы или бежать или подумать. Они уже видели, насколько он может быть быстр. Захотел бы — закончил все здесь и сейчас. Почему? Этот вопрос царапает разум, отчего-то волнует больше, чем все остальное и поэтому Наруко внимательно слушает рассказ о страшном экзамене, слушает и словно кусочки головоломки становятся на свои места.       — Вы чрезвычайно добры, Забуза-сан, раз решились взять все это бремя на себя. Чтобы другим потом не пришлось убивать их товарищей, — Наруко солнечно улыбается. Да, есть. Вот он удивленно замер. Мгновение. У них есть всего пара мгновений, пока все переварят ее заявление, так почему бы ими не воспользоваться?       Академические техники это пока все, что у нее есть, но и их главное использовать правильно. Шанс — на бросок сюрикена, эдакой крупной вертушки, по массе как раз близкой к среднему генину. А дальше главное вовремя успеть применить технику замены. Из всех трех начальных техник она единственная, что не вызывала у Наруко сложностей. Еще бы научиться применять это мгновенно в бою, как Какаши-сенсей… но до этого было далеко. Впрочем, сейчас оказалось достаточно и того, что она умела. Главное — правильно поставить задачу.       Все что оставалось дальше — только смотреть за поединком тех, до кого им еще расти и расти. Смотреть и пытаться не попасть под стихию, что эти двое призвали к себе на службу. Пожалуй, находясь в деревне и наблюдая шиноби исключительно в мирных или на худой конец тренировочных условиях, Наруко и не думала о том, насколько длинным будет предстоящий путь.