Королева рок-н-ролла

Роуз новость о моём отъезде приняла на удивление эмоционально. – Девочка моя, я так рада! – завопила она, прижимая меня к себе. Я опешила, утыкаясь в её шею, пахнущую терпкими духами. Потом она вдруг отстранилась и лицо её изменилось. – Но как я буду без тебя управляться с делами? Если честно, в последнее время у меня было ощущение, что меня здесь держат чисто из тёплых чувств. То есть, я конечно помогала тёте, но не так уж это было ей необходимо. – Ты же прекрасно управлялась до моего появления, – улыбнулась я. Роуз пробурчала что-то нечленораздельное, но потом снова заулыбалась. – Ладно, я что-нибудь придумаю, не беспокойся об этом. Главное, что ты увидишь Париж! Умоляю тебя, привези мне оттуда шляпку. А лучше много шляпок! Я рассмеялась. Она как всегда, в своём репертуаре. Весь этот разговор проходил у неё на кухне где-то в середине дня, когда я пыталась позавтракать старинными остатками еды, завалявшимися в холодильнике. – Наши ребята заинтересовали менеджера, который работал вместе с менеджером Дэвида Боуи. Неплохо, не находишь? "Нашими ребятами" Роуз называла весь состав Fiery phoenix, которых, кажется, уже практически усыновила. Не знаю, почему именно к ним она преисполнилась таких тёплых чувств. – Что ж, я рада за них. Но мне пора, я встречаюсь с подругой. И, протопав в коридор, я принялась натягивать ботильоны на шпильке. Да-да, прямо вместе с этой дурацкой юбкой и огромной футболкой, которая её практически закрывала, будучи длиной до середины бедра. *** Подругой, с которой я встречалась, была Мэриголд. Ей я тоже собиралась сообщить новость о своём отъезде. Мы отправились в небольшую кафешку неподалёку от моего дома. Там можно было спокойно посидеть поболтать, да и народу днём в будний день было немного. Она уже ждала меня за столиком. Бросив на неё первый же взгляд, я сразу поняла, что что-то неладно. Обычно Мэриголд вообще не красилась, а тут глаза её были густо подведены, а кожа напудрена в несколько слоёв. Обычно так делают, чтобы скрыть следы слёз. – Что случилось? – с ходу спросила я, плюхаясь на стул напротив. Мэриголд взглянула на меня как-то затравленно и активно закачала головой. – Ничего, всё в порядке. – Милочка, за километр видно, что ты не в порядке. Давай выкладывай. Она вдруг всхлипнула. Кажется, едва-едва сдерживала слёзы. Я схватила её дрожащие пальцы. – Если тебя кто-то обидел, я наступлю ему своим каблуком в лицо. Мэриголд, наконец, улыбнулась. – Такой защиты мне ещё не предлагали. – Так по какой причине ты сейчас готова разреветься? Вижу, ты не хочешь говорить, но давай я угадаю. Это Крис? Собственно, догадаться было несложно. Когда такая милая девочка встречается с таким козлиной, без слёз не обойтись. – У него бывает плохое настроение и тогда он говорит много того, что так бы не сказал, – проронила она. Ещё и оправдывает его! Желание начистить ему рожу всё больше утверждалось в моей голове. – Не позволяй вываливать свои проблемы на тебя. – Я боюсь за него, – выдохнула она. – С тех пор как они начали выступать и записывать пластинки, его образ жизни... Кхм... Боже, он почти не спит, употребляет слишком много наркотиков. Я не могу смотреть на это! Альбом группы поступил в продажу. И начал разлетаться с колоссальным успехом. Роуз, которая пока что исполняла роль менеджера, отлично их пропиарила. Это был успех, первые же пластинки стрельнули как пушка. А успеху всегда сопутствует излишняя эйфория. – Это пройдёт, – убеждённо сказала она. – Я знаю, такой период. Я покачала головой. Не пройдёт, станет ещё хуже, по правде говоря. Но разве её в этом убедишь? Мэриголд относилась к самому наивному типу людей, которые верят до последнего, я потом получают самые жестокие разочарования. И никто их не уверит в том, что именно так и будет, пока они сами не увидят. – Слышала, ты уезжаешь? – спросила она. Наверное, кто-то из знакомых в клубе сказал. – Да, – кивнула я. – Рада за тебя, если тебе это действительно нужно. Но я буду скучать, – улыбнулась она. Я тоже. И по Лондону, и даже по этой глупышке. Почему-то я к ней привязалась. Но не будем о грустном. Я предпочитала не зацикливаться, а лишний раз выпить чашечку кофе. *** В Crazy Venus сегодня была толкучка, следствием которой стало полное отсутствие воздуха. Я порадовалась, что надела открытое платье, которое попросту лежало сверху уже запакованных вещей. Мой самолёт завтра вечером. Как только я пришла, разумеется, опоздав где-то на пол часа, на меня с визгами налетела Энн. Она, кажется, не хотела меня отпускать, потому что кто ещё соизволит слушать её истерики. Я взлохматила светлые лохмы подруги. – Как ты умудряешься так свежо выглядеть? – усмехнулась я, смотря на её румянец. – Пью кровь девственниц, – заговорчески шепнула она. Я бы не удивилась. Мы пробились к барной стойке – центру местной жизни. Я чуть не заорала, когда сзади кто-то сгрёб меня в охапку. – Чарли, я не хочу умереть молодой из-за инфаркта! Он откровенно заржал прямо мне в ухо. – Ты живучая. Сегодня вечером они опять играли. Именно поэтому, учитывая успехи продаж, сегодня здесь собралось столько народу. Я и не заметила, как рядом с нами оказался Крис. Он бросил на меня быстрый взгляд. И не сказал никакой привычной колкости. – Джин с тоником, – обратился он к бармену. Я привалилась к стойке рядом, изучающе смотря на него, не обратив внимание на то, как Энн с Чарли исчезли в толпе. – Чего? – устремил он на меня вопросительный взгляд. – Ничего, – пожала плечами я. Мы замолчали. Он медленно пил свой напиток. – Я завтра уезжаю. В Париж на пол года, – наконец сообщила я. – И? Смена его недавнего интереса резким безразличием была мне совершенно непонятна. Нет, не так, Крис весь был для меня непонятен. – Просто так сказала, – раздражённо бросила. Мне хотелось поскорее уйти, но как только я развернулась, его рука схватила моё запястье. – Думаю, сегодня наш последний концерт здесь в таком масштабе. Нас зовут на более крупные площадки. Потом поедем в тур по Англии. Новый менеджер, с которым мы на днях начали работать, обещал всё организовать. – И? – ответила я так же как он. – Я не знаю, когда мы теперь увидемся. По крайней мере, всё не будет, как прежде. – Но ничего и не было, – безразлично отозвалась я. Крис неожиданно оказался совсем близко, прямо передо мной. Под его взглядом мне становилось не по себе. Но самое странное, возмутительное, неожиданное было то, что он вдруг резко наклонился и коснулся моих губ своими быстрым поцелуем, будто бы раскалённый металл приложили. – Верно, ничего не было, – и с этими словами он стремительно ушёл. *** Стоило хотя бы перед самой собой признать, что меня к нему тянуло. Как вечно тянет к неразрешимой загадке. Но, чёрт возьми, он не должен был целовать меня! Хотя... Хотя завтра я уеду и, как он сказал, кто знает, когда теперь мы увидимся? В любом случае, что бы сейчас не происходило, это уже не будет иметь значения. Я увидела, как хрупкая фигурка пробирается к выходу. Мэриголд была здесь? Боже, лишь бы она не видела ту глупость у бара! Активно работая локтями, я начала пробираться к ней. – Эй! – окликнула я её. – Ах, я так и не нашла тебя в этой толкучке, – виновато улыбнулась она. Должно быть, не видела ничего. У неё ведь все переживания на лице отражаются обычно. На лбу её проступали капельки пота. – Уходишь так рано? – Я всего пару раз была здесь и, если честно, мне некомфортно в шуме и духоте на таких сборищах. Извини. Я всего лишь ждала, пока ребята закончат играть, – она кивнула в сторону сцены, которую покидали музыканты. – Передай, пожалуйста, Крису, что я уехала. Пускай он не беспокоится, со мной всё в порядке. С этими словами она ушла. И оставила мне полную свободу действий. Право же, лучше бы в тот день Мэриголд осталась. Возможно, всё сложилось бы иначе, ничего бы не произошло, все мы сейчас были бы счастливее и живее. Однако я всегда была фаталистом в некотором роде. И если уж чему-то суждено случиться, значит, так и сложится. Крис, как я потом заметила, не сильно волновался по поводу исчезновения своей девушки. Я нашла его окружённого толпой девиц (да-да, у группы становилось всё больше фанатов и фанаток), которые, казалось, сейчас разорвут его. Он же явно наслаждался вниманием, развалившись на кожаном диване в углу. Толкнув расфуфыренную дуру, которая уселась к нему на колени, и тем самым расчистив себе пространство, я наклонилась к его лицу и прокричала, поскольку в шуме сотни голосов было ничего не слышно: – Козлина, Мэриголд просила передать, что она ушла и у неё всё хорошо. Возможно, это сообщение было предлогом вновь найти Криса. Не буду врать самой себе. Он дыхнул на меня и я ощутила запах крепкого алкоголя. – Я рад, что у неё всё хорошо. Его глаза с расфокусированными зрачками были напротив, совсем близко. Я даже перестала замечать щебечущих по сторонам девиц. – Есть кокаин? – неожиданно для самой себя спросила я. А ведь у меня был свой. Ну что ты, Лили, творишь. Он достал из кармана джинсов пакетик, зачерпнул оттуда белого порошка указательным пальцем и поднёс к моим губам. Я слизнула всё до последнего, не отводя глаз. Он хмыкнул и улыбнулся. А затем резко встал, нависая надо мной. Девицы продолжали что-то верещать, но ему было наплевать. Он цепко и достаточно больно сжал мой локоть и повёл прочь. Я ничего не спрашивала. Его взгляд обладал странным магнитизмом. Возможно, причиной был слишком быстрый приход. Но я плыла за ним с ощущением, что всё так и должно быть. Мне нравилось, как его пальцы оставляют синяки на моей коже, потому что он слишком крепко держал. Как от него пахнет дешёвыми сигаретами и виски. Как он смотрит на меня: насмешливо, с каким-то абсолютно животным желанием, без капли обожания. По правде говоря, к этому чсё шло. Оно должно было случиться. Это станет логичным завершением всей истории наших взаимоотношений, которые тотчас и завершатся. Во всём нужна точка. Я не думала о Мэриголд. Я эгоистка, по праве говоря. Да и, учитывая, сколько людей всех полов прошли через пастель Криса, больше или меньше не имеет значения. А Мэриголд всё равно наивная дурочка. И всё она знает, только любит его до такой степени, что будет прощать. Сама виновата. Мы втиснулись в туалет клуба, отчаянно цепляясь друг за друга, будто больше никакой опоры на земле не осталось, целуя губы до крови. – Не могу больше терпеть, – прохрипел Крис. Он был пьян, как и я. Но это не мешало ему чётко осознавать свои желания. Помещение было узким. Крис взгромоздил меня на раковину, поспешно гремя ремнём на своих кожаных брюках и попутно пытаясь задрать моё платье. Благо, бельё я не носила. Мои ноги обвились вокруг его талии. Я чертовски хотела чуавствовать. Хоть что-то. А больше всего – его. Мне хотелось этой характерной пульсации, головокружения и не сдерживаемых стонов. Мне хотелось Криса и уже давно. Если ты испытываешь к человеку сильные чувства, будь то любовь, будь то ненависть – ты хочешь его целиком. Чтобы прочувствовать до конца. Он резко входил в меня рваными толчками, с рыком кусая меня за шею, создавая и боль и удовольствие одновременно. Мои ногти буквально сдирали кожу на его плечах, когда я стащила с него косуху, под которой ничего не было. Он зубами стянул вниз моё платье, из лифа которого выпал пакет с кокаином. Крис усмехнулся. – Хитрая сучка, – прохрипел он в моё ухо, прикусывая мочку. В этот момент я почувствовала то, что заставило меня закричать. И я ни черта не сдерживалась. – Давай ещё! Мне действительно хотелось. Всё больше и больше. Да пускай весь клуб слышит как бесстыдно мы трахаемся, как ненавидим друг друга и как нам нравится. Последние рваные движения. И разрядка. Крис обессиленно опустился на крышку унитаза. Я пыталась восстановить дыхание, продолжая сидеть на раковине. Странно всё вышло. Казалось, воздух в мире закончился. А ещё всё поглотила пустота. Потому что только что я ощущала все эмоции, которые в этом мире существуют, а теперь внутри не было ничего. – И что, тебя всё устраивает? – спросил он, смотря куда-то в сторону. – Что всё? – Быть оттраханной в толчке ночного клуба. Я пожала плечами, принимаясь натягивать платье. – Какого чёрта ты унижаешь меня?! А? Ты не имеешь права! Чёрт возьми, Крис, ты точно такая же шлюха, как я. Уж мне-то известно! Меня выбесил его вопрос. И то, что он не смотрел мне в глаза. Только что Крис был во мне, а теперь, находясь в полуметре от меня, казался дальше всех людей на свете. Я спрыгнула с раковины. Не сделала к нему ни шажка. И ничего больше не сказав, развернулась и вышла, хлопнув дверью. А после этого откинула голову и рассмеялась. Но никто не слышал моего бешеного смеха во всеобщем шуме. Возможно, то, что я искала, не где-то на просторах безграничного мира, а здесь. Дикий трах, и скандал. Все возможные эмоции. Сзади хлопнула дверь. Он, видимо, тоже вышел. – Лили! Я остановилась. И, чуть помедлив, развернулась. Крис снова смотрел мне в глаза. Со странным выражением. – Останься, не уезжай. Он просил без всяких на то оснований. И ничего не предлагая взамен. Я не ответила. Опять ушла, не оборачиваясь. А следующим утром, проснувшись в кои-то веки в своей постели, первым делом направилась к телефону. И сделала то, что ни в коем случае не должна была. Если уж говорить о фаталистике, в этот момент и, не подумав нт секунды, показала судьбе средний палец с ярко-красным маникюром. – Генри, – выдохнула в трубку, когда на том конце сняли, – прости, я не поеду с тобой в Париж.