Королева рок-н-ролла

– Хорошо пошла! – залетел в гараж довольный Чарли, размахивая новенькой пластинкой. – Ты что, купил её? – усмехнулся Билл. – Ага. – Ты идиот? У нас их дофига, – Дерек указал на шкаф, где лежала огромная пачка их новых пластинок. – Я хотел сам купить! – обиженно надул губы Чарли. – Он так рейтинг продаж повышает, – усмехнулся Крис. Я соскользнула с его колен и направилась к кофеаппарату, который Блейк умудрился сюда притащить. – Между прочим, очередь за ними стояла с самого утра, – продолжил Чарли радостно верещать. – Тогда нас ждёт очень много бабок, – заметил Дерек. – Может, и из гаража съедем, м? Крисси? – Оставь мой гараж в покое, – Крис показал ему средний палец. Ни один человек в мире не мог понять, почему он так цепляется за этот несчастный гараж. Но у Криса вообще, надо сказать, были определённые странности. Особенно сейчас, когда он полулежал на диване, а язык у него буквально заплетался. Я поднесла ему чашку кофе, но он лишь отрицательно помотал головой, откидываясь ей на ручку дивана и закатывая глаза. В тот же миг рядом возник Дерек, ловко выхватывая кофе у меня из рук и залпом опрокидывая в себя. Потом он пару раз ткнул пальцем Криса в плечо. – Нам ночью надо выезжать в Манчестер. Мы выступаем на благотворительном концерте, если ты не забыл. Поэтому будь добр к этому времени прийти в себя. Манчестер. Я совсем забыла? Ребят пригласили для участия в каком-то крутом прекрутом фестивале. Я любила куда-то ездить с ними. Тем более, в Манчестере я ни разу не была. – На благотворительном? – переспросил Крис. – Надеюсь, там не будет эм... Сирот, стариков и прочих благотворителей... Нет, они по-другому называются. – Нет, Крис, – оборвал его тираду Билл, с осуждением прицокивая. – Отвечаешь за него головой, – обратился он к Дереку и направился на выход. – А ты куда? – Меня ждёт невеста. Подумать только, этот ненормальный собирался жениться. – За-ну-да! – по слогам протянул Крис. – Мне вообще-то тоже пора, – пробормотал Чарли, обводя нас виноватым взглядом. – Надо Эрику помочь с переездом, – это он сообщал уже лично мне. Эрик опять менял место жительства. В который раз. Его вечно выгоняли квартиранты за устраиваемые разгромы и постоянные шумные тусовки, вызывавшие надовольство соседей. – Ты всё больше заражаешься педиковатостью, – прокомментировал Дерек, вызвав мой злой взгляд и желание его ударить. Когда Чарли ушёл, мы остались вдвоём. Плюс обдолбанный Крис. – И что нам с ним делать? – поинтересовалась я. – Думаю, неплохо бы доставить домой. Мы закинули его руки нам на плечи и потащили к выходу. Крис, несмотря на худоту, был тяжёлым. Я едва дышала, когда мы выбрались на улицу и затолкали его в машину Дерека. Он, в отличие от нас, водил сам. Крис как мешок развалился на заднем сиденье, кажется, вырубаясь. Я сидела спереди и смотрела, как Дерек спокойно держит руки на руле, смотрит по сторонам и едва ли следит за дорогой. – Надо проследить, чтобы завтра на концерте он был в нормальном состоянии, – заметила я. – Очухается. Крис всегда быстро приходил в себя – этого у него не отнимешь. Вообще-то, гараж находился буквально за нашим домом. Но в машину мы влезли, чтобы доставить Криса прямо ко входу, потому что тащить его на себе по дворам было невозможно. Вскоре мы встали у подъезда. Благо, Дерек был достаточно сильным, поэтому мне приходилось. только страховать, когда наша компания взбиралась наверх. – А дверь вы закрывать не пробовали? – усмехнулся он, легко распахивая её ногой. – Мы потеряли ключи, – буркнула я. Надо бы замок сменить. Когда Криса опустили на горизонтальную поверхность, он что-то пробормотал и блаженно улыбнулся. Я обречённо посмотрела на Дерека. – А теперь будем ждать, пока он придёт в себя. Думаю, через пару часов его начнёт рвать, учитывая, насколько он сейчас улетел. – Хочешь бурбон? – со вздохом предложила я, откупоривая новую бутылку. *** Я проснулась на от того, что сбоку послышался слабый стон. Очнувшись и приняв сидячее положение, я обнаружила, что буквально вырубилась между двумя парнями. Стоны производил Крис. Я заметила, что лоб его покрылся испариной, дыхание неровное, а тело, кажется, дрожит. Я принялась толкать храпящего рядом Дерека с опустошённой бутылкой в руках. – Что такое? – пробормотал он, с трудом разлепляя глаза. Я указала ему на Криса, а потом на часы, которые показывали уже час ночи. Нам нужно было выйти в два, чтобы потом ехать всю ночь и прибыть на место утром, чтобы успеть обустроиться и всё такое. – Кажется, он совсем плох, – заметила я. – В автобусе выспится. – Да ты посмотри на него! Нет, Крис реально выглядел ужасно. Он весь побледнел, постоянно стонал и мне вообще казалось, что он сейчас откинется. Я принялась рыться в шкафу, чтобы взять нужные нам вещи. Интересно, в чём он собрался выступать? Хотя, кажется, ему сейчас всё равно. Собственно, на последний свой концерт Крис надел леопардовый топ, которым стащил у меня. Помнится, когда я увидела его в этом на сцене, меня разобрал такой хохот, что другие люди, присутствовавшие в VIP-ложе, куда теперь я только и могла ходить из-за того, что меня теперь все видели рядом с Крисом, начали недоумённо оглядываться, а потом просто решили, что перед ними двинутая на всю голову. Сейчас, не особенно заморачиваясь, я бросила в сумку подраный пиджак и несколько блестящих шмоток на свой вкус, а также его фирменную кожанку с фениксом, в которой он был га половине выступлений. Пускай завтра сам выберет. Себе я тоже взяла какие-то вещи, не особенно вдумываясь. – Тебе не обязательно тащить весь ваш гардероб, – заметил Дерек. – Всего-то одна сумка! – Лучше иди сюда и помоги мне с ним. Мы кое-как дотащили Криса до ванной и направили на него струю ледяной воды. Он немного очухался и недоумённо посмотрел на нас. – Ой... И вы здесь! Лил, детка, принеси мне шприц, там валялся под батареей... – Да пошёл ты! – я влепила ему отрезвляющую пощёчину. Дерек лишь усмехнулся, наблюдая за нами. Крис опять впал в транс. Ещё какое-то время мы занимались сборами и приведением его в чувства, а потом потащили вниз. На каменных ступеньках это было достаточно сложно, да ещё и с верхнего этажа. С нас пот уже катился градом, когда мы оказались внизу. Перед домом нас уже ждал автобус с зажжёнными фарами. Это был личный автобус группы, поэтому на нём был нарисован их логотип с фениксом. Когда мы втащили Криса и уложили на заднее сидение, менеджер Натаниэль посмотрел на нас выпученными глазами. – Это что, мать вашу?! – Наш звёздный солист, – скептически ответила я. – Поехали! Натаниэль никогда не видел Криса в таком состоянии. Блейк всё же не позволял себе заявляться в полном ауте, когда дело касалось работы. Да, он всегда был нетрезвым или под чем-то, но не до такой степени. – Не волнуйся, он придёт в себя, – Чарли ободряюще похлопал Натаниэля по плечу. – Это недопустимо, – пробормотал тот, а потом обвёл взглядом всех нас. – Вы понимаете это? Публике нравятся "плохие парни", но если они увидят, что их идол конченный наркоман... – Он не наркоман, – отманулся Дерек. – Ну бывает, переборщил разок. Забей, чувак. Придёт в себя и будет как новенький. Билл с грустью посмотрел на Криса, а потом с явным осуждением на меня. Кажется, он считал, что это отчасти и моё влияние. Хотя, собственно, что я такого сделала? Автобус тронулся с места, выезжая на ещё освещённые уже пустынные в этот час улицы ночного Лондона. Я устало выдохнула, опускаясь на соседнее с Дереком сидение. За последнее время он стал мне казаться куда лучше, чем раньше. И он был действительно преданным другом Криса. – Спасибо тебе, – вымолвила я. Он слегка улыбнулся. – Не за что. Это же Крисси. Да и насчёт тебя я ошибался. Ты, в общем-то, толковая девица. *** Я проснулась, когда мы уже въехали в Манчестер, и тотчас прилепилась к окну. За свою жизнь я неив очень большом количестве мест побывала, поэтому мне абсолютно всё было интересно. Мощёные мостовые, старые парадные дома перемешались с современными постройками, несколько хаотично расставленные здания, множество людей на улицах. Манчестер напоминал маленький Лондон. Нам сказали, что жить мы будем в небольшом отеле в центре города, хотя сам фестиваль будет проходить под открытым небом в парке, что ближе к окраинам. Но, собственно, пока что нам нужно было устроиться, а кому-то прийти в себя. Тот, кому в первую очередь надо было прийти в себя, всё ещё спал как убитый, развалившись поперёк задних сидений. Мы остановились напротив двухэтажного особняка из красного кирпича. Очень миленько, на мой взгляд. Я полошла к Крису, по пути разминая затёкшие конечности, и принялась трясти его за плечо. Он открыл глаза, удивлённо смотря на всё вокруг. – Где мы? – В Манчестере, – сообщила я. Он аж поперхнулся. Как когда, почему... Все возможные вопросы отразились на его лице. – Фестиваль, – пропел нам нами Чарли. Крис ладонью ударил себя по лбу, очевидно, вспоминая, что нам здесь понадобилось. А заодно и кто он. – Ты в порядке? – поинтересовалась я. Он покачал головой. Да уж, оно и видно. Выглядел он просто ужасно. Кажется, сегодня я израсходую всю свою косметичку, чтобы привести его в порядок, поскольку гримёрами группа не обзавелась, как ни странно. Натаниэль покашлял, обращая на себя внимание, а потом показал на улицу. Тут-то я и обнаружила, что автобус окружила толпа. Вообще-то, идея была в том, чтобы приехать рано утром. Никто нас не должен был заметить. Но, во-первых, мы приехали позже, во-вторых, безумные фанаты имеют привычку поздно ложиться и рано вставать. – Вам надо пройти до дверей. Это немного. Главное, чтобы Крис держался на ногах, – заявил Натаниэль. С этим были проблемы. Дерек, уже по привычке придерживая друга, повёл его к выходу из автобуса, а я засеменила следом. Стоило нам выйти, как нас ослепили вспышки фотокамер. Журналисты сходу начали наперебой задавать вопросы. Я не ожидала такого напора. Кажется, в Лонлоне они были менее наглыми. – Довольна ли группа продажами нового альбома? – Это правда, что вас наперебой приглашают ТВ-шоу, но вы отказываетесь из-за цензуры? – Почему вы выступаете только в андеграундных клубах, а не на более коммерческих площадках? – Это правда, что вы планируете тур в США? – Что с вами, Блейк? Дерек упорно тащил Криса к спасительному входу в отель, буквально отбиваясь от камер. Не хватало ещё, чтобы его запечатлели в таком виде. Завтра это будет во всех газетах. Увидев, что им не справиться, я решила принять удар на себя. Сбросив куртку и оставаясь в красном топе с открытой спиной, стащив с волос резинку и лучезарно улыбаясь, я принялась вместо ребят активно отвечать на вопросы. Репортёры с радостью переключились на меня. – Что с Крисом, не расскажете нам? Он выглядит ужасно! – подобралась ко мне какая-то особо борзая дамочка с очках. – Он очень устал. Знаете, много работы... И бессонные ночи, – я подмигнула сбившейся кучке людей. Кто-то заулюлюкал. – Каково это быть с таким попклярным рок-музыкантом? Он наверняка изменяет вам с фанатками? Святая простота! Вопросы были сформулированы так глупо, а ещё казались такими ожидаемыми. – Ему нет нужды мне изменять. Поверьте. Я максимально провоцировала их, стараясь перетянуть на себя как можно больше внимания, краем глаза наблюдая, как Крис с поддержкой Дерека всё ближе к заветному входу в отель. – Как так вышло, что Крис назвал группиз своей официальной девушкой? Я насмешливо фыркнула. – Я не группиз, дорогие мои. – Но всем известно, что вы крутили романы со многими музыкантами. – Я никогда не была их приложением для поездок. Я всегда была наравне с ними. – Это правда, что Крис Блейк бисексуален? Надо же, какие интересные слухи пошли! – Мы все по своей природе отчасти бисексуальны. Секс. Секс. Секс. Это всё, что их интересует. Какое творчество, какая музыка? Прессе насрать на ваши революционные идеи, всегда куда интереснее будет ваше грязное бельё. Искусство становится для них на первое место, только если вы красиво умрёте. Я вспомнила одну очень умную вещь, которую некогда сказала Роуз. Это было после того, как музыкантишка одной не самой талантливой группы, о которой никто толком и не знал, зимой умудрился свалиться с Темзу и утонуть в ней. На следующий день все заголовки кричали и его небывалом таланте и огромной утрате мира музыки. "Пойми, детка", – со вздохом сказала тогда Роуз, повидавшая очень многое на своём веку, – "чтобы стать по настоящему легендой, обязательно придётся умереть. Причём, как можно более драматично. Людям нужно представления, нужна чёртова древнегреческая трагедия. Только тогда они завопят о филисофии и значимости твоей музыки". Джим Моррисон, Джимми Хендрикс – все они умерли. И мир кричал о них. А пока вы живы, вы не недостижимый памятник. Вы человек. И ваша жизнь интереснее для всех, чем ваша музыка. Чарли помахал мне рукой, показывая, что они успешно достигли цели. – Что ж, мне пора. Чао, ребятки! – насмешливло выдала я, резко бросаясь в сторону отеля, не позволяя журналистам больше меня задерживать. Когда я оказалась в прохладном просторном холле, у меня возникло ощущение небывалого облегчения. Натаниэль подошёл ко мне, кладя руку на плечо и смотря как-то уважительно. – Ты молодец, – заявил он. – Крис сделал очень правильный выбор. Я не была группиз. Я не была одной из этих прелестных, пустоголовых абсолютно бесполезных подстилок. Я была отсюда, из этого мира, знала его и знала, что в нём делать. Я была нужна Крису. *** Как ни странно, выступление прошло гладко. Крис действительно полностью пришёл в нормальное состояние. Он скакал по сцене энергично, как всегда, а голос его не выдал ни одной фальшивой ноты. И я испытала необыкновенную радость, когда поняла, что Дерек был прав. Ничего страшного не происходит. Людей пришло больше, чем ожидалось. Больше тысячи. Благо, улицам всех могла вместить. Конечно, на фестивале выступали не только Fiery Phoenix. Но, надо сказать, половина пришла сюда ради них. Это был успех. Теперь уже тур в США точно обещал стать триумфом. После была традиционно объявлена after-party. Собственно, её группа решила устроить прямо в отеле, как это обычно все и дедали. Чарли сказал мне, что зовут только самых близких. Да и не так уж у них много друзей в Манчестере, они ездили сюда всего два раза. Что ж, пожалуй, человек тридцать, набившихся, хоть и в люкс, но всё де не резиновый номер, – это, действительно, всего ничего. – Итак, – объявил Крис, взбираясь на стол и откупоривая бутылку шампанского, отправляя пробку в потолок и обливая близко стоящих пеной, – выпьем за наш нынешний и будущий сокрушительный успех. В тот же миг со стороны послышался грохот и звон. Это уже умудрившийся каким-то образом набраться Чарли впилился в батарею стеклянных бутылок с газировкой. – Что ж, ничего безалкогольного у нас больше нет, – хмыкнула я. Билл, уже пожалевший, что вообще пришёл, направился проверить, не порезало ли не стоящего на ногах друга осколками. С Чарли всё оказалось в порядке, но всё же минут через десять Билл скрылся с ним за дверью, уводя его в свой отдельный номер, чтобы неимоверно скучно проспать там до утра, как он любил делать. Бедняга Чарли, попался и всё! Кто-то включил пластинку. К нам уже приходили другие постояльцы, жалуясь на шум, ведь уже наступила ночь, после приходил и администратор отеля. Но Крис всунул ему пачку купюр и тот сразу же пожелал нам приятного отдыха и удалился. – В следующий раз мы снимем весь этаж, – заявил Крис. – Лучше купи отель, – рассмеялась я, отхлебывая виски и направляясь танцевать. *** – Нароооод! – завопила я. – Сейчас будут лучшие в вашей жизни коктейли! Вокруг меня уже собралась толпа заинтересованных. Я же стояла перед столом, на который составили весь оставшийся алкоголь. Недолго думая, я расставила ряд стаканов и начала мешать в них всё, что под руку попадалось. Нам было дейсивительно весело. Мы ни о чём не думали, отдаваясь безумию, вечной молодости, разнося все возможные устои. Кто-то запустил туфлёй через всю комнату и, пролетая под потолком, она задела люстру. Удар, видимо, пришёлся на лампочки, выводя их из строя. Свет погас. Я громко рассмеялась. Что ж, так даже круче. Наступая на чужие руки и ноги я начала в абсолютной темноте пробираться к окну, на котором, кажется, стоял светильник. Подняв жалюзи, я пустила в комнату кое-какой свет вечерних улиц. А также включила тускло сияющий светильник. Было по прежнему темно, но всё же что то видно. Прекрасно, на мой взгляд. – Продолжаем веселье! – заорал Крис, раздирая подушку, заставляя перья разлететься по сторонам. Музыка стала громче и мы бросились танцевать под всеобщие бешеные визги, крики и бесконечный хохот. Благо, усилители здесь были что надо. *** – Вот. Это самое крутое, что я слышал за всю свою жизнь, – неизвестный парень всунул мне в руки пластинку. Led Zeppelin IV. Ах, классика... С них начинался мой путь в Лондоне. Такие странные и самобытные. Вот она, настоящая музыка. Они были как будто не от этого мира. Их знали все, но, на самом деле, не понимал никто. Я сменила пластинку, слыша первые звуки и, кажется, сразу погружаясь в них. There's a lady who's sure all that glitters is gold, and she's buying a stairway to heaven When she gets there she knows, if the stores are all closed, with a word she can get what she came for.* Я двинулась мимо начавших медленно покачиваться людей, которые как бы всё ещё пытались танцевать, переступая через тех, кто уже вне сознания распластался на полу. Под нос подпевала знакомый текст песни. Мой путь лежал к ванной. Я хотела умыться холодной водой, чтобы избавиться от выходящего изнутри жара. Мои пальцы легли на ручку. Я толкнула дверь, заходя внутрь. В ванной над зеркалом горела единственная лампочка. Поначалу я не заметила, что здесь кто-то есть. Лишь взглянув в зеркало, я вдруг в отражении заметила движение в ванне, резко оборачиваясь туда. На мраморном бортике ровно сидел Дерек, пустым взглядом смотря сквозь меня. Когда я устремила на них взгляд, он криво улыбнулся. В самой ванне, закинув ноги в грубых ботинках на бортик, сидел Крис, увлечённо перетягивая руку чуть выше локтя ремнём. – Приветик, дорогая, – подмигнул он мне, беря конец ремня в зубы, другой рукой потянувшись за лежащим на бортике шприцом и опуская его конец в железную ложку, подогреваемую горящей спичкой, которую безучастно держал Дерек. And it's whispered that soon, if we all call the tune, then the piper will lead us to reason. And a new day will dawn for those who stand long, and the forest will echo the laughter.** Звуки музыки раздавались из-за не до конца закрытой двери ванной. Я завороженно глядела, как шприц наполняется жидкостью, а потом игла медленно вонзается в кожу Криса. Вытащив его и бросив куда-то на кафель, он откинулся головой назад, прикрывая глаза. На его лице я увидела блаженство, какого никогда ни у кого не видела. Будто бы нечто неведомое всем нам откоылось его сознанию. Когда ресницы дрогнули и глаза его распахнулись, я замерла, не в силах сдвинуться из-за этого взгляда. В глубине его расширяющихся зрачков разрасталась вселенная. Я сделала несколько шагов по направлению к нему, протянивая руку и касаясь его пальцев. – Зачем ты это делаешь? – тихо спросила я. Он улыбнулся. В его улыбке был свет. – Нам хорошо, – отозвался Дерек, не меняющий своего положения. – Это высшее и самое необыкновенное, что может быть, – прошептал Крис. Я меделенно перевела взгляд на шприц, лежащий у моих ног. И потянулась за ним, осторожно беря в руки, будто бы это было нечто не от мира сего. Несколько секунд я смотрела на иглу со следами их крови. Потом вновь в упор глянула на Криса. И протянула вперёд руку, чтобы он также затянул её ремнём. – Я тоже хочу попробовать. If there's a bustle in your hedge row don't be alarmed now, it's just a spring clean for the may queen. Yes, there are two paths you can go by by, but in the long run, there's still time to change the road you're on.*** Я знала, что это другой путь. Что этого не было со мной раньше. Что, возможно, после этоготя не буду прежней. Но я хотела не просто коснуться другого мира, как зачастую повторял Эрик, а полностью нырнуть в него головой, прочувствовать каждой клеточкой тела. Мне показалось, что по венам моим струится расплавленная энергия солнца, увлекая меня в далёкую бесконечность. Я опустилась на дно ванной рядом с Крисом, переплетая наши руки. Его горячие пальцы – последнее, что я чувствовала из этого мира, улетая в какой-то иной и неизведанный. Перед глазами струилось золото, воздух наполнялся запахами, цветами и звуками. – Я покажу тебе этот прекрасный мир, девочка моя, – прошептал Крис мне на ухо. Я никогда не ощущала его дыхание так. Будто он сливается со мной в единое целое, а после мы сливаемся со вселенной. Я посмотрела на него, чтобы вновь увидеть её в его глазах. И буквально утонула в бездонной черноте. Your head is humming and it won't go, in case you don't know. The piper's calling you to join him Dear lady, can you hear the wind blow, and did you know your stairway lies on the whispering wind?**** Он за руку вывел меня из ванной. Не знаю, вышли мы на самом деле или так и остались лежать там в бессознательном бреду, а по комнате шли лишь наши парящие в пространстве сознания. Люди вокруг казались бестелесными призраками. Я не слышала смутного гула их голосов, зато крайне отчётливо всеми фибрами души проникала в звуки перебираемых струн. Точнее, того, что позволяла услышать вращающаяся пластинка. Я дышала полной грудью, так, как никогда раньше. Моего тела больше не было, оно не придавливало к земле, не мешало свободно рассекать время и пространство. Мы оказались возле окна, которое я резко распахнула, позволяя прохладному ночному воздуху коснуться моего лица. Он пах огромной планетой и целым необъятным космосом. Лёгкий ветерок дул с тех далёких земель, где я никогда не была. Но теперь я одновременно могла быть и везде, и нигде. Я чувствовала воды океана на берегах Новой Зеландии, а ещё вакуум чёрной дыры где-то за этим небом с россыпью перемигивающихся звёзд. And as we wind on down the road, our shadows taller than our souls, there walks a lady we all know who shines white light and wants to show how everything still turns to gold.***** От переизбытка эмоций я кричала. Но с губ моих не срывалось ни звука. Кричала выпущенная на волю безумная душа, всю жизнь преьывывшая в рамках и оковах. Я переступила за границу. До этого момента мне неизвестно было, что такое быть всеобъятной душой, что такое дышать на самом деле. Быть может, всё это иллюзия. Но я чувствовала её куда больше, чем всё, что будто бы было реально. Быть может, напротив, это всё правда? А прочее – бесконечные прятки в личине слабого человека, ограниченного создания. Человек конечен, душа безгранична. And if you listen very hard, the tune will come to you at last, when all are one and one is all, to be a rock and not a roll. And she's buying a stairway to heaven.****** --------------------------------- *Девушка, которая уверена, все, что блестит это золото И она покупает лестницу в небо. И когда она туда попадает, она знает, если все магазины закрыты одного слова достаточно чтобы получить, зачем пришла. **И шепчется что, если бы мы знали, какой мелодией, Трубач выведет нас к смыслу. И новый день начнется Для тех, кто этого дождется, И лес откликнется смехом. ***Если в твоем саду начнется суматоха, не пугайся. Это всего лишь весенняя уборка майской королевы. Да, нам даны две дороги, Но на долгом пути всегда есть время, чтобы поменять свою дорогу. ****Твоя голова гудит, и это не пройдет, если ты не знаешь. Что трубач зовет тебя присоединиться. Дорогая, слышишь ли ты веяние ветра, и знаешь ли ты, что твоя лестница лежит на шепчущем ветру? *****И когда нас сдует ветром вниз на дорогу, Наши тени станут больше чем наши души, Там гуляет девушка, которую мы все знаем, Которая сияет белым светом и хочет показать Как все по-прежнему превращается в золото. ******И если ты слушал очень внимательно, Тогда до тебя наконец-то дойдет эта гармония, Когда все едино в одном и один во всем, Чтобы быть (стоящим) камнем, а не катится. И она покупает лестницу в небо. (Led Zeppelin "Stairway to heaven")