Таблетки любви

                                   Дом Фролова оказался довольно большим, с лёгким намёком на «хай-тек».        Спальня же была в светлых тонах, с небольшими элементами синего, а так же буквально кричала о минимализме.        Лера кутается в тёплое серое одеяло, натягивая ткань до подбородка, чуть ли не ныряя в него с головой. Слегка жмурит глаза от падающего на лицо света, недовольно мыча и переворачиваясь на другой бок.        Расплывчатым взглядом подмечает, что Андрея уже нет в кровати, отчего слегка хмурится, но довольно быстро обретает прежнее умиротворение, уловив звуки душа из ванной.        Было до ужаса уютно нежиться в тёплой постели, что погружала в желание и вовсе из неё не вылезать.        Только Климовой удаётся снова погрузиться в мягкую дремоту, на прикроватной тумбочке завопил телефон.        — Вашу мать! — сонно чертыхается, пытаясь убежать от назойливого звонка, прячась под подушкой.        Удерживает руками, пытаясь по максимуму заткнуть уши.        Но подушка перестаёт быть спасением, когда мелодия начала звучать третий раз подряд.        Резко вскакивает, хватая мобильный и испепеляя взглядом высвечивающееся имя звонившего.        — И кто же так яростно названивает моей девушке? — в двери ванной появляется довольно бодрый Фролов, с полотенцем на бёдрах и влажными кудряшками, с которых капают мелкие капли на плечи, стекая вниз прямо на рельефный торс, — Перчинка, мне что, начинать ревновать? — улыбаясь свойственной ему улыбкой, Андрей направляется к девушке.        — Это Диля… — хрипло отвечает красноволосая, валясь обратно на подушки, когда звонок прерывается.        — Кстати, — парень садится на край кровати, — если мне не изменяет память, вчера, после того, как мы слегка прибухнули родительского коньяка, ты решила в четыре часа утра написать Диле, о том, что ты всё знаешь, причём с хорошей долей возмущения.        — Почему-то, даже не удивлена, что я это сделала, — выдыхает, прикрывая ладонью глаза.        — Мне уже звонил Дима, просил позвать сюда его и Дилю, чтобы они поговорили.        — Он, хоть что-нибудь может без твоей помощи сделать?! Почему он сам не может её позвать куда-то? — и без того недовольная с утра пораньше Климова раздражается ещё сильнее от такого глупого и нерешительного поведения лучшего друга Андрея, что проявляет себя в таком свете уже не первый раз.        Андрей никак не отвечает на нападки Климовой в сторону Самсонова, не желая ни топить его ещё больше, ни защищать, поскольку понимает и признаёт слишком детское и неправильное поведение друга.        — Я даже не знаю, может, тогда ещё и Яну позовём?! — саркастично язвит девушка, — зачем уж мелочиться, созовём полный совет!        — Не так я планировал с тобой время провести, — слегка отдаляется в свои мысли, прикусывая нижнюю губу.        Леру всегда крайне бесила несамостоятельность людей в решении своих личных проблем. И если раньше Дима её этим забавлял, то сейчас он вызывал лишь отрицательные эмоции, отчего помогать ему совершенно не хотелось.        Раздаётся ещё один звонок, и Лера, увидев имя черноволосой подруги, вздёргивает брови, но довольно быстро нажимает на зелёную кнопку.        — Яна?        Андрей, услышав это имя, бросает любопытный взгляд на телефон и красноволосую.        — Да… да, это я. Та самая сука, которая хотела разрушить ваши жизни…        — Ты пила?        — С вами и спиться можно… Да, пила.        — Так, ладно, — Лера сжимает зубы, выдыхая, дабы не начать скандал повторно, засовывая недовольство и оскорбления поглубже, — я тебя слушаю. Если ты позвонила в одиннадцать часов утра, да ещё и в таком состоянии, значит, тебе есть, что сказать. — Как ты угадала? — саркастично проговаривает девочка-гот, — я не хотела ссориться…        — Но тем не менее, ты…        — Замолчи, дай мне сказать! Я хотела лучшего для тебя и Дили, а особи мужского пола никак не входят в моё понятие «лучшее»… Да, я попыталась всё сделать неправильно и смотрелось это так, словно я конченная эгоистка…        — Ты просто мужененавистница и эгоистка, признай это, — Лера говорит это просто и легко, как факт, который бессмысленно отрицать, пожимая плечами.        — Может и так, но ты знаешь, что у меня есть причины не доверять и недолюбливать мужской пол!        — Ян… - выдыхает, — всё это смотрелось очень по-ублюдски с твоей стороны, а не так, словно ты заботишься о нас! Будто ты не хотела нас делить, и типичными манипуляциями захотела нас отгородить от отношений!        — Не правда!        — Правда или нет… Даже когда ты говоришь мне это в таком состоянии, я не могу полностью тебе верить, прими это. Но скажу тебе то, что если ты даже и делала это из благих целей, то взгляд у тебя на это очень специфичный. Если у тебя есть какие-то детские травмы, отчего ты видишь подвох там, где его нет, не надо впутывать в это меня или кого-либо другого!        — Мне не заботиться ни о ком? — хмыкнула Яна.        — Если для тебя это значит именно это, то да, не надо.        — До встречи, Лер…        Также спонтанно, как и начав, Яна обрывает звонок.        — И что, теперь у вас мир?        — Что-то типа этого, — пожимает плечами, — знаешь, нам весело вместе, но наши характеры… если наше мнение расходится, то происходит нечто очень громкое и разрушительное.        Климова сильнее натягивает одеяло, ощущая накатившую головную боль и сухость во рту.        — Андрюш… дай воды, пожалуйста…        — Только не умирай, — пускает смешок кудрявый, подавая девушке стакан.        Лера с жадностью выпивает, ныряя под подушку и закрывая глаза, желая снова вобрать тепло постели.        — Не хочешь расслабиться? — Фролов залезает на кровать, нависая над закрытым от его глаз тельцем.        — Я и без того расслабленная…        — И всё же, — ныряет рукой под одеяло, ощупывая женское бедро и чуть пролезая под ткань трусиков.        Легкие мурашки посещают кожу от его прикосновений, но желания продолжить не посещает нутро.        — Андрей, — предупреждающе бубнит Климова, — Андрей, хватит! Не знаю, как у тебя, но у меня похмелье. У меня болит голова.        — Секс, кстати, хорошо борется с головной болью, поэтому отговорка не засчитывается, — ухмыльнувшись, пробасил в шею Фролов.        — Я не в настроении.        Сглатывает, сжимает ноги.        — У меня, к твоему счастью, есть отличной способ исправить это… - мужские пальцы нагло продолжают лезть между стройных ног.        — Не хочу, перестань! — теперь это стало принципиальным моментом.        — Ты что, мне отказываешь? — наигранно-шокировано вопрошает Фролов.        — Именно так, Андрей.        Парень закатывает глаза, но всё же перестаёт лезть под нижнее бельё, с характерным звуком валясь набок рядом с Климовой.        Андрей обнимает девушку, прижимая к своей груди сонную тушку.        Лера сдаётся, жмётся в ответ, получая необходимое тепло мужского тела, вдыхая привычный запах, ощущая накрывшее умиротворение.        Фролов лезет в телефон, желая сделать заказ, ведь никто из них явно не собирался что-либо готовить.        — Может, ты хочешь есть?        — Я хочу спать! Спать!        — Я, просто, думаю еды заказать. Точно ничего не хочешь?        — Да, точно. А теперь, дай мне поспать, будь добр.        — Перчинка, это ты такая злая, потому что не оттраханная с утра пораньше.        — Нет, просто, видимо, кто-то вчера плохо постарался, — язвит.        — Чего? Мне послышалось или ты сейчас правда быканула? — саркастично басит Фролов.        — Послышалось… - бурчит Лера, желая только одного — поспать, а то этот секс-мачо явно не даст ей этого сделать, продолжи она дерзить.        Фролов самодовольно хмыкает. Его девушка совершенно не одарена таким качеством, как сдержанность. Иногда от этого внутри начинало бурлить что-то горячее, окрыляющее. А иногда хотелось надавать по её нарывающейся заднице и придушить, чтобы заткнулась.        Андрей хочет уже оплатить заказан, но всё же возвращается к меню: « Эта скандалистка всё равно потом проголодается и начнёт пиздить у меня мою порцию…» — выдыхает, нажимая на пару блюд и завершая заказ.                                   

***

                                          Климова недовольно кривится, улавливая сквозь дремоту знакомую мелодию своего рингтона.        Не глядя на экран, отвечает на звонок.        — Алло, — хрипло говорит в трубку красноволосая.        — Лера, пойми меня правильно, я была запутана и не понимала свои мысли! Я не могла рассказать тебе то, в чём ещё сама не разобралась… - сходу начинает оправдываться Диля, заставляя Леру поморщиться ещё сильнее от такого напора и тона.        — Бля, Диль… позвони Самсонову и поговорите с ним, никого в это не впутывая, — сонно, первое попавшееся в паутину мыслей, рекомендует девушка.        — Но как? Я же… - сбито начинает подруга.        — Ти-ихо-о…- Диля послушно замолчала, пока Лера наслаждается паузой и делает пару глотков воды, — Диль, не усложняй. Если у него нет яиц приехать к тебе и поговорить, то ты сама вынуждена их отрастить. Иначе, у вас ничего никогда не получится.        — Ладно… А что делать с Яной?        — Ну… она звонила мне сегодня, чем, не буду скрывать, очень удивила.        — И как?!        — Можно сказать, что конфликт исчерпан, хоть я всё равно её никогда до конца не пойму.        — Это, однозначно, хорошо…        — Так, я, конечно, слишком заспанная для этого дерьма, но всё же скажу пару слов о Яне и тебе, — слегка жмурится, привыкая к свету и пытаясь собраться с мыслями, — сконцентрируйся на Диме, Яна никогда не сможет подарить тебе равновесие и счастье и бла-бла-бла…        — Да, я понимаю… но…        — Никаких «но», не надо усложнять.        — Ладно… я попробую, — с долей неуверенности соглашается светловолосая.        До Леры вдруг доходит умопомрачительный запах мяса и картошки, отчего рот в один момент наполнили слюни.        Климова поворачивается к парню, что с аппетитом поедал заказанный завтрак, смотря на компьютере какой-то фильм в наушниках.        Плотоядно улыбнувшись, красноволосая обхватывает пальчиками небольшой кусочек картошки, закинув себе в рот, из-за чего привлекает к себе внимание карих глаз.        — Ладно, Диль, давай, до встречи.        — Пока…        Лера, кинув телефон куда-то на кровать, с желанием уставилась на сочный бургер.        — Кто-то у нас ест в кровати? — хватает ещё одну картошку.        — А кто-то, видимо, хочет присоединиться…        — Дай откусить.        — Кто-то, буквально, час назад, яростно отказывался от еды.        — Ну, Андрюша…        — И вопил о том, что ему не нужно заказывать еду, а сейчас хочет украсть у меня мою порцию.        — Пожалуйста.        — Я хочу услышать извинения, — самодовольно басит Фролов, поставив фильм на паузу.        — Ты серьезно?        — А кто здесь шутит?        — Ладно-ладно… прости меня, пожалуйста.        — Ещё добавь «гуру секса» и «любовь всей моей жизни».        — Ты издеваешься? Тебя правда это задело?        — Давай-давай, я жду.        — Твою ж мать, Андрей… Прости меня, гуру секса и любовь всей моей жизни, пожалуйста. Доволен?        — Да. Твоя порция вон в том пакете, — кивает влево, самодовольно ухмыляясь.        — Сукин сын… ты мне всё заказал, — щипает парня за плечо.        — Хорошие у тебя синонимы к слову «спасибо».        — Спасибо…        Лезет через Фролова, дотягиваясь до пакета с его стороны, не обращая внимание на пару прилетевших шлепков по мягкому месту.        Возвращается в исходное положение, нетерпеливо вынимая еду из коробок.        — Как же вкусно пахнет… — с голодом кусает еле помещающийся во рту бургер, — давай, включай фильм, — устраиваясь поудобнее, красноволосая направляет взгляд в сторону экрана, — про что?        — Фантастика какая-то… конец света, все дела, — пускает смешок.        В эту секунду раздаётся до жути громкий гром, буквально, сотрясая все и вся. Лера подскакивает от неожиданности, подавившись откушенным куском. Слышит смех Андрея, попутно похлопывающего её по спине.        — Спокойно, Перчинка, это просто Зевс так же негодует, что ты мне утром не дала, — смеётся Фролов под испепеляющим взглядом девушки.        — Именно так, Андрей. Весь мир крутится вокруг твоих недовольств и желания меня трахнуть, — саркастично цедит Лера, кусая сочный бургер.        — А что, нет? — наигранно спрашивает брюнет.        — Теперь на физике и биологии буду отвечать так и, если на меня вылупят глаза, скажу, чтобы допрашивали тебя.        — Какие мы дерзкие, — хохотнул Фролов, — приятного аппетита. Не подавись от мыслей о своём гениальном плане.        Лера закатывает глаза, но ничего не отвечает, пытаясь погрузиться в поедание вкусной еды и просмотр фильма.        Закончив трапезу, Климова устраивается на твёрдой груди, закинув ножку на мужские бёдра. Прислушивается к ровному глубокому дыханию, прикрывает глаза. Рисует на его футболке незамысловатые узоры тонкими пальцами, потихоньку спускаясь всё ниже.        — И куда же держат путь твои пальчики? — с лёгкой хрипотцой басит Андрей.        — Сам догадаться никак не можешь? — приподнимается, нависая над парнем.        — Учитывая то, как ты отшила меня утром — нет.        — Ой, какие мы ранимые… небось, травма теперь, — приближается к пухлым губам, прикусывая свою.        — Ага. Я требую компенсации, Перчинка.        — Что ж, тогда я могу предоставить её вам в тройном размере…        — Подожди. Ты сейчас на тройничок намекнула?        Лера будто не сразу понимает, что сказал Фролов. Впадает в лёгкий ступор, немного отстранившись.        — Чего, блять?        Андрей смеётся, но не даёт отстраниться девушке полностью, удерживая за бёдра.        — Не беси меня!        — Перчинка, я пошутил, спокойно.        — Я сейчас скажу, что дам тебе по яйцам, но шутить не буду!        — Ччшш…        Фролов с лёгким усилием валит её на спину, нависая сверху, меняя их местами.        — Не шикай мне!        — Ладно, попробую по-другому…        Андрей накрывает манящие губки, затыкая личную бестию поцелуем.