Вася ищет друзей

      Аинз был недоволен. Он сбежал из Назарика и отправился в И-Рантель в качестве странника, чтобы избавиться от утомительной роли безупречного правителя, но его игра в авантюриста слишком быстро сделала его известным. Теперь и авантюристу Момону из команды адамантового ранга «Тьма» нигде не давали прохода. Его буквально заваливали предложениями посетить всякие светские мероприятия, где обязательно присутствовали банкет и танцы. Принимать пищу, он не мог в принципе. Для этого, как минимум, пришлось бы снять шлем, предварительно спрятав череп под иллюзией живой головы. Опущенная в иллюзорный рот еда, просто провалилась бы вглубь доспехов, создав неудобства. Пару раз он выкрутился, подсунув вместо себя Актера Пандоры. Но его двойник только добавил проблем. Мало того, что он имитировал неотразимую внешность Тач Ми, везде расхаживая без шлема, так он еще и перетанцевал со всеми барышнями на приеме, проявил знания в кулинарии, ел всё, что ему предлагали, и умудрился по состязаться в остроумии с местными аристократами. От такого харизматичного Момона остались без ума абсолютно все. Рядом с ним Аинз выглядел деревенским чурбаном, способным связать полтора слова в минуту. Скелет точно не знал, кто из приславших ему новые приглашения, уже познакомились с «улучшенной» версией Момона и решил больше не рисковать, отказав всем и сразу, сославшись на серьезную занятость. А вот эту самую занятость взять было неоткуда. Желая поскорее заработать денег и высший ранг, Аинз переделал все доступные задания в гильдии И-Рантела. Даже самые безнадежные и залежавшиеся. Пока он был медного и железного ранга, работы было много, но став золотым, а потом и мифрилловым, Аинз стал ощущать острую нехватку доступных заданий. В итоге он брался за низкоранговые, вызывая недовольство и недоумение среди лишавшихся работы авантюристов. Ситуация стала и вовсе критической, когда он получил адамантовый ранг. Заданий его уровня просто не было. А если они иногда и возникали, то он не мог растягивать их исполнение надолго. Это не соответствовало его репутации авантюриста, щелкающего сложнейшие задания, как белка орехи. Достигнув адамантового ранга, он мог почивать на лаврах, но безделье не позволяло избегать светских приемов и вызывало много вопросов у неугомонных слуг. Особенно у Набе. В итоге, Аинз сбежал. Опять. В этот раз в И-Либеру. Почему не в столицу? Там о нем уже хорошо знали. Хотелось избавиться от назойливой толпы поклонников и необходимости везде и всюду играть роль благородного героя, слегка подпорченную Актером Пандоры. Так как он не мог позволить себе мгновенно оказаться в другом городе, используя портал. По легенде он был воином, а его напарница Набе, заклинателем всего третьего ранга, то Аинзу пришлось отыгрывать роль до конца. «Тьма» арендовала повозку и, выехав из западных ворот И-Рантеля, отправилась по дороге, ведущей в столицу. Движение по этому направлению оказалось довольно плотным. Многие, завидев известного авантюриста или его спутницу, останавливались, желая поприветствовать или просто потрепаться, поэтому на первой же ночной стоянке, он вернулся в Назарик, но тайно. Скрыться в Назарике не удалось. Его покои постоянно убирали горничные. Быстро обнаружив владыку, они растрезвонили о его возвращении, и на Аинза опять накинулись слуги. Как ни странно, но именно в Назарике он чувствовал себя хуже всего. Скелет ходил, словно по минному полю, контролируя каждое слово и жест. Он считал лучшим своим решением, решение передать рутину в руки бывших НИПов. Но иногда, они всё равно вынуждали его погрузиться в рутину, требуя его внимания и поощрения. Альбедо просила просмотреть бесконечную стопку отчетов по экономике гробницы. Демиург просил дать оценку его плану по захвату мира, состоящему из шестьсот шестидесяти шести томов. Не выдержав в роли правителя и двух дней, Аинз опять сбежал, отыгрывать роль авантюриста. За два дня Наберал Гамма преодолела на повозке путь до развилки на И-Тобель. На этом участке дороги трафик был значительно ниже. Свернув с дороги, боевая горничная сделала остановку в безлюдном месте и активировала свиток портала. Появившийся из портала Аинз, тут же облачился в доспехи Момона и принял на себя управление повозкой. Как приятно было просто ехать, куда глаза глядят и ни о чем не думать. Но совсем не думать скелет не мог. Мысли сами переключались, на фактически единственную, все ещё интересовавшую его тему, а именно — коллекционирование. Неважно чего, редких видов животных, предметов или безделушек. От уникальности предмета зависела и его ценность. Аинз хотел найти в новом мире что-то самобытное, редкое, достойное внимания коллекционера и с этим были большие проблемы. Изучая товары в лавках и оружейных И-Рантеля, а также используемое сильнейшими авантюристами снаряжение, Аниз был крайне разочарован. Большая часть доспехов и оружия на авантюристах была просто отвратительного качества. Безвкусные поделки из кусков грубо обработанной кожи стянутые ремешками или кое-как убожества, вместо латных доспехов. Что-то, считавшееся в Иггдрасиле полнейшим дном, к примеру, вещи простого класса, в этом мире относились к лучшему снаряжению. Вещи «улучшенного» класса встречались здесь крайне редко. Даже самые успешные авантюристы мифриллового ранга не всегда могли себе их позволить. Вещи хорошего и отличного класса уже считались достоянием нации. А реликтового — даром богов! «Пять сокровищ королевства», хранившиеся в столичной сокровищнице Королевства Ре-Эстиз, судя по описанию, были всего лишь предметами отличного класса. У Аинза низкоуровневые скелеты-гвардейцы, пасущиеся возле входа в гробницу, могли похвастаться таким снаряжением. Подобная ситуация присутствовала во всех сферах и оставляла страсть Аинза к коллекционированию неудовлетворенной. Все самое лучшее, уже лежало в его сокровищнице, и это делало перспективу дальнейшего пребывания в этом мире, ужасно скучной. Новый мир попросту не мог его заинтересовать. Оставалась надежда на встречу с другими игроками. Кроме них, тут не с кем было соперничать. Подчинять себе слабаков, как того хотел Демиург, было неинтересно. Не зная чем себя занять, ведь тело скелета лишило его всех человеческих радостей, Аинз ставил себе странные или, если сказать более корректно, нестандартные цели. Короче — страдал херней. Будучи заклинателем, Аинз исполнял роль авантюриста-воина, не способного без свитков использовать магию. А Наберал Гамма следила, чтобы он играл честно, сама не догадываясь об этом. Скелет дал ей роль судьи, запретив вмешиваться. Она прекрасно справлялась с поставленной задачей, всё время поддерживая его манию величия и осыпая словами восхищения и признанием его исключительности. Будь у него тело человека, он бы перестал выпендриваться и просто вдул ей по самые гланды, но было нечем. Ограниченность, неспособность к творческому, созидательному мышлению и полное нежелание разбираться в реалиях мира, привела Аинза в И-Либеру. Обладая адамантовым рангом, он мог взять с доски любое задание, не беспокоясь, что ему откажут. Изучать местные каракули скелету было лень, поэтому он просто сорвал первый попавшийся под руку листок и попросил администратора разъяснить суть задания. Оно оказалось таким же скучным, как и сотни заданий до него: найти и уничтожить логово гоблинов в лесу Тоб. Награда тоже была смехотворной. Аинз уже собирался вернуть его на доску, но передумал. Вскоре он пожалел об этом. По просьбе гильдии, к его команде должна была присоединиться другая команда, которая хотела забрать из логова останки павших товарищей. Они вызвались помогать бесплатно и добровольно. Ответственность за их жизни, в случае опасности, исполнитель задания не нес. Они присоединялись на свой страх и риск. Аинз не хотел испытывать неудобств, опять изображая перед кем-то добрячка, и разъясняя, почему он не ест и не спит ночью, но наличие зрителей о судьбе которых не нужно переживать, делало текущее задание забавным. «Вот будет интересно посмотреть на их лица, когда оказавшись в окружении своры гоблинов, эти авантюристы будут все свои надежды возлагать на меня, а я просто телепортируюсь в кусты, чтобы понаблюдать за битвой со стороны», — подумал скелет. Аинз мысленно посмеялся над возникшей перед мысленным взором картиной. Раз это никак не скажется на его репутации, можно было устроить несколько забавных ситуаций с этими авантюристами. К примеру, если и оказывать им помощь, то только расстреливая врагов камнями, используя меч, как биту. Эдакий бейсбол. Японский клерк, Сатору Сузуки, очутившийся внутри могущественного, но постепенно теряющего человечность существа, все ещё любил бейсбол. Предвкушая небольшое развлечение, утром следующего дня, Аинз неспешно выехал из ворот И-Либеры. Повозка с двумя девушками на месте кучера, последовала за ним. *** За пару часов Вася разучил десять букв и почти научился их писать. Требовалось время на практику. Лакюс сама вызвалась научить его письму и чтению, решив уделить парню всё свободное время. После ночи в кузнице гнома, девушка изменилась до неузнаваемости. Никакого напускного высокомерия, понтов и самолюбования. В каком-то смысле, пережитый кошмар, пошёл ей на пользу. Она стала намного больше ценить простые человеческие ценности и человека, спасшего ей жизнь. Лакюс обнаружила, что ей доставляет огромное удовольствие обучать и просто общаться с этим необычным парнем. Васе было интересно все: история возникновения королевства, легенды о богах и демонах, политическая ситуация в мире и то, что девушке нравится кушать на десерт. Он словно губка впитывал любую доступную информацию, при этом делая девушке комплименты, и осыпая словами благодарности за потраченное на него время. Наблюдая за положительным влиянием на самочувствие их лидера, к общению с Васей подключились и другие члены команды «Синяя роза». Ивилай, по просьбе парня, взялась объяснить ему теорию магии. Она видела эту тему несколько шире Лиль, но во многом их объяснения совпали. Заклинатели разных школ использовали одни и те же принципы: найди и преумножь в себе магическую энергию и научись управлять ею до автоматизма. Причем, было абсолютно неважно, какое слово активатор используется при оформлении маны в конечное заклинание. Принцип передачи энергии был единым. Это наблюдение натолкнуло Васю на мысль, что реальным ограничителем в использовании магии в этом мире было не наличие или отсутствие предрасположенности к какой-то школе, а запас личной магической силы. Местные маги не могли использовать высокоуровневые заклинания просто потому, что не имели достаточного запаса маны. Этим объяснялось, почему Ивилай превосходила их всех, используя заклинания четвертого и даже пятого уровня. Заклинательница была не простым человеком, а застывшим между жизнью и смертью созданием. Для Васи было настоящим шоком узнать, что она живет уже больше двух сотен лет. Хотя она не пила кровь и имела вполне живое тело, но по признанию самой коротышки, прошла ритуал посвящения в тайны некромантии и стала вампирской принцессой, но сознательно отказалась от темных даров, предпочитая совершенствоваться не в создании нежити, а стихийной магии. В свою очередь коротышка засыпала Васю вопросами о том, как он обрел столь огромную магическую силу. Попытки парня объяснить, что это наследие игровой виртуальной реальности, а сам он обычный человек, не смогло уложиться в сознании девушки. Она требовала более подробных объяснений, которых парень дать не мог. В итоге, Вася решил проверить свою теорию и научил коротышку паре заклинаний из школы сотворения. Сначала они вместе создали воду, а потом огонь. Пользу этих заклинаний парень оценил во время своего первого похода. Расход манны был относительно небольшим, зато отпадала необходимость брать из города запас воды и мучиться с высеканием искры при разведении костра. Ивилай была очень довольна и надеялась получить от Васи и другие уникальные знания. Оказалось, заклинания школы сотворения были неизвестны в Королевстве. Парень не знал, с чем это связано, но, возможно, передавшие свои магические «знания» Боги-игроки, посчитали заклинания этой школы потенциально опасными. Или их распространение ограничили правители Теократии Слейн. По сути, все существовавшие на этот момент в мире человеческие страны, были зарождены ею. Со слов Лакюс, Теократия являлась сильнейшей, первой и единственной страной, созданной Шестью Богами. Имея огромное влияние на соседей, она соблюдала формальный нейтралитет. Немного подумав, Вася вынужден был признать, что магия сотворения была откровенно читерской. Если создание воды и огня еще можно было считать безобидными, то материализация из ничего всевозможных предметов, оружия и снаряжения было чревато нарушением игрового баланса. И то, что заклинание создания предметов имело огромный, на базовом уровне вплоть до суток откат и требовало существенного расхода маны, не спасало положения. Магия создания была альтернативой крафту из ресурсов, но не на продажу, а для себя. Предметы, созданные этой магией, не могли быть проданы игрокам и НИП. Вася еще не проверял, но был почти уверен, что это ограничение теперь не работало. Магия сотворения была почти бесполезна в начале игры, поэтому ей, как и другим магическим классам, парень уделил лишь поверхностное внимание, поэтому теперь не мог создать ничего действительно стоящего. Базовый уровень позволял ему раз в день создавать случайный предмет простого уровня. Когда в присутствии Ивилай, Вася случайно создал магическое кольцо, усиливающее заклинания стихии земли, девушка просто повисла на нем, желая заполучить его себе. Цена в двести золотых вогнала девушку в ступор. Она яростно торговалась и мольбами и уговорами сбила цену до ста монет. Отдав сразу лишь сорок, она трясущимися руками приняла от Васи вожделенный предмет и торжественно пообещала вернуть оставшуюся часть суммы по прибытии в столицу. Взаимодействие с Гагаран ограничилось несколькими десятками тренировочных боев. Со всеми видами оружия кроме посоха парень выглядел, как корова на льду. Посчитав, что это его личная предрасположенность, воительница подвела итог: «Посох это отлично, совершенствуйся, но я тебе в этом не помогу». Посмотрев, как Вася стреляет из лука, Тия просто махнула рукой, вышла из тира и отправилась спать. День прошел насыщенно. Авантюристы занимались своими делами, планировали атаку на местную базу «Восьми пальцев», а после окончания миссии готовились к возвращению в столицу. Тина с утра следила за «Белым щитом», но после обеда резко вернулась в гостиницу, сообщив, что слежка за командой все ещё не обнаружена, но дальнейшее наблюдение проблематично потому, что Яра собирается за город. Нашлась команда, взявшаяся за устранения гоблинов и ни какая-нибудь, а адамантовая. Настало время воссоединиться со своей командой, но желая провести с Лакюс еще немного времени, Вася решил, устроить девушкам небольшой сюрприз, присоединившись к ним по пути. Зачем полдня трястись в повозке, если он может сразу телепортироваться в место прошлой ночной стоянки. А раз поездка планировалась на завтрашний день, он мог выучить еще десяток букв и сделать еще множество других полезных дел. Закончив к вечеру изучение алфавита, Вася хотел передать Лакюс обещанные тушки кваготов, но девушка сказала, что если это возможно, то лучше всего их выгрузить прямо в кожевенной мастерской и уже в столице. Она предположила, что они уже сильно пованивают, но при проверке выяснилось, что процесс разложения в инвентаре остановился. Трофеи все еще были свежеубитыми. Отложив вопрос передачи вознаграждения на будущее, Лакюс попросила Васю быть осторожным с гоблинами. Команда «Тьма» состояла всего из двух человек. Воина и заклинателя. В случае с полулюдьми этого было явно недостаточно. Не было разведчика, способного незаметно подкрасться к зеленокожим и, при необходимости, деактивировать их ловушки. Не было в их команде жреца, чтобы лечить, пока авантюристы приняли антидоты. В этом мире нельзя было выпить несколько зелий одно за другим. Между зельями лечения с одинаковым эффектом необходимо было соблюсти промежуток минимум в десять минут, чтобы следующее начало действовать. Если зелья имели разное действие, то промежуток увеличивался с десяти минут до получаса. Ядов тоже существовало огромное множество. Отравляющие, парализующие, вызывающие слабость или галлюцинации. Некоторые вызывали приступ бешенства, заставляя атаковать товарищей. Антидот, принятый заранее, позволял игнорировать любой эффект, но имел кратковременное действие и получасовой откат. А вот для снятия наложенного эффекта уже после завершения действия антидота, требовались другие и совершенно разные противоядия. Вася владел в игре продвинутой версией заклинания «Исцеление», называвшееся «Истинное исцеление». Оно не только лечило, но и снимало все виды отравлений. Он не имел возможности заранее проверить, но надеялся, что заклинание сохранило тот же эффект и здесь. На всякий случай он сходил с Лакюс в лавку Магической академии и купил общие и уникальные антидоты. Цена в золотой за бутылочку казалась слишком большой в сравнении с ценами на другие товары, но если это позволит сохранить жизнь его товарищам, скупиться не имело смысла. Ночь перед новым путешествием выдалась необычной. Вася лег в постель, размышляя о том, как распорядиться своим потенциалом. Было интересно, что за предмет ему удаться создать завтра. Было жалко уже упущенного в этом плане времени. Также хотелось обезопасить себя и друзей от возможных атак других игроков. Члены «Синей розы» при более близком взаимодействии оказалась довольно разумными и надежными партнерами. Даже Гагаран перестала казаться безумной гориллой. Думая об этом, он услышал звук поворачивающегося в замке ключа. Насторожился, но сразу расслабился. На пороге комнаты появилась Лакюс. Она несла в руках подсвечник, пару бокалов и бутылку вина. Распив за легкой беседой сосуд на двоих, парочка присела на кровать и тут девушка проявила смелость. Она сама прижалась к парню, и жарко дыша в ухо, коснулась губами его шеи. По спине Васи пробежали мурашки. — У тебя такая приятная кожа, — прошептала девушка на ухо и еще раз поцеловала парня. Получив такое откровенное приглашение, и осмелев от выпитого, Вася обнял девушку и ответил на поцелуй в шею, поцелуем в щеку. Парочка обменялась несколькими касаниями губ, и парень опустил руку к талии и, скользнув по ягодице, запустил руку под ткань туники. Скользнув по бедру, он коснулся ладонью холмика девушки, отчего она, повинуясь желаниям тела, подалась навстречу. Повалившись на кровать, парочка продолжила обшаривать друг друга руками, и вскоре парень был достаточно тверд, чтобы проникнуть внутрь. Попытка Васи погрузить член во влагалище Лакюс, вызвала её сопротивление. — Я боюсь боли, — упираясь руками в грудь парня, призналась девушка. Отстранившись, Вася вдохнул, молча пожал плечами и прилег рядом. Лакюс почувствовала, что он разочарован и с извиняющимся видом прижалась к его груди щекой. Она чувствовала его тепло и быстро-быстро бьющееся сердце. Поцеловав кожу груди, она скользнула губами вниз. Осыпала быстрыми поцелуями кожу живота и, немного поколебавшись, коснулась ими пульсирующего стрежня. Девушка не особо поняла, что произошло. Когда она касалась губами плоти парня, его сильная рука настойчиво надавила на затылок, вынуждая погрузить головку в рот. Лакюс смущенно наблюдала за тем, как стержень парня поступательными движениями проникал все глубже в её рот и совсем скоро выплеснулся вязкой, горячей жидкостью. Вася затрясся, издав стон наслаждения, и отпустил голову девушки. Освободившись из крепких рук, Лакюс выплюнула на пол сгустки семени, вытерла краем покрывала губы и слегка расстроенная прилегла рядом. Она не знала, как реагировать на произошедшее. По сути, парень использовал её рот вместо влагалища. Значило ли это, что теперь он удовлетворен? Вася решил, что будет уместно ответить на оральные ласки взаимностью, но имел о них весьма общее представление. Где-то там у девушки должен был находиться подобный чувствительный орган меньших размеров, который тоже нужно было пососать. Поцеловав грудь девушки, он плавно спустился вниз и попытался пробраться губами к клитору, но встретил смущенное сопротивление. — Что вы делаете, господин Вася? — покраснев, спросила Лакюс, прикрываясь руками. — То же, что и ты недавно. Кстати, мне было очень приятно. — Правда? — Правда. И если ты позволишь, я постараюсь отплатить тебе тем же. Девушка очень стеснялась, но в какой-то момент, неумелые ласки парня стали приносить всё возрастающее удовольствие. Постепенно наслаждение взяло верх. Теперь уже она удерживала затылок парня и направляла его в правильном направлении, если он начинал заниматься ерундой. Лакюс так увлеклась, что продержала парня между ног больше часа. В конце её накрыло что-то неимоверное. Девушка затряслась всем телом и отпустила голову парня. Выбравшись из замка, закинутых на спину ног, старавшийся изо всех сил парень, спросил: «Ну как?» Ответом ему было несвязное мычание, исходившее от вцепившейся в изголовье кровати, девушки. *** Вторая попытка Яры добраться до логова гоблинов, сильно отличалась от прошлого путешествия. Авантюристы команды «Тьма» никуда не торопились и отправились в путь только в девять часов. Их повозка двигались намного медленней даже доверху груженого торгового каравана. Путь, который можно было преодолеть за полдня, они проделали за целый. Прошлой ночной стоянки неторопливые авантюристы достигли всего за два часа до темноты. Это было неплохое место, удобное и хорошо просматриваемое, а также расположенное достаточно далеко от леса, но они не стали останавливаться. Выспавшаяся за день Яра, сменила подругу на месте возничего и уже начала волноваться. Разбивать лагерь и искать дрова для костра в полной темноте будет неудобно. Она поравнялась с идущей впереди повозкой, чтобы озвучить предложение о разбивке лагеря, на что та получила просто возмутительный ответ. — Я буду действовать в удобном для меня ритме, — заявил воин. — Господин Момон не нуждается в подсказках бестолковых насекомых, — добавила его спутница. «Они такие же заносчивые, как «Синяя роза». Если не хуже», — подумала девушка, сбавляя скорость и опять пристраиваясь в хвосте. — Да они издеваются! — возмутилась Лиль, — почему они не съезжают с дороги? Скоро стемнеет. На дорогу уже опустилась ночь, а идущая впереди команда, продолжала путь. Наконец, достигнув первой развилки, она свернула с дороги, но к изумлению девушек не остановилась. Игнорируя здравый смысл, «Тьма» стала приближаться к кромке леса, а достигнув её, нырнула в непроглядную темноту.  — Стой, — воскликнула Лиль, когда до леса осталось сорок метров, — это безумие, возвращаемся на развилку! Яра прекрасно понимала, о чем говорила её спутница. Гоблины, как и большинство хищников, охотились ночью, а спали днем. Идеальным временем для атаки логова, был полдень. Чтобы уничтожить многочисленные ловушки вокруг гнезда, их нужно было сначала разглядеть. Отправляться в лес ночью могут лишь те, кто без проблем видит в полной темноте. Люди к ним не относились. Вернувшись к развилке, Яра остановила лошадь, всматриваясь в горизонт. Девушки опять оказались в опасном положении. Им двоим, не хватит сил, чтобы отбить атаку даже небольшой группы гоблинов, как и сбежать. Лошадь устала и требовала отдыха. Она тащила повозку весь день без остановки. Готовить пищу на костре тоже было опасно. Её запах мог достигнуть кромки леса. Гоблины и опасные хищники легко найдут их по запаху. Ночевать на развилке было слишком опасно. Выбора не оставалось, Яра стегнула лошадь и погнала её подальше от дороги в противоположную сторону от леса. *** Вася хотел оказаться на месте раньше обеда, но произошла накладка. Он проспал. Не смог отказать Лакюс, после прошедшей ночи, имевшей на него огромные планы. Пережив необычайно приятные ощущения, девушка проснулась с горящими глазами. Васи рядом не было, поэтому повторить желаемое не удалось. Она тут же заказала завтрак и горячую ванну в номер. Перекусив и освежившись, она пошла разыскивать свою жертву. Застав парня в обществе Ивилай, Лакюс повисла на его руке и буквально силой притащила в свой номер. Без лишний прелюдий она повторила вчерашний сценарий, погрузив член парня в рот и позволив ему двигаться, как он захочет. Дождавшись выстрелившей в рот спермы, она тут же прилегла на спину, приглашая парня повторить вчерашнее. Вася понимал чего ожидает девушка и пошел ей навстречу. Но он не знал, насколько девушка окажется ненасытной. Она испытывала одну волну наслаждения за другой, но и не думала отпускать парня. Ласки были очень приятными, но вызывали сильное желание ощутить что-то твердое внутри. В итоге, Лакюс решилась впустить парня в себя, и тут ей откровенно снесло крышу. Стоны наслаждения девушки были слышны не только внутри, но и далеко за пределами гостиницы. Она словно обезумела, высекая из своего, годами терпевшего воздержание тела, эссенцию наслаждения. Самым удивительным было то, что чем дольше это продолжалось, тем приятней становилось. Вася не мог грубо прервать вошедшую во вкус женщину. Он несколько раз закончил прямо в неё и уже не мог поддерживать нужную твердость. Тогда Лакюс погрузила в себя его пальцы. Она открывала новые грани интимных ощущений, раскрепостившись для всего. Парень уже просто лежал рядом, наблюдая, как она оседлала его пальцы. Девушка прекратила использовать его руку, лишь обнаружив, что Вася уснул. Тогда она также обессилено прилегла рядом. Проснулась под вечер. Парень все еще спал рядом, и тогда Лакюс, вспомнив о его планах, принялась будить. Вася проснулся голодный, как зверь. Блондинка чувствовала то же самое, поэтому первым делом они отправились в ресторан. Лакюс с удовольствием вернулась бы после ужина назад в номер и повторила дневные забавы. Её силы восстановились, а желания вспыхнули с новой силой, но ей пришлось отпустить парня. В его отсутствие она решила поделиться своими новыми впечатлениями с коротышкой. *** Телепортировавшись в знакомое место, Вася обнаружил, как быстро оно изменилось. Примятая трава опять встала в полный рост, обгоревшие трупы исчезли. Возможно, их растащили хищники или здесь побывали товарищи погибших, но тел на месте не оказалось. Еще слышался неприятный запах жира, но уже скоро ничто здесь не будет напоминать о случившейся бойне. Жизнь продолжалась. Окружающая местность была пустой, как и просматривающийся участок дороги. Было очевидно, что авантюристы уже давно пересекли его, и искать их нужно было где-то южнее. Солнце клонилось к горизонту. Самое время было разбивать лагерь. Активировав полет, Вася взлетел повыше, желая в блекнущих лучах солнца осмотреть дорогу на обозримое расстояние. В сторону И-Либеры виднелся поднимающийся вверх дым. Решив, что это дым лагерного костра, парень полетел в этом направлении. Он оказался прав, да только лагерь разбили совсем другие люди. Еще двадцать минут было потеряно. Выругав себя за мягкотелость, и твердо решив, ограничить будущие встречи с Лакюс удобным обоим рамками, он полетел в направлении И-Тобеля. Строго следовать изгибам дороги не было необходимости. Значительно срезая путь, на скорости, примерно равной скорости скачущей лошади, Вася встретил закат. Вскоре мир погрузился во тьму, и дорога стала неразличима. Пришлось активировать «кошачий глаз». Одинокий фургон в стороне от дороги Вася обнаружил далеко не сразу. Носясь как ужаленный вдоль ночной дороги, он трижды пересекал развилку. Первый раз он продолжил лететь на юг, но вспомнив, что Лиль говорила о первой развилке, вернулся назад. Предположив, что девушки углубились в лес, он полетел в его сторону, но разглядеть хоть что-то сквозь густую листву деревьев не представлялось возможным. Да и сама идея ночевать в лесу казалась несколько странной. «Синяя роза» трижды подчеркивала, что ночевать в лесу Тоб, смертельно опасно. Тогда Вася вернулся к развилке и опять взлетел повыше, чтобы поискать в окрестностях. Светлое плотно крыши фургона выделялось на фоне зеленой травы, поэтому Вася смог его обнаружить. Подлетая ближе, он заметил, что девушки забрались на его крышу, а вокруг повозки кружила стая волков. Облачившись в лучшее снаряжение, Вася зажал в руке рунный посох. Ману на хищников тратить не хотелось. Вчерашняя тренировка с Гагаран навела парня на мысль, что для большей эффективности, можно попробовать повторить игровые атаки. Вспыхнул в ночном небе светом легендарной мантии, парень спланировал на землю и вступил в бой. *** — Как обстановка у наших испытуемых, — спросил Аинз у Ауры, через «сообщение», сидя за столом в личных покоях Назарика. — Как вы и приказали, я направила к ним пять волков пятнадцатого уровня. Слабее слуг в моём распоряжении нет. Они уже загнали и загрызли лошадь, но испытуемые успели укрыться на крыше повозки. — Хорошо, сообщишь мне о конечном результате. — Владыка, мне просто наблюдать? — Да, не вмешивайся ни при каких обстоятельствах. — Вас поняла, Повелитель. Разорвав «сообщение», Аинз продолжил изучение выкраденных из гильдии авантюристов документов. Набе проникла в кабинет главы отделения ночью и, применив силу, вскрыла ящик его стола. Аинз не смог бы прочесть ни слова без особого монокля. Он и сам не знал, как действовал этот замечательный предмет, но забрав его у Себаса, он смог читать, что написано в документах на местном языке. Особенно его заинтересовали секретные доклады о себе и других сильнейших авантюристах Королевства и финансовые отчеты гильдии за прошлые года. Оказалось, И-Либера была тем еще болотом. Местное отделение гильдии было почти убыточным. Искать тут что-то интересное, было пустой тратой времени. Когда кинжалопауки разберутся с логовом гоблинов, и Набе вернется в город, чтобы сдать задание, Аинз устроит в этом захолустье небольшое представление. Захудалый городок подходил для этих целей, как нельзя лучше. Тут не было даже одной полноценной мифрилловой команды, чтобы оказать его посланцу хоть какое-то сопротивление Идею спасения города от костяного дракона Аинз вынашивал еще со времен разборок с приспешниками Каджита на кладбище И-Рантеля. Там с костяными драконами разобралась Набе, используя магию восьмого уровня, но самого боя никто не увидел. Тогда это было на руку. Нельзя было показывать реальную силу заклинательницы, и раз драконы были иммуны к магии ниже шестого уровня, победу над ними приписали Момону. Немного потренировавшись с мечами, скелет решил устроить показательный бой, а заодно вытрясти из мэра И-Либеры, залежавшиеся в казне сбережения. Чтобы созданный им дракон смог напасть на хозяина, Аинз собирался приставить к нему высшего лича. Тот должен был переподчинить дракона себе и привести его в город к назначенному времени. Любые жертвы среди стражи и горожан допускались. Кинжалопауки должны были повредить подъемные механизмы ворот, чтобы предотвратить бегство зрителей Чем больше будет безысходности и страха, тем больше мэр и жители города добровольно отвалят за свое спасение. Конечно, умные люди смогут найти связь между визитом Мамона и внезапным вторжением могущественной нежити, но какие они смогут найти доказательства? Даже если Демиург посчитал бы его план глупым, он все равно хотел его осуществить. Должен же он как-то развлекаться? В голове прозвучал звук предшествующий связи через «сообщение». Аинз догадывался, что это могла быть Аура. Он не ошибся. — Могу я доложить, Повелитель, — немного испуганно пролепетал темная эльфийка. — Докладывай, — разрешил скелет. — Волки повержены. Я больше не чувствую их присутствия. — Вот как?! — слегка удивленно произнес Аинз, — а какие потери среди испытуемых? — Дальнее видение показало, что их повозка пуста. Скорее всего, потеряв лошадь, они решили вернуться в город. Повелитель, я лишь ненадолго отвлеклась на управление кинжалопауками и упустила момент их ухода. — Я же приказал следить за ними, — недовольным тоном произнес скелет, — сейчас же выследи и убей их. Не хочу, чтобы они растрезвонили, будто я бросил их одних на съедение волкам. Тела брось у повозки, все должно выглядеть так, будто они стали жертвами хищников. — Будет исполнено, Владыка Аинз. — Уж постарайся, — злобно прорычал скелет и разорвал сообщение. — Ни на кого нельзя положиться, — пробубнил он себе под нос, отодвигая желтые листки в сторону. Было самое время заняться призывом дракона и лича. Телепортировавшись в Лес Тоб, Аинз приказал Набе возвращаться в И-Либеру, а сам взлетел над кронами деревьев, и направился на север. Нападение нежити могло выглядеть не столь пугающе, если дракон будет всего один. Немного поразмыслив, Аинз решил создать сразу три штуки, но в таком случае он не смог бы создать высших личей. Даже для третьего дракона уже придется использовать расходник, ускоряющий откат навыка призыва высшей нежити. Проблему можно было решить, взяв уже существующих личей из Назарика. Они отличались от призывных снаряжением. Если призывные не имели предметов, которые могли выпасть при гибели, то личи, созданные для охраны Назарика имели комплект снаряжения, как минимум, отличного качества. Среди них встречались и экипированные предметами реликтового класса. Подобные предметы выглядели очень эффектно, излучая собственное свечение или черную дымку. Они должны были усилить эффект могущества противников. Но нельзя было допустить, чтобы кто-то из зевак подобрал их вместо Аинза после его победы. Определившись с новым сценарием предстоящего представления, скелет открыл портал в Назарик и доставил оттуда актеров. Создав для них устрашающих партнеров, он раздал роли, уточнил точное место и время их появления для каждой сцены и вернулся в Назарик. По сценарию, город должен был быть уничтожен наполовину. Аинз решил не надеяться на щедрость мэра. Его тоже придется убить, чтобы захватить себе городскую сокровищницу. Возможно, сама гильдия предложит неплохо вознаграждение за спасение или какие-нибудь состоятельные граждане или торговцы. Деваться при заблокированных воротах им будет некуда. В любом случае, будущее представление сулило большую выгоду. Достаточно сохранить жизнь лишь группе влиятельных горожан, чтобы те вознесли его до небес. Аинз гордился своим «идеальным» планом. Он имел множество очевидных плюсов. Позволял еще раз прославить Момона, выявить игроков, если те решатся вмешаться. А в придачу, позволял присвоить себе сокровищницу города, давая находящемуся все время на виду авантюристу, железное алиби. Если возникнет вопрос, куда делись богатства, все подумают на тайное общество некромантов Зуранон, так удобно проявившее себя в И-Рантеле. Облачившись в доспехи Момона, Аинз встал перед зеркалом и стал тренировать позы и фразы, которые произнесет завтра его герой.