Теория Большого Спора

— Ты ничего сказать мне не хочешь? — спрашивает Тэхён, но не получает в ответ совершенно никакой реакции. — Джуни, тигрёночек, — Тэхён щёлкает пальцами перед глазами Намджуна, пытаясь привлечь к себе внимание. Намджун, кажется, совсем не понимает, где находится и что от него хотят, полностью погрузившись в развернувшуюся на его глазах драму. Да и Тэхён, честно говоря, от таких новостей пребывал в состоянии лёгкого шока. Хотя ему многое было не до конца понятно, но узнать подробности он сможет и позже. Сейчас главное решить свои проблемы и прояснить с Намджуном все недомолвки. Тэхён теряет терпение и решает идти напролом, ведь Намджун так и сидит, уставившись в одну точку, и громко молчит. Наплевав на то, что они, на минуточку, находятся в общественном месте, Тэхён привстает со своего стула и, склонившись над Джуном, аккуратно касается его губ, и, не встречая никакого сопротивления, углубляет поцелуй. Намджун лишь хлопает ресницами и заливается едва заметным румянцем, размякая под стойким напором Тэхёна. Они даже не замечают, что официант уже стучит вилкой по бокалу и просит их прекратить шоу: парни вмиг стали предметом нелестных комментариев и просьбы от соседних столиков прекратить столь неприличные действия. — Эмм, молодые люди, — несмело тянет официант, — у нас тут публичное место как-никак… Не могли бы вы прекратить? Тэхён резко отстраняется от Намджуна, громко втягивая порцию воздуха, и спешно сползает с чужих колен: — Ох, простите, мы немного увлеклись, — блондин недолго шарит в кармане брюк и, выуживая деньги, бросает пару купюр на стол, — это в качестве извинений. Тэхён подхватывает под локоть Намджуна, до сих пор находящегося в состоянии непонимания происходящего, и они вываливаются с глупым хихиканьем из кафе. Они добредают до парка, сцепив свои руки, и плюхаются на первую попавшуюся лавку, растянувшись на ней во весь рост. — Ох, я надеюсь, после того, что случилось, мы не окажемся в чёрном списке этого кафе, — Тэхён заливисто смеется, поправляя выбившиеся волосы, и натыкается на робкий взгляд тёмных глаз из-под разметавшейся бледно-фиолетовой чёлки и ладошку, несмело положенную на его колено. — Тэхён, — Намджун теряется и впирается взглядом в скамейку, он чувствует ком в горле, не зная как связать и пары слов. Он сминает ткань брюк, не замечая, что они принадлежат Тэхёну, и еле слышно дышит. Ему и так неловко за вчерашнее, и в глаза до сих пор стыдно смотреть, но прояснить ситуацию, происходящую между ними, он просто обязан. — Джуни, милый, — Тэ нежно гладит костяшки пальцев любимого, отчаянно цепляющиеся за его брючину, и решает начать сам, — всё хорошо, успокойся. Но давай кое-что обсудим. — Угу, — мямлит Намджун, продолжая разглядывать землю под ногами. — Ты совсем не помнишь вчерашний вечер? — Я…я… я помню, что мы с Юнги ушли с выставки, пошли ко мне домой, напились, а потом внезапно ты появился. До сих пор ума не приложу, как ты там оказался… Я сначала думал, что мне это приснилось, но утром обнаружил кое-какую твою вещь у себя, — Намджун тихо хихикает, вспомнив испорченные в порыве страсти красные стринги, — и понял, что нет, не приснилось… — И ты нисколечки не помнишь наш ночной разговор? — Тэхён заглядывает в глаза Джуна, — ну то, что было после секса? Намджун закусывает губу и опускает голову ещё ниже. Он невнятно что-то бурчит себе под нос, и его щёки вновь заливаются очаровательным румянцем. Тэхён, наверное, никогда не устанет смотреть на такого дико смущающегося Намджуна, что отчаянно пытается прикрыть ладонями своё пылающее лицо и отвернуться куда-то в сторону. — Джуни, — Тэхён встает с лавки и присаживается на корточки перед своим тигрёнком. — Ну же, посмотри на меня, — взяв в свои ладони чужие запястья и разведя их в стороны, блондин пристально смотрит на смущённого парня. Они пялятся друг на друга добрых пару минут, стараясь выровнять дыхание, а затем расплываются в блаженной улыбке. Намджун перехватывает руки Тэхёна, приподнимает его и одним рывком усаживает к себе на колени. — Я помню, — тянет Намджун, — но не всё… Детка, а ты можешь повторить, что сказал мне ночью? — мурлычет Тэхёну на ухо, еле касаясь губами и проводя языком по мочке. Тэхён просто с ума сходит от этой двойственности Джуна. Он готов вечно вгонять его в краску своими словами и действиями, наблюдая за его стеснением, а затем выжидать каких-нибудь пошлых и развратных манипуляций в ответ, наслаждаясь этой сменой в настроении и поведении любимого. Надо же, какой парень ему достался, ну кто бы мог подумать! Хотя о чём это он? Ведь до сих пор не ясно, кто они друг другу. — Джуни, по-хорошему это ты должен повторить то, что сказал мне ночью, ведь я задал тебе такой простой вопрос. — И какой же? — Что между нами происходит? — со всей серьёзностью в голосе повторяет Тэхён, оборачиваясь к Джуну и замечая на его лице удивление. — Что значит «что», детка? — Вот я и спрашиваю, как называется то, что между нами? Мы спим вместе, иногда встречаемся где-то помимо твоей студии, но дальше этого не заходим… — Тэхён сглатывает и скользит взглядом по лицу Джуна, стараясь уловить его эмоции. Тот сводит брови, хмурится и крепче прижимает парня к себе. — Эмм… Мне хорошо с тобой, нравится проводить время вместе, но я хотел бы… — А давай я опять побуду экстрасенсом? — грустно улыбается Тэ, пытаясь слезть с чужих колен, но его лишь сильнее впечатывают в твёрдую грудь, надавливая рукой на затылок. — Ну что? Думаешь, я буду как мальчик по вызову для тебя? Как приспичит потрахаться, то «Привет, Тэхён»! Я не хочу так, — Тэхён хлюпает носом и отворачивается, пытаясь подавить в себе подступающие слёзы. — Нет, детка, ты чего придумал-то? Я хотел предложить тебе встречаться, — ласково шепчет Намджун, бережно касаясь блондинистых волос. — И переехать ко мне, чтобы мне не пришлось тебя вызывать, когда мне приспичит потрахаться, — уже в голос смеётся, подхватывая Тэхёна под ягодицы и разворачивая к себе. — Правда? — Тэхён мигом оживляется, придвигаясь ближе к любимому, — Ты ведь не шутишь? Мы будем как самая настоящая пара? — Ну, если ты согласен стать моим парнем. — Боже, да я мог только мечтать об этом, — радостно пищит Тэхён, сжимая в кулаках рубашку Намджуна, — мечтал с самого универа… — Детка? — Я говорю, что согласен быть только твоим, тигрёнок…       

***

Тэхён как счастливая курочка, обретшая, наконец, своего петушка, кудахтал Чонгуку без остановки о том, что он начал встречаться с Намджуном, и тот даже предложил переехать к нему. Тэхён, естественно, был на седьмом небе от счастья, услышав такое предложение, но решил с этим повременить. Ведь в квартире его тигрёнка по-прежнему обитал противный мелкий гном. Конечно же, он ни в коем случае не был помехой или какой-то большой проблемой для Тэхёна, но видеть постоянно его кислую морду с утра было неприятным зрелищем. И хоть Юнги приходил в квартиру к своему другу лишь для того, чтобы переночевать или скоротать свой вечер в компании спиртного, а заодно и Намджуна (Тэхён ещё пару раз натыкался на их дружескую идиллию в обнимку с бутылкой), вновь жалуясь на свою неблагодарную пассию, но Тэ продолжал держать ухо востро. Мин всё также не вызывал доверия, хотя Намджун и заверил, что с Юнги их связывает лишь крепкая дружба, и никогда о чём-то романтическом по отношению друг к другу они и не думали. Тэхён на это лишь хмыкал и вспоминал про себя их поцелуй в университете - конечно, все же друзья так делают. В квартире Намджуна поселились лишь зубная щётка и спальные шортики Тэхёна. Остальное же он брал с полок любимого и без зазрения совести напяливал на себя его одежду, чтобы быть пропитанным запахом Джуна целиком и полностью. Юнги отнёсся к новости об их отношениях с Джуном достаточно спокойно, лишь бурчал порой, что друга точно околдовали, раз он согласился встречаться с этим полоумным. Но колкие фразы и оскорбления продолжали сыпаться с обеих сторон, несмотря на все попытки Намджуна примирить своего парня и лучшего друга. Тэхён лишь всячески старался не пересекаться с Мином и его угрюмым выражением лица и часто предлагал Джуну переехать к нему, а Юнги, так уж и быть, оставить одного в большой квартире. — Тигрёнок, может, всё-таки переедешь ко мне? — Тэхён сжимал в руках чашку с дымящимся кофе, поглядывая на Юнги, который заваривал себе напиток и злобно зыркал в сторону блондина, — ты не находишь, что тут немного тесновато? — Тэхён, ну, эээ, я не могу оставить Юнги одного, ты ведь знаешь какая у него ситуация… — Джун приглаживает растрёпанные после сна волосы, пытаясь натянуть самую милую улыбку и придвигается ближе, приобнимая ТэТэ за плечи и целуя в висок. — Потерпи немного, скоро они помирятся, и вы не будете встречаться так часто. А ещё лучше будет, если вы, наконец, подружитесь и будем жить тихо, мирно… Тэхён и Юнги лишь пренебрежительно фыркают на такое предложение. Джун обречённо вздыхает и по-хозяйски сжимает бедро Тэ, скользя рукой под спальные шорты. Мин, глядя на них, имитирует рвотный рефлекс, и удаляется со своей чашкой кофе в гостиную. — Оу, на тебе нет белья, — шепчет на ухо Намджун, опаляя тяжёлым дыханием шею и прислоняясь губами. — Так, стоп! Не сейчас! Никаких тебе развлечений, тигрёнок! — смеётся Тэхён и отпихивает от себя снующие по его телу руки, — во-первых, здесь этот злобный гном, что убивает всю атмосферу, а во-вторых, мне пора на работу. — Тэхёни, но я так соскучился по тебе, — Джун громко вздыхает и утыкается лбом в плечо блондина, — ты в последнее время так часто пропадаешь на работе… — Прости, мой дорогой, но у меня такое часто случается. Выпуск нового номера, сроки горят… — Ох, как же тяжело быть журналистом. Я тебя как-нибудь украду из этого твоего журнала, и никто меня не остановит. — Ммм… — невнятно тянет Тэхён, отпивая из своей чашки уже остывший кофе. Он, конечно, понимал, что рано или поздно придётся рассказать, что он не просто журналист. Но тогда придётся выложить всю правду и о своей влюблённости ещё со времён университета, и о споре с Чонгуком. А вдруг Намджун подумает, что Тэхён просто сталкер с маньяческими замашками?! Нет, Тэхён, конечно, не отрицал наличие у себя подобных качеств, но Джуну пока не стоит об этом знать. А то ещё испугается и сбежит. А Тэхён не намерен его никуда отпускать.       

***

Намджун вовсе не шутил, когда говорил, что украдёт Тэхёна с его работы. Уйдя из фотостудии в обед и перекинув всех клиентов на Юнги, Джун без особых усилий добирается на такси до редакции «Melon». Здание, в котором находился журнал, было довольно большим, в форме полукруга, и, казалось, с бесчисленным количеством этажей. Пройдя внутрь и осмотрев обстановку вокруг, Намджун отметил, что даже в фойе здания всё продумано для клиентов и работников: многочисленные мягкие диванчики, стеклянные столики со сладостями в вазах, кофейные автоматы и горшки с пальмами в каждом углу создавали довольно приятную атмосферу. Подойдя к ресепшену, Намджун узнал, на каком этаже находится редакция журнала и отправился к лифту. Семнадцатый этаж встретил его скромной, невычурной вывеской с печатными чёрными буквами «Melon», и стеклянными дверьми, за коими виднелся сам офис. Намджун несмело проходит в помещение и озирается по сторонам. Внутри стоит гул, как в улье: телефоны трезвонят без остановки, а люди носятся туда-сюда с каким-то плакатами и бумажками. Джун даже не надеется найти в одиночку Тэхёна среди такого большого количества человек, поэтому, поймав за локоть первого попавшегося парня, он пытается выяснить, как найти блондина. — Не подскажете, где я могу найти Ким Тэхёна? Он — журналист, — Джун выжидает ответа от парнишки, у которого почему-то округлились глаза, и он пытается вынырнуть из-под захвата сильной руки. — Я… эээ… я новенький, пройдите по коридору и налево, там и спросите, — парнишка выскальзывает из рук Нама, убегая куда-то к звенящему телефону. Намджун растерянно озирается и чешет затылок, но всё же направляется туда, куда ему указали. Ещё посередине коридора он слышит громкий басистый, но такой знакомый голос, чей владелец сейчас, кажется, очень зол. — Ну и кто из вас, дилетантов, так смог запороть обложку? Какого хера я узнаю от типографии, что у нас на главной странице такой косяк?! — голос становится ещё громче и злее. — Кто отвечал последним за макет обложки? Перед кричащим парнем в шеренгу стоят человек десять, все молчат и упорно разглядывают ковролин под ногами. Среди этих сотрудников Намджун замечает и Чонгука, что нервно сжался под криками своего друга. Намджун удивляется открывшейся картине и решает подойти ближе и послушать, чтобы понять, что тут вообще происходит, и почему его Тэхён так орёт на коллег. — Я вас, идиотов, ещё раз спрашиваю: кто у нас в офисе такой грамотный и смог написать имя клиента с ошибкой?! Блядь, и за что я вам деньги плачу, неучи проклятые! Тэхён ходит туда-сюда с журналом в одной руке и похлопывает им по другой. — Ну, мои дорогие, будем признаваться, кто виноват, или будем возвращаться к истокам? Желаете пройти для ЛИЧНОЙ беседы в мой кабинет или устроим прилюдную показательную порку? Намджун знатно офигевает от всего происходящего, ведь такого Тэхёна он ещё не видел: всё его лицо в испарине, глаза налиты кровью, а сам он нервозно расхаживает перед сотрудниками и крепко сжимает свернутый в трубку журнал. Джуну от такого Тэхёна даже становится немножечко страшно, и он жмётся ближе к стене офиса. — Молчите, значит? Ну что ж, выбор за мной, — Тэхён пододвигает к себе стул, усаживается на него и широко расставляет ноги, похлопывая по коленям. — Итак, кто первый? Намджун громко сглатывает, думая про себя «Только бы не я!», но тут же одёргивает себя. Ему-то чего бояться?! Он точно не виноват в испорченной обложке! До него медленно, но всё-таки доходит, что его Тэхён и не журналист вовсе, а, видимо, начальник отдела. Вон как со своими коллегами обращается! Кто бы мог подумать! Но не Намджун уж точно. Он привык видеть своего парня милым, ласковым, страстным, порой дерзким, но точно не злобной фурией с пеной у рта. Намджун выдыхает тяжело и замечает пару карих глаз, удивлённо уставившихся на него. Он неуверенно улыбается и машет поражённому Чонгуку. — Эмм, господин Ким… тут это… — лепечет Гук, показывая пальцем в сторону Намджуна. — О, Чонгуки, хочешь быть первым? Не ожидал такого рвения! Или решил признаться и спасти товарищей, герой ты мой! — тянет Тэхён. — Да нет, я это… Туда посмотри… — Чон упорно продолжает тыкать пальцем и машет вдобавок головой вбок. — Да что ты мямлишь себе под нос, скажи уже нормально! — взрывается Тэ. — Там Намджун, — Чонгук делает совсем уж откровенный жест рукой в сторону Нама. — Какой к чёрту Намджун?! — орёт Тэ и поворачивает голову в указанную сторону, — ой… У Тэхёна внутри всё обрывается, лицо вытягивается в ужасе, а сердце замирает на секунду. Он вскакивает со стула и приближается к Джуну. Тот стоит, сложив руки на груди, и смотрит ошарашенно на Тэхёна. Тэхён неловко улыбается и, подхватив Джуна под локоть, бросает обомлевшим от такой смены настроения босса сотрудникам: «Исправить всё до вечера, а то нахрен уволю всех», удаляется в свой кабинет под ручку с Намджуном. Как только дверь в кабинет закрывается, Тэхён громко выдыхает и лохматит свои светлые волосы. Он упирается взглядом в спину прошедшего вперед Намджуна и устало прикрывает глаза, облокачиваясь на дверь. Мда, всё тайное становится явным. Лучше бы сам всё рассказал, чем Намджун застукал его за подобным исполнением своих служебных обязанностей. Кажется, удивляться после увиденного представления совсем уже нечему, но Намджун замечает на рабочем столе, заваленным бумагами, большую табличку «Главный редактор «Мelon» Ким Тэхён», и окончательно выпадает в осадок. Это что же получается? Тэхён не только не журналист, но даже и не начальник отдела. Он тут вообще самый главный, оказывается, и ему подчиняется столько людей. Чего же ещё Намджун не знает о своём парне? — Намджун, я… я всё объясню, — Тэхён теряется в словах, глотает их и замолкает, не зная, с чего ему начать, и как на всё это отреагирует любимый. Джун разворачивается, подходит к Тэхёну и встаёт напротив, скрестив руки на груди: — Так-так-так, главный редактор Ким Тэхён, и чего же ещё я о вас не знаю? Тэхён съёживается под пристальным взглядом Намджуна и молчит, совсем как его сотрудники, которых он отчитывал минутами ранее. — Мда, несколько минут назад вы были намного разговорчивее и храбрее! Тэхён наклоняет голову еще ниже, и до Джуна долетает тихий всхлип. Он улыбается, обнимая Тэхёна, и ласково произносит: — Тэхёни, ты чего? Я же шучу. Чего не рассказал раньше-то? Тэ жмёт плечами, шумно шмыгает носом, но сильнее прижимается к любимому. — Ааа, я понял! Ты боялся, что я буду встречаться с тобой из-за денег! Вот и прикинулся простым журналистом, чтобы я влюбился в твою прекрасную душу и тело, а не в твоё богатство! — Намджун смеётся, получая удары по рукам от крайне возмущённого Тэхёна. — Эй, всё не так! — блондин утягивает Намджуна на диван. Тэхён, наверное, в прошлой жизни спас целую страну, не иначе, раз ему достался такой рассудительный, терпеливый и добрый парень. — Джуни, я правда хотел рассказать тебе, но как-то разговор не заходил… Да, и не знал, как ты отреагируешь, боялся… — Тэхён впервые глубоко вздыхает после того, как зашёл в кабинет. Он жутко боится, что Намджун просто развернётся и уйдёт, громко хлопнув дверью и оставив его одного. Но теперь он обязан быть честным и надеяться на то, что Джун его простит и не бросит. — Я сейчас принесу нам чай и всё расскажу, хорошо? — Тэхён вскакивает с дивана и, не дождавшись ответа, выбегает из кабинета. Намджун умиляется такому поведению парня и посмеивается про себя, вспоминая лицо Тэхёна, когда тот его увидел. Ожидая возвращения любимого, Джун решает осмотреться. Он отмечает спокойные цвета и приятную обстановку кабинета: здесь ничего лишнего — рабочий стол, пара шкафов и стеллажей, диванчик и панорамное окно, пропускающее яркие солнечные лучи. Намджун подходит к окну, оценивая открывшийся вид, и оборачивается на пиликанье мобильного телефона, заваленного бумагами на столе. Пришло какое-то уведомление, так как пищание быстро прекратилось, но вот взгляд цепляется за ярко розовый блокнот на краю стола с надписью «Мой любимый». Намджун немного колеблется, но за секунду придя к компромиссу с собственной совестью, решает воспользоваться моментом и узнать содержимое блокнота. — Ох, нихрена себе… Тэхён возвращается спустя минут десять с небольшим подносом и чайным сервизом на нём. — Я тут чай заварил, как ты лю…бишь… У Тэхёна челюсть встречается с полом и поднос дрожит в руках, но быстро дойдя до стола, он ставит его и подбегает к Намджуну. — Я всё объясню, — кричит Тэхён, пытаясь выдернуть розовый блокнот из рук Намджуна. — Да, очень интересно было бы послушать, мой дорогой шпион, — Намджун ухмыляется, крепче сжимая блокнот и прижимая Тэхёна за талию ближе к себе, — я о себе меньше знаю, чем здесь написано. Детка, сколько лет ты за мной следишь? Мне, наверное, стоит начинать бояться? Кто знает, какие мысли посещают эту прекрасную блондинистую головушку… — Отдай, это личное, — пищит Тэхён, пытаясь вырваться из хватки Нама. — И вообще, нехорошо трогать чужие вещи! Тебя в детстве не учили? — Ох, какие мы добродетельные стали, — ухмыляется Джун, — сталкерить за человеком на протяжении многих лет тоже так себе занятие я тебе скажу. Тэхён краснеет и стыдливо опускает голову. Ну что за день-то сегодня такой?! Всё всплывает наружу не самым лицеприятным способом. И какого чёрта именно сегодня он вытащил этот горе-блокнот и решил немного полистать его?! Там было всё о Намджуне: фотографии, вырезки из газет, информация от предпочтений в еде до размера одежды. Тэхён сейчас выглядел как долбанный преследователь, которого застукали за его грязным и постыдным действом. Теперь Джун точно посчитает его больным на всю голову фанатиком. — Но мне нравится, — шепчет Джун на ухо, — Тэхёни, ты правда был влюблён в меня с университета? Тэхён жмётся доверчиво, не слыша в голосе злости и обиды, и не чувствуя, что его отталкивают. Ему так стыдно сейчас, но с другой стороны, он чувствует облегчение, что Джун теперь всё знает, и между ними не будет больше никаких секретов. — Джуни, я… я, — Тэхён хнычет и силится оторваться от широкой груди, к которой его прижал Намджун, — я так давно люблю тебя… — Я… тронут. Очень. Не думал, что мог кому-то так сильно запасть в душу, — тихо шепчет Намджун, подхватывая Тэхёна пальцами за подбородок и с нежностью заглядывая в его глаза. Тэ шумно сглатывает, часто-часто моргает, его щёки заливает румянец и по всему телу проходят разряды. Он осипшим голосом шепчет: «Ты даже не представляешь насколько сильно…». Тэхён столько раз представлял у себя в голове эту сцену с признанием: мечтал о том, что это будет красиво и сказочно, и обязательно в каком-то супер милом и романтичном месте, и что затем Намджун закружит его в воздухе с ответным признанием, и они счастливо уйдут в закат (строить дом, растить дерево и воспитывать собачек и черепашек Джуна). На деле же… Получилось то, что получилось. «Это ж надо было так опростоволоситься с этим дебильным блокнотом. Боже, там ведь такое, стыдоба-то какая…». — Тэхён, — Джун водит пальцами по румяным щекам и тычется губами в висок, — почему раньше не сказал? Ещё в университете? Почему даже не подходил никогда? — Серьёзно? Ты издеваешься? — Тэхён отмирает и разлепляет глаза, — ты не замечал меня никогда, хотя я и был всегда рядом, ходил как хвостик за тобой. Ты ведь меня совсем не помнишь. Это сейчас я такой весь красивый и решительный, а тогда… Тогда мне не хватало уверенности в себе, даже чтобы просто заговорить с тобой, не то, чтобы признаться… Да и выглядел я как обычный зубрила, ты бы просто прошёл мимо или рассмеялся мне в лицо. Тэхён замолкает и с ноткой грусти смотрит на удивлённого Джуна, что, видимо, переваривает сказанное и пытается вспомнить своего невзрачного поклонника. — Прости, но ты прав, — вздыхает Намджун, — я совсем тебя не помню. Но я вообще не особо-то внимательный! Да и столько лет прошло! — Да ничего, я всё понимаю. Это же у меня краш был, чтобы помнить все детали, — улыбается Тэ. — А что было после, когда я выпустился? — Ну, сначала у меня была жёсткая депрессия, я вообще не представлял, как жить дальше. Но потом моя мама загрузила меня работой в редакции этого журнала, она, кстати, его владелица и бывший главный редактор, а я решил заняться собой и жить дальше. Так, собственно и прошли пять лет, пока Чонгук не показал мне статью в журнале о тебе, сказав, что ты интервью о личной жизни не даёшь. И мы поспорили… — Так ты на спор ко мне пришёл? — Да, то есть нет, то есть… Короче, конечно, я бы в любом случае к тебе явился, Но Гук задел за живое, сказав, что я струшу снова и даже на глаза побоюсь тебе показаться, а я решил доказать обратное. Вот так и получилось. Хотя, отчасти он был прав — я, когда тебя увидел, и правда дар речи потерял и лишь мычал, как ненормальный. — Помню-помню, я тогда подумал, что ты очень странный. И глупенький, — смеётся Намджун, получая удар по плечу. — А ты, оказывается, покорять меня пришёл. Но мне интересно, с чего ты решил, что мне парни нравятся? Я о своей личной жизни не распространялся никогда. — Ох, это… — Тэхён морщится, но продолжает, — Я в студенческие годы так и думал, что ты по девчонкам. Вокруг тебя всегда они крутились, и я им завидовал жутко… Тэхён замолкает и погружается в воспоминания. — А потом? — спрашивает Нам. — А потом я увидел тебя целующего этого мерзкого гнома, и у меня мир рухнул! Я думал, что вы друзья, а ты натурал! А тут такое! Придушить его готов был, — шипит Тэхён. — Так вот откуда вся эта ненависть и вражда? Серьёзно, Тэхён, столько лет прошло! У нас и не было никогда ничего кроме того поцелуя, и мы тогда были о-о-очень пьяные. — Так вы и сейчас бухаете вместе постоянно! Что вам мешает вспомнить прошлое, а? — Тэхён сверкает глазами и упирает руки в бока, выбравшись из хватки возлюбленного. — Ну, хотя бы то, что он женат и безумно любит свою половинку, а я влюблён в тебя. Достаточно веские аргументы, не находишь? — Намджун снова притягивает к себе парня, зарываясь носом в его волосы. Тэхён млеет от этих крепких рук, от запаха любимого мужчины, но в его мозгу резко срабатывает переключатель, и он выпучивает глаза, уставившись на Намджуна. — Что ты сказал? — Что? — не догоняет Джун. — Ты в меня… что? — Детка, у меня никогда не было серьёзных отношений, я всегда был занят работой и жил только ей, лишь она приносила мне несравненную радость и наслаждение. Но с тобой… С тобой всё по-другому. Ты перевернул что-то во мне, заставил изменить приоритеты и цели, — голос Намджуна становится тише, а сам он густо краснеет и тушуется под ожидающим взглядом Тэхёна, — и я, кажется, влюбился в тебя. Окончательно и бесповоротно. Между ними повисает тишина, они смотрят друг на друга и улыбаются счастливо, прижимаясь сильнее. Тэхён готов пищать от радости, охватившей его, и кидается на шею к Намджуну, стискивая его ещё крепче в своих объятиях. Они бы и стояли так вечность, пока Джун не нарушил их идиллию: — Детка, а ты всегда так наказываешь своих подчинённых? Не знал о таких твоих наклонностях… — Это только в воспитательных целях, ничего личного! Все же в редакции знают, что я гей, и до жути боятся ко мне в кабинет ходить на личные беседы. Видимо думают, что я их здесь трахать собираюсь, пфф. Но мне это на руку. Работоспособность повышается. А публичная порка… Я тебе в следующий раз расскажу эту увлекательную историю. — Детка, а ты в курсе, как сильно заводишь меня, когда ты такой властный и строгий? — Намджун скользит ладонями по спине Тэхёна, медленно, но верно приближаясь к его ягодицам, обтянутым тёмными брюками, — а хочешь быть отшлёпанным тоже? Намджун с озорными искорками в глазах припадает к приоткрытым губам Тэхёна и затягивает его в глубокий поцелуй, наслаждаясь вкусом любимых губ. Но надолго их не хватает, и они с громким чмоком отрываются друг от друга, смотря глаза в глаза затуманенным взглядом и жадно глотая воздух. Недолго думая, Намджун разворачивает Тэ спиной к себе и подталкивая его к рабочему столу, прижимает того грудью к твёрдой поверхности, смахивая бумаги на пол. — Тигрёнок, что ты задумал? — тяжело дышит Тэхён, ощущая несильный шлепок по своей заднице и руки, расстёгивающие его брюки и приспускающие с него бельё. Сразу за этим следует цепочка наглых поглаживаний, чередующихся с недвусмысленными толчками и довольным рыком Намджуна. Тэхён уже весь в нетерпении ожидает, что его тигрёнок возьмёт его прямо здесь и сейчас, но чувствует новый шлепок на своей пятой точке, но уже отнюдь не рукой. Обернувшись через плечо, он только ахнуть успевает, вновь ощутив шлепок от ремня брюк Джуна. Намджун ударяет не сильно, даже как-то нежно, боясь причинить боль, тут же заглаживая набирающие свой цвет следы широкой ладонью. Эти шлепки продолжались бы ещё долго, ведь Тэхён вошёл во вкус и негромко постанывал от каждого удара по своим ягодицам, но внезапно удары прекратились, и он ощущает своей разгорячённой кожей что-то более горячее и твёрдое, ловко скользящее вверх-вниз по его заднице. Намджун склоняется над подрагивающим телом, пропуская руки под живот Тэхёна и слегка приподнимая его над столом, чтобы освободить от рубашки. Проделав все манипуляции, Тэхён вновь был опущен на стол и прижат сверху навалившимся телом Намджуна, который уже дарил ему поцелуи вдоль позвоночника, несильно покусывая кожу и рассыпая следы принадлежности только одному человеку. — Ах, Джуни, не медли, — Тэхён елозит под тяжестью тела сверху, слегка подвиливая бёдрами в попытках раздразнить и разбудить своего тигрёнка, чтобы тот уже начал двигаться дальше. Тэхёну всегда было мало Намджуна. Он скучал по их близости, даже если только вылез из постели после жаркой ночки. Скучал по этим умелым рукам, а особенно пальцам, что частенько дарили ему такое наслаждение, что только от них Тэ готов был кончить, ощутив их внутри себя. Скучал по всему Намджуну целиком, мечтая быть всегда рядом и никогда не расставаться. Джун прильнул к шее, оставляя засосы и там, и медленно ввёл первый палец. Тэ слегка тряхнуло от ощущений, и он тут же вытянулся в струнку, довольно растягиваясь по своему столу и цепляясь пальцами за волосы Джуна. — Тигрёнок, хочу тебя. Намджун ухмыляется и начинает быстрее работать пальцами внутри, впихнув ещё два. Волна мурашек настигает тело блондина, а дыхание мгновенно становится тяжёлым и сбитым. Тэхён готов был просто завыть от того, какими ловкими и волшебными были эти пальцы, в особенности тогда, когда они достигали заветной точки, прямо как сейчас… — О да, тигрёнок, ещё… да, вот так… прямо там, — он растекается как лужа по столу, а Намджун вновь и вновь исполняет просьбу своей детки, проворачивая пальцы внутри и царапая бёдра свободной рукой. Тэхён дрожит под Намджуном, царапает ноготками стол и стонет так откровенно и протяжно, что Намджун просто срывается. Он подтягивает блондина за бёдра и входит сразу на всю длину, не давая даже вздохнуть, не то, что привыкнуть к размерам. Джун делает первый толчок и чувствует напряжение во всём теле, лежащим под ним: Тэхён выгибается кошкой и запрокидывает голову назад, встречаясь с вожделенным взглядом своего любимого. Намджун с силой толкается в такое податливое тело, хватая Тэ за бока и оставляя на них краснеющие следы от своих пальцев, и наклоняется над дрожащей спиной, осыпая её поцелуями-укусами. Тэхён мычит в свою ладонь, пытаясь заглушить звуки удовольствия, разливающегося по всему его телу и со всей дури бьёт свободной рукой по поверхности стола, потому что Намджун ой как удачно задел кое-что внутри. Джун громко выдыхает, жмурит глаза и ускоряет темп, слыша приглушённые стоны своей детки. Широкие бёдра мощно вбиваются в тэхёновы ягодицы, и комната наполняется слишком пошлыми вздохами и шлепками. Между этими двумя горячо, громко, и оба возбуждены до предела. Тэхён стонет в голос и старается дотянуться рукой до своего изнывающего члена, чтобы достичь разрядки. Его ладонь тут же накрывается чужой, которая помогает ему своими размашистыми движениями ускорить этот процесс. Тэхён сдаётся во власть этих умелых и опытных рук, запрокидывая голову назад и кончая с именем Намджуна на иссохших губах. Ноги предательски дрожат и разъезжаются в стороны, пока Тэхён обессиленно валится на стол всем своим весом, испытав яркий оргазм, до сих пор подкрепляемый торопливыми толчками. Намджун со свистом выдыхает, замечая, что его детка совсем осталась без сил, и выходит из обмякшего тела, решая помочь себе рукой. Он кончает на упругие ягодицы парня и падает сверху на разгорячённое тело, бесконечно целуя его в лопатки и шею. — Детка, всё хорошо? — Джун настороженно поглядывает на Тэхёна, потому что тот лежит, высунув кончик языка, и тяжело дышит с прикрытыми глазами. — Мур, тигрёночек, теперь точно всё хорошо. Очень-очень хорошо. Они лежат так еще минут пять, пока Тэхён не начинает ёрзать под телом Намджуна, пытаясь высвободиться из его объятий. — Джуни, дорогой, я бы пролежал так вечность, но я всё ещё главный редактор, и я на работе. Мне обязательно нужно проверить обложку, если я не хочу огромных проблем с заказчиком. А я их не хочу, — Тэхён изворачивается набок в тесном кольце руки ловит нежный поцелуй от своего парня. — Конечно, родной. Я всё понимаю, но ты должен пообещать, что вечером будешь полностью занят только мной, — Джун с нежностью трётся носом о щёку Тэхёна и рассыпает по его лицу мягкие поцелуи, мечтая, чтобы вечер поскорее наступил. — Обещаю. Я даже возьму мини-отпуск, запру тебя в спальне и никуда не выпущу. Хочу побыть только с тобой и больше никого не видеть, — Тэхён целует в ответ, — а сейчас выпусти меня. Быстрее проверю обложку — быстрее приеду к тебе. Намджун нехотя расцепляет объятия и приподнимается со стола, утягивая Тэхёна за собой. Они приводят друг друга в порядок и под стопроцентное обещание Тэхёна встретиться вечером, Джун выпархивает из кабинета блондина. Тэхён ещё некоторое время приходит в себя, собирает с пола документы, что были сброшены Джуном в порыве страсти, и несётся проверять обложку журнала. Как оказалось, все ошибки оперативно устранили и исправили, даже быстрее, чем он надеялся. Тэхён аж загордился собой и своими подчинёнными: вон какие исполнительные, стоило лишь немножечко покричать и припугнуть физической расправой. Тэхён, полностью удовлетворённый новостями и разомлевший от недавнего времяпрепровождения с Намджуном, буквально мурлычет и светится как новогодняя ёлка, обещая сотрудникам премию за быстрое решение проблем. Ну, а что? Тэхён счастлив, как никогда, пусть и другие порадуются. Он всё-таки свой коллектив любит и уважает, хоть и приходится порой прибегать к жёстким методам воспитания. Он отправляется в другие отделы, проверяет работу по выпуску нового номера, подписывает накопившиеся документы, даёт указания на несколько дней вперёд, предупреждая, что его не будет в ближайшее время. За всеми этими делами он не замечает, как за окном темнеет. Тэхён уходит из офиса практически самый последний, спешно набирает номер Намджуна и просит его встретиться у супермаркета, чтобы купить продуктов на несколько дней. Он планирует как минимум дня три проваляться со своим мужчиной в постели, не выходя из дома совсем. Встретившись у стеклянных дверей супермаркета и, пройдя внутрь под ручку со своим тигрёнком, Тэхён вприпрыжку несётся с ним в молочный отдел. — Джуни, я бы хотел попробовать кое-что, — Тэхён стреляет глазами и тянется к баллончику со взбитыми сливками, но рука так и замирает на полпути, когда он слышит знакомые голоса и смех, доносящиеся из соседнего ряда. Тэ заглядывает за стеллаж и застывает на месте с широко раскрытым ртом. — Джу-у-ун, — шепчет Тэ, подзывая мужчину к себе, — ты тоже это видишь? Или у меня глюки? Намджун смотрит на знакомую парочку и облегчённо улыбается: — Ну, наконец-то… — Что наконец-то?! Ты хоть понимаешь, что произошло?! В Юнги вселился демон! Чёрт, а я ему не верил, думал он просто ненормальный, а оказывается всё это правда, и они правда существуют! — Тэ ошарашенно смотрит на счастливого Мина.  — Ммм? Ты о чём, родной?  — Да ты посмотри на него! — Тэ тыкает пальцем в сторону парня. Нам оглядывает друга и недоуменно переспрашивает:  — И-и-и?  — Ты что не видишь?! Он улыбается! Ты понимаешь, улыбается! Ещё и кому-то! Зовите экзорциста!  — Ну, людям свойственно улыбаться, знаешь, функция организма такая…  — Людям — да, но не злобному же карлику! На то он и злобный! И что он вообще вместе с Хосоком тут делает?! Он же таких на дух не переносит! Они же ещё в тот раз в кафе поругались. А тут улыбка до ушей и смеётся!!! И посмотри, какой милашка… Что?! Я назвал Юнги милым?! Чёрт, это передаётся по воздуху! Меня тоже одолели демоны! Мы все умрём! — Тэхён истерично хватается за руку Намджуна и начинает его трясти. — Эмм, ну знаешь, он почти всегда такой рядом с Хо. Просто они в ссоре были, вот ты и не видел его счастливым. Но теперь они помирились, а значит, Юнги возвращается домой. Так что ты тоже должен быть счастлив, ведь теперь моя квартира полностью в нашем распоряжении, — Намджун приобнимает Тэхёна за плечи и уводит подальше от помирившихся друзей. — Я что-то не понял… — Тэхён останавливается как вкопанный и смотрит озадаченно. — Я говорю, что теперь снова живу один, и никто не будет нам мешать. Ты так-то обещал меня в спальне запереть… — Да я не про это! Ты сказал, что Юнги домой возвращается, а, это значит, он с женой помирился! Но причём тут Хосок вообще?! — Тэхён всегда считал себя умным и сообразительным, но сейчас правда не догоняет. — Ааа… Ну это… Юнги с мужем помирился, не с женой. Они с Хосоком женаты уже три года. — ЧТО?! — если Тэхён думал, что был шокирован, увидев довольного Мина, то нет — это было лёгкое удивление. Потому что сейчас он реально охреневает! — Это как вообще возможно?! И ты ничего не говорил?! — Ну, там такая история интересная… Они как-то в Лас-Вегас отдыхать ездили, а вернулись с кольцами на пальцах, — Намджун разводит руки, — а не говорил, потому что это не моё дело и не мой секрет. Мы в Корее, и это далеко не нормально для нашей страны, они никогда не афишируют этого. Надеюсь, ты понимаешь, и тоже будешь молчать. — Охуеть… — это всё, на что хватает Тэхёна. Он так и стоит, не двигаясь, пытаясь переварить полученную информацию. Юнги и Хосок женаты! В какой параллельной вселенной это вообще возможно?! — Лапушка! — неожиданно орёт Тэхён. — Чего? — Вы когда пили вместе, то Юнги постоянно жаловался на свою Лапушку! Это… Это Хосок что ли?! — Ну да, Юн его так зовёт, правда не на людях, конечно… — Охуеть, дубль два, — шепчет Тэ и начинает смеяться от абсурдности не только этой ситуации, но и всего этого дня. Да, сегодня у него действительно напряжённый и полный неожиданных и радостных открытий день. И пусть он испытал сегодня невероятный стресс, стыд и неловкость, но никогда прежде не чувствовал себя таким счастливым и окрылённым. Он обнимает Намджуна, утыкается в шею и шепчет тихо: — Пойдём домой. Только сливки всё-таки нужно взять…