Хищ, который научился бояться

Через пару дней я окончательно привыкла к своему новому характеру. Надо отметить, изменилась я не так сильно, как опасалась. По крайней мере, паники от собственных поступков у меня не было, я не вытворяла под гормональным бумом всякую дичь. Да, я стала чуть более обидчивой, чуть более мягкой и чуть более нервной. Но приступов истерики у меня больше не было, я терпеливо шла следом за своим яутжа, помогала ему вечером разводить костер, коптить добытое мясо неизвестного происхождения (знать не хочу, кого он умудрялся мне скармливать!), потом кипятить воду, ну, а в конце послушно позволяла затащить меня на широкую, толстую ветку и засыпала под уютное урчание моего напарника. Шершень, сперва косящийся на меня и то и дело пытающийся помогать даже тогда, когда я в этом не нуждалась, убедился, что у меня устойчивая ремиссия и постепенно вернулся к прежнему насмешливо-ехидному стилю общения. Но почему-то теперь я чувствовала, что это ложь. Что это не природное, а старательно взрощенное чернушное чувство юмора. Кажется, он шутил по большей мере, чтобы развеселить самого себя, и без этих шуток он совершенно расклеился бы. У него была в жизни какая-то серьезная потеря и теперь он шутил, чтобы не думать об этой потере. Откуда я это взяла — не знаю. Может, проснулась печально известная женская интуиция? Сегодняшний вечер не отличался от предыдущих. Сначала. Накрапывал мелкий дождик. На костре, прикрытом от влаги небольшим навесом то ли пахло, то ли воняло мясо — если его не нюхать, на вкус оно напоминало пережаренную на костре говяжью тушенку — мы в полевом лагере и не так извращались над питанием! Нормально, в общем, было с голодухи. Шершень блаженно дремал у корней дерева, предоставив мне «честь» бдить за ужином — сам-то он уже наглотался, словно удав, сырятины. Я помешивала красные угли в костре палочкой, прислушиваясь к окружающему лесу. На всякий случай. Чисто по привычке. С Шершнем мы вскочили одновременно, услышав слишком громкий для ветра треск веток. Я одним пинком перевернула стоящий на земле котелок с водой, заливая костер и одним щелчком сдвинула на глаза очки, включая режим теплового видения. Оружие висело через плечо, и следующим движением я перебросила его вперед, схватив в руки. Пусть моя подготовка заняла всего пару секунд, но гигантская красно-золотая туша воина уже беззвучно исчезла в шуршащих кустах. Стрелять вслепую я не рискнула, боясь зацепить своего. Лес переливался зелено-голубыми цветами — планета была довольно жаркая. Врагов пока не было видно. Я прижалась спиной к дереву, быстро глянув наверх и убедившись, что на плечи мне не свалится кто-нибудь недружелюбный. Прошуршало справа, потом слева, заставив меня нервически дернуть стволом из стороны в сторону. На поляну вышли три твари, пронзительно шипя и припадая к земле. Три лапы — две сзади и одна передняя, вытянутая, омерзительно-слюнявая морда с жутким клювом и скорпионий хвост, качающийся над спиной явно намекали, что эти гады пришли сюда за ужином. И на роль ужина предполагаюсь я. Они медленно стали брать меня в кольцо. Двое на пару секунд устроили потасовку за кусок мяса, который жарился над костром, разорвали его на две части и проглотили. Облизываясь, продолжили наступать в мою сторону, с явным предвкушением шипя и высовывая гадкие языки. Я активировала систему опознавания. В моей библиотеке тварей, подлежащих уничтожению они присутствовали, хотя я лично никогда с ними не сражалась. Грийи-Ши, в просторечии «Скорпионьи Дьяволы». Ядовиты, крайне агрессивны, вечно голодны. На спине хитиновый панцирь. Влагозависимы, никогда не отходят от водоемов больше, чем на двадцать метров. В период дождей могут покидать свои родные ручьи. Распространены на влажных планетах. Я убью это насекомое! Шершень, вот гад, наверняка знал же, что во время дождя надо быть осторожнее! Один дьявол сделал обманный выпад, и я ответила ему короткой бластерной очередью в морду. Не на ту напали! Лежать, тварь! Грийи-Ши лежать не желал, но отступил в сторону, обиженно повизгивая — все-таки сгустки энергии прямо в морду никому получить неприятно, какой бы там панцирь не был! Я сжала покрепче оружие. Без боя не дамся. И где этот подонок яутжийский?! Обещал же защищать мою задницу! Словно откликаясь на мою разъяренную мысль, откуда-то с вершины дерева спрыгнул Шерш и набросился на гадов. И почему только свою пушку не использует?! Против других тварей он без стеснения задействовал ее. Через секунду я сообразила — лазерные выстрелы, наверное, хитин не возьмут, вот и пошел в рукопашную, со своими двойными лезвиями. Говорят, у них оружие сделано из металла, который не берет даже кислота ксеноморфа! Хотела бы я такой ножик… Сражение длилось пару минут. Я как могла, подключала свое оружие. Одного гада прикончила я, вбухав в него пять обойм и буквально прожгла его башку насквозь. Шерш, как-то странно кособочась, подошёл поближе ко мне и рухнул на землю. Один хвостовой шип дьявола распорол его бок и застрял в животе, второй располосовал предплечье и завяз в ключице. Зелёная, светящаяся кровь, пульсируя, вязко вытекала из глубоких царапин. Придется играть в полевую медсестру!