В терновом венце

Обманчивое июньское солнце недолго баловало теплом. С приближением экзаменов над замком нависли большие тёмные тучи, полные по-осеннему холодных дождей. Пронизывающий ледяной ветер заставил студентов снова достать заброшенные в чемоданы тёплые вещи и забыть о долгих вечерних прогулках. Гарри, Рон и Гермиона все чаще оставались в гостиной факультета, греясь у камина и отгоняя настырных младшекурсников, которые только и ждали, когда можно будет занять самое безветренное место в башне. — Хорошо, что квиддич уже закончился, — потирая замёрзшие ладони, проговорил Рон. — Я пальцев почти не чувствую. Поленья потрескивали в очаге под монотонный скрип пера, то и дело прерываемый недовольным сопением Рона. Он демонстративно расстроенно перебирал свою потрёпанную коллекцию шахмат после того, как Гарри дважды отказал ему в партии. — Скоро распогодится, — сказала Гермиона, не поднимая лица от длинного письма, которое она уже второй час строчила родителям. — Я смотрела прогноз в «Пророке». — Гарри, подай, пожалуйста, второе перо, моё, кажется, сломалось. Эй, Гарри, ты опять завис? — А? Что? — Дай своё перо, пожалуйста. — Да, конечно. Бери. Рон с Гермионой переглянулись между собой. За прошедшие несколько дней они делали это так часто, что удивительно, как им самим не надоело. — Чувствую себя сумасшедшим, когда вы так смотрите, — равнодушным усталым голосом отозвался Гарри. — Я же просил. — Прости. — Я пойду полетаю. — Опять? — В такую погоду? — Обычная погода, — буркнул Гарри и лениво зашагал за формой. Полёты остались последним занятием, которое не вызывало раздражения. Кроме того, только таким образом Гарри удавалось выматывать себя настолько, чтобы перестать думать о том, о чем он запретил себе даже вспоминать. О Малфое и чёртовой Пэнси Паркинсон. Драко неожиданно воинственно воспринял побег Гарри из спальни слизеринцев и теперь заваливал письмами. Впрочем, что именно он писал, так и оставалось неизвестным, поскольку, узнавая изящный почерк Малфоя по первой букве, Гарри тут же рвал и выбрасывал всю пришедшую почту. Так он пропустил несколько записок от Хагрида и два приглашения от Дамблдора, но зато чувствовал себя немного спокойнее. Гермиона, как назло, лишь подливала масло в огонь, каждый раз отчитывая Гарри в стиле того, что он ужасно поступает с девушкой. Того, в свою очередь так и подмывало сказать ей, что Малфой совсем не девушка, но только он открывал рот, как вся смелость улетучивалась, и он выглядел ещё более странным. Гарри вышел из замка навстречу промозглой сырости. От постоянных дождей поле для квиддича стало похожим на широкое корыто с грязью. Мокрые кольца торчали из него как огромные блестящие ложки. Деревянные трибуны почернели от воды. Проваливаясь по щиколотку в тёмную жижу, Гарри прошёл несколько шагов и попытался взлететь. Мокрая земля не давала достаточной опоры, чтобы оттолкнуться, и подняться удалось только с третьей попытки. Гарри с удовлетворением глубоко вдохнул влажный воздух. Ветер трепал волосы, сбивал с нужного направления и вгонял крупные холодные капли дождя под одежду, но это была свобода. Гарри развернул метлу и взмыл в серое небо. «Совсем как его глаза», — мысль невольно сверкнула в голове, и Гарри со злостью направил Молнию в крутое пике. «Будь ты проклят, Малфой». Гарри разгонялся и крутился над полем, пролетая в метре от земли, почти зачёрпывая ногой размокшую землю. Пальцы немели от холода, и Гарри принимал эту боль почти с благоговением. В округе на несколько миль не было видно никого живого. Скоро дождь усилился, превратившись в режущий лицо ледяной ливень, древко стало совсем скользким. Гарри пустил метлу в центр поля, но рука вдруг дернулась и слетела вниз. Молнию резко закрутило у западной трибуны. Гарри перехватился за метлу в последний момент, мельком заметив, как на противоположной трибуне что-то зашевелилось. Светлое пятно, размазанное и почти незаметное из-за стены дождя. Гарри выровнялся и прищурился, а затем следом чуть снова не свалился с метлы. Опираясь узкими запястьями за край трибуны, в пятидесяти ярдах от него стоял продрогший от дождя Малфой. Пропитанные водой, волосы прилипли к щекам. На бледном лице застыл испуг. Вероятно, Малфой видел, как Гарри соскользнул с метлы. — Уходи, ты мне мешаешь сосредоточиться, — прокричал он, подлетая ближе. — Гарри, давай поговорим. — Нам не о чем с тобой разговаривать, Малфой. Гарри с досадой понял, что полеты на сегодня закончены. Он развернулся и начал медленно приземляться обратно в густую грязь поля. — Что происходит, — Малфой догнал его у входа в раздевалку. Голос, аккомпанированный стуком зубов, вибрировал от холода. Гарри сильнее сдавил рукоятку метлы и не ответил. — Ты серьезно так взбесился из-за Пэнси? Я не понимаю. Внутри раздевалки было холодно как снаружи. Вода стекала по плащу, оставляя за Гарри большие грязные лужи. — Чего ты не понимаешь, Малфой, — сквозь зубы спросил он, обернувшись. Малфой замер, растерянно моргая. — Что ты ёбаный Пожиратель смерти? Ёбаный надменный блюститель чистоты крови, а я тупая грязнокровка, которой ты наконец позволил удовлетворять тебя втихую? Которую скоро твой лорд сгонит на убой. Куда мне до Пэнси и твоих замечательных друзей? Скажешь, это неправда? Разве это не подходит под твое чистенькое мировоззрение? — Гарри, зачем ты так, — Малфой с мученическим выражением поднял брови. — Даже если я тебе нравлюсь, что это меняет? Ты всё такой же, и я такой же. Я тебя ненавижу, Малфой. Ты мне противен. Гарри отвернулся. Малфой застыл на месте. Его посиневшие от холода губы слегка приоткрылись, будто он хотел что-то сказать, но вместо слов раздалось только несколько тихих несвязных звуков. Малфой уронил лицо в ладони и, согнувшись, упал на пол на колени, вздрагивая всем телом. «Нет только не это». Гарри уже трясло от этого разговора. Он чувствовал, как злость, за которую он так безнадёжно хватался последнюю неделю, тает и уступает чувству ещё более разрушительному. Пытаясь выгнать все мысли из головы, Гарри развернулся и быстрым шагом пошел к шкафчикам. Это была сила, с которой он ещё мог справляться, пока Малфой был далеко, но теперь, когда он оказался совсем рядом. «Нужно уйти, пока я совсем не размяк», — только подумал Гарри, как новый всхлип за спиной заставил его обернуться. Малфой скрючился на полу вниз лицом, его точеный профиль навис в дюйме от лужи, натекшей с его промокшей мантии. Он казался совсем маленьким и совершенно разбитым. Без напущенного величия, без гордого взгляда, сдавшийся и жалкий. — Чёрт, прости меня, Драко, — Гарри сам не зная зачем медленно вернулся к сгорбленной фигуре. — Я не знал, что так расстроишься. — Пусть, — из-за рыданий Гарри едва мог разобрать слова в этом жёванном потоке несвязной речи. — Не извиняйся, если ты это правда чувствуешь. Это хорошо. Даже очень хорошо. Лучше для тебя. Я боялся, я думал… Но ты оказался гораздо сильнее. Какой же я дурак. — Драко. — Даже с этим справиться не смог, не смог оттолкнуть тебя, когда тебе показалось, что ты что-то чувствуешь ко мне. Не смог уберечь того, кого я… Не смог уберечь от самого себя. Ты прав, я самовлюблённый ублюдок. И скоро я снова заставлю тебя ненавидеть меня ещё сильнее. — Драко, пожалуйста. Я не знаю, зачем я так сказал. Это неправда. Я просто… Просто зол на самого себя, что настолько не подхожу тебе. Ты ни в чем не виноват. Пожалуйста, не плачь. — Гарри, — Малфой резко поднял лицо и схватил юношу за запястья. — Гарри, у меня не было ничего с Пэнси. Правда. Я… Ты веришь мне? — Да, это неважно. — Я не знал… не знал, что ты подумаешь так… — Перестань, — Гарри обнял Драко и понял, что проиграл. От гнева не осталось и следа. Серые глаза, яркие в покрасневших от слез веках, смотрели так нежно, что всё на свете на секунду перестало иметь какое-либо значение. Лишь бы он больше не плакал и вернулся к своей раздражающей всех ехидной надменности. — Ты весь замёрз, пойдём в замок, — силой заставляя себя вернуться в чувства, сказал Гарри. — Пойдем, тебе нужна ванна. Гарри взял Драко за руку и потянул с пола. Он послушно встал. — Вот так, — Гарри поднял капюшон мокрой мантии Малфоя ему на голову. Крупные капли засочились с ткани на нос. Юноша стоял с понурым взглядом совершенно потерянный. — Лучше будет, если тебя не узнают. Гарри был практически уверен, что кто-нибудь поймает их вместе, пока он тащил обмякшего Малфоя за собой на пятый этаж, но, вероятно, плохая погода разогнала из коридоров даже привидений. Только у последней лестницы Гарри столкнулся с тремя потерявшимися первокурсниками, которые, тут же перешептываясь, испуганно сбежали вниз. Гарри затолкал Драко внутрь ванной для старост и крепко вдавил задвижку. «Лишь бы Миртл не заявилась сюда». Малфой скинул мантию и ботинки и сел на край бассейна. Он всё ещё был расстроен. Гарри чувствовал себя даже больше не к месту, чем сам Драко. Ещё несколько дней назад он был готов отдать всё на свете, лишь бы снова оказаться так близко к Драко. Но теперь между ними словно лежала бездонная пропасть из противоречий, которую Гарри вырыл сам. Его непродолжительная, но интенсивная ревность, мучившая словно адское пламя, вскоре привела Гарри к осознанию того, что кроме нездорового и постыдного во всех смыслах влечения у них с Драко нет ничего общего. Гарри думал, что будет лучше объяснить это в знакомой Малфою манере, но снова все испортил. Он не хотел никому делать больно. Гарри даже не думал, что Драко так отреагирует, и теперь отчаянно ломал голову, как оттолкнуть его и при этом не чувствовать себя подлецом. Гарри обошел бассейн и включил воду. Пышные от пены розовые потоки хлынули вниз, разбиваясь о белое дно бассейна. Комната сразу же наполнилась мягким густым паром. — Знаешь, когда я первый раз оказался здесь, то подумал, что быть старостой стоит только ради одной этой ванной комнаты, — негромко обратился к Драко Гарри, пытаясь разорвать напряжение, повисшее между ними. — А я — что тут довольно грязно, — Драко грустно улыбнулся. — Залезай уже, у тебя ногти на ногах синие. — Сначала ты. — Как хочешь. Гарри небрежно скинул с себя капитанскую форму и нырнул в горячую пенную ванну. Обжигающая вода приятно защипала кожу. Малфой так и сидел у бортика. — Ждешь, пока я тебя раздену? — Гарри подплыл к юноше и остановился напротив, приглаживая свои мокрые волосы. Бледное лицо Драко горело от смущения. — Я бы хотел… — его щеки стали еще пунцовее. — Черт, Малфой, — Гарри оттолкнулся ногами от стены, отплывая на спине в противоположную сторону. — Ты стал таким странным. Где твоя былая заносчивость? Драко внимательно следил за каждым движением. — Я боюсь, что ты снова, — Малфой поджал губы. — Боюсь, что ты снова сбежишь. Гарри тяжело вздохнул. «Мордред, Драко, зачем ты все усложняешь». Он закрыл глаза, слушая, как Малфой шелестит одеждой. Пожалуй, это не самое лучшее место, чтобы порвать с ним. Шумный плеск воды отразился эхом от мраморных стен, и юноша окунулся в воду. — Эй, ты чего, — Гарри почувствовал, как холодные ладони тянут его на себя. — Драко, не надо. — Почему? Я же сказал… Мне не нравится Пэнси. Мне нравишься ты. Гарри не успел ответить, как ощутил цепочку таких же холодных поцелуев на своей шее. Ещё немного, и он совсем не сможет сопротивляться. — Драко, мы никогда не сможем… Язык Малфоя скользнул по груди. — У нас нет ничего общего. Ты же меня почти не знаешь. — А ты бы хотел, чтобы я узнал тебя? — Я просто хочу тебя, — зашептал Малфой, и Гарри опять стало больно. Собственная слабовольность, помноженная на томные реплики, просто разбивала сердце. Гарри хотелось думать, что все, что он испытывал к Паркинсон по отношению к Драко, вовсе не ревность. Ведь ревность для него означала бы только… — Снова это выражение на твоём лице. Что не так? — Малфой, слегка нахмурившись, склонил голову на бок. — Я не думаю, что между нами может быть что-то кроме этого, Драко, — отводя взгляд, едва смог вымолвить Гарри. — А то, что мы делаем, это неправильно. Никто такого не поймет. — Плевать на всех, — рука Драко крепче обвила Гарри за талию. Внизу Малфой был совсем твердый. — Нет, стой, — Гарри отстранился, хватая Драко за тонкие пальцы. — Я ведь серьезно. — У меня не получается. Я знаю, что я сам просил не продолжать, но у меня ничего не выходит, Поттер. У тебя ведь тоже. Я чувствую, что ты возбудился. — Это мне и не нравится. — Просто потому что мы оба парни? — И поэтому тоже. — Мне осталось совсем мало времени, Гарри. Скоро я уеду и больше никогда не вернусь в Хогвартс. Я вообще не знаю, увижу ли я еще когда-нибудь, чтобы ты смотрел на меня как сейчас. Если я тебе хоть немного нравлюсь, позволь… Малфой не договорил и, приблизившись губами к губам Гарри, робко поцеловал их. Гарри снова ощутил, как растворяется в его объятьях. Сердце затрепетало так, что стало захватывать дух. «Проклятье, Малфой, зачем ты такой». Бороться уже не было сил. Гарри отпустил последнее сомнение, связывающее его, и с головой погрузился в разрывающее на части желание. Руки сомкнулись у обнажённых бёдер Малфоя, пальцы двинулись вдоль впалой линии позвоночника. На прикосновение бархатной кожи все тело отозвалось сладкой дрожью, словно только этого и ждало все эти долгие дни разлуки. — Кто я для тебя? — на выдохе прошептал Гарри, уже совсем не владея собой. — Моя последняя надежда, — ещё тише ответил Драко. Слабый голос его будто плавил расслабленное сознание, затягивая с собой в забытье, наполненное лишь вибрирующим в его худой груди тембром, ласкающим каждую клетку тела. Согревшиеся ладони гладили с напором, стараясь слиться воедино. Запястье Малфоя юркнуло под воду, проталкиваясь между прижатых в возбуждении друг к другу животов и, грубо сжав в хватке оба члена, стало поступательно разгоняться. Гарри тихо застонал, двигаясь навстречу. Вода пенилась и бурлила между ними, меняя цвета в безумной лихорадке. Поцелуи стали жарче. Дыхание замедлилось. Драко приподнялся в воде, еще плотнее обняв Гарри, впиваясь в его губы с языком и подставляя бедра под ласкающие пальцы. Ладонь Гарри уже направилась к сжатому проходу. — Вот это да-а-а, — писклявый визг обрушился на них словно лавина. Малфой вздрогнул и тут же с ужасом вжался в Гарри и спрятал лицо, уткнувшись носом в его шею. — Во имя Мерлина, Миртл, я думал тебе запретили здесь появляться, — рыкнул Гарри в сторону прозрачной маленькой девочки в очках, внезапно выплывшей из-за картины с русалкой. Миртл широко заулыбалась и стала кокетливо накручивать на палец косичку. — Прости, Гарри, я иногда тихонько подсматриваю, — как будто смущаясь, заговорила она. — Миртл, так нельзя! — О-о, Гарри, а я думала это двум мальчикам нельзя обниматься в одной ванне, — она лукаво заулыбалась, подлетая совсем близко. — Кто у нас здесь такой счастливчик? Драко дернул головой, пытаясь скрыться за волосами. — Привет, Дра-а-ко, — Миртл помахала ему призрачной ладонью прямо перед самым носом. — Совсем забыл про меня? — Не смущай его, Миртл, — обнимать Драко даже в присутствии привидения было чертовски неловко. Что ощущал при этом Малфой, сложно было и представить. Он все так же неподвижно стоял, щекоча горячим дыханием шею. — Ты заступаешься за него, это так мило. Миртл закрутилась вокруг них, игриво подпрыгивая в воздухе и поднимая вокруг себя легкие пузырьки пены. — Пообещай, что не расскажешь никому, — взмолился Гарри. — Пожалуйста. — Конечно, — запищала в ответ Миртл. — Обожаю всякие маленькие секреты. — Это не шутки, ты же понимаешь? — Еще как, Драко тебя там так сжимает под водой, — улыбка Миртл, казалось, растянулась по всему её призрачному лицу. Малфой тут же разжал ладонь и покраснел до самых ушей. — Похоже, ты ему очень нравишься. — Миртл, — Гарри замялся. — Ты можешь оставить нас? — И пропустить самое интересное? Гарри недовольно посмотрел в её сторону и, к его удивлению, Миртл все-таки сдалась. — Ох, ну ладно, так и быть, не буду вам мешать. Двигаясь спиной и сверкая довольной улыбкой, Миртл медленно поплыла назад, вскоре растворившись в стене, из которой и появилась. Гарри облегченно выдохнул, но Драко все еще не двигался. Пытаясь привести его в чувства, Гарри слегка стиснул белое плечо, нежно целуя Драко в лоб у линии волос. — Ты как? В порядке? — Да, — тихо отозвался Малфой, так и сдавленный изнутри стыдом. — Плевать на всех, говоришь? — Я не… — Да неважно, — Гарри ещё раз бегло поцеловал Драко и, отстранившись, быстро вылез из бассейна. — Надо уходить. Уверен, она до сих пор подглядывает. Пытаясь влезть в сырую форму и наблюдая, как из-под воды поднимается стройное безупречное тело Малфоя, Гарри мысленно поблагодарил Миртл за то, что она не дала им закончить. Сам он вряд ли уже сможет когда-нибудь противостоять Малфою, особенно если он будет продолжать с таким напором. Драко оделся, морщась от прикосновения мокрой ткани, и, подойдя ближе к ожидающему у выхода Гарри, с улыбкой навалился на него всем телом, обнимая и осыпая новой порцией поцелуев. «Господи, как же мне это прекратить», — думал Гарри, с наслаждением отвечая на каждое касание мягких губ.