В терновом венце

— Гарри! Я знал, что вернешься! Невилл Лонгботтом выбрался из портретной рамы, за которой был спрятан волшебный тоннель, и бросился к Гарри, словно не видел его целую вечность. — И вы здесь, ребята! Вы не представляете, как я рад всех вас видеть. — Боже, Невилл, что с тобой случилось? — ужаснувшись, спросила Гермиона, глядя на старого друга. Его лицо, сильно похудевшее и изнеможенное, покрывали глубокие шрамы. Правый глаз заплыл, и под ним сиял уже пожелтевший крупный синяк. — Ты про царапины? Это ничего. Сейчас посмотрите на Симуса. Его недавно так отлупили, что теперь не узнать. — Кто? — По дороге расскажу, пойдемте. Аб, примешь сегодня еще пару-тройку гостей? — Ты серьезно, Лонгботтом? — так же неприветливо, как и прежде, заговорил Аберфорт. — Как я это по-твоему устрою? Пожиратели будут рыскать в деревне всю ночь. — Я попросил ребят аппарировать сразу в трактир. Не переживай, можешь с ними даже не разговаривать, отведи в тоннель и все. — Вот раскомандовался, — фыркнул трактирщик. — Ладно, пойдемте, — сказал Невилл, махнув рукой на портрет над камином, и ловко взобрался на постамент. Гарри поторопил друзей. — Драко, тебе лучше? — поинтересовался он, повернувшись к кровати, где лежал Малфой. — Сможешь идти? — Да, все нормально. Малфой, держась за столб полога, вяло сполз с постели. Он все еще покачивался, голова у него явно кружилась. — Кто это? Малфой? Драко Малфой? — спросил Невилл, изумленно глядя на фигуру Драко, ковыляющую до камина. — Э-э. Да. Гарри снова повернулся к юноше. Его, пожалуй, и правда нелегко было узнать в таком виде. С весны Малфой изменился еще сильнее чем сам Невилл. Разве что только без этих ужасных синяков. От плохого ухода его сильно отросшие волосы выцвели и поблекли, а кожа под глазами приобрела какой-то нездоровый малиново-синий оттенок. Откровенно смущенный происходящим, Драко нетвердо встал перед друзьями, поправляя растянутый свитер Дадли, съезжающий на плечо, и старался глядеть только на Гарри. — Ты не узнал его? — Просто необычно видеть его с вами, — промямлил Невилл, наконец изучив Малфоя с ног до головы. — Значит и он пойдет тоже? — Да, а что такого? Парень замялся, потирая затылок: — Гарри, извини, но я не уверен, что ему можно с нами. — Почему еще? Он теперь на нашей стороне. — Малфою нельзя доверять. — Не глупи. Ты же видел фото в «Пророке»? Его ищут, как и нас. — Видел. А еще видел его в начале года. Малфой — Пожиратель смерти, он присягал им, и у него метка. — Больше нет. Сейчас все по-другому. — Я так не думаю, — несмело продолжил Невилл. — Он пытал Симуса, Гарри. И много кого еще. Гарри посмотрел на Малфоя. Тот неловко закусил губу, но отрицать ничего не стал. — Это в прошлом, — ответил Гарри, хотя явственно ощущал, как в душе все заледенело от мысли, что Драко мог мучить кого-то. — Мы уже давно решили между собой: мы больше не разделяемся. Других вариантов нет. — Ребята это не одобрят, — вздохнул Невилл. — Но если ничего не остается, надеюсь, ты знаешь, что делаешь. — Я знаю, не переживай. Восторг Невилла чуть приутих от присутствия Драко, но он по-прежнему был необычайно весел. Попрощавшись с Аберфортом, Гарри последним из друзей влез на каминную полку и перешагнул через проем в стене. Впереди за портретной рамой виднелся длинный освещенный коридор с утоптанным земляным полом. На стенах покачивались мутные медные лампы с пыльной паутиной на кайме. — Сколько лет этому проходу? — спросил Гарри, когда дверь позади захлопнулась, и они впятером зашагали по пустому тоннелю. — Его нет даже на карте мародеров. — Думаю, лет сто, не меньше. Он оказался очень кстати, ведь остальные семь опечатали в сентябре. А вы серьезно, проникли в Гринготтс? В «Пророке» пишут, что в тот день в банке грабители убили человека. Это ведь неправда? — Не совсем, — отозвался Рон. — Была драка, и в говнюка попало собственным проклятьем. Он хотел меня прирезать, представляешь? — Я так и думал. А что вам понадобилось в Гринготтсе? — Мы выполняли наказ Дамблдора. Это все, что мы можем тебе сказать, — быстро ответил Гарри, прежде чем Рон открыл рот. Невилл чуть нахмурился. — Понятно. — А как у вас здесь теперь, — тут же сменила тему Гермиона. — Правда, так плохо, как говорила Джинни? — Еще хуже. Мало того, что весь год нас нещадно били, так недавно Кэрроу разрешили старшекурсникам тренировать Круциатус на провинившихся. Крэбб и Гойл от этого просто в восторге. Услышав про старых друзей, Драко, шагающий рядом с Гарри, заметно помрачнел. — Как они это объясняют? — возмутилась Гермиона. — Чем можно прикрыть использование непростительных заклятий в школе? — Дисциплиной, — развел руками Невилл. — Кэрроу ведь отвечают за поведение. Они говорят, мол эти заклятья не так плохи, как кажутся. А непростительными их назвали слабаки, которые боятся использовать настоящую силу. — Какой кошмар. — Ага, и учителя теперь должны докладывать пожирателям о малейших наших проступках. Лишний раз слова не скажешь. А нелегко, знаешь ли, молча сидеть на некоторых предметах, на магловедении, например. Его сделали обязательным для всех. — Что плохого в том, что магловедение сделали обязательным? Это же чудесная идея. Я давно говорила, что волшебникам стоит многому поучиться у обычных людей. — Это другое магловедение, Гермиона, — тихо сказал Драко. — Да. Его ведет сестра Амикуса, поэтому нетрудно понять, чему она может научить. Там нам рассказывают, какие маглы недоразвитые тупые животные, и что они всегда должны были прислуживать магам. Якобы это в их природе, представляете? Самый знатный свой шрам я получил как раз за то, что спросил, сколько магловской крови в ней и ее братце. Рон аж присвистнул от удивления. — С каких пор ты стал таким дерзким, Невилл? — Вы бы слышали, какими словами она все это говорила. Никто бы не выдержал. Даже некоторым слизеринцам стало не по себе. А они не сильно жалуются на новую власть. — Ты поступил ужасно глупо, — расстроено проговорила Гермиона. — Вовсе нет. Если не перечить им, рано или поздно привыкаешь к тому, что они говорят. Начинаешь верить в эту ерунду. А даешь отпор, и в остальных это вселяет надежду. Я помню, как ты, Гарри, так делал. Всегда воодушевляло. Полумна говорит, главное не затвердеть душой, а с остальным мы справимся. — Полумна тоже здесь? — Скоро будет. — Неужели тебя так били только за оговорки? — Ну не только, если честно. Чистокровных боялись трогать, поэтому у нас было больше свободы, если это так можно назвать. Ну мы и разошлись. Гарри с удивлением посмотрел на Невилла. — Разошлись? И что вы делали? — По мелочи там… Исписывали стены, освобождали из цепей тех, кого наказывали. Собирали снова Отряд Дамблдора. — О боже, Невилл. — Все было нормально до рождества. Даже отлично. Люди стали верить, что новый порядок можно изменить. Каждую неделю в ОД появлялся кто-то новенький, и Снейп стал побаиваться сопротивления. Но к январю пожиратели взялись за нас по-черному. Сначала пропала Полумна, потом увезли Джинни. Майкла Корнера поймали на месте, когда он освобождал первокурсников, и чуть не запытали до смерти. А следом принялись и за меня. Я не всегда такой ходил, вы не подумайте. Невилл засмеялся, но никто из друзей даже не улыбнулся. Гермиона от его слов вся побелела. — Они продолжают тебя бить? — спросила она. — Нет, куда там. Я ведь уже недели три прячусь. Они долго не могли поверить, что я зачинщик всего балагана, пока не выловили всех, кого подозревали. Когда вариантов не осталось, до них-то и дошло. Начали с пыток, а там и до бабушки добрались. Пытались приструнить меня через нее. Подослали в дом каких-то головорезов, думали легко будет справиться с одинокой старушкой, но хах, — Невилл усмехнулся. — Долиш до сих пор в лечебнице, а бабушка сбежала. Прислала мне недавно письмо. Пишет, что гордится мной. Невилл буквально засветился, похлопывая себя по карману, из которого торчал уголок конверта. — Тебе, наверное, потом еще сильнее досталось за ее побег? — А то. После этого они быстро решили, что от меня проще избавиться, чем пытаться перевоспитать. Уж не знаю, убить меня хотели или отправить в Азкабан, я еле ноги унес. — Если ты сбежал из Хогвартса… Невилл, куда тогда мы идем? — спросил Гарри настороженно. — Сейчас увидите, — хитро улыбнулся Невилл, заворачивая за угол. — Вам понравится. Коридор резко вильнул на повороте, и друзья оказались перед массивной деревянной дверью без ручки. — Симус, — закричал Невилл, толкая ее вперед. — Симус! Ты должен мне три сраных галлеона, дружище. Только посмотри кого я тебе сегодня привел. Гарри переступил через порог, и огромная толпа шумных старшекурсников налетела на него словно стая корнуэльских пикси. — ГАРРИ! — Это Гарри Поттер! — Невилл привел Гарри Поттера! — громче остальных закричал Симус Финниган, чье лицо по цвету напоминало спелый баклажан. — Идите все сюда. Людей становилось больше и больше. Они облепили ребят со всех сторон, стараясь подобраться поближе. Знакомые лица близняшек Патил, Макмиллана, Корнера, Голдстейна засверкали улыбками. — Уизли! Гермиона! — завопил Терри Бут, выпрыгивая из толпы и обнимая разом и Рона, и Гермиону. — Это правда вы! Вы живы! Поттер, черт побери, я ни секунды в тебе не сомневался! — Он здесь. Здесь Гарри Поттер. Гарри почувствовал на себе полсотни рук. Друзей обнимали, хлопали по плечу, ерошили волосы. Гарри казалось, что еще чуть-чуть и его просто разорвут на части. Столько всеобщей любви он не получал, даже когда Гриффиндор выигрывал кубок школы по квиддичу. Шум не стихал ни на секунду, и Драко, никем не узнанный и отделенный от троицы старшекурсниками, быстро скрылся в веселой толпе, прижавшись к стене рядом с дверью. — Я все понимаю, ребята, но давайте без криков, — попытался успокоить всех Невилл, когда понял, что люди сами не угомонятся. — Уже утро, снаружи нас могут услышать. — Пускай! Теперь с нами Гарри! Ничего не страшно. — Да, с нами Гарри! Гарри замотал головой, пытаясь разглядеть, куда их привел Невилл. Комната вокруг напоминала огромный шалаш, заполненный людьми и заставленный всякой всячиной. На стенах висели роскошные гамаки всех цветов и размеров. По периметру стояли высокие стеллажи. — Что это за место? — восхищенно спросил Гарри, стараясь докричаться до Невилла через всеобщий гам. — Здесь просто невероятно. — Не узнал? — улыбка друга растянулась до ушей. — Это Выручай-комната. Превзошла саму себя, да? Когда я сюда пришел, она была совсем крошечная. Всего один гамак да свеча. Даже не думал, что она так может разрастись. — Сколько же сейчас тут народу? — Человек тридцать. Гарри задержался взглядом на креслах у камина, где рядом с высокими шкафами за книгой дремали две девочки в мантиях Рейвенкло. Пол рядом с ними было не видно из-под пышных подушек и разномастных спальников со смешными кисточками по бокам. — И они все тут живут? — Когда как, — ответил Невилл. — Некоторые прячутся как я, другие просто приходят пообщаться. У нас тут что-то вроде штаба. — И никто из пожирателей не может сюда войти? — Ага, — ухмыльнулся Симус, и Гарри с болью заметил, что ко всему прочему у него не хватает пары передних зубов. — Невилл все продумал. Даже с едой. — Тут никаких премудростей, — перебил его Невилл, заметно краснея. — Я прятался здесь от Филча и на второй день уже жутко проголодался. Тогда я подумал, что неплохо бы чем-нибудь перекусить. И только эта мысль пришла мне в голову, комната сразу поняла, что мне нужно. В стене появилась дверь, и открылся проход в Кабанью голову. С тех пор Аберфорт снабжает меня провизией. Мы быстро подружились. Он классный, просто любит немного поворчать. — Ладно, Гарри, хватит про нас, — снова перебил Симус. — Расскажи лучше, чем вы весь год занимались. Я сгораю от любопытства. — Каких только про вас слухов не ходило, — поддержала его Парвати. — Кто-то даже поговаривал, что вы все давно сбежали из страны. — Какая чушь, — обиженно фыркнул Рон. — Ага, это цветочки. Третьекурсник из Слизерина утверждал, что видел ваши трупы. — Ты про Велена? Он идиот. — Да, а помнишь, Астория сплетничала что-то про Драко Малфоя? Вроде как, что тот тоже путешествует с Гарри и помогает им бороться с Сам-Знаешь-Кем. — Вот уж во что точно сложно поверить, — прыснул Симус. — Малфой сейчас наверняка далеко за границей со своей семейкой. Потягивает розовую воду на побережье Франции, и в ус не дует. — А ты прямо гляжу скучаешь по нему, Финниган, — с легкой усмешкой сказала Лаванда, усаживаясь на подлокотник одного из кресел. — Тебя и без стараний Малфоя последний раз знатно приложили. — Ой, да что ты. Не сбеги Малфой, меня бы и в живых уже поди не было. Симус вывалил язык, изображая висельника, и девушки заливисто рассмеялись. — Но ребята, честно говоря, это правда,  — сам не зная зачем, вдруг вставил Гарри. — Драко с нами. — Ты шутишь? — Да нет же. Вон он стоит. Гарри указал на угол, куда забился Малфой, и радостный смех вдруг резко прекратился. В комнате воцарилась неприятная тишина. Полсотни пар глаз устремились к Малфою. Изумленные, непонимающие и злые. Хуже всех отреагировал Симус. Увидев Драко, он, как ужаленный, вдруг сорвался места и кинулся к нему, готовый растерзать парня заживо. Малфой, отдать ему должное, даже не дернулся. — Зачем ты пустил его сюда, Невилл? — спросил Симус, остановившись перед Малфоем так близко, что они почти столкнулись лбами. — Гарри сказал, что так надо, — запаниковал Невилл, оправдываясь слабеньким голоском. — Дружище, расслабься. Он больше не с ними. — Ему здесь не место, Гарри. И никогда не будет. — Симус, не надо. У нас общий враг. Нам нужно забыть наши прежние склоки. — Забыть? — взревел Симус, наконец повернувшись к друзьям. — Значит я должен забыть и это? Он поменялся в лице и резким движением задрал свою майку к груди, оголяя худые ребра. Под тканью словно мятая бумага пестрели на коже глубокие ожоги. Щеки Малфоя побелели, но он продолжал молчать. — Эй, Милли, и ты. Подойди сюда, покажи Гарри свою руку, — Симус повернулся к другой части комнаты, где за столом сидела маленькая светловолосая девочка. Она испуганно посмотрела на всю компанию своими огромными черными глазами и отрицательно закачала головой, спрятав руку под стол. — Она до сих пор боится. Скажи, какого это делать такое с второгодкой, ублюдок, — рыкнул Драко Симус. Но Малфой, хотя и выглядел очень бледным, не сказал ни слова. Симус весь трясся от ярости. — Ей двенадцать, Гарри, ДВЕНАДЦАТЬ! Но мерзавцу было плевать. Он изрезал малышке ладонь до костей, потому что в октябре ее мать попыталась укрыть у себя какого-то несчастного магла. То еще ужасное преступление. Да, Малфой? Молчишь? Нечего тебе добавить? С каждым словом Гарри казалось, будто что-то умирает в его сердце. Он не мог смотреть на Малфоя. Ему вдруг стало так противно и мерзко. Симус сказал что-то еще, но Гарри уже не услышал. Внезапный приступ головной боли сдавил виски с такой силой, что стены комнаты искривились как бреду, а затем растворились во мгле. Гарри увидел ноги Волдеморта у разбитых плит пола и открытую пустую шкатулку. Ярость и страх, парализующие словно ядовитый укус. Мальчишка похищает крестражи. Он знает, где они. Он хочет уничтожить их. Гарри пришел в себя, осознавая, что держится за Рона двумя руками, вот-вот готовый упасть. Лоб взмок от пота. Кровь забилась в висках. Гарри поднял глаза. Все вокруг снова смотрели лишь на него. Только радость на лицах людей теперь сменилась страхом и непониманием. — Тебе нехорошо, Гарри? — поинтересовался Майкл. — Видок у тебя нездоровый. — Он устал, — предположил кто-то, и люди опять зашумели. Все голоса смешались в один. — Хочешь присесть? Присядь. — Дайте ему стул. Эй, кто-нибудь. — Нет, я… Нам нужно идти, — вяло и слабо проговорил Гарри. — С тем, что делал Малфой, будем разбираться потом. Люди вокруг зашушукались. Ярость Волдеморта мучила Гарри даже без видений. Дыхание стало тяжелым. Голову будто раскололи пополам. — Хорошо, как скажешь, Гарри — заговорил Симус. — Сейчас так сейчас. Мы готовы, каков твой план? — План? — недоуменно спросил Гарри. — Конечно. У тебя ведь есть план? — Я бы не назвал это планом. У нас есть дело, которым мы занимаемся. — И ребята, без обид, но мы не можем никого взять с собой, — добавил Рон.  — Никого кроме Малфоя, конечно же, — зло буркнул Симус. — Да, Драко пойдет с нами, — подтвердил Гарри. Симус скрестил руки на груди. — Значит, ты доверяешь Малфою больше, чем нам? — Нет. Дело не в этом. Это сложно объяснить. — Попробуй, — сказал Невилл с досадой. — Дамблдор поручил мне кое-что. Одно дело. Но мы должны сделать его сами. Без чьей-либо помощи. — А как же Отряд Дамблдора? — воскликнул Симус. — Мы ждали тебя, противостояли им, пока вас не было. Пожалуйста, объясни, ради чего мы рисковали своими жизнями. Мне непонятно, почему ты доверяешь Пожирателю смерти больше, чем кому-либо из нас. — Я не Пожиратель смерти, — сквозь зубы процедил Драко, и Симус опять повернулся к нему, готовый броситься в бой в любой момент. — Давно ли? Темный лорд сам отпустил тебя? — Я не поведусь на это, Финниган. — Да? А на это? — рыкнул Симус и вдруг грубо толкнул Драко в грудь двумя руками. Кто-то позади Гарри испуганно охнул. Качнувшись, Драко невольно шагнул назад, упершись спиной в стену. — Ребята, вы чего? — вскрикнула Падма. Но Симус, выпрямившись в полный рост, неумолимо двинулся на Малфоя. Гарри был готов поклясться, что вот-вот случится нечто ужасное, но в ту же секунду дверь из тоннеля неожиданно отворилась и в комнату с неуместным радостным смехом впорхнула Полумна. Вдохновленная и посвежевшая с их последней встречи, она вела за собой улыбающегося Дина Томаса. Симус повернулся на шум, и его измученное злое лицо в миг озарилось счастливой улыбкой. — Дин! Он тут же забыл про Малфоя, прижатого к стене, и, раскинув руки, побежал к старому другу. Гарри облегченно выдохнул. Хотя бы обошлось без драки. — Дин, дружище! — Да это мы! Привет вам, и всей троице! — засмеялся Дин, похлопывая Симуса по спине. — Как-то у вас тут тихо. И хмуро. Что произошло? — Не обращай внимания. Как вы? Почему так долго не приходил? — Но я же писал вам. — Как они узнали, что мы здесь? — удивилась Гермиона, пока ребята обменивались последними новостями. — Фальшивый галлеон, — Невилл показал ей маленькую монетку. — Они с Джинни попросили оповестить их, когда вы явитесь в Хогвартс. Мы пользовались ими для общения целый год. Классная штука. — Все ожидали, что вернешься освобождать школу, — добавил Дин. — И вот мы здесь. Когда начнем действовать? Я готов слушать план. — Нет никакого плана, — нервно ответил Гарри, потирая лоб. — Вы поднимаете шумиху. Я понятия не имел, сколько вас здесь. Мы хотели все сделать тихо. — То есть вы собираетесь кинуть нас? — спросил Майкл. — Оставить на растерзание этим садистам? — В том то и дело, что нет. Если мы не сделаем все, как положено, вам не победить. Я должен действовать тихо, чтобы никто не заметил. Ясно? — Мы можем действовать тихо, — ничего не понимая, невозмутимо повторил Дин. — Мы поможем. Да, Полумна? — Конечно! За этим мы здесь. Приказывай, Гарри. — Черт, Гермиона, я больше не могу объясни им. — Ребята, мы очень ценим то, что вы делали весь этот год, но… Хлопок от входной двери не дал ей договорить. На этот раз пороге с шумом и улюлюканьем появились близнецы Уизли, размахивающие флажками Гриффиндора, Ли Джордан, Чжоу Чанг и Джинни. Гарри заметил, как с появлением девушек, стоящий у стены Драко напрягся и поднял голову. — Гарри, с тобой все хорошо! — Джинни увидела Гарри и стремглав кинулась ему на шею, растолкав всех вокруг. — Прости меня за то, что произошло у Тонксов. — Прости, прости, прости. Я все это время хотела извиниться, но не знала, куда писать. Мне так жаль, я вовсе не думала о тебе ничего плохого. — Все нормально, Джинни, — прохрипел Гарри под натиском ее извинений. — Только не сжимай меня так сильно. — Прости, прости, прости. — Фух, Джинни, ты из него кишки сейчас выдавишь. — Аберфорт бесится, ребятки, — поигрывая в руках волшебной палочкой, проговорил Фред. — Скоро начнет требовать плату за проход через свою дыру. — Через свою дыру? — воскликнул Джордж. — Хах, это твоя худшая шутка за сегодня, братишка. — Подожди, я только разминаюсь. Братья с предвкушением поглядели на троицу. — Ну что, уже обсудили план? Гарри казалось, если еще кто-то спросил про план, он сойдет с ума. Все пошло совсем не так, как он рассчитывал. А ужасающая боль в шраме мешала здраво мыслить. — Да нет никакого плана, — взорвался Гарри. Джинни так и висела на нем, не желая его отпускать. От цветочного аромата ее волос жжение в шраме усилилось. — Невилл, зачем ты их позвал, вы только усложняете все. — Ого, назревает конфликт, — беззлобно ухмыльнулся Ли Джордан. — А вы говорили, он будет рад нас видеть. — Я рад, только, все… Все не вовремя. Джинни, пожалуйста, отпусти, ты меня душишь. Девушка нехотя расцепила руки. — Мы же помочь хотим. — Нам некогда об этом говорить. Нам надо идти. — Но ты только и делаешь, что болтаешь, парень, — заметил Майкл. — Только вот же незадача: болтаешь, и при этом абсолютно ничего конкретного нам не говоришь. — Я пытаюсь! Гарри застыл, борясь с желанием выбежать из комнаты и никому ничего не объяснять. Ему было ужасно неловко и вместе с тем, он уже сходил с ума от бессилия. Волдеморт движется сюда, а они даже не знают, как выглядит следующий крестраж. Гарри с надеждой посмотрел на друзей. Их, похоже, терзали те же сомнения. — Чего ты заупрямился? — шепнула на ухо Гермиона, и Рон, заметивший это, наклонился ближе. — Пусть они помогут. Смотри, как их много. Вместе мы найдем новый крестраж быстрее. Необязательно говорить, что он есть на самом деле. — Да, я думаю, Гермиона права, мы достаточно уже сделали в одиночку, — согласился Рон. — Но если он узнает, что мы отправили всех на поиски, он поймет. — Он и так скоро поймет. Гарри посмотрел на Рона, Гермиону, затем на уже взволнованного Драко, оттесненного толпой, и на остальных. Все они ждали от него какого-то решения, будто у него не просто был план, а был план с самого начала. Гарри попытался сосредоточиться, и жжение стало почти невыносимым. Словно череп изнутри разрывали острыми крюками. Гарри не мог мыслить ни о чем кроме этой боли. Что если правда рассказать им? Волдеморт все равно скоро догадается о судьбе крестражей. А тайны… Гарри уже тошнило от тайн. Какой вообще от них был толк? Дамблдор просил молчать, но вся жизнь Дамблдора состояла из умолвок и секретов, и чем это кончилось? Грязными слухами, отвратительными разговорами, бесславной смертью. Стоили ли они того? — Ладно, — сдался наконец Гарри, не до конца уверенный, что поступает правильно. — Ваша взяла. Если вы хотите помочь, то слушайте. Толпа оживилась, придвинувшись ближе. Гарри набрал в легкие побольше воздуха. — Мы ищем одну вещь. Очень важную вещь, без которой невозможно одолеть Волдеморта. Я точно уверен, что она находится где-то здесь, в Хогвартсе, но проблема в том, что мы не знаем наверняка, как она выглядит. — Мы должны найти неизвестно что? — Да. Есть небольшая зацепка. Я считаю, что она как-то связана с Ровеной Рейвенкло. Может быть, это древняя реликвия или драгоценность, помеченная орлом. Кто-нибудь из вас видел что-то подобное или слышал о нем? Гарри с надеждой посмотрел на группу Рейвенкло. Ребята лишь растерянно пожали плечами. — А этой вещью может быть исчезнувшая диадема? — первой нарушила тишину Полумна. — Помнишь, я рассказывала, что у моего отца почти получилось сделать копию. — Гарри же сказал, что вещь точно находится в Хогвартсе, — Майкл закатил глаза. — А диадема исчезла несколько веков назад. Если бы она была в замке, ее бы уже нашли за столько лет. — Она в самом деле пропала так давно? — спросил Гарри, ощущая, как тает последняя надежда. — Да, и даже никаких ее следов обнаружить не удалось. Профессор Флитвик любил рассказывать нам о ней. — И никто из вас никогда ее не видел? Ребята закачали головами. — Проклятье. — Если только, — задумчиво проговорила Чжоу, и у Гарри замерло сердце. — Я видела ее на статуе Ровены у нас в гостиной. Диадема на ней хоть и ненастоящая, но ты хотя бы сможешь посмотреть, как она выглядит. — Да, я, — Гарри затих на полуслове. Боль опять обручем стянула голову. Свет в Выручай-комнате заморгал, и Гарри почувствовал, что сознание Волдеморта снова просачивается через его собственное. Гарри поддался, и комната обратилась какими-то ночными пейзажами. Ветер подул в лицо, и под ногами далеко внизу показалась земля. Гарри протянул руку к клыкастой змеиной голове на плече, поглаживая холодную чешую. — Гарри, — голос Гермионы вернул его в сознание. — Ты с нами? — Да, просто. Задумался немного. Волдеморт летит куда-то. Сюда или к озеру, не знаю. Времени не осталось. Как попасть в вашу гостиную, Чжоу? — Я могу тебя провести, — глаза девушки загорелись, и она вскочила со своего места. — Нет, — разом воскликнули Джинни и Драко. Малфой наконец вышел из тени и, растолкав всех остальных, встал напротив Гарри. — Ты не понимаешь, что творишь, — зашипел он, приблизившись вплотную и стараясь говорить как можно тише. — Тебе плохо, и ты паникуешь. Куда ты пойдешь? Ты шатаешься на ровном месте. — Реддл скоро будет здесь, что ты предлагаешь? Сидеть, смирно сложив ручки? — Дай нам все сделать, — Драко схватил Гарри за локоть. — Останься здесь. — Ты много на себя берешь, — процедил ему Гарри и силой вырвал руку. — Чжоу, пойдем. Ты проводишь меня до гостиной. Рон, Гермиона, охраняйте ту вещь, которую мы добыли. И не спускайте глаз с Малфоя. — Почему ты так поступаешь со мной? — Драко снова зацепился за Гарри, глядя прямо в глаза. — Из-за того, что сказал Финниган? Я делал это не по своей воле. Я могу тебе объяснить. — Не сейчас, — Гарри снова оттолкнул Малфоя и тот ни на шутку разозлился. — Ебаный ты придурок, Поттер. Возьми хоть Полумну. Она тоже из Рейвенкло, зато сражается лучше чем Чанг. — Слишком много народу. — Тогда пусть Чанг останется. Шрам горел и неумолимо вызывал новое видение, но Гарри всеми силами пытался остаться в сознании. — Все, Малфой надоел, — буркнул Гарри. — Будь по-твоему. Чжоу, прости, я пойду с Полумной. Кто-нибудь, покажите, где здесь выход. Мы уходим. Девушка расстроенно вернулась на свое место, испепеляя Драко и Джинни взглядом. — Невилл. — Да, — парень встрепенулся. — Помоги мне выйти. — Ох, конечно. Сейчас. С болью оглядываясь на разочарованных одноклассников, Невилл наконец вывел Гарри и Полумну из толпы, направляя в самый темный угол комнаты, заставленный каким-то хламом и пробитыми бумажными перегородками. За стенкой Гарри заметил крутую лестницу, уходящую под пол. — Это здесь, Гарри, — друг указал на покатые ступеньки. — Но тут есть небольшая проблемка. Выход из комнаты каждый раз оказывается в новом месте. Так нас, конечно, сложнее найти, но и мы сами не знаем, где окажемся, когда выйдем. — Это не проблема, — спокойно сказал Гарри. — Ну тогда, удачи. Не попадитесь там. — Постараемся, — подмигнула Полумна и потянула Гарри за собой. Стараясь не терять больше ни минуты, они проследовали вниз по лестнице. Ступеньки быстро закончились, и друзья уткнулись в сплошную бетонную стену. Полумна тронула ее рукой в самой середине, затем камень под пальцами стал исчезать, и на его месте возникла невысокая деревянная дверь, ведущая наружу. — Вроде никого, — шепнула девушка, толкнув дверь и высунув голову в проем. — Значит выходим. Смотри в оба. Пустующий Хогвартс встретил Гарри ярким солнцем, пробивающимся сквозь стекла высоких окон и нежным запахом чернил на пергаменте. От тоски по этим уютным светлым галереям у Гарри засосало под ложечкой. Он развернул мантию и набросил ее сначала на себя, а потом на девушку, стараясь хорошо укрыть их обоих. Полумна была невысокой и хрупкой, почти как ребенок, но даже с ней Гарри с трудом помещался под мантией. Чувствуя, как крепко она прижимается к его груди, двигаясь вдоль длинных коридоров, Гарри быстро догадался, почему Малфой так не хотел, чтобы с ним пошла Чжоу. — Мы на пятом этаже, — прошептала Полумна, оглядываясь. — Вон запретная секция. — Нам повезло, что комната выпустила нас здесь. Обычно тут пусто. — Зря ты так. В этом году секция открыта и пользуется большой популярностью. Слизеринцы полностью оккупировали ее. — Но я и сейчас никого не вижу. — Хм-м. Да. Это очень подозрительно. — Давай остановимся. Они замерли около окна, и Гарри достал из кармана потертую Карту мародеров. Точек на ней никогда еще не было так мало. Почти неподвижные, все они скопились в школьных кабинетах или по углам башен. Пятикурсники засели в подземельях на зельеваренье, третий курс — в теплицах Спраут. Рейвенкловцы заняли кабинет Флитвика. По коридорам двигались лишь редкие точки, имена которых Гарри видел в первый раз. — Где здесь вход в вашу башню? — Дальше. По той стороне. У пустых залов. — Вроде путь свободен, — Гарри показал Полумне этаж на карте. — Думаю, можно больше не прятаться. — Как скажешь, Гарри, — послушно ответила девушка. Гарри скинул мантию и скомкал ее в карман. Хотя все было спокойно, какое-то тревожное ощущение не покидало Гарри. Он иногда проверял по карте, не появился ли кто новый на этаже, но замок словно вымер. Даже портреты покинули свои рамы. Полумна молча зашагала по пустым коридорам замка, лишь изредка оглядываясь назад. Она была необычно притихшей, а Гарри наоборот — как назло хотелось поговорить. Его снова стали терзать сомнения насчет Драко. Мучить людей до шрамов, такое не может не остаться незамеченным для кого угодно. И он все равно пошел на это. — Полумна, что ты думаешь о Малфое? Девушка повернула голову и со своим обычным мечтательным видом спросила: — Что ты имеешь в виду, Гарри? — Как считаешь, не стоило его брать сюда, да? — О, ты об этом, — она задумалась, слегка замедлив шаг. — Я думала, ты доверяешь ему. — Я доверяю. То есть. Это сложно. Я точно знаю, что он не сделает мне ничего плохого. Но остальным… Полумна не ответила. — Та девочка из Рейвенкло. Симус сказал правду? Драко наказывал ее? — Прости, Гарри, я не знаю. Меня, наверное, уже не было в Хогвартсе. Но я думаю, да. Зачем Симусу врать? — Кажется, я опять запутался, — с болью выдохнул Гарри, понимая, что он опять думает не о том, о чем нужно. Понимая, что его одержимость Малфоем стала чересчур очевидной. — Я идиот. — Вовсе нет, — попыталась утешить его Полумна. — Я понимаю твои опасения. — Малфой никогда не говорил мне про то, что делал в Хогвартсе. И вообще про время, когда был пожирателем. — Наверное, он не хотел бы, чтобы ты это знал. — Но я хочу. — И ты точно хочешь услышать про это от меня? Гарри посмотрел ей в глаза, и вдруг ему показалось, что Полумна тоже все знает. Он резко отвел взгляд. Снова стало противно от самого себя. То самое чувство, которое постоянно испытываешь от общения с Малфоем. — Боишься, что ошибся в нем? — Не знаю, наверное. Разве это сложно? Девушка опять притихла. Они прошли половину пути и двинулись по длинной стеклянной галерее пятого этажа. Внизу виднелось поле для квиддича и верхушки запретного леса. Еще никогда прежде размеренная жизнь Хогвартса не казалась Гарри такой чужой. — Мне так жаль его, Гарри, — вдруг опять заговорила Полумна, будто размышляла о нем все это время. — Я думаю, Драко очень несчастен. Он пытается быть хорошим ради тебя, но в душе его ужасная, бесконечно холодная тьма. Она остановилась перед лестницей в конце коридора и пристально почти мистически поглядела Гарри в глаза. — Такое зло, от которого не излечиться. Зло, которое травит душу. И Драко, мне кажется, безнадежно влюблен в него, хоть и не хочет это признавать. От ее слов внутри словно что-то оборвалось. — Но лучше тебе об этом не думать сейчас, — совершенно неуместно улыбнулась вдруг Полумна, отчего Гарри стало совсем не по себе. — К тому же мы уже пришли. Она запрыгнула на лестницу перед собой и резво устремилась вверх, скользя ладонью по перилам. Вопреки советам Полумны Гарри так и продолжал терзать себя ее словами. Малфой пытал людей. Наказывал грязнокровок и ловил предателей крови. Знал ли это Гарри? Конечно знал. Он был Пожирателем смерти. Его любимым слугой. Он делал все, что прикажут. На третьем пролете Полумна наконец остановилась. — Вход тут, — гордо продекламировала она. На светлой стене прямо перед девушкой едва заметно виднелась даже не дверь — одинокое деревянное полотно в форме полукруглой арки. На нем не было ни замочной скважины, ни засова, ни петлей, только — небольшой бронзовый молоточек в форме орлиной головы. Полумна протянула руку и осторожно коснулась птицы. Раздался слабый стук, а после клюв задвигался, и из него послышался нежный мелодичный голосок. — Что было первым: феникс или огонь? — спросила птица. — Хм, интересно, — залепетала девушка и опять задумалась. — Есть идеи, Гарри? — Э-э… Идеи? — Нужно ответить на вопрос. — Разве вы не просто называете слово и проходите? — Нет. Как тогда учиться? — По учебникам? — Ну ты и шутник, — улыбнулась Полумна. — Ладно, может быть, ответ: круг не имеет начала? — Верное замечание, — не медля, ответил бронзовый орел. Механизм за дверью щелкнул, и проход в комнату с щелчком открылся. Полумна пропустила Гарри вперед, и он едва не охнул от удивления. Чуть меньше общего зала, гостиная Рейвенкло простиралась во все стороны, сияя синими полотнами гербов и гобеленов. С потолка свисали золоченые люстры, а стены казались прозрачными из-за невероятных размеров окон, через которые виднелись снежные шапки гор. Стараясь охватить взглядом все это великолепие, Гарри заметил в нише северной стены белую мраморную статую Ровены Рейвенкло. Он медленно подошел к каменной фигуре, осматривая диадему на ее голове. Украшение показалось ничем не примечательным. Простенький обод с незатейливым узором делал ее похожей на диадему, что Флер надела на свою свадьбу. Там, где украшение касалось лба, была нацарапала мелкая надпись: «Ума палата дороже злата». — А ты у нас беднее бедного, дурень безмозглый. *** От неожиданности Гарри вздрогнул и сорвался с каменного постамента, на котором стояла статуя. Голова с размаха ударилась о стену, и все поплыло перед глазами не хуже, чем перед последним видением Волдеморта. Но видения не было. Словно коршун, готовый схватить свою добычу, над Гарри нависла Алекто Кэрроу — бледная мумия с рыхлым лицом. Волшебница прикоснулась пальцем к черному черепу на своем предплечье и уродливо улыбнулась. — Повеселимся, Потти? Шрам обожгло с такой силой, что Гарри показалось, что он потерял сознание. В глазах потемнело, но затем словно проблеск он увидел, как плещется море у ног. Он стоит на утесе, и сердце наполняется радостью. Идиоты поймали мальчишку. Наконец-то. Гарри с трудом выбрался из видения, но вместо Алекто над ним теперь уже возвышалась перепуганная Полумна. Сама Кэрроу лежала на полу и не двигалась. — Прости, Гарри, я не слышала, как она прокралась. Отвлеклась на мозгошмыга над входом в спальни. Хорошо, что она меня не заметила. — Ты ее оглушила? — Да, кажется. Никогда не использовала это заклинание, только в ОД. Разве от него должно быть столько шума? — Не должно быть, Полумна. В дверь тут же неистово заколотили. — Кто это еще может быть? — в панике спросил Гарри у девушки. — Я не знаю. — Алекто, — завопил снаружи неприятный мужской голос. — Ты там? Ты его поймала? Открывай! Алекто! Человек начал лупить по дереву руками и ногами. — Куда деваются исчезнувшие предметы? — сквозь непрекращающийся стук молвил мелодичный голос бронзового орла. — Да заткнись ты, тупая железяка. Откуда мне знать? Алекто! Отзовись, Алекто! Если ты вызвала его, а мальчишки не будет, нам конец. Слышишь? — Что нам теперь делать? — испуганно зашептала Полумна. — Тс. Кэрроу поднимал столько шума, что Гарри уже был сам готов открыть дверь и оглушить его. Оставив Полумну позади у статуи Ровены, он почти подкрался к двери и потянулся к ручке, но вдруг за воплями Амикуса услышал знакомый голос. Сердце екнуло в груди. — Почему вы кричите, профессор Кэрроу? — спросила профессор Макгонагалл своим привычным строгим тоном. Гарри даже не представлял, как скучал по нему. — Мне нужно попасть внутрь, а проклятая птица меня не пускает, — раздраженно ответил Кэрроу. — Что с ней делать? — Разве там не должно быть вашей сестры? — Должно быть. Вечером ее пустил Флитвик, а сейчас она не отзывается. Мордредовы подштанники, мне срочно нужно увидеть чертовку. Кажется, она вызвала Темного лорда. Вы можете открыть эту проклятую дверь? — Так же, как и вы, профессор. — Не выводите меня из себя, Макгонагалл. Быстро открывайте, или я позову Мэрин. Она в три счета заставит вас вспомнить, кто здесь главный. — Не стоит волновать девушку по пустякам, — спокойно ответила профессор Макгонагалл, и бронзовый молоточек мягко ударил по двери, затем орел повторил свой вопрос. — Куда деваются исчезнувшие предметы? — В небытие и во все сущее, — не раздумывая сказала профессор. Прежде чем дверь приоткрылась, Гарри быстро достал из кармана мантию-невидимку и развернул ее над собой и Полумной. — Изящно, — пропела птица, пропуская гостей. — Алекто! — маг со всех ног бросился к сестре и затряс ее за плечи как безвольную куклу. — Что с ней сделали? Кто посмел? — Вашу сестру, очевидно, оглушили заклятием. Только вот, действительно, кто? Вы же еще на рассвете отогнали всех учеников к профессору Флитвику. Думаю, тут никого нет кроме нас, Амикус. — Что же она сама себя заколдовала? — Зная вашу сестру, это не исключено. — Вы пытаетесь нас оскорбить? — возмущенно воскликнул Амикус. — Можете не отвечать, я знаю, что вы о нас думаете. Чугуноголовые Кэрроу. Я слышал ваш разговор со Снейпом. Мужчина резко достал палочку и направил ее в лицо профессору. — Прошу, вы все неправильно поняли. Не делайте глупостей. — Глупостей, хах! Алекто вызвала Темного лорда. Случайно или нет, уже неважно. Мальчишки я здесь не вижу, а это плохо для нас обернется. Придется нам сказать, что вы заставили ее прикоснуться к метке. Да-да. Вы повздорили и решили отомстить ей. — С чего бы ему поверить в такую чушь? — С того, что вы с первых дней не ладите. А сегодня вы свихнулись, напали на нее и… Черт, вы ведь станете все отрицать. Придется для начала вас убить. Он поднял палочку выше, уже готовый сделать взмах. Лицо его озарилось нездоровой решимостью. — Что? Постойте, Амикус, — испуганно воскликнула профессор Макгонагалл. — Подождите. Вы сошли с ума, вы совершаете ошибку. — Темный лорд скоро будет здесь. Мне жаль. Авада… — Круцио! — скидывая мантию, выкрикнул Гарри прямо в Кэрроу. Яркая волна света вылетела из палочки и тут же впилась в тело Кэрроу алыми иглами. Маг истошно завопил. Гарри испуганно посмотрел на палочку из боярышника. За время, пока она была у Малфоя, Гарри совсем уже позабыл, насколько сильной в его руках она была. Амикус свалился на колени, скрючившись так, что кости заскрипели в суставах. Над телом заклубился багровый пар, а потом волшебник упал рядом с сестрой. Обездвиженный и холодный. — Мистер Поттер? — прошептала профессор Макгонагалл, хватаясь за сердце. — Непростительное заклятие. — Но он хотел убить вас, профессор. — Ох, я… Вы поступили очень мужественно и абсолютно безрассудно. — Уже неважно. Волдеморт скоро будет здесь. — Вам нужно уходить отсюда. Вы настоящий безумец. Зачем вы явились в замок в такое время? И в сопровождении мисс Лавгуд. — Мне нужна диадема Ровены Рейвенкло. Настоящая диадема. Вы знаете, где она может быть? — О, Мерлин. Никто не знает. Она же исчезла очень давно. Поттер, вы не в себе? Гарри зажмурился от нового приступа боли. — Нет. Это неважно сейчас. Профессор, перед смертью Дамблдора я пообещал ему выполнить одну просьбу. Я должен найти эту диадему. Она где-то здесь, в Хогвартсе. И поэтому вы должны срочно эвакуировать всех учеников, всех без исключения. Волдеморт захочет добраться до меня, и он не остановится ни перед чем. Он убьет всех, кто попадется ему на пути. Профессор Макгонагалл спокойно дослушала Гарри и посмотрела на него сквозь круглые стекла своих очков. — Ох, Поттер. Как не вовремя вы решили вернуться. — Что вы имеете в виду? Ровно в этот момент птица за дверью снова заговорила. Так неожиданно, что Полумна, стоящая совсем близко вздрогнула и отпрыгнула назад. — Что ищем мы ночью и сразу теряем с лучами светила? — Сон, сновидения, дрема, — нетерпеливо ответил снаружи мужской голос. — Что там еще может быть. Сонливость, сны. Ну? Я правильно сказал? — Суетливо, но верно, сэр — пропел орел. — Необычайно полная формулировка. Полотно отворилось, впуская внутрь ужасно худого высокого парня в нелепой магловской одежде. На его голове торчала цветная панама, а на ногах блестели большие ботинки на каблуке. Гарри машинально поднял палочку в сторону незнакомца и тут же опустил, только увидел его лицо. Человек впереди был точной копией его самого. Двойник с недоуменным видом посмотрел на тела Кэрроу у постамента, затем на Гарри, Полумну и наконец на профессора Макгонагалл. — Минерва, я что-то упустил? — Нет, Уилл, — устало вздохнула волшебница. — Это настоящий Поттер. Наш план сработал, но, похоже, совсем не так, как мы рассчитывали.