Светлячки

— Прости, я тут немного ссамовольничал.       Мартин тряхнул кудряшками и закусил нижнюю губу. Они сидели в палате, на полу, прямо на куче сваленного в углу белья, потому что на палату с диваном у Эльзы не было денег. Ей хотелось побыть с сестрой после недельного расставания, но прогонять Мартина тоже не торопилась. Полумрак палаты и какофония из различных приборов ИВЛ, электронной капельницы, кардиомониторов давил сегодня больше, чем обычно. Ей нужна была компания.       К тому же она была действительно благодарна. Настолько, что решила открыться. Сама не заметила, когда разговор перешел в это русло. Вполне возможно, что парень сам навел ее на эту тему, потому что кому было бы неинтересно, что случилось с девушкой, за которой его попросили приглядывать. Но скорее всего ей это было нужно больше, чем ему. Мартин слушал внимательно, не перебивал и не преувеличивал свои эмоции. Тихо выдыхал слова под нос, хмурился, поджимал губы, когда она затрагивала самые сложные моменты. Фрозен не чувствовала к себе пресловутой жалости, лишь понимание и участие. Это было очень приятно. Даже тяжелый ком, вставший в горле при воспоминаниях, растворялся, не заставляя ее пролить слезы. Но ей казалось, что если она бы заплакала, ей не стало бы стыдно.       Признаться, тогда, в приглушенном свете палаты и с честным участием в лице, он показался ей совершенно другим человеком, глубже, что ли. Он выглядел так, будто все понимает, будто был там чувствовал то же, что и она. Ей пришла мысль, что вероятно ее подсознание заметило это раньше и она выбрала его в качестве «няньки» для Анны не просто так.       Она рассказала почти все. И о том, что в начале лета (такого далекого лета, лета в другой жизни) они с родителями планировали круиз на лайнере. И о том, что заупрямившись из-за подготовки к важным экзаменам, Эльза с ними не поехала, почти сорвав семейный выезд. И о том, как Анна с родителями все же отправилась, хотя поначалу и слышать не хотела об отпуске без старшей сестры. И о том, каким было страшным утро, когда она узнала новость…       Так, они тихо переговаривались, Мартин говорил слова поддержки, простые и честные, хвалил ее, говорил, что она отлично справляется. Потом они молчали. А затем он вдруг сделал такое заявление, что Эльза тут же отвлеклась от своих мыслей. — В смысле? С-самовольничал? — Ты только не злись. Дело в том, что когда я пришел к Анне во второй раз. Я так понимаю, ты ходишь один раз в неделю, да? — Ну? — Ну, вот. И я заметил, как одна медсестра ну, скажем, очень небрежно обращалась с Анной. Когда она разминала ее мышцы, выпустила руку и она ударилась о подлокотник, да и в целом она…       Эльза тут же подскочила, чтобы разглядеть сестру на предмет увечий, но ее удержали за рукав. — Стой. Все в порядке, ничего критичного. Просто эта медсестра отностлась очень халатно к своей работе, — он недобро хмыкнул. — И? — переспросила девушка, усаживаясь обратно и борясь с внутренним закипанием. — И я потребовал замену персонала. Мне сказали, что такие решения принимаешь только ты и я подумал действительно дождаться тебя, но меня слишком возмутила эта ситуация и я… — Что? — Ну в общем, теперь во вторую смену за ней ухаживает медбрат. Его зовут Кристофф. А… вот и он, кстати. Как удачно, — Мартин широко улыбнулся, смотря куда-то за Эльзино плечо.       Не успела она хоть как-то переварить полученную информацию, как к ним в палату въехала медицинская тележка, а за ней вошел высокий широплечий парень в бирюзовой униформе. Он довольно смурно кивнул в их сторону и они тут же встали, почти повинуясь инстинкту. Точнее Мартин встал первым, увлекая за собой Фрозен. За секунду парень сгреб постельное в корзину и принялся за Анну.       Подростки тихо наблюдали со стороны. Сначала показавшийся недоброжелательным медбрат с каждой минутой нравился Эльзе все больше и больше. Все его движения были выверены, действовал он быстро и четко, как по инструкции. Какое-то время она сама ухаживала за Анной, до выплаты страховки, и его способности вызвали в ней, если не восхищение, то уважение точно. А что там у него на лице написано — не имеет значения.       Только закончив все дела, парень соблаговолил снова обратить на них свое внимание. Вынув из одного уха наушник, он вдруг разорился широкой простой улыбкой и забасил: — Ух, ты, да ты ее сестра. — Да, так и есть. Эльза, — она протянула руку. — Спасибо, Вы отлично справляетесь. — Кристофф, — последовало крепкое рукопожатие. — Своему парню спасибо скажи. Я уже месяц без нормальной работы маялся. Всех пациентов эти мегеры разобрали. А на мне автокредит…       Над ее ухом хохотнул Мартин, то ли над фразой о парне, то ли о мигерах. — Не за что, старик, — он тоже пожал ему руку. — Слу-ушай, ну, вы похожи конечно, как две капли воды!       Эльза расплылась в улыбке, настроение тут же поднялось. Она взглянула на сестру, через плечо нового знакомого. Вся эта белая постель, эти провода, они так ей не шли! На самом-то деле это сейчас она похожа на нее — бледное подобие той самой Анны. Искрящейся и смелой… Истощение от искреннего разговора снова дало о себе знать. У нее уже не было сил злиться на нынешнее положение дел, она лишь пребывала в перманентной усталости. Словно уловив ее мысли, медбрат едва заметно удалился из палаты, также бесшумно, как появился. Мартин положил ей руку на плечо. — Слушай, я пойду. Оставлю вас. Если что, я в коридоре. Кофе куплю, тебе взять? — М, нет, не надо.       Парень направился к двери, но только его пальцы коснулись ручки, как Эльза его окликнула: — Еще раз спасибо, Мартин. Ты… очень помог. — Да, я такой, — усмехнулся парень и вышел, щелчком отрезая сестер от внешнего мира.       Девушка глубоко вдохнула и медленно выдохнула. Огляделась, словно видела эту маленькую, стерильную комнату впервые. Белые стены с широкой полосой темно-синей краски у пола, полузасохший фикус в горшке. Анне нравятся цветы. Поэтому Эльза, повинуясь этой мысли, взяла с полки стакан, наполнила его холодной водой из маленькой раковины и полила беднягу. На этот раз было сложнее начать разговор. Наверное… наверное, потому что каждое Рождество она загадывала одно и тоже. И оно не сбывалось.       Плечи девушки предательски задрожали, она закрыла лицо и снова не почувствовала влаги. Резко выпрямилась и повернулась к кровати. — Ну, конечно, — горько усмехнулась. — Чего я ждала?       Затем согнав навалившееся чувство безысходности, решила прибегнуть к единственному доступному ей способу — нажаловаться. Вообще Фрозен предпочитала думать, что так они с Анной общаются. Каждый неделю, когда она приходила в эту палату, рассказывала о том, что у нее происходит. — Знаешь, Ань, — начала она, сев на край кровати и взяв бледную руку в свою. — Что-то я совсем запуталась… Мне такое приснилось на этих выходных, не поверишь.

***

      Когда она вышла из палаты в коридоре никого не было. Решив, что у Мартина вполне могут быть и свои дела, она не торопясь спустилась в гардероб и направилась на улицу. В больницах всегда так по-особенному пахнет, даже в новых. Ей не нравился этот запах.       На экране высветилось, что такси подъедет через три минуты. Сегодня у нее была запланирована еще одна очень важная встреча, при воспоминании о которой сердце сжималось. Засунув руки в карманы и зарывшись носом в шарф, Эльза стала ждать, перекачиваясь с пятки на носок. Под ее ногами совсем скоро начала появляться кашица из снега. И все же было немного неприятно, что сегодня она практически открыла Мартину свою душу, а он даже не дождался ее. Сомнение по поводу, правильно ли она вообще поступила маленьким червячком закопошилось где-то в груди. Если бы он ждал ее в коридоре, как и обещал, ей было бы легче.       Вдруг откуда-то послышался голос, от которого нутро моментально похолодело. Неразборчивый звук, то ли плача, то ли человеческого воя. Так звучит только полное отчаяние. Стараясь не вслушиваться, Эльза с чувством нарастающей тревоги побежала на шум. Завернув за угол, она застыла. Картина представшая перед ее глазами было такой нереальной и одновременно разрушительно правдивой, что она не могла пошевелиться. При чем она не наблюдала ничего сверхъестественного, но сейчас ее бы меньше поразила встреча с призраком.       Она смотрела, как Мартин и Скарлетт, та самая девушка с вечеринки, садятся в такси. Застав лишь одну секунду, она поняла — дело дрянь. Их, слишком плавные для реальных, движения буквально застыли перед глазами, словно она видела их в замедленной съёмке. Скарлетт с выражением всепоглощающей внутренней боли, ревет, полусогнувшись, словно ее ударили в живот, и держа скрюченные руки у лица, не закрывая его. Она плакала навзрыд, почти орала на воздух. И Мартин… С абсолютно спокойным, бесчувственным выражением лица наклоняет ее голову, чтобы она не ударилась и проталкивает вглубь салона, а затем садиться следом.       В полном ступоре Эльза наблюдала, как машина тронулась и проехала мимо нее. На секунду Мартин обернулся и целенаправленно перехватив ее взгляд, кивнул. Фрозен поступила также. Кажется, только в этот момент она почувствовала, как на улице холодно. Мороз обжег ее щеки и она отвела глаза. На месте, где разворачивалась эта сцена, валялись два кофе. Крышка у одного из них слетела и на белом снегу дымилось светло-бурое пятно.

***

      Заходя в стеклянные двери, Эльза словно принесла с собой немного морозной свежести. Но уже с первых секунд ощутила, как теплый и наполненный разными запахами воздух охватывает ее. Еще пару минут и она сравняется со всеми здесь находящимися, растворившись в этой атмосфере. Вокруг было очень светло и будто бы буднично, но от этого нисколько не менее уютно. Все в дереве и искусственных или живых цветах. Всю дорогу Эльза не могла отделаться от рыдающей Скарлетт, снова и снова всплывающей перед глазами. Уверенности перед разговором это не прибавляло.       Постаравшись абстрагироваться, она слегка зажмурилась и потянулась к шарфу на шее, чтобы раздеться. Она сосредоточилась на тех словах, что собиралась сказать. Такой бред… Обидеть и обидеться на лучшего друга в канун Рождества… Когда она открыла глаза увидела, что по проходу сквозь столики с широкой улыбкой и поднятыми руками, будто он собирался ее обнять, шел Майкл.       Не успела она его как следует разглядеть, как он сгреб ее в охапку и с задушевным смехом поприветствовал. — Здравствуй, Эльза. Привет, мой хороший. Ну как ты? Я тебя прям заждался. Так соскучился, ты не представляешь.       Фрозен повинуясь какому-то шестому чувству медленно втянула воздух носом, но алкоголем от него не пахло. Только приятным парфюмом и кофе. Немного придушив, парень отлепил ее от себя и сам стал снимать с нее шарф и шапку. Видимо, понял, что их хозяйка не в состоянии этого сделать. — Эй, ты чего так нахмурилась? — он погладил ее костяшками пальцев по щеке.       У девушки в голове крутилось лишь одно: «Что здесь происходит?». Но она нашла в себе силы улыбнуться и даже более менее естественно поздороваться. То что это все-таки Майкл она была уверена. Но какой-то… другой. — А… да… Извини, привет. Я тоже соскучилась.       Он подхватил ее под локоть и по дороге Эльза не стесняясь рассматривала его. Дело было даже не улыбке, жестах, веселье и легкости сквозивших теперь в его действиях. Она как завороженная пыталась разглядеть, что же поменялось в нем самом.       Они сели. Словно сбросивший с себя тыщу лет и одновременно очень повзрослевший Майкл, предложил ей меню. Но отмахнувшись, она лишь попросила у официантки такой же кофе. — Так… с чего бы начать?       Этот новый странный Майкл сложил ладони домиком и нежно взглянул прямо ей в глаза. Он нравился ей таким, но одновременно и заставлял нервничать. Неприятно, когда ты не знаешь, чего ждать от человека, которого, как тебе казалось, знаешь наизусть. — Да, думаю, стоит начать с извинений. Эльза, я очень… — Нет. Нет. Это я должна извиниться. Я повела себя просто отвратительно. И из-за этого мы даже не поздравили друг друга с Рождеством. Я дура, прости. — Ох, нет. Тебе не за что извиняться. Я тебе ничего не объяснил, хотя стоило. Хотя, честно признаться, у меня у самого только недавно в голове все встало по своим местам, — он смущенно улыбнулся и взял в руки кружку. — И теперь, ох, да, теперь я могу тебе все рассказать, во всем признаться… — Не пугай меня, пожалуйста. — Я постараюсь, но ничего не обещаю.       Он неловко посмеялся, официантка принесла заказ и Эльза начала слушать. И с каждым новым глотком горьковатого напитка слушать становилось все сложнее, потому что на ее глазах друг не просто менялся. Она понимала, что на самом деле не знала человека, с которым дружила так долго. И очевидно она сама выставила эти границы. — В общем, да. То платье… Я его не украл. Я его, ну, перекупил. Нашел девушку со склада и… Ну, не так важно. Странный подарок, конечно. Не знаю почему выбрал именно его. — Оно было очень красивым, Майкл. Спасибо. Но я не поняла, что это был пода… — Именно. С него-то и началось начинается самое интересное. В тот день. После сказок с малышами я собирался кое-что… Кое-что тебе предложить, но… — Но меня собрались удочерять. При этих словах Эльза словно опять погрузилась в тот день. И с удивлением, даже смущением поняла, как ей было плохо тогда. Все вокруг казалось враждебным и каким-то серым. Нельзя было сказать, что сейчас все кардинально поменялось. Но если бы сейчас ей выпала возможность вернуться туда, она не стала бы ничего менять. — Да, представляешь, я только к тебе шел, как вдруг, — он неопределенно махнул рукой, словно пытался поймать что-то неуловимое.       Они рассмеялись, Эльза продолжила мысль: — Появился Джек. — Да-а. Ох, как он меня бесил! Ты не представляешь! Но я сам виноват, в принципе. — А что ты хотел предложить? — Эльза задала вопрос, уже догадываясь об ответе. Но ей нужно было точное подтверждение. А еще он подумала, что сегодня уже ничему не удивиться. — Я был влюблен в тебя. Хотел предложить встречаться. — Офигеть… — М-да. Но сейчас я понимаю, что все получилось наилучшим образом. Я бы не хотел тебя терять, Эльза. Ты самый близкий мне человек.       Они взялись за руки. Они впервые говорили так открыто, казалось, наконец доросли до этого. Но и, словно, между ними ничего не поменялось. Их связь была фундаментальной, не требующей расстановки акцентов. Да, жизнь шла просто с бешеной скоростью, но они знали, что сделают все, чтобы в этой суматохе остаться вместе. — И ты мой. — Поэтому я очень хотел бы тебя кое с кем познакомить. Возможно Эльзе показалось, но кажется ее друг слегка покраснел. «А может все же удивлюсь?» — В тот день, когда мы с тобой поссорились. Я не мог сразу тебе все рассказать, потому что сомневался. Да и Мейвис думала, что беременна. — Чего? — Но оказалось, что нет, — попспешил заверить Майкл. — В общем, каникулы оказались еще те. А когда все выяснилось, я понял, что не хочу быть ни с кем, кроме нее. — А… — Эльза неуверенно подняла палец, словно хотел задать вопрос, но не нашла, что сказать. — Она как раз подъехала. Она посидит с нами? — М-конечно. — А, еще, когда мы станем совершеннолетними, мы хотим пожениться, — небрежно бросил Лэйк и начал вставать из-за стола. — Но это так чисто. Разговор поддержать. — Что? Стоп. Ты… Это. Пф… — Я так понимаю, это пока все? — улыбнулся он, стараясь отойти в зону недосягаемости. — Пока да, — Эльза устало выдохнула и откинулась на спинку дивана. — Я не знаю, кто ты и что ты сделал с Майклом, но да ладно. Веди ее сюда. Будем разбираться. — Я ведь не просил тебя не пугать меня? — Нет, но такого обещания я и не дам. Ситуация серьезная — не до шуток. — Признай, ты просто хочешь мне отомстить? — Конечно! Столько на меня вывалил, голова сейчас взорветься! — она изобразила взрыв у своих висков.       Майкл подмигнул ей, цокнув языком, и побежал на улицу. Затылок у него буквально светился.

***

      Эльза стояла и смотрела как пара медленно удаляется от нее по заснеженной дороге. Высокий парень в черной куртке и девушка в белом пальто и ярко-рыжим хвостом. Они шли, взявшись под руки, мило прижавшись друг к другу, а крупные хлопья снега кружились и падали им на головы и плечи. «Где-то я это уже видела», — иронично заметила про себя Фрозен.       Она подняла голову, над ней тоже кружили снежинки. Они танцевали свой вальс в красноватом свете уличного фонаря, то замирая, то несясь вниз, то взмывая наверх.       И прямо в этот момент Эльза почувствовала, что остановилась. Замерла в морозном воздухе, как они, да так и осталась. Остальные продолжили свой путь, но без нее.

***

— Слушай, посмотрел я твою ссылку. И там…       Майкл позвонил ей тем же вечером. — Да, 65 вопросов перед вступлением в брак. И все их вы должны в ближайшее время обговорить, а еще лучше записать ответы. У каждого. — Но их 65! — взмолился парень. — Вы оба из детдома. Блок про родственников можно опустить. Уже легче, — невозмутимо заметила Эльза, покачиваясь на стуле.       Зашедший на кухню в этот момент Джек поперхнулся газировкой. — Доиграешься ты со своим черным юмором, Эльза. — Ну должна же я как-то тебя догонять, — хитро улыбнулась девушка, давая знак блондину, что он уже может вернуть глаза на место.