London Apartment

Когда он готовит завтрак, я снова его фотографирую. Он кокетливо позирует в своём, прости господи, шёлковом халате. Как же он свободен и бесстыден в своих действиях и желаниях. Меркьюри ложится на стол и призывно приподнимает бровь. Сперва я делаю несколько фотографий, а потом набрасываюсь на него. Жадно покрываю поцелуями его лицо, шею, грудь. Я снова боюсь не насытится им как следует. Вокруг него сосредотачивается весь мир. Я не хочу покидать эту маленькую квартиру никогда. Я хочу быть в вечном заточении здесь с ним, посвятить ему все свои песни и, безусловно, жизнь. Дни стягивались в недели, а недели в месяцы. Мы достаточно много выступали и каждое шоу было уникальным по своей энергетике. Я думаю, никто до нас такого не вытворял. Никто не вытворял такого до Фредди. Я выкладывался на полную мощь и ломал палочки, за что получал по башке от всей группы. Но я не мог по-другому. Заряжаясь энергетикой Фредди Меркьюри, ты просто не можешь работать в пол-силы. Думаю, Джон и Брайан меня понимали. Просто, как обычно, строили из себя мамочек. Половина третьего ночи. Я не сплю и ворочаюсь от ужасной бессонницы. Дождь барабанит какой-то совершенно нелепый ритм и я выдыхаю от того, как сильно меня это раздражает. Ровно столько же, как и отсутствие Королевы в покоях. - Боже... ну мы же не клялись друг другу в эксклюзивности, - я выдыхаю горький дым в окно и всматриваюсь в темноту. В это же мгновение ключ в замочной скважине совершает несколько оборотов и будто заводит во мне пылающую ярость. - Где ты был, Фредди? - слова выскакивают из моего рта и разбиваются о пол и стены квартиры. Он молчит. Снимает свою чёртову шубу, солнечные очки и серебряную перчатку. До безумия нелепый вид. Кто вообще ходит ночью в солнечных очках? - Ты оглох? - вмиг я оказываюсь рядом и впечатываю парня в стену. - Боже, Фредди, я... - я не могу найти слова и моя неоконченная фраза застывает между нами. Фредди внимательно на меня смотрит. Его спокойный взгляд обволакивает моё тело и я обессилено кладу голову на его плечо. - Пойдём спать, дорогуша? Я так устал... - он выдыхает, целует меня в висок и за руку подводит к кровати. К нашей кровати. Фредди молча раздевает меня, затем себя и мы ложимся, врастая друг в друга. Эта необходимость друг в друге словно делает нас уязвимыми. Меня так точно. Я вдыхаю его сладкий парфюм и успокаиваюсь. Так мало нужно, чтобы почувствовать себя человеком, а не, сметающим всё вокруг, животным. А ведь я никогда таким не был. Это всё его магия. Эффект Меркьюри, если хотите. Несмотря на его внутренний огонь, который порой сметает всё на своём пути, он обладает силой, которая способна умиротворить. Либо же я просто устал за этот день так, что у меня просто не было сил ругаться и выяснять отношения. Утром всё происходит, как обычно. За исключением того, что Меркьюри уже пьёт свой чай и читает газету. - Просыпайся, спящая красавица! - опять эти прозвища. - Сегодня большой день! - он взбудоражен. Сегодня мы выступаем на bbc и нет ничего важнее, ведь это должно дать новый пинок нашей карьере, которая просто обязана взлететь в небо и пробить в нём дыру. Мы молча собираемся. Меркьюри подводит свои прекрасные глаза и я, уже невольно, беру фотоаппарат. Он замечает это и застывает для очередного снимка, который отправится в наш альбом. - Ты волнуешься? - я подхожу и кладу руки на его талию. - Нет. Это они на своём bbc должны волноваться. К ним едет монархия и она сделает такое, чего они никогда в этой передаче не видели, - он поворачивается ко мне лицом и я чувствую гордость, что ломает мне рёбра, пытаясь просочится наружу. В глазах Фредди пляшут озорные огоньки. Он вселяет уверенность и волнение уходит на второй план. - Это что вчера было? - он пристально смотрит на меня и моя уверенность улетучивается. - Ты о чём? - Твой приступ...Ревности? - Меркьюри приподнимает бровь. - Ты ревновал? - Я ждал тебя и волновался, - чувствую себя нашкодившим ребёнком, когда он со мной так говорит. - М, ясно. А я уж понадеялся, что ты ревновал, - Фредди ухмыляется, быстро целует меня в губы и направляется к двери, прихватив по пути свою шубу. - Пойдём! Мы же не хотим опоздать? На bbc мы играем очень слажено, без единой ошибки. Как же можно ещё сыграть, если всё происходит под фонограмму? И хорошо. Я и раньше видел как Меркьюри двигается во время исполнения наших песен. Это настоящее шоу, взрыв, самое невероятное театральное выступление. Вдруг я бы сбился, глядя на эти танцы, если бы мы играли вживую, несмотря на отточенное мастерство. Сегодня его движения пронизаны ещё большей сексуальностью. Боже, он извивается как змея, лаская своими длинными пальцами стойку микрофона. Его украшения призывно блестят в свете софитов, ослепляя каждого. Он убийственно красив. Я изо всех сил продолжаю держать ритм и подпевать своей Королеве, чей голос рвётся из колонки. В такие моменты я очень хочу поменять свою роль и встать, скажем, на место Брайана, чтобы Фредди вытворял со мной на сцене всё то же, что и с ним. Хотя, не факт, что я смогу удержаться и не позволить себе лишнего прямо на сцене. Да, хорошо, что я барабанщик. Я ужасно хочу взять Меркьюри сразу после этого выступления. И это происходит в уборной bbc. Ужасное пошлое клише, но, боже, как мы заведены. Мы не занимаемся любовью. Мы трахаемся. Развратно, без лишних прелюдий. Это то, что так нужно нам обоим в этот момент. Я удивлён, как ребята и Мэри не заметили нашего небольшого отсутствия. - Мы принесли шампанское, дорогуши! - Фред держит в руках две бутылки, которые подготовили для нас организаторы top of the pops. - Это успех! Это головокружительный успех! - Что дальше, Фред? - Брайан оживлённо берёт одну из бутылок и открывает её с оглушительным хлопком, что окропляет наше величие брызгами искрящихся пузырьков. Фредди мгновение молчит, бросает взгляд в зеркало и улыбается так, как только он умеет: - А дальше только больше! И безумная вечеринка!