19 марта, 2039 — 1 июня, 2039
6 сентября 2020 г., 19:16
19 марта, 2039
Вторник пролетел незаметно, и вскоре после него на город обрушились новые убийства, связанные с андроидами — мёртвых тел находилось всё больше. — За сегодня уже два убийства, — как обычно недовольно произнёс Гэвин. О случившемся его оповестили первым, и, несомненно, он с охотной радостью посчитал это отличной возможностью показать себя в работе. — Хорошо, — ответил Хэнк уходящему детективу. — Спасибо за помощь. Хотя не сказать, что от него было много помощи. Всё было и так понятно на месте преступления — два мёртвых андроида были найдены в заброшенной квартире, где они обосновались вместе с остальными. Ситуация как и в прошлый раз: вместо кожи пластик, брюшная полость и грудная клетка у обоих вскрыты. В этот раз внутренности были нетронутыми, только регуляторы снова аккуратно положены в рот. — Господи, — Хэнк провёл ладонью по лицу, задевая бороду. — Та же фигня, что и в тот раз? — Похоже на то, — Коннор опустился на одно колено к мёртвому андроиду женской модели и как всегда начал проводить эти свои грёбаные высокотехнологичные анализы. И Хэнк всё никак не мог набраться смелости спросить у него, на кой чёрт он постоянно творит это. Коннор поднёс измазанные в голубой крови пальцы к языку, на что Хэнк громко вздохнул. — Да ладно, ты опять за своё… Коннор чуть помедлил, затем поднялся. — Мужская модель — JB300 — имеет несколько незначительных травм оборонительного характера. Модель ST300 была убита первой, но… кажется, убийца не закончил своё дело до конца. — По сравнению с предыдущим зрелищем, тут их хотя бы не так сильно покромсали. — Здесь многие андроиды обрели свой дом, — Коннор осмотрелся. Трудно было представить, что здесь можно жить: гнилые и кое-где покрытые плесенью стены, дверей нет, дыры в потолке — но всё же это было убежищем и достаточно хорошим для группы андроидов. — Хочу отметить, здесь довольно хорошая слышимость. Полагаю, у убийцы не было времени, чтобы подготовить тела, особенно если JB300 пытался обороняться, при этом создавая шум. — И никаких следов или ещё чего-нибудь? Коннор отрицательно покачал головой. — Всё ещё думаешь, что это сделал андроид? Или всё же человек? — Думаю, что возможны и оба варианта, — взгляд Коннора вновь помрачнел. — Есть какие-нибудь идеи? — Хэнк потёр затылок. — Я... постараюсь разузнать что-нибудь у живущих здесь, — подойдя к нему, сказал Коннор и поджал губы. Постараюсь. В этом слове, в самом голосе, и как он произнёс это, было что-то такое, что заставило сердце в груди Хэнка болезненно сжаться. Он потянулся к затылку Коннора и притянул андроида к себе, заключив в объятия. Коннор, не ожидая такого, напрягся, но не отстранился, а только медленно обнял в ответ.30 марта, 2039
Коннор бесцеремонно ворвался в комнату Хэнка, когда тот сидел на кровати с включённым компьютером. — Хэнк, там плита… — он оборвался на полуслове и посмотрел сначала на Хэнка, затем на монитор, ненадолго задержав взгляд на содержимом. — Ой, извините. Дверь была не заперта, и я не думал, что вы… — запнувшись, он отвернулся. — Да твою мать… — Я думал. Думал, что вы… — Коннор всё ещё стоял в дверном проёме спиной к Хэнку. — Думал, что я что? — ровно спросил он, затем цокнул языком. — Ты предлагаешь мне с твоей спиной говорить или, может, всё-таки развернёшься? Тот повернулся к нему с равнодушным лицом, но окрашенный в жёлтый цвет диод полностью выдавал его. Несмотря на его попытку выглядеть серьёзным, вид опять же нелепый, если учесть висячую на нём мешком футболку с надписью «I ❤ NY» и пижамные штаны с оленями, которым не помешал бы ещё один шнурок, потому что они и так еле-еле держались на бёдрах андроида. Он ещё раз глянул на Хэнка и потом молча перевёл взгляд на дальнюю стену в комнате, прожигая в ней дыру. — Так думал, что я что? — спросил Хэнк снова. Коннор так и продолжал упорно играть в молчанку, да и вообще не смотрел в его сторону, так что пришлось додумывать самому. — Сплю? И опять ноль внимания. Хэнк не такой тупой, чтобы быстро сдаться, всё-таки за его плечами годы упорной службы в полиции. Плюс вульгарность — его конёк, поэтому он с лёгкостью мог отпустить что-нибудь пошлое, что, собственно, и сделал. — Дрочу? Коннор всего на мгновение глянул на Хэнка, затем так же быстро переместил взгляд на стену. Боже, как же это раздражало. Вот мать, узнав об этом, как раз в такие моменты не вваливалась к нему в комнату, но сейчас перед ним стоял Коннор, напоминая какого-то подростка-девственника, не проходящего через всё это. Господи, казалось бы, дитя невинное. — Коннор, — дразнящим голосом начал Хэнк, подняв бровь, — я бы хотел немного личного уединения. Я ведь не просто так дверь закрываю, знаешь? Это так, намёк для тех, кто не понимает человеческих тонкостей. — Да, я знаю. И я прекрасно понимаю вас. — Знает он… в смысле, ты следил за мной, что ли? — Нет, — андроид слегка нахмурился, — то есть да, но я не специально. — Не специально… Ладно, тогда скажи мне, какого чёрта, — Хэнк отложил компьютер в сторону и сложил руки на коленях, словно какой-то психиатр, готовый выслушать от своего пациента самую галимую херню из всех галимых. — Я жду объяснений. Коннор стоял как вкопанный и снова молчал, и со стороны это выглядело так, будто Хэнк только что отчитал маленького ребёнка за какой-то очень ужасный проступок. — Когда я подключаюсь к интернету, мне сразу же поступает вся информация: скорость интернет-подключения, ваша почта, история браузера, погода… в общем, абсолютно всё. Хм, кто бы удивился. Хэнк подавил в себе желание высказать всё своё накопившееся негодование. Конечно, Коннор врать ему не станет, и это вроде правильно, но именно в этот момент Хэнку очень хотелось, чтобы ему соврали. Он резко втянул носом воздух и выдохнул его сквозь зубы. — А ты можешь… как-нибудь вырубить эту свою… идиотскую способность? — он старался сдерживать свой гнев в узде, но в голосе иногда проскальзывали нотки грубости и явного беспокойства. — Я не знаю, но могу попробовать, — Коннор всё никак не мог настроить зрительный контакт с ним. — Прошу прощения у твоих глаз за причинённые неудобства, — раздражение сменилось сарказмом. — Мои глаза в полном порядке, спасибо. — Да не за что. Блять, Коннор, почему ты не пробовал отключить свою фигню раньше, если у тебя есть такая возможность? Да, ты здесь живёшь, но я человек, а люди нуждаются в личном пространстве, понимаешь? Нельзя вот так вот врываться. — Но без этой функции мне многое будет недоступно. А вдруг что-то сломается? Я ведь должен попытаться устранить неполадку, — взгляд Коннора, наконец, переместился на Хэнка. Вот же чёртова заложенная необходимость к содействию, попытка угодить — то, что было присуще андроидам раннее, но только голос Коннора не звучал так сухо и безжизненно, его слова подогревали самое что ни на есть искреннее желание. Абсолютная невинность. Это тягучее чувство, порой вызывающее у Хэнка отвращение и одновременно отраду — просто ядрёная смесь, которую он терпеть не мог в себе, но отчасти это успокаивало, помогая подавить гнев. — Срань господня, — Хэнк закрыл лицо рукой. — А может, мы всё-таки будем делать, как все нормальные люди? Если что-то сломается, мы выясним, что произошло, а потом устраним неполадку вместе. — Простите, Хэнк, — Коннор медленно кивнул и виновато опустил глаза. — Не извиняйся, а просто поработай там над своей этой чертовщиной. И кстати, зачем тебе интернет? Даже не пытайся увиливать от ответа, за тобой должок. Компьютер Хэнка тут же издал звук, оповещающий о новом сообщении на почте. — Там всё должно быть. Список был большой, но Хэнк не особо интересовался им, быстро прокручивая содержимое, смотря лишь на некоторые названия. Ну, может, позже он уделит ему должное внимание, а то Хэнк был бы не Хэнком, если б пропустил в списке что-нибудь смешное или непристойное и потом не подшучивал бы над Коннором целыми днями.Агент 007 Еда с содержанием витамина B12 Операция на открытом сердце Пицца с ананасами Война 1812 года Побочные эффекты Сертралина и Эсциталопрама Хелен Келлер Продукты, снижающие уровень холестерина Nokia Симптомы острой печёночной недостаточности у собак «Счастливый час» в заведениях Наиболее распространённые эвфемизмы Полезное тако
— Ну и что это? — Что? Мне нечего стыдиться, — в свою защиту ответил Коннор. — Как и мне, — тут же ответил Хэнк, но через секунду его внезапно осенило. Внутри всё похолодело, сердце стремительно бухнуло в пятки. Он убрал руку с лица и сел прямо, пальцем указав на Коннора, пытаясь придать лицу серьёзный вид. — Кстати. Та порнуха с андроидом? Это так, на один разок. Это вообще… вообще не для меня, я бы никогда, всего один раз. — Думаю, если учесть ваши предпочтения, видео то было несколько... своеобразным даже для вас, — Коннор задумчиво подвигал челюстью. — Мои предпочтения... Даже для… — Хэнк только после этого вспомнил, что было вовсе не на один разок и на него вновь снизошло озарение, что, возможно, то видео с близнецом Саймона, водящего рукой по члену так, словно он душил ядовитую змею, было последним, о чём он так сильно беспокоился. Хэнк со страдальческим стоном откинулся на подушки, закрыв обеими ладонями лицо. — Пиздец, ебучий стыд. Опозоренный своим же андроидом, в своём же собственном доме, прекрасно. Убейте меня. Просто ёбните меня чем-нибудь прямо сейчас. Коннор немного помолчал, прежде чем вмешаться и услужливо ответить: — По данным, семьдесят семь процентов всех просмотров порнографии с участием андроидов исходят от людей. И ко всему прочему, исследования доктора Хьюберта Ривза в 2034 году показали, что сексуальное влечение к андроидам отлично… — О, нет-нет, прекрати, — Хэнк поднял одну руку, жестом показывая Коннору замолчать. — Я не хочу больше об этом говорить, с меня хватит. Давай лучше о плите поболтаем. Что там с ней?3 апреля, 2039
Корпеть над бумажками — самая дерьмовая работа из всех. Даже когда он был образцовым офицером, всё равно ненавидел это. Муторная рутина, с которой вечно приходилось долго возиться. Коннор абсолютно был прав — люди довольствуются тем, что у них получается лучше всего и не любят заниматься делами, в которых они полный ноль. Но, о, чудо, теперь был Коннор, которому нравилось заниматься всей этой фигнёй. По крайней мере, Хэнк так считал. Не было причин думать иначе, когда он видел прямо-таки человеческий энтузиазм в глазах андроида и его желание облегчить Хэнку жизнь, взяв половину объёма работы на себя. Андерсон чувствовал себя немного паршиво из-за этого, а затем не немного, а очень даже хреново, когда на Конноре уже висела почти вся его работа. Был почти полдень, когда Коннор, отводя взгляд от экрана, спросил: — Лейтенант, вы голодны? — Ага, — машинально произнёс Хэнк. Он уже привык, что андроид каким-то образом определял, как работают биологические часы Андерсона. — Что хотите? — Сэндвич с индейкой, — Хэнк хотел было попросить газировку, но в последний момент отказался от этой идеи. — И кофе, если можно. — Без кофеина? — А у меня есть выбор? — Хэнк беззлобно фыркнул, на что Коннор улыбнулся ему и, постучав немного кончиками пальцев по столу, провёл ими по поверхности, слегка касаясь панели терминала. — Хорошо, лейтенант, буду через десять минут, — он развернулся и ушёл. Хэнка радовал тот факт, что поблизости не было Гэвина, хотя это частое явление, когда этого придурка не было в участке. Он просто реально ходячее испытание в дни своего пребывания на работе, и вряд ли он когда-нибудь поймёт своим умом, что нужно заниматься своими делами, а не доёбываться до человека каждый раз. Спустя какое-то время Хэнк, почувствовав на себе чей-то взгляд, глянул в другую сторону, увидев офицера Уилсона, смотревшего на него с неприкрытым любопытством. — Уилсон, чего ты так пялишься на меня? — Столько времени прошло, а он всё ещё зовёт тебя лейтенантом? Невозмутимость — лучшая черта Уилсона. Вопрос чисто из вежливости, но для Хэнка это как удар под дых, и от осознания того, что он никогда не придавал этому значения раньше, нервы натянулись тонкой струной, вселяя тревогу. С другой стороны, этому было простое объяснение. Коннор был тактичен и, конечно, на работе он обращался ко всем согласно уставу. И Хэнк хотел отрицательно помотать головой и сказать что-то вроде «о, да не, только на работе», но не мог. Что-то сдерживало его, в горле застрял тяжёлый ком, мешающий говорить. Дома — Хэнк, Хэнк и только Хэнк. Никакой формальности. И в этом не было ничего необычного, но, когда над душой стоял Уилсон и смотрел этим своим пытливым взглядом, это казалось чем-то личным, чем-то таким сокровенным, что было только между ними, и Хэнк не мог понять, почему эти мысли так неожиданно задели его до глубины души. Вопрос офицера так и остался без ответа, и Хэнк показал ему средний палец, возвращаясь к работе.7 апреля, 2039
Вечером Хэнк решил немного выпить с Джеффри, и, когда вернулся домой, увидел Коннора и ещё двух гостей в гостиной. Сам он сидел в кресле, а два других андроида расположились на диване. Обеих Андерсон узнал сразу и, взглянув на Коннора, вопросительно приподнял бровь. — Не думал, что вы вернётесь так быстро, Хэнк. — Хех, да. Просто Джеффри начал беспокоиться о своём здоровье, — Хэнк отложил кошелёк с ключами и вежливо кивнул в сторону андроидов, приветствуя. — Дамы. Девушки не сильно изменились с последней встречи в клубе «Рай». Единственное, каштановые волосы одной Трейси стали короче. Андроиды метнули пропитанный скептицизмом взгляд в сторону Хэнка, отчего у него из-за этого по спине пробежал неприятный холодок, хотя если учесть их последнюю встречу, тут грех было возмущаться. — Хочу вновь познакомить тебя, — любезно сказал Коннор. — Это Ханна, а это, — он указал на другую девушку, — Сапфир. Скептицизм, судя по выражению лиц девушек, стремительно исчез, и они улыбнулись Хэнку. — Рад познакомиться. Хм, Сапфир. Ты не думаешь, что это имя… слишком, ну, вычурное? — он посмотрел на девушку с синими волосами, любопытно вскинув бровь. Конечно, такой момент, Хэнк просто не мог не сболтнуть чего-нибудь лишнего. — А я ей то же самое сказала... — ухмыльнулась Ханна, но девушка быстро заткнула её, ударив локтем в живот. Коннор укоризненно зыркнул на Хэнка, поэтому он решил не играть с огнём и перевёл тему в другое русло. — Ну и что вас привело в эту глушь? — Мы вовсе не планировали заходить к вам, — сказала Сапфир. — Хотели свалить из этого города, но потом подумали, что стоит вернуться и попрощаться с… в общем, просто попрощаться перед тем, как мы уедем отсюда. — Не знаю, что было бы с нами, — добавила Ханна, — если бы не вы двое. Мы свободны только благодаря вам. Тут ничего уж не скажешь — Хэнк поражён, просто убит наповал. Вот она, сентиментальность. Он думал, что вконец избавился от этого, но, пожалуй, когда дело касалось чистой искренности андроидов, тут Хэнк был бессилен. Аж сердце щемило от этого, а кожа покрывалась мурашками. Он думал, как правильно отреагировать на это, но, не найдя в голове подходящего ответа, кашлянул, пытаясь игнорировать разливающийся по щекам жар. — Ну, не за что... наверно. Короче, рад был снова вас повидать, — он лениво отсалютовал андроидам. — Оставляю вас троих наедине. Хэнк быстро ретировался в сторону своей комнаты, и как только он завернул за угол, девушки пронзительно засмеялись. Хэнка радовало, что в таком возрасте его было не так легко смутить, а то в молодости он бы сквозь землю от смущения провалился. — Странные у тебя предпочтения, Коннор, — сказала одна из них. Это была единственная фраза, которую ему удалось услышать, прежде чем он закрыл за собой дверь в комнату. До его ушей доносился только низкий гул разговоров. Стены в доме были очень тонкие, но это никогда не было большой проблемой, когда он жил один. Для маленькой компании ещё подойдет, для самого него и Сумо — вообще идеально. И ему всё ещё казалось странным, что он жил с андроидом под одной крышей. Хэнк надел заляпанную в чём-то футболку и снял джинсы. Он лёг в постель, решив полистать журнал, но вскоре быстро заснул.* * *
Хэнк мгновенно проснулся посреди ночи. Когда он вернулся домой, солнце только-только садилось, сейчас же за окном кромешная тьма, в доме сплошная тишина. И сейчас ему срочно надо было в туалет. Хэнк тихо чертыхнулся под нос и подскочил к двери, резко открывая её, чуть ли не срывая с петель. Свет в коридоре был выключен, но из-под двери ванной пробивался тонкий луч света и, конечно, Хэнк просто проигнорировал это и быстро распахнул дверь, уже оттягивая резинку трусов. Коннор стоял перед зеркалом с протянутой левой рукой, кожу до самого плеча сменял белый как кипень пластик. Он удивлённо покосился на Хэнка и быстро отвернулся, скрывая свою руку и позволяя коже вернуться на своё место, а затем отпрянул к стене и нахмурил брови. — Господи, твою-то мать, Коннор! Вот какого хуя, ты смерти моей хочешь? — Хэнк двинулся к туалету и рывком спустил трусы вниз, наплевав на присутствие андроида. Он расслабленно откинул голову назад и приоткрыл рот, шумно выдыхая, стоя у унитаза. — Господи… — Я не знал, что вы проснулись, — испуганно произнёс он, поддаваясь влиянию грубого голоса. Хэнк натянул трусы, смыл за собой и повернулся к Коннору: тот стоял без футболки, прижавшись спиной к стене. Искусственная кожа уже полностью покрыла его руку. Смотреть он на Хэнка категорически не хотел. — А чем ты вообще тут занимался? — Андерсон подошёл к раковине, чтобы вымыть руки. Обычно он не мыл руки после туалета, но присутствие Коннора буквально обязывало его сделать это. — Я чистил себя. — Хах, — Хэнк взглянул на него краем глаза. — А почему просто не принял душ? — У меня к этому другой подход, — Коннор на секунду встретился с ним взглядом и отвернулся, а после кивнул на бутылку с прозрачной жидкостью, стоящую на полу рядом с ногой Хэнка. — Я использую только это и ткань из микроволокна. Ярко-голубой кусок ткани также покоился на полу. По всей видимости, Коннор от неожиданности уронил тряпку, когда Хэнк грубо ворвался в ванную. — Оу, извини, не хотел врываться вот так. Я не знал. — Всё нормально, — он опустился на колено, подбирая тряпку с бутылкой, и поднялся, всё ещё не смотря Хэнку в глаза. Внутри отчего-то неприятно скрутило. Ему внезапно стало так стыдно, и он даже толком не мог сообразить, почему. Он же не застал Коннора за чем-то непристойным, в конце концов, но то, как Хэнк бесцеремонно ввалился в ванную комнату, вызвало неожиданную реакцию у андроида. Хэнк пристально изучал его: тот стоял с опущенной головой, потирая свободной рукой правое запястье. Все признаки конфуза налицо — Коннор смущался. Да так сильно, что, видимо, это закралось и к Хэнку. Не та эта ситуация, чтобы как-то серьёзно думать об этом, но видя реакцию Коннора, он расценивал свой поступок так, будто сделал что-то плохое, словно нарушил какое-то негласное обещание между ними. И смотря на него сейчас, на такого человечного в малой степени, Хэнк чувствовал себя мерзко. Он увидел то, чего видеть не должен был. Увидел то, что Коннор пытался скрыть от чужих глаз. — Извини, — на полном серьёзе повторил Хэнк и вышел из ванной, оставляя Коннора одного. Он вернулся обратно в свою комнату и закрыл за собой дверь.13 апреля, 2039
Коннор вернулся ровно через десять минут с обедом в руках — как всегда. Он с улыбкой положил на стол Хэнка — причём в кои-то веки чистый стол — упаковку с едой. — Спасибо. Извини, что заставляю тебя постоянно мотаться за обедом. — Вы вовсе не заставляете меня, — Коннор склонил голову и вернулся на своё место. — Эй! — как всегда некстати крикнул Гэвин со своего рабочего места и просяще протянул руки ладонями вверх. — А мой где обед? — Но вы не проси… — начал Коннор, но его перебил Хэнк. — Отвали от него, Гэвин. Подними свою чёртову задницу и сам принеси себе поесть. — У меня нет времени, — возмутился Гэвин. — Я по уши в работе. — А, ну, естественно, по уши в работе он, — Хэнк закатил глаза. — Продолжишь и дальше просиживать свой зад на стуле — быстро располнеешь. — Спасибо за совет, но сомневаюсь, что смогу обогнать тебя по весу. Хэнк недовольно вздохнул. Он уже скинул больше семи килограмм благодаря Коннору и этому его чёртовому протоколу заботы, но сейчас было не самое время для хвастовства. — Иди нахуй, Рид, — бросил Хэнк безо всякой эмоции, затем развернул сэндвич и откусил от него немного. — Чёрт, знаешь, я вообще не думаю, что довёл бы себя до этого, — Гэвин засмеялся. — Увы, у меня нет личного слуги, который бы круглосуточно носился вокруг меня и выполнял абсолютно все мои прихоти. Круто, наверно. Хэнк медленно кивал, не вникая в слова, жуя сэндвич. Теперь употребление майонеза было под строгим запретом, поэтому возникало ощущение, что Хэнк жевал кусок поролона. Он проглотил откушенный кусок, задумавшись над словами Гэвина, и натянуто улыбнулся ему. — Ещё как круто. А знаешь, могу дать тебе отведать его, — поняв, что сказанные им слова можно было воспринимать в несколько ином смысле, Хэнк посмотрел на Коннора и продолжил: — Коннор, не принесёшь детективу Риду обед? За мой счёт. Он у нас привереда, так что принеси ему то же самое, что и мне. Прошу тебя всего один раз. — Как скажете, лейтенант, — кивнул Коннор, хотя выглядел, мягко говоря, скептически. Гэвин нахмурился, но предпочёл промолчать. Он показал Хэнку средний палец и сделал вид, что копается в телефоне. Всё шло по плану. Играя роль брюзгливого, старого копа со скверным характером на протяжении многих лет, дало ему некоторые преимущества в этом плане. Вряд ли кто-то додумался бы до той идеи, которая пришла в голову Хэнка. Не доев свой обед, он взял телефон и, стараясь обойти Гэвина стороной, чтобы не попасться ему на глаза, свернул за угол, чтобы позвонить. — Да? — Слушай, когда вернёшься, можешь хакнуть телефон Гэвина? Теперь зная о твоём секретном умении, мне стало очень интересно посмотреть его историю поиска. — Лейтенант, это ведь неправомерно, — после долгого молчания ответил Коннор. — Я в курсе, — бросил Хэнк. — Да ладно тебе, Гэвин тот ещё отморозок, я знаю, ты сам этого хочешь. — И что вы намерены делать с этой информацией? — Ничего, — солгал Хэнк. — Я вам не верю, — спустя опять затяжную паузу с подозрением сказал андроид. — Ничего именно сейчас, — поправил Хэнк. — Скажем так, это наш с тобой туз в рукаве, и когда он понадобится, мы воспользуемся им. Как все законопослушные граждане. — Мне стоило догадаться с самого начала, что вы что-то задумали. — Брось, мне что, нельзя хоть раз повеселиться? — За счёт детектива Рида? — Хэнку показалось, что он услышал улыбку в голосе андроида. Нужно ли им было улыбаться, чтобы звучать весело? Хэнк не знал. — Ну, скажем так. — Хорошо, я вас понял, — опять этот тон, и да, он улыбался, это точно. Перед мысленным взором Хэнка всплыл отчётливый образ улыбающегося андроида: его широкая улыбка, глаза, полные тепла, и наклонённая вниз голова, когда он пытался сдержать смех. — Посмотрю, что смогу сделать. Только не вините меня, если результат вас разочарует. — И в мыслях не было. Ладно, жду тебя, — Хэнк повесил трубку и вернулся к своему столу, стараясь не выглядеть слишком подозрительным. Гэвин что-то там печатал за терминалом, и либо он не заметил Хэнка, либо же просто старательно его игнорил. Коннор вернулся позже, не как в случае с обедом Хэнка. Рид чуть не вскочил с места, когда тот неожиданно оказался в его поле зрения и начал расчищать место от всякого хлама, чтобы положить на стол еду. — Как я узнаю, что это дерьмо не отравлено? — Гэвин зыркнул на него с явным подозрением. — Я знал, что вы спросите об этом, — Коннор великодушно открыл упаковку перед ним. — Я лично проверял её на вскрытие, поэтому стоит полагать, что всё нормально. Гэвина это вроде успокоило, и он глянул на Хэнка. — Эй, спасибо большое, что одолжил свою куклу, — с фальшивой искренностью крикнул он. Андерсон изо всех сил пытался игнорировать его, сосредоточившись на своём обеде, но слова Гэвина разжигали в нём небывалую ярость, и сейчас он был рад ещё больше, что попросил Коннора об услуге. — Как приятно, что вы, тупые жестянки, всё ещё полезны, — сказал Гэвин, обращаясь к Коннору. Да, он как раз сейчас воспользовался шансом подтвердить его слова на деле. Андроид вернулся к Хэнку и присел на угол его стола. — Ну как? Сделал? — наклонившись поближе к Коннору, тихим голосом поинтересовался он. — Да, — диод мелькнул жёлтым цветом, и Коннор на мгновение завис, смотря на одну точку перед собой, видимо, обрабатывая полученные данные. — В принципе от ваших запросов почти ничем не отличается. — Если почти, то в чём разница тогда? — сердце Хэнка пропустило удар. Хотел с чистой совестью поржать над Гэвином, хотя сам же вместе с ним в одном болоте барахтался. — Он посещал такой же сайт с андроидами порнографического содержания и ту же категорию, что и вы, но только гораздо чаще. — Да ты шутишь, — шокировано протянул Хэнк. — Я могу отправить результаты на ваш компьютер, если захотите потом посмотреть. — Да в жопу это, — слишком громко выдал Хэнк, но потом осёкся и произнёс уже тише: — В жопу. Я лучше кастрирую себя, чем снова вернусь на этот сайт, так что спасибо, не надо. — Звучит весьма извращённо, — губы Коннора дрогнули в улыбке. — Конечно, у меня просто больные фантазии. — Ну да, ваша история браузера тому подтверждение. — О, обосраться как смешно, Коннор, — фыркнул Хэнк. — Так вы уже решили, что будете делать с этой информацией? — Пока не знаю. Вдруг потом пригодится. Ну, как бы я уверен, что пригодится, но… — Хэнк откинулся на спинку стула, задумчиво провёл рукой по бороде и вздохнул. — Честно сказать, не такого я вообще ожидал, это для меня слишком. Как теперь ему в глаза смотреть. — Уверен, вы выдержите. — Надеюсь, — Хэнк несколько раз мягко похлопал ладонью по колену Коннора и, задерживая руку, слабо толкнул его ногу в сторону. — Давай лучше вернёмся к работе.14 апреля, 2039
— Слушай, ну я понимаю запретить бухло, жареное, да даже пусть майонез, хрен с ним, но лишать меня хлеба? — Как я уже говорил ранее, в отличие от хлеба, приготовленного из рафинированной муки, цельнозерновой хлеб полезен и положительно влияет на организм человека. И я же не имел в виду все сорта. Хэнк остановился, когда Сумо поволочил лапы к траве и принялся её разнюхивать. Поводок у него всё тот же: облезлый и выцветший. Хэнк купил его, когда Сумо ещё был щенком, и с тех пор не менял. Сейчас пёс, конечно, был уже не таким резвым, как раньше. — Очень надеюсь на это. И вот как теперь жить нормально без хлеба? — Не говорите глупостей, — возразил Коннор, нахмурившись. — Это всего лишь хлеб. — Я люблю хлеб, — Хэнк сделал акцент на словах, — и ты можешь хоть весь день парить мне про свою здоровую ерунду, Коннор, но я лучше умру полным и счастливым, чем худым и с несчастным еблом. — Есть много нерафинированных продуктов, которые не только полезные, но и питательные. Оба возобновили шаги после того, как Сумо справил нужду. Хэнк вскоре остановился около припаркованной машины на обочине и повернулся к Коннору, смотря ему в лицо. — Ты вот серьёзно ловишь кайф от этого, а? Жертвуешь моим счастьем ради собственного удовлетворения? — Речь не обо мне, а о вашем здоровье. Кроме того, думаю, что со временем вы это поймёте и скажете мне потом спасибо. — Ага, как же. Офигеть вообще. Пойти на всё ради меня, лишив даже свободы и маленьких радостей жизни. Ты как чёртова ВИКИ , ей-богу. Коннор озадаченно нахмурил брови, и диод закружил жёлтым. — Воу-воу, эй! — Хэнк схватил его за плечо и хорошенько встряхнул. — А ну не смей искать отсылки, когда я говорю с тобой, придурок! Коннор просто стоял, позволяя Хэнку тормошить его. Диод всё ещё горел жёлтым, вид у него был раздражённый: то ли это от грубого прикосновения, то ли он всё ещё искал информацию в интернете, не обращая внимания на недовольство Андерсона. А может и то, и другое. — Ты от кого такой херни понабрался? — От Саймона. — Господи, я выскажу этому болвану всё, что о нём думаю, если ещё раз увижу, — возмутился Хэнк. — Ладно, если ты делаешь это в своё свободное время, но прерываться посреди разговора? Как невежливо. Он поддразнивал его. Хэнк был воспитан в ту пору, когда шло развитие технологий, и общественная нравственность была попросту отброшена в сторону. И хотя он всё ещё придавал этике какое-то значение, но особо на этом не зацикливался. Кроме того, Коннор всё это время поддерживал визуальный контакт с ним. Такая уникальная его черта не могла не радовать. — Простите, Хэнк. Я не думал, что вас это так беспокоит, — чувствуя за собой настоящую вину, сказал Коннор. — Так, стоп, — Хэнк ощутил, как к лицу приливает тепло и, игнорируя это, он обернул руку вокруг плеч Коннора. — Я же просто пошутил. Может, я просто хотел выглядеть умным, а? Их лица оказались так близко друг к другу, и Хэнк сейчас мог получше рассмотреть андроида вблизи, останавливая взгляд на некоторых деталях: на родинках, на этих ненужных порах и на отсутствие щетины. — Вы умнее, чем думаете. — Ух ты, как ты узнал, что я падок на лесть? — Не сложно угадать, вы не особо скрываете это. Ваша манера речи, язык тела — всё это выдаёт вас, — на его лице появилась улыбка, такая нежная и хрупкая, словно ещё чуть-чуть, и она сотрётся с его лица, не устояв даже перед лёгким и прохладным апрельским ветерком. Зрачки мельтешили по лицу Хэнка, изучая, а потом опустились вниз, будто его что-то смутило и против воли заставило отвести взгляд. Сумо повернул голову, выжидающе смотря на обоих. Хэнк хлопнул Коннора по плечу и отстранился.21 апреля, 2039
Во взгляде Коннора было что-то странное. Хэнк заметил это через каких-то несколько дней после их первой встречи. Он смотрел на него с такой увлечённостью, так сосредоточенно. У Хэнка волосы на затылке дыбом вставали, когда он чувствовал, что на него смотрят. Он вообще не знал, что с этим делать, чего уж говорить о тех редких моментах, когда Хэнку удавалось уловить взгляд Коннора, такой скользкий и проницательный. С этим справляться было ещё сложнее. Коннор быстро отводил глаза в сторону, когда их взгляды пересекались, словно это была простая случайность. А иногда он просто наблюдал — его полностью расслабленное лицо, всё тот же вопросительный наклон головы и движение губ, в намерении что-то сказать. Но он редко произносил что-то и просто ждал реакции, потому что Хэнк мог бы уделить ему внимание — разбавил бы атмосферу какой-нибудь шуткой или как всегда начал бы бросаться ругательствами. Всё холодело внутри от накатывающей тревоги, неприятно сжималось в тугой узел. Хэнк бы никогда не подумал, что найдёт в этих искусственных глазах что-то опасливо знакомое. То, во что он отказывался верить.22 апреля, 2039
— К чёрту Лейкерс! — Хэнк ухмыльнулся, сидя перед телевизором, держа в руке открытую бутылку пива. — Из года в год одно и то же. — Тогда к чёрту их каждый год! — воскликнул Джеффри. — Каким же надо быть человеком, чтобы терпеть всю эту чушь. Вот я помню, когда спорт был спортом, а не соревнованием, чья команда игроков больше бабла в задницы засунет. — Ну и когда это было? В 1990? — Вроде да, — засмеялся Джеффри. — Ты же знаешь, что дело совсем не в деньгах. — Неважно, Хэнк, — цокнул Джеффри, посматривая на собеседника. — Ты всегда был таким занудой? — Только, когда трезвый, — и сейчас он был трезвым. Трудно в таком состоянии отойти от игры, особенно когда был финал. Выход из такой ситуации — как следует набухаться, но, конечно, Коннор как всегда был против, так что пришлось пойти на уступки. Сумо нуждался в прогулке, поэтому андроид сейчас проводил время на улице в компании с псом. Игра прервалась на рекламу. Как всегда от «Киберлайф», только новая, опять с какой-то продукцией. — Эй, Джеффри, ты когда-нибудь… — Хэнк сделал паузу, подбирая нужные слова, — когда-нибудь был в такой ситуации, когда ты вот замечаешь в ком-то что-то странное, пытаешься понять, в чём дело, но всё как-то не стыкуется? Как будто мозг сам отказывается принимать это? — Это что, как-то связано с тем андроидом, чьи убийства смахивают на преступления Ганнибала Лектера? — Джеффри прищурился. — Господи, Джеффри, сколько раз мы смотрели этот фильм? Он ел своих жертв. Каннибал, понятно? Звучит даже почти одинаково. А ты думаешь о том фильме с героем Брэда Питта, где в коробке оказалась голова его жены . — Блин, Хэнк, ты понял, о чём я. — Да, в общем, неважно. И нет, это не связано с тем андроидом и его убийствами, — чуть помедлив, он добавил: — ну, точнее я так думаю. У меня каша в голове. — Знай, что сейчас на ранней стадии болезни Альцгеймера можно вылечиться. — Ой, да иди ты знаешь куда, — Хэнк недовольно закатил глаза и откинулся на спинку дивана. — Вот и поговорили. Благодарю за помощь, блин. — Слушай, либо это так, либо ты просто сам накручиваешь себе проблемы, — Джеффри поднял руки в виноватом жесте. — Ты знаешь, что я не куплюсь на всякую замудрённую хрень с подсознанием или какой-нибудь эзотерической дрянью. — Зато твоя жена купится. Может, спросишь у неё? — Ладно, окей. Надеюсь, после этого ты перестанешь быть занозой в моей заднице.20 мая, 2039
Колени ныли. Это и стало причиной залиться бурбоном этой ночью, дабы заглушить боль. И он точно мог сказать, что это была именно причина, а не повод. Он всё продолжал жаловаться на тот самый протокол Коннора, но вина за игнорирование его простых просьб доставляла Андерсону проблем не меньше и не давала покоя, как бы он ни пытался всеми усилиями избавиться от этого чувства. По телевизору шёл старый фантастический фильм. Раньше он не казался таким ужасным, как сейчас, но бурбон немного исправил эту ситуацию. Хэнк, наливая в стакан очередную порцию алкоголя, услышал позади себя, как противно скрипнула половица. — Хэнк, — Коннор умел подкрасться незаметно. Хэнк посмотрел на него через плечо, увидев на нём толстовку с надписью «Полиция Детройта», которая вроде как стала его любимой, ибо носил он её довольно часто, и боксеры, ставшие после первой стирки на три размера меньше. — Я думал, ты ушёл спать, — Хэнк поставил бутылку на кофейный столик. — Я спал, — Коннор сел на диван рядом с Хэнком и закинул одну ногу на другую, коленом задевая его бедро. — Точнее, делал так, как вы и просили, но я услышал посторонний шум и решил проверить вас. Хэнк насупился. С одной стороны, он не чувствовал себя виноватым в том, что якобы разбудил Коннора, зная, что тому сон не нужен в принципе, но с другой стороны, это отчасти злило. Единственная причина, по которой он имитировал человеческий сон, была просьба Хэнка. Да, он сам просил его, но такое чувство, будто Коннор насильно заставляет себя делать это, желая просто быть послушным. — Извини, — опешив, сказал Хэнк, чувствуя на себе его взгляд и то, как он периодически ёрзал на месте. — Что смотрите? — Эм, — Хэнк попытался вспомнить название, — это «Война миров». Старый фильм с Томом Крузом. — Том Круз? — Да. Когда ему было уже шестьдесят с чем-то, он так и продолжал сниматься во всяких этих отстойных боевиках. Он собирался сняться в каком-то шпионском фильме и настаивал на том, чтобы выполнить трюк самостоятельно. Одно неверное движение, бух, и всё — сломал себе шею и умер прямо на съёмках. — Не повезло. — Пха, не повезло всем тем актрисам, которые снимались в фильмах вместе с ним. Он мне никогда не нравился. Всегда этот… взгляд, аж бесит. — Может, хотите посмотреть что-нибудь другое? — Не-не, — Хэнк медленно расплылся в улыбке и почесал подборок под отросшей бородой, попутно задумываясь о том, что надо её подстричь. — У меня есть пара приятных воспоминаний об этом фильме, пусть они даже и не самые лучшие, но в молодости водил на этот фильм девушку. Да, спецэффекты устаревшие, но Хэнк ощущал лёгкий прилив ностальгии от фильма. — Хотите поговорить об этом?.. — Чего? — Хэнк недоумённо покосился на него. — Только не говори, что реально хочешь знать, как прошло это идиотское свидание. — Хочу, если вы не против рассказать об этом, — Коннор вновь заёрзал на диване, слегка касаясь Хэнка рукавом. — Это была… какая-то девушка, которую я знал ещё со старшей школы, — Хоть эти воспоминания почти забыты, но они были приятными, даже несмотря на то, что то свидание прошло не шибко удачно, да и вообще это был не самый хороший опыт в его жизни. — Меган? Или Эшли? Я даже уже имени не помню, но не суть. Мы договорились встретиться и пойти в кино, но так уж вышло, что я не туда свернул и в итоге заблудился, а девушка прождала меня целых сорок минут. И когда я всё-таки прибыл в назначенное место, фильм, который она хотела посмотреть, уже шёл, поэтому оставалось только одно — идти на «Войну миров». Я думаю, ей не особо хотелось смотреть эту дебильную фантастику, но она была не из стервозных. Да и всё равно весь фильм она печатала сообщения своим подружкам. Хэнк прервал свой монолог и посмотрел в сторону Коннора, чтобы убедиться, что тот слушает его. Ну и как тут можно было сомневаться — конечно, он слушал. Трудно было сосредоточить своё внимание на фильме, когда на него так пялились. — После фильма мы пошли в ресторан, э… кажется, в этот чёртов Olive Garden. Он был всего в пару шагах от кинотеатра. Мы пришли туда и сели за столик, а напротив нас сидел её бывший парень, ужинавший со своей матерью. Было забавно смотреть на их реакцию, когда они стреляли удивлёнными взглядами друг в друга. Он подошёл ко мне, уже готовя свои кулаки, чтобы навалять, но в тот момент я уже просто хотел съебаться домой и стараться не ввязываться в драку. Этот придурок последовал за мной к моей машине и пару раз вмазал, ну и я ответил ему тем же и ударил по челюсти, но он потерял равновесие и грохнулся на тротуар. Мать и девушка тут же повезли его в реанимацию, потому что нужно было накладывать швы — знатно он так башкой ударился. Ну а я поехал домой. Хэнк отстранённо кивнул, закончив на этом. Коннор опять с интересом наблюдал за ним, наклонившись чуть ближе. К щекам прилила кровь, и Хэнк смущённо кашлянул в кулак. — Вот и вся история. Ну, и так понятно, что больше я с той девушкой не разговаривал. — Тот парень выдвинул вам обвинение? — Чёрт, конечно, нет. Этот нищеброд не мог позволить себе адвоката. — Это хорошо. — Ну да, согласен. Оба замолчали, смотря на сцену в фильме, где главный герой со своей семьёй пытались попасть на паром. — Спасибо, что рассказали мне, — голос был слегка заглушён звуками, которые начали издавать треножники в фильме. Коннор смущённо улыбнулся, чуть обнажая зубы. Хэнк не знал, что ответить ему, поэтому просто кивнул и продолжил смотреть фильм. Про себя он подумал, что в нём Том Круз всё же сыграл неплохо. Бурбон в стакане уже закончился, а фильм ещё шёл, поэтому он потянулся к напитку, чтобы налить ещё. — Может, уже хватит? — рука Коннора перехватила его запястье, плотно обвив пальцами. — Господи, ты всё никак не отстанешь… — у Хэнка не было сейчас ни сил, ни настроения противиться, поэтому он поставил бутылку на прежнее место. Коннор ещё немного подержал его за руку, а затем разлепил пальцы и положил ладонь обратно себе на колено. — Я очень волнуюсь о вашем здоровье. — Ага, вижу. Для этого есть какие-то причины? — В интернете говорится, что крепкое здоровье — залог человеческого счастья, — на полном серьёзе сказал Коннор. — О, серьёзно? — Хэнк усмехнулся. — Судя по всем статьям, это совершенно точная информация, — опять этот прагматичный тон, правда спустя секунды его голос, наполненный самой настоящей искренностью, тихо прозвучал в тишине: — Я хочу, чтобы вы были счастливы, Хэнк. Хэнк тут же замер, его бросало то в жар, то в холод, сердце отбивало бешеный ритм, и только Коннор, наверно, мог объяснить, почему оно так ритмично билось. Да и не наверно, а точно. Это было видно по его выражению лица, по тому, как он наклонял голову, как его зрачки были прикованы к Хэнку и буквально прожигали в нём дыру. Не в состоянии больше смотреть на него, Хэнк расслабленно обмяк на диване, закрыв ладонью лицо. — Чёрт, господи. Ты переходишь все границы… — Вам неловко? Простите, я не хотел смущать вас, — да, он был смущён. В такой неловкой ситуации, когда тебе говорят подобные слова, да ещё и так откровенно, каждый бы засмущался. Теперь из-за этого желание выпить только усилилось. Хэнк нехотя убрал ладонь со своего лица и почувствовал, как по рукам пошли мурашки. Он никогда ещё не чувствовал себя так некомфортно. На душе было и хорошо, и погано — а погано от его собственной реакции и что ему не хватило смелости дать нормальный ответ Коннору. — Блин, да забудь и не накручивай себе, я тут фильм пытаюсь смотреть вообще-то, — пробормотал Хэнк и краем глаза заметил, что Коннор наконец-то прекратил играть в гляделки. Андроид откинулся назад, присоединяясь к просмотру фильма.25 мая, 2039
Не было чёткого момента, когда он осознал это. Это был медленный процесс, и Хэнк складывал все кусочки воедино, вспоминая все подтверждающие тому доказательства прошлых месяцев. Прятал их в самых дальних уголках своего разума, но вот — картина сложилась. Всё встало на свои места, когда он, сидя за столом, пил свой утренний кофе. От пришедшего осознания его охватила волна паники: дыхание затруднилось, кончики пальцев горели, а мимолётный взгляд карих глаз напротив стал последним ключом к разгадке. Коннор был влюблён в него. Во рту пересохло, а кофе не помогал вообще. В голове маячила лишь одна мысль, что он мог ошибаться в своих догадках. И он хотел ошибиться, надеялся, что упустил какие-то детали. Он умел видеть людей насквозь, и Коннор, несомненно, для него был личностью. Хэнк уставился на кружку с кофе, погружаясь в свои мысли. То, как Коннор произносил его имя. Как он откровенничал с ним. Как смотрел на него. Пусть даже его глаза были ненастоящими, но Хэнк помнил этот взгляд, видел его раньше и, боже, каким же он был глупым, до такой степени глупым, что не заметил этого раньше. Но даже если бы и заметил, что тогда? Что бы он сделал? Что мог бы сделать? Что мог бы изменить? Что бы он изменил? Что?* * *
— …йтенант? Лейтенант! — Коннор щёлкнул перед его лицом пальцами, и он резко дёрнул головой. Дурная привычка, которую мог перенять от него андроид. Коннор оставил пиджак дома и, как и обещал Хэнку, закатал рукава рубашки. — А, что? Извини, я задумался просто. — Я спросил у вас, что вы думаете по поводу оставленного сообщения. Было почти десять часов утра, когда поступил ещё один звонок об убийстве. Найден мёртвый андроид модели MP500 в заброшенном трейлере прямо в черте города. В этот раз убийца уделил этому телу больше внимания. Андроид был выпотрошен от головы до таза, все внутренности вынуты и были хрен знает где. Конечности так же отсутствовали, поэтому от девушки остался только корпус. И единственным подтверждением, что все эти убийства осуществлялись не ради биокомпонентов, было простое сообщение на стене.ЧТО МЫ?
Написано идеально ровным почерком, поэтому, вне всякого сомнения, убийцей был андроид. Были обнаружены следы крови вне дома и принадлежали они, по всей видимости, мёртвой жертве. След от тириума вёл к ближайшей свалке и там же обрывался. — Оу, мда. Кажется, у нашего потрошителя ещё и кризис личности. Херовое сочетание. — У него должна быть на то какая-то причина, возможно, есть определённая проблема, от которой он хочет избавиться путём совершения всех этих убийств, — Коннор состроил задумчивое лицо. — Или, может, он просто поехавший, — хмыкнув, заключил Хэнк и отвернулся. — Да, в каком-то смысле можно сказать и так, но с трудом верится, что эти убийства он совершает просто ради забавы… — с лёгким волнением в голосе сказал Коннор и осторожно переступил через брызги крови на полу, пытаясь вновь установить зрительный контакт с Хэнком. — Исходя из того, что нам удалось узнать, все жертвы в какой-то мере интегрировались в общество и не нуждались в своих бывших хозяевах или группах помощи. Кроме этого… Хэнк кивал головой, делая вид, что слушал его. Он уставился на пустой корпус андроида на полу, ощущая леденящий страх, пробирающий до самых костей. Он всё ещё думал об этом, несмотря на все тщетные попытки забыть. Что он мог изменить? Ничего, абсолютно ничего. Он невзначай подумал о револьвере, который лежал в ящике на кухне. Почему-то это первое, что пришло ему в голову. Только потом он вспомнил Сумо, а затем Коннора. Про самоубийство он даже думать боялся — сразу становилось хреново. От одной только мысли в горле неприятно заныло, как будто по нему проводили наждачкой. Эти мысли тянули, оседая в нём тяжёлым грузом. Хэнк хотел, чтобы это всё прекратилось, чтобы всё ушло и осталось где-то позади. Он хотел, чтобы Коннор перестал пялиться на него, потому что одним только взглядом он давил подобно тяжёлому камню, заставляя лёгкие в груди сжиматься до такой степени, что Хэнку становилось трудно дышать. — Лейтенант… Хэнк? — он почувствовал чужую ладонь у себя на плече. Одного только произнесённого андроидом имени было достаточно, чтобы вытащить Хэнка из пучины своих мыслей. Ладонь была тяжёлой и, как показалось Андерсону, горячей. Такой горячей, что он даже сквозь рубашку чувствовал это тепло. — Что? — он посмотрел на Коннора. — Вы выглядите растерянным, вам нехорошо? Нет, я в полном порядке, хотел бы сказать он. Но вместо этих слов Хэнк сунул руки в карманы и развернулся к выходу. — Ага, просто погода такая. Ты тут заканчивай, а я в машине подожду, — уходя, он точно знал, что Коннор смотрел ему вслед, но это лучше, намного лучше, нежели если он попёрся бы за ним. Хэнк сел в машину, включил музыку и откинул голову на подголовник сиденья.26 мая, 2039
На часах было одиннадцать часов вечера, и Хэнк сделал вид, будто ушёл спать. Он просто лежал в постели до тех пор, пока не услышал, как Коннор хлопнул дверью, ведущую в гараж. Поднявшись и подождав на всякий случай десять минут, он попытался быстро пробраться на кухню. Включив свет, Хэнк медленно, стараясь изо всех сил не греметь стеклом, достал один стакан из шкафа вместе с бутылкой виски. И почему Коннор до сих пор не слил весь алкоголь в раковину, зная, что Хэнку всё равно когда-нибудь приспичит выпить? Хотя нет, к чему эти мысли. Вместо бессмысленных рассуждений Хэнк отпил из стакана. Счастье продолжалось недолго. Андерсон уже был изрядно пьян, когда из коридора показался Коннор. Чёртова его интуиция, но к его же неудаче — он опоздал. Конечности Хэнка стали тяжёлыми, в глазах двоилось и приходилось щуриться, чтобы ясно разглядеть андроида. — Хэнк, — тихий голос резанул по ушам. Казалось, что в ночной тишине его имя прозвучало слишком громко, — что вы делаете? — Пью, как видишь, — Хэнк демонстративно поднял стакан с полувыпитым виски и потом поставил его обратно на стол. Алкоголь ещё не полностью задурманил его разум, поэтому он был в состоянии слышать, что говорил. Но пил, как он выразился, это ещё было мягко сказано. — Вы же знаете, к чему это может привести? — да, Хэнк знал. Знал ещё тогда, когда его нашли в отключке и валяющийся рядом с ним на полу пистолет с одной единственной пулей, которую он желал пустить себе в голову. Знал, что алкоголь творил с ним. И как только Коннор мог привязаться к нему, как маленький щенок, как мог постоянно смотреть на такого мерзкого и слабого человека? — Вы со вчерашнего дня сам не свой, — продолжил Коннор. — Что-то случилось? Хэнк нервно провёл языком по зубам, затем по сухим потресканным губам. Он не ответил бы на его вопрос, даже если б был трезвым. Лицо Коннора выражало явное беспокойство. Нахмуренные брови, в непонимании приоткрытый рот, и эти глаза, эти бесячие глаза, как у чёртового оленёнка Бэмби — такие печальные и выразительные. Чего этим взглядом он добивался? Даже в таком нетрезвом состоянии Хэнку хотелось протянуть руку и утешить его, сказать ему, что всё хорошо. Коннор был добрым, слишком сопереживающим. Его озабоченность не была не к месту, просто Хэнк далеко не заслуживал такого доброго отношения к себе. — Не смотри на меня так, — хрипло вырвалось у него. Горло болезненно сжалось, мешая говорить. Коннор тут же изменился в лице: складка между бровями разгладилась, губы поджались. Хэнк ощутил новый прилив гнева и не знал, что было хуже: искреннее беспокойство Коннора или же то, что он выполнил просьбу пьяного дурака, как послушная собачка. Наверно, прошла целая вечность, когда Коннор, наконец, начал решать проблему. Он подошёл ближе, убрал виски и поставил стакан в раковину. Хэнк даже не стал протестовать, уже задолбавшись от всего, что творится вокруг. Коннор подошёл к нему сзади и коснулся плеча. Тело стало грузным, а выпитый виски поднимался к горлу, и Хэнку казалось, что его вот-вот стошнит. — Ну же, давайте я отведу вас в постель, — тихо сказал Коннор. Снова этот его паскудный протокол? О, нет, что-то другое было в его словах, что-то интимное, и Хэнк теперь на все сто процентов был уверен — никакого протокола не существовало. И он должен был понять это ещё раньше. Хэнк упёрся руками о стол и медленно встал со стула без помощи Коннора. Хоть он и был пьян, но не до такой уж степени, чтобы не справиться самому. Ноги заплетались, и он цеплялся руками за всё, что попадалось ему на пути. — Сам дойду, — еле как выговорил он, покидая кухню. Ну, он её покинул, правда, это были долгие мучения. Хэнк без сил рухнул на кровать и провалился в сон, даже не заметив, как Коннор закрыл дверь в его комнату.1 июня, 2039
— Невероятно… Просто вот охереть, — Хэнк ураганом пронёсся до своего рабочего стола. Они поссорились в машине и то, что Коннор поплёлся вслед за ним в участок, только подливало масла в огонь. Хэнк покрывал его матом, надеясь, что Коннор уступит, перестанет вести себя, как идиот, но нет, этот засранец был слишком упрямым, слишком настойчивым в своей правоте, и он посчитал нужным продолжить ругань прямо на виду у всех. — Лейтенант, у меня не было иного выбора, — бесстрастным тоном заявил Коннор, чем только больше разозлил Хэнка. — Что мне оставалось делать? Андерсон швырнул ключи на стол и резко развернулся к напарнику, тыкая в него пальцем. — Чем ты думал вообще, наставляя свой грёбаный пистолет на андроида? — Но он целился в вас! Я что, должен был просто стоять и дать ему застрелить вас? — Он был напуган, а ты только усугубил ситуацию! — Я ведь уже говорил — его состояние было крайне нестабильным. Он убил своего бывшего хозяина, мог убить и вас. И даже если бы я убрал пистолет, это не гарантировало бы вашу безопасность. Хах, его безопасность. Как будто это было так важно. Может и важно, для Коннора, но Хэнку от этого не становилось лучше, учитывая, в каком положении они были. Не становилось лучше, когда он своими глазами увидел, как тому андроиду прострелили голову. И какая-то малая часть Хэнка хотела, чтобы андроид всё-таки выстрелил в него. Эта мысль глубоко закралась ему в голову, угнетая, заставляя кровь закипеть от злости к самому себе. Интересно, как бы отреагировал Коннор, если Хэнк откровенно высказался бы ему об этом? Намерение оттолкнуть его от себя конфликтовало с желанием быть рядом с ним и стараться уберечь. Он не хотел потерять кого-то ещё. — Иди-ка ты нахуй, Коннор, — грубо выпалил Хэнк. — У нас был шанс уговорить его. Мы могли бы спасти ему жизнь. — Я понимаю, вас это задело, но этот андроид безжалостно расправился со своим хозяином! Ужасно, что всё вышло вот так, да, но я не мог рисковать! — Коннор от этого вскипел не меньше, повысив голос. Хэнк знал, что своей руганью они привлекали слишком много внимания к себе, но сейчас его это мало волновало. — В меня стреляли и раньше. Со мной всё было бы в порядке. — Как вы можете так говорить? Вы не бессмертны, лейтенант. — Допустим, но ясен хрен, что лучше спасти две жизни вместо одной! — Вы же понимаете, что даже если бы он вас только ранил, я в любом случае убил бы его. И какая во всём этом разница?! — Господи, какой же ты всё-таки безжалостный мудила. Я уже начинаю думать, что ты захотел вернуться на эту работу, только чтобы расстреливать своих же, ведь теперь тебе разрешено владеть оружием, правильно? Такое ощущение, что тебе вообще насрать на них всех! — Вы знаете, что это не так. Мне интересно, почему вы так печётесь о них, потому что это объясняет вашу неспособность объективно расценивать ситуацию. Жизнь андроидов для вас дороже, чем жизнь людей, лейтенант? Хэнк резко подался вперёд к Коннору и схватил его одной рукой за лацкан пиджака. Андроид злился, это невооружённым глазом было видно, но гневу Хэнка не поддался, сохраняя самообладание. — Нет, не дороже, — прошипел Хэнк. — Да даже если это было бы так, кого это волнует? Это что, блять, так важно? — Конечно, важно! Так вы никому не поможете, давая андроидам поблажки за все проступки. Это может стать причиной ещё большей ненависти к ним среди людей. — Ну и нахер их тогда! — Хэнк отпустил Коннора, тут же ткнув указательным пальцем ему в грудь. — Чёрт побери, да что с тобой такое? Где же это твоё сопереживание, а? Или что, тебе кто-то шило в жопу засунул и стёр твою сраную память? Что-то дрогнуло в лице Коннора в этот момент. — Хэнк… — он произнёс его имя. Коннор никогда не обращался к нему по имени в участке. Хэнк заметил, как диод андроида окрасился в ярко-красный цвет, а это был плохой знак. Очень плохой. — Ведёшь себя вечно, как ебучая мамка… — проворчал он и тут же заткнулся, только, увы, не вовремя. Он уже сто раз пожалел о том, что сказал. Выпалил сгоряча, совсем не думая о последствиях. Хэнк правда не хотел говорить этого. Злость заставляла людей творить ужасные поступки. По лицу Коннора пробежала судорога, и он через силу вернул ему прежнее нейтральное выражение. Андроид отступил на шаг назад, развернулся и, ничего не сказав, направился к выходу. Хэнк, смотря ему вслед, хотел было остановить его, но слов-то толком подходящих не было. Коннор исчез за углом здания под гнетущую тишину, нависшую в участке. Бен, спасибо ему большое, делал вид, что очень занят за терминалом. Джеффри, чья голова была высунута из-за двери кабинета в самый разгар ругани, вернулся к работе. И да благословит господь, у Гэвина сегодня был выходной. После самой долгой минуты в его жизни тишину в участке разрезал пронзительный свист, и Хэнк резко развернулся к источнику звука, уже зная, кем был сие нарушитель. — Если ты скажешь хоть одно слово, Уилсон, я твою кожу живьём с тебя сдеру.* * *
Хэнк шлялся по разным барам лишь бы не возвращаться домой какое-то время, но в рот ни капли алкоголя, потому что рядом не было Коннора, который как раз в таких ситуациях отвозил его домой. Когда он всё же вернулся, дома было тихо. Сумо, лёжа на диване, посмотрел на хозяина, но не соизволил подняться с удобного места и встретить Хэнка. Пёс положил обратно свою грузную голову на диван и протяжно заскулил. Коннор оставил записку на кухонном столе. Слова были выведены аккуратным почерком, словно сам текст печатали на компьютере. Хэнк помедлил, прежде чем начать читать.«Хэнк, в 18:45 я гулял с Сумо ровно двадцать шесть минут. Ужин в холодильнике. Я попросил капитана Фаулера дать мне отгул. Извините, что не предупредил вас. Пожалуйста, позаботьтесь о себе».
