Не разжимай руки (А что, если...)

      Зоро со всей дури шмякнул мокрой шваброй о пол пустого бассейна. Разлетелись брызги, тут же раздалось возмущенное «Хэй», и он довольно улыбнулся. В начале октября всех парней из старших классов выгнали на уборку бассейна и двора, и теперь Зоро, Луффи и другие голые по пояс ребята, в одних спортивных шортах драили мокрое кафельное дно. А белобрысый же из другого теста сделан, видите ли, сказал, что скакать полуголым по хлорке вредно для кожи, и не пошел мыть бассейн. Сидел просто на краю, пялился, как другие пашут. А учителя ему все спустили, как же — это же Винсмоук. — Не стой под стрелой, — резюмировал Зоро, в голую грудь прилетела противная мокрая тряпка. Вот засранец, теперь он свое получит.       После того, как они поняли, что отклики друг друга, общение по связи прекратилось. Зачем, если все можно сказать в жизни в школе? Только вот и в жизни говорить было не о чем. Они просто были знакомыми из параллельных, иногда тренировались вместе в зале. — Я помогу вам, меллорин! — раздалось уже в отдалении. Девочки срезали сухие ветки с деревьев и нужен был кто-то достаточно сильный, чтобы держать стремянку. Санджи тут же увидел работу своей мечты. Зоро только зубами клацнул: давай, скачи пялиться девчонкам под юбки, все равно они тоже все в спортивное переоделись, дебил. И вот увидит эта твоя «такая милашечка Исили-чан», и все, кранты волнистым попугайчикам вашей любви.       Хорошо бровастому, он был в отношениях с девушкой, когда узнал, что его отклик мужик. Наверняка, и не задумывался о своей ориентации. Так и продолжал бегать на свидания со своей девятиклашкой в тесный задний дворик на переменах, где тискаются парочки в тайне от учителей. Или задумывался? Неужели, как и Зоро по-новому смотрел на своих одноклассников, и даже на самого Зоро? А может, и дальше зашел? Ну, это же бровастый. Он ебанутый. Например, переключился с только девчонок и на парней тоже, флиртовал, как сейчас там у стремянки, и с парнями тоже. И на переменки обжиматься с кем-нибудь из них сбегал… Хах, например, с тем громилой Дазом из третьего параллельного. У него же рука размером с завитушкину задницу! Смешно представить, как они там тискались на заднем… — Да блять! — Зоро в сердцах швырнул со всей дури швабру на пол бассейна. Что за херня ему в голову лезет. Настроение сегодня было просто собачьим, так еще и эти трешовые фантазии. — У, Зоро, ты роняешь швабру, как крутой рокер свой майк после выступления! Сугеее! — заорал Луффи и швырнул свою швабру таким же красивым и яростным жестом на пол. — Крутяк! Я суперзвезда! — Я тоже! — где-то позади шмякнул свою швабру, изогнувшись в показушной позе, Усопп. Который, кстати, был лучший друг Завитушки. Так что тест своей сексуальности бровастый наверняка проводил на лучшем друге, а кто еще поможет. Что глупо, потому что всем известно — целоваться с Усоппом невозможно из-за его длинного носа. Хотя снова, Завитушка такой ебанутый, что его и это не останови… — Да блять! — Зоро опять яростно швырнул поднятую было швабру. Опять эта больная фантазия. Позади послышались шмяки швабр пацанов, соревнующихся в сценическом швырянии импровизированных микрофонных стоек. — Ророноа! Монки!       Учитель наказал их, словно нашкодивших пятиклассников. Филонящий от работы бровастый при этом плохо скрывал ехидные смешки.       Настроение было собачьим не только сегодня, но буквально всю неделю, потому Зоро решил — сегодня на тренировку не пойдет. Не хочет встречаться с бровастым, тем более всю неделю тот вел себя гаже некуда, словно намеренно говоря и делая максимально отталкивающие Зоро вещи. Вчера он наткнулся на бровастого, нагло флиртующего в коридоре с десятиклассницей. А ведь у него девушка есть, противно.        У продвинутого класса были дополнительные занятия. Потому Зоро не мог отдать пустую коробку от обеда и предупредить, что сегодня не придет. Он собирался было уйти домой просто так, но спускался по лестнице мимо этажа, где учился девятый, и внезапно остановился. Вот как он поступит. — Тут такая не учится, — напыженно буркнула ему в дверях бойкая девчонка с пушистыми, как у Усоппа, волосами. — Как? — не понял Зоро. — Да я же видел ее, Исили, с веснушками такая. Просто отдай ей коробку… — Тут. Такая. Не. Учится, — отчеканила девчонка и пригвоздила Зоро злым взглядом. Вот мелкая совсем, а такая злющая. Все же девчонки иногда жуткие.  — Что ты мне лепишь! — Думаешь, мы не знаем, что ты тусишь с Санджи из выпускного! Что вы с ним в одной компании на крыше! Это он тебя подослал, разузнать про нее. Мы ему сказали, что она даже нам не говорит, куда переехала. Она не хочет его видеть и с ним говорить. Она перевелась в другую школу, сменила номер телефона! А он все никак не уймется, ходит, выспрашивает уже три недели. Тебя подослал. Наверное, он маньяк, раз она так не хочет больше его видеть! — Как перевелась? — тупо спросил Зоро, вспоминая подслушанный на крыше разговор. — А эти, как же, попугайчики? — При чем тут попугайчики? — не поняла мелкая девчонка. — Передай Винсмоуку, что она не желает его видеть и говорить с ним до такой степени, что сменила школу! Пусть прекратит выслеживать ее!       С этими словами девчонка яростно захлопнула перед носом Зоро дверь класса. Тот в задумчивости почесал коробкой от бенто нос. Три недели… примерно столько прошло времени с момента, когда напившийся из-за расставания с девушкой отклик Зоро дал о себе знать впервые за семь лет. А потом врал Зоро, что помирился с ней. Какой же все-таки бровастый мелочный лжец, зачем по этому поводу-то врать? Будто Зоро есть дело, есть у Завитушки девушка или нет.       Однако домой Зоро почему-то не пошел. Отправился тренироваться в одиночку в спортзале, поджидая Санджи. Он даже сам не знал, что хочет ему сказать. Просто раздражение внутри все копилось и копилось, и Зоро сам до конца не понимал, на что.       Бровастый заявился точно после урока, Зоро не удостоил его даже взглядом, отрабатывал упражнения. Тот привычно скинул пиджак и ботинки, размял шейные позвонки перед тем, как без предупреждения пойти в атаку на мирно делающего наклоны Зоро. Но тот только притворялся расслабленным, внутри него давно звенела пружина. Он моментально развернулся, укрепляя свою стойку, и перехватил прием бровастого. Одной рукой схватил за плечо почти у шеи, разогнал на собственном импульсе, как в айкидо, и впечатал в стену спортзала лицом, тут же фиксируя зажим и заводя руку назад. Тот только свободную руку успел подставить, чтобы смягчить удар о стену. С трудом повернул на бок прижатое лицо. — Черт, Маримо, бешеный…       Край губы у бровастого был разбит. Еще совсем свежая ссадина недавно затянулась корочкой, красное пятно в уголке губ слишком сильно привлекало внимание Зоро. Тот с еще большей яростью, чем приложил Санджи, отпустил его, резко оттолкнувшись от стены. — Что, опять всосал в вашем бойцовском клубе с братьями?       Санджи вдруг покраснел и быстро потрогал пальцами присохшую ссадину. — Ум… угу, — и почему-то добавил: — Рэйджу в командировке.       И больше ничего не сказал. Просто стоял перед Зоро, в дорогих брюках и безупречной синей рубашке и смотрел этим своим голубым глазом. Взгляд у него был обманчивый — доверчивый, и это выводило Зоро из себя еще больше. Контраст между внешностью Завитушки и его поведением. Зоро был не из тех, кто останавливается, приняв решение. Потому он выпалил. — Я пока перестану заниматься. Можешь не носить обеды. — Что? Почему? — голос Санджи был расстроенным, но Зоро не больно-то верил этому любителю приврать по мелочам. — Надоело. Не занятия. Ты надоел. Извиваешься, врешь из-за всякой фигни. Я не дружу с такими людьми, даже не тренирую их. И не намерен делать тебе скидку просто за то, что ты мой отклик. Наоборот, я даже сильнее разочарован, — честно признался Зоро. Санджи сделал полшага назад от неожиданности, захлопал глазами. — Что? О чем? — опять невинный вид, но Зоро не проведешь. — Я не могу тебе верить. Ты соврал, и я не знаю, где ты обманешь меня снова. Девятиклашки сказали мне, что эта твоя Исили давно тебя бросила, вы не помирились. Она даже школу сменила и телефон, лишь бы не иметь с тобой дело. Что ты сделал малявке, бровастый?! В чем ты еще врал? В чем был смысл врать о таком? Хотя… — Зоро махнул рукой, — не важно. Мне не интересно. Иди, тренируйся с кем-нибудь другим, пудри мозги ему. А я рад, что мы еще в детстве приняли решение не встречаться. Наша встреча — самое большое мое разочарова…       Санджи ударил его, опять обманул своей внешностью. Вот стоял словно пристукнутый отповедью Зоро, а вот уже зарядил кулаком в челюсть без всякого размаха — сильно и яростно. Голову Зоро откинуло назад, он ощутил привкус железа во рту. — Пошел-ка ты нахер, Зоро. Морализатор мне тут нашелся. Это я не просил себе такого отклика! Никто не спрашивал меня, чего хочу я! Но я, в отличие от тебя, хотя бы пытался быть вежливым! Делал тебе ебаные обеды, узнавал твои любимые блюда! «Ему, должно быть, печально от того, что Куина умерла». Думал, не одиноко ли тебе, бедняге. После гибели такого важного для тебя человека! Ха! Да пошло оно все! Пошел ты! — в этот раз Санджи зарядил ногой. Повторного промаха Зоро не допустил, схватил того за голую ступню и развернул ее в воздухе. Санджи крутанулся вдоль своей оси и с грохотом повалился на паркет спортзала, немного буксуя из-за крутящего момента.       Зоро зло посмотрел на валяющегося на полу Завитушку. С этим пора кончать. Появившийся отклик раздражал его, и не принес ничего хорошего кроме того, что напортачил с его первыми эротическими мыслями. Зоро хотелось жить честно и прямо, а Винсмоук так не умел.       Санджи зыркнул с пола потемневшим взглядом, ожидаемо сделал подсечку ногами. Зоро подпрыгнул, он дрался с ним столько раз, неужели бровастый думал, что сможет застать его врасплох? Дождался, пока бровастый с трудом поднимется на ноги, он не бьет лежачих.       Санджи не заставил себя ждать, бросился в атаку неумело, напропалую, эмоции застили ему глаза. Зоро просто резко выставил вперед руку, с холодным расчетом. Бровастый сам ударился о нее ребрами, из его груди с хрипом вылетел воздух, и он повалился на спину. Теперь он лежал перед Зоро в жалкой позе, пытаясь восстановить дыхание, почему-то нелепо дергая одной ногой. Зоро думал, что ничего не почувствует, но вместо этого он почему-то ощутил отвращение. К себе.       Это просто человек, которому не подходит быть его откликом. Зоро позволил себе заразиться импульсивностью у бровастого, отчего неблагородные эмоции взяли временно верх. Зоро должен больше тренироваться. — Извини. Я не хотел драться. Я не буду драться. Ты меня не втянешь. — Да… да… да пошел ты! — теперь Санджи приподнялся на локтях, сверкая бешеными от ярости глазами. Его грудь тяжело вздымалась, рот открывался, но слова не вылетали, словно он не мог подобрать слов. — Пошел ты и пошло оно все! Чтобы оно все провалилось! Уебывай! Тоже не желаю больше пялиться на твою постную рожу! Найму настоящего инструктора! И куплю у него пушку!       Зоро хмыкнул и нагнулся за сумкой, трогая языком щеку, та припухла изнутри и немного кровила. Санджи дергано поднялся во второй раз, тоже схватил свои вещи и пошаркал, слегка припадая на одну ногу, через весь зал. Зоро только обернулся, когда бровастый захлопнул за собой дверь подсобки для спортинвентаря с видом, будто это его кабинет, и он сказал секретарше в ближайшие два часа никого не впускать.       Он что — гордо ушел в кладовку? Вот долбанутый… Уже выходя из спортзала, Зоро закинул сумку на плечо, и та загремела пустым контейнером. Ах да, долбаный пустой бенто-бокс, Зоро его так и не отдал. Нужно поставить точку окончательно, не тащить все изо дня в день. Потому коробку нужно отдать сегодня. Завтра они будут делать вид, что не замечают друг друга.       Зоро быстрым шагом пересек спортзал и без стука, вот еще — стучаться в подсобку, это не собственность бровастого, отодвинул раздвижную створку, и замер.       На стопке матов сидел с голым торсом Завитушка и держал в руках свою рубашку. — Что? — квакнул тот от неожиданности.       Зоро озадаченно изучал сцену. Что этот психопат тут делает? Обожает закрываться в кладовках и дрочить нагишом? — Ты что, кого-то сюда потрахаться позвал? — брякнул Зоро. Санджи закатил глаза. — Твои слабые потуги в сарказм меня больше не интересуют. Стучаться не учили? Какого хера надо? — С хера ли я должен в кладовку стучаться, ты ее арендуешь что ли, бровастый? Я хочу отдать коробку от бенто. Больше делать не нужно, — Зоро протянул помытую еще в обед коробку. Бровастый картинно вздохнул, но все же потянулся рукой вперед к застывшему в дверях Зоро.       Санджи впервые был перед ним полностью без рубашки, и это привлекало внимание. Сначала Зоро был зол на себя, что опять пялится на бровастого, как на недостойный, но будоражащий объект, но потом осознал — все совсем не так. Все это время ему не давала покоя какая-то мелкая нелогичность, деталь, не вписывающаяся в общую картину мира, и подтачивающая ее стройность в сознании Зоро.       На руках Санджи не было синяков. То есть они были, но только на запястьях, а не на предплечьях, которые чаще всего страдают при выставлении блоков при драке. Его бока со светлой кожей, на которой так легко оставить синяк, тоже были без следа драки. Разве что вон тот старый, но это Зоро сам поставил пару дней назад. А в остальном единственным следом от драк в бойцовском клубе с братьями были яркие и не спадающие синяки на запястье. Или не единственным…             Зоро разжал пальцы и коробка гулко упала на пол. — Вот урод, — выругался Санджи и нагнулся, раз уж все равно тянулся к ней. Зоро посмотрел вниз, сзади на шее у нагнувшегося Завитушки виднелся четкий и глубокий укус. Вот что это были за мелкие красные черточки, что тот скрывал за накрахмаленным воротником рубашки. На спине были длинные красные полосы, не свежие, уже подзаживающие. Зоро прищурил глаза, его ноздри бешено раздувались — мозг изо всех сил боролся против принятия истины, которая случайно раскрылась перед ним.       Завитушка поднял бенто-бокс и выпрямился на матах. — Я забрал, Зоро. Всем спасибо, все свободны. Уебывай.       Зоро перевел взгляд на сидящего Завитушку. На шее, чуть ниже воротника, очевидно, чтобы учителя в школе не обратили внимание, у него было неровное красное пятно с бордовым наливом. — А это у тебя откуда? — Зоро проигнорировал попытки Санджи его выставить. - Та милашечка, что скрывается от тебя неделями, поставила?       Санджи быстро шлепнул рукой по шее, с опозданием скрывая красное пятно. Он не покраснел от смущения. Он побледнел от испуга. И ужас, от которого бежало сознание Зоро, придумывая неправдоподобные отговорки, все же настиг его.       Завитушка не снимает рубашки на тренировках, не скидывает футболку даже в раздевалке. Вот почему он отказался мыть бассейн. Но что еще хуже — учителя ему позволили, быть может, догадывались о чем-то, но предпочли закрыть глаза на то, что творится в семье самых богатых спонсоров школы. «Они идут… я не хочу, чтобы они поняли, что у меня есть отклик…», — вспомнилось Зоро из тех времен, когда они еще говорили по связи. Ссадина на губе, синяки на запястьях. Завитушку находят и возвращают домой, даже когда он этого не желает. Почему Зоро казалось все это нормальным? В какой долбаной семье это нормально?! Просто его подлый, малодушный разум постоянно твердил ему: тут все нормально, не обращай внимания на предательские несостыковки и мелочи. Это не твое дело.       А сердце было против совершаемой мозгом подлости. Вот откуда поганое настроение в последнюю неделю. А не из-за Завитушки, который не обязан держать перед ним отчет по своим девушкам.       Зоро сделал шаг вперед, закрывая за собой дверь в кладовку. Сидящий на матах Санджи инстинктивно дернулся назад, но быстро совладал с собой. Только голос почему-то стал глуше: — Я сказал, какого хера, Маримо? Уебывай.       Вместо ответа Зоро придвинулся еще на полшага ближе, просто в качестве подтверждения своих мыслей. Завитушка заерзал на матах, его дискомфорт был так прозрачен и очевиден, что Зоро задавался вопросом: почему все не стало ясно еще тогда, когда Завитушка забился под ним в истерике от простого вжимающего в пол захвата. Зоро остановился, не приближаясь уж совсем вплотную, и посмотрел сверху вниз на Завитушку: — Что ты делаешь? Без врак.       Санджи отвел взгляд, облизнул засохшую на губе корочку, и неожиданно спокойно признался: — Ищу жучок. Чертов дворецкий вечно меня по нему находит. А я жучок — не всегда. — Как в тот раз? — Зоро смотрел, как суетливо напяливает бровастый обратно рубашку, одергивая манжеты и проверяя, скрывает ли воротник ранки на шее. Он не смотрел Зоро в глаза. — А в этот раз ты куда хочешь пойти? — и добавил, пользуясь настигшим его внезапно озарением. — Это потому что Рэйджу уехала?       Санджи дернулся от последних слов, но быстро собрался, ехидно хмыкнув и натягивая лживую улыбочку. Теперь Зоро знал, как легко ее отличить, и не повелся. Когда он еще видел эти лживые улыбочки у Санджи в последнее время? Когда тот рассказывал про братьев, или про дом. — При чем тут это. Хочу просто пойти к Усоппу в гости с ночевкой. Не желаю выслушивать, что делают и что не делают аристократы. И куда им можно ходить. Ты кстати, опаздываешь. Опаздываешь на свой поезд к херам собачьим.       Зоро даже дернулся. Он так отвлекся на осознание собственной слепоты, что и забыл, что Завитушка — всегда едкий Завитушка, что бы ни случилось.       Зоро быстро скинул с плеча сумку, вытаскивая из нее спортивный комплект, который он хотел забрать домой для стирки. Он швырнул его на колени удивленному Санджи, рядом с босыми ногами приземлились стоптанные кроссовки. — Что за фигня? — недоверчиво покосился Санджи, в его руках одежда Зоро смотрелась, как куча тряпья. — Одежда. Вместо твоей. Жучок может быть в любом месте, потому просто переоденься полностью.       Санджи тупо уставился на одежду на коленях. Непонимающе поднял лицо на Зоро: чего это он ему помогает, а только что хотел прекратить любое общение? — Ты психопат, Маримо. Я дам тебе почитать книгу, там десять признаков психопатии, готов поспорить, у тебя все одинна… — Переодевайся, — прервал его коротко Зоро, внутри у него бурлила кровь, он не знал, как дать выход тому, что испытывает. Кто больше заслуживает наказания, эти Винсмоуки, или так долго не желавший видеть правды Зоро. — Не командуй! — огрызнулся Санджи, но одежду не отбросил. Наоборот, аккуратно расправил старую футболку Зоро на коленях, и снова покосился на стоящего рядом. Он низко склонил голову, пряча лицо за челкой, но кончик торчащего носа покраснел: — А ты так и будешь тут стоять и пялиться? Это так крипово, Маримо.       Зоро картинно вздохнул, думал было подразнить аристократишку Винсмоука, как же тот переодевается перед своим гувернером, но прикусил язык. Вместо этого он резко повернулся спиной к Санджи, в спину донесся удивленный присвист.       Завитушка тихонько шуршал, переодеваясь, а Зоро поймал себя на мысли, что пытается скосить глаза и посмотреть. Нет, не на голого Завитушку! А есть ли у него синяки и раны на ногах? Откуда они? Как они появились? Но Санджи было не уютно даже от того, что Зоро встал рядом, потому он решил ни в коем случае не оборачиваться. Через минуту его негромко позвали. — Маримо… — М? — Как считаешь, в трусах он тоже может быть?       Зоро поперхнулся. — Не думаю… что в трусах. Тем более не хочу, чтобы ты терся этой своей штукой о мои штаны! — Это я не хочу тереться о них голой задницей! Ты их по високосным годам только что ли стираешь? — Молчи и надевай, — Зоро помолчал. — С трусами!       В ответ за спиной только фыркнули. Наконец шорохи позади утихли, и Зоро решил, что пора поворачиваться. Завитушка стоял немного потерянный и смущенный одежде с чужого плеча. Застиранная и растянутая до немогу старая футболка Зоро висела на нем мешком, широкий ворот то и дело норовил чрезмерно оголить одно плечо, потому Санджи то и дело нервически им дергал, возвращая ворот на место. На ноги тот покорно надел стоптанные кроссовки серого цвета, Зоро даже забыл, какой у них был цвет изначально. Санджи неловко переминался с ноги на ногу, потом вдруг что-то вспомнил, и смущенно поглубже засунул руки с синяками в карманы. — Господи, Маримо, тут дырка! Да огромная! Только не говори, что это чтобы дрочить прямо сидя на уроке… — Молчал бы ты — цены бы тебе не было, — огрызнулся Зоро, и Санджи почему-то тут же заткнулся, только еще глубже руки в карманы запихал. Зоро выругался про себя. — Все свое снял? Часы? Бумажник не брал? — деловито сменил он тему. Санджи коротко кивнул. — Трусы я оставил. — Понял я, понял, — фыркнул Зоро и шагнул вперед, нарушая личное пространство Санджи. Тот моментально высвободил руки, сжимая их в кулаки, явно напрягаясь от чужой чрезмерной близости. Зоро еще раз обругал себя в голове и схватил Санджи за одну из подготовившихся к обороне рук, тут же устремляясь на выход. — Зоро! Какого!       Зоро решительно распахнул дверь кладовой и вытащил телепающегося позади Санджи в спортзал. — Мой школьный проездной! Документы! Пусти, как я поеду к Усоппу! — Санджи пытался вырваться, но Зоро только удобнее перехватил его руку: чтобы держать не за запястье, а обхватить ладонь ладонью. — Именно в нем и может быть датчик, балда, — Зоро не оборачивался, уверенно шел через весь зал к выходу. — Тогда деньги, мне надо доехать до Усоппа… — Тебе не понадобятся деньги. — Чего?! — Усопп же твой друг детства. Они знают, где живет Усопп, — Зоро дошел до выхода из спортзала и резким толчком распахнул двери. Воздух был уже прохладный, солнце почти село. Наверное, Завитушке будет холодно только в одной свободной футболке. Ничего, они быстро. Он еще крепче сжал чужую ладонь и побежал вниз по ступенькам, волоча за собой Санджи. — Там в первую очередь искать и будут. А я тебе никто. Потому мы идем ко мне.       Воспользовавшись секундным замешательством Завитушки, Зоро быстро стащил его со ступеней и поволок за собой через школьные ворота. Принимая решение, Зоро никогда не сомневался в его правильности. Как годы назад, решив отказаться от своего отклика ради самой близкой для него Куины. Как пять минут назад, когда понял, что не важно, отклик Завитушка или не отклик ему, он просто не позволит тем уродам, что носят лживое название его семейки, продолжать делать с ним это.