Ларк - дар богов

*** – Это возмутительно, – верещал запыхавшийся, раскрасневшийся эльф. – По-вашему, вот это вот и есть согревающее снадобье? Ларк пристыженно потупился, всем своим видом старательно изображая раскаяние. – Но господин эльф согрелся, – пролепетал он как можно более жалобно. Шаман невнятно хрюкнул и поглубже натянул капюшон, пряча улыбку. – Эм... Формально, да... – стушевался эльф с непроизносимым именем, из которого Ларк смог запомнить лишь задорное Тирли. – Но назвать это снадобьем всё же невозможно. – Испытайте меня ещё раз, – попросил кот, молитвенно складывая ладони. Эльф заметно вздрогнул. – Экзамен даёт ищущему право на три попытки, – нехотя признал шаман. – А может... – Тирли скривился. – Может быть юный неофит захочет сам отказаться? Ларк удивлённо воззрился на остроухого. Небесно-голубые глаза эльфа бегали, упорно не желая встречаться со взглядом ликошта. – Не-е-ет, – простонал кот, которому смертельно надоело сдавать один и тот же занудный экзамен. – Второе задание: перенос предмета из одной пентаграммы в другую, – скрипнул зубами шаман. – Ничего сложного... обычно. Вот этот котелок сгодится. – А нет ли ещё более простых заданий? – жалобно спросил Барбитрунаэль. – Руками перенести? Это магия, – вздохнул учитель. – Нет у нас настолько простых заданий, чтобы сей талантливый юноша... Шаман махнул рукой и разрешил приступать. А Ларк невозмутимо взял в руки заточенную с одного конца палку и мешочек с магическим порошком. Эльф опасливо попятился. Ликошту было обидно за такую реакцию. Нервные эти перворождённые. Подумаешь, побегал немножко! Ну, кимоно жалко, конечно. Тем более что шаман его ещё и малость подпалил, уничтожая зверушку... И откуда она взялась, интересно? Ведь захочешь, а такой фокус уже не повторишь. Увы. Ларк представил, как закидывает монстрика в спальню сестёр. Только тот, кто вырос в одном доме с немыслимой кучей родни, шестью матерями, десятком старших сестёр, парой младших, пятёркой племянниц, взъерошенными зятьями, беременными кошками, злющей старухой и двумя папашами, обожающими друг друга, но не способными мирно уживаться, мог бы понять, как это весело, чуточку прибавить хаоса в этот муравейник. С самого рождения кот не знал и минуты покоя. Когда не ссорились отцы, ссорились их жёны. Когда в семье царил мир, больше похожий на перемирие, то сёстры принимались безнаказанно шпынять Ларка. Он никогда не жаловался. Он улыбался. Он оттачивал язык для ответных колкостей. Он учился уворачиваться от шлепков и подзатыльников. Делать всё быстро, чтобы успеть поиграть. Вовремя испариться, чтобы не получить очередное поручение. Школа жизни получилась отменной. И он по-своему, наверное, где-то в глубине души, самую чуточку, любил свою сумасшедшую семейку. Ларк мечтал сбежать в тихое место, где его не смогут достать все эти бесцеремонные родственники, где будет царить покой, где он сможет хотя бы выспаться. А ещё, хорошо бы, в том месте не знали его знаменитых, уважаемых всеми отцов, и не приходилось бы носить эту маску благовоспитанности на людях. И ещё, чтобы... – Ларк, будь внимательнее! Остановись! Не замыкай линию! Кот, не сразу выйдя из задумчивости, по инерции сначала соединил линии внутреннего круга пентаграммы и лишь потом поднял рассеянный взгляд на шамана. Тот смотрел на него в бессильном отчаянии. Эльф в ужасе прижал ладонь ко рту. Ларк посмотрел под ноги. Пентаграмма была почти безупречной. Вот только один знак был перевёрнут. Вечно он путает направление завитков у этой замысловатой хреновины. Но это ерунда, можно переправить... А вот почему сам Ларк стоит в центре пентаграммы, а котелок мирно валяется вне её? – Так, спокойно, – уговаривал всех шаман. – Не двигайся. Сейчас мы что-нибудь придумаем. Надо стереть вот тут, хотя... – Нет, это опасно, – остановил его эльф. – Как ты вообще умудрился писать знаки сразу активными? Это же невозможно. Сначала рисуешь, потом активируешь. А у тебя... – Я же говорил, что этот ученик слишком способный для своего возраста. Ларк, мальчик мой, попробуй просто выпрыгнуть из круга, – очень неуверенно предложил шаман. – Да вы что, оба... – далее эльф грубо выругался, но кот уже оттолкнулся ногами и прыгнул, не дослушав. Мир вспыхнул, превращаясь в белую пустоту. – Упс, – мявкнул ликошт и испуганно прижал уши.