Летописец драконьего века

***

Мой переход по Внутренним землям продолжался уже несколько недель. В этом году лето выдалось удивительно ветреным, и привычную для здешних жителей жару сменила приятная свежесть и прохлада. Оттого я невольно замедлял шаг, любуясь яркой зеленью богатой растительности этих территорий и наслаждаясь погодой. Совсем скоро я окажусь у Штормового берега, и о подобной блажи можно будет только мечтать… – О, неужто это снова ты? – воскликнул кто-то за моей спиной. Я отвлёкся от изучения некой крайне любопытной букашки, пристроившейся на стволе ели, и обернулся, чтобы увидеть хозяйку голоса. Госпожа Хардинг! Вот так встреча. Не думал, что она снова окажется здесь после всей той кутерьмы с войной магов и храмовников. Впрочем, война ещё не окончена, и у разведчицы наверняка куча работы. Я поинтересовался, какова ситуация во Внутренних землях, на что гномка добродушно усмехнулась: – Хочешь услышать мой рапорт?

***

На мою жизненную долю выпало множество путешествий. Но самыми запоминающимися, безусловно, останутся морские. Когда корабль кидает на волнах, солёные брызги летят в лицо, команда перекрикивается между собой с использованием различных языков и жаргонных слов. Всё это обладало особой романтикой, которая вряд ли придётся по вкусу большинству. Но также нет ничего прекраснее момента, когда наконец сходишь с палубы на твёрдую землю и в нос ударяет всевозможная какофония запахов порта. Земля под ногами некоторое время еще покачивалась, но когда я подошел к дому семейства Хоук (в прошлом – Амелл) то это ощущение почти прошло. – Я удивлена, что Вы проделали столь долгий путь, чтобы увидеться со мной. Мы вполне могли обойтись почтой. Мариан Хоук. Старшая дочь семьи Хоук, Защитница Киркволла, вечная заноза в заднице и источник самого разного рода неприятностей. Конечно, у меня было к ней куча вопросов, и ждать неделями письменного ответа от Хоук у меня не было ни малейшего желания. Да и с её жизнью ответа можно было и вовсе не дождаться.

***

В Киркволле у меня была назначена ещё одна интересная встреча. Жан-Марк Страуд – орлесианский офицер Серых Стражей, который в 9:34 Века Дракона прибыл в Город Цепей по делам ордена. Некоторое время мы переписывались с господином Страудом и у нас сложились, можно сказать, доверительные отношения. Но на тот момент жизни я не мог прибыть в Орлей, чтобы обсудить со Стражем некоторые интересные вопросы, а Страуд не мог оставить орден по собственному желанию. И когда я узнал, что он прибудет в Киркволл, то испытал неподдельную радость. Жан-Марк Страуд был не просто офицером. Он был опытным, закалённым в боях воином и командиром, который мог поведать мне множество интересных историй не только об Орлее, но и о себе самом! – Задавай свои вопросы, – усмехнулся сквозь усы Страж. – Вижу же, что не терпится.

***

О, как долго от меня уходил этот эльфийский проныра! Стоило мне оказаться рядом с ним, как эльф тут же делал ноги и исчезал без следа. Иногда он оставлял мне весьма забавные послания, но почти год не желал показываться сам. Ради встречи с ним я дважды переплыл океан, прошел несколько тысяч километров, успел столкнуться с Антиванскими воронами и Создатель знает с кем ещё! С уверенность могу сказать лишь то, что все они желали Зеврану смерти. Но вечно скрываться Зевран не мог, и потому настал момент, когда мы всё-таки столкнулись нос к носу. Казалось, эльф был удивлён нашей встрече (наверное, хотел поиграть в прятки еще пару лет), но убегать не стал. Вместо этого заигрывающе подмигнул и пригласил в таверну, чтобы "узнать друг друга поближе".

***

В "Висельнике" стоял шум и гам. Где-то в уголке подтренькивал на лютне местный бард, но голоса посетителей заглушали все его попытки извлечь из инструмента музыку. Пахло потом, элем, жареным мясом и маслом от ламп. Когда я вошел в сие заведение – никто (кроме, пожалуй, официантки) не обратил на меня внимания. Я спокойно прошел к барной стойке, сел на пустующий стул рядом с гномом и приветливо толкнул его локтём. Варрик повернул голову и, узнав меня, широко улыбнулся. – А я всё ждал, когда же ты придёшь! – воскликнул гном. – У меня для тебя есть много интересных историй. Но, кажется, нам понадобится ещё пара кружек эля…

***

Думаю, вы помните о том, как я рассказывал о странного вида автобиографии одной неприкасаемой гномки, чернила в которой двигались сами по себе? Если же нет – то можете обратиться к записи за четвертый понедельник Волноцвета в век Пятого Мора. Тогда с автором этой работы мы провели немного времени, и я не смог получить ответы на все вопросы, которые меня волновали. Но судьба свела нас вновь. Меня очень интересовали образования красного лириума, которые стали появляться по всему Ферелдену. И в одном из таких месторождений я вновь встретил Сигрун. Сначала гномка ощетинилась, выставив перед собой оружие, но потом пригляделась и опустила кинжалы. В свете осквернённого лириума я заметил, что недалеко от неприкасаемой лежат трупы порождений тьмы. И судя по запаху крови – умерщвлены они были незадолго до моего прихода. – О, а я тебя помню, – негромко проговорила Сигрун, убирая кинжалы в ножны. – Тот любопытный человек, который заинтересовался моей биографией. Неужто меня искал в этом отвратном месте? Что ж, в таком случае сегодня я могу рассказать тебе чуть больше. Только давай выйдем на свежий воздух?

***

Анора. Истинная и прирождённая правительница Ферелдена, обладающая сильнейшей волей и расчетливостью. Она пережила смерть своего первого мужа, суд над отцом, различные политические интриги и давление со стороны других государств. После того, как Пятый Мор был побеждён, именно Анора смогла поднять Ферелден и вернуть ему силу. Её боялись, её опасались, ей восхищались, её любили и ненавидели. Она держала в руках власть так крепко, что только смерть могла отобрать её у королевы. И на многочисленных придворных приёмах и собраниях (на части из которых я имел честь присутствовать) – я успел узнать об Аноре достаточно, чтобы даже не допустить и мысли сомнений в её благородстве и властности. Но иногда у нас были и личные беседы, на которых я смог заглянуть за маску королевы. Но всё имеет свойство заканчиваться – и моё время пребывания при дворе королевской четы Ферелдена истекло. Удачи и благополучия тебе и твоей стране, Анора. И до новых встреч, Ваше Величество.

***

Орсино. Один из известнейших магов в Вольной Марке, что держал в руках Круг Киркволла и работал ради его процветания. Он заботился о каждом маге, который попадал под его взор, и у него была лишь одна цель – сделать жизнь магов лучше, хотел, чтобы они действительно ЖИЛИ, а не существовали, и, конечно, стремился избежать повторения той трагедии, которая произошла в юности с ним и его сокурсниками. Жаль, что он окажется недостаточно силён духом, чтобы довести своё дело до конца. Отчаяние овладеет его разумом и телом, и единственное, что подарит ему избавление – смерть. Я покинул Казематы за несколько лет до случившейся трагедии, но когда узнал о смерти Орсино – то скорбел вместе со всеми магами, для которых он стал наставником и идеалом. Эта была совершенно несправедливая смерть. Но жизнь вообще несправедлива, не так ли?

***

Знаете, мне нравится общаться с дипломатами. Это похоже на игру в кошки-мышки, когда любое слово, даже кажущиеся совершенно маловажным, может иметь большой вес при дальнейших переговорах. Жозефина была прекрасным дипломатом. Она знала и правила орлесианской Игры, и как подступиться к холодным ферелденцам, и как провести переговоры со свободолюбивыми марчанами. Наши беседы на королевских приёмах были заполнены различными рода уловками и ловушками. Но они были приятны и мне, и госпоже Монтилье. На одном из таких приёмов мы как всегда радушно попрощались, но в ближайшие несколько лет я больше её не увижу. Как знать, какие приключения будут ждать нашу дорогую Жозефину?

***

Мы долго блуждали с Натаниэлем по Глубинным тропам. На некоторые мои вопросы он отвечал с охотой, на другие предпочитал отмалчиваться. Иногда Хоу спрашивал в ответ. Особенно ему доставляли удовольствия рассказы о политических играх на мировой арене, казусах благородных господ и моих встречах с другими Серыми Стражами. Мы успели дойти до окрестностей одного из небольших гномьих форпостов, когда я понял, что мне пора оставить Натаниэля. Здесь начинался его собственный путь, а мне было пора возвращаться на поверхность. Я узнал достаточно, и теперь мог лишь пожелать Хоу удачи и успешного возвращения на поверхность если не невредимым, то хотя бы живым.