Поддержи
9 декабря 2018 г., 15:09
С момента их первой встречи прошло две недели.
За это время произошло многое.
К примеру, Эллиот смог доказать Бобби, что он старательный работник, а Тайлеру - что он не погорячился со своей к нему добротой. Парень работал не покладая рук - таскал на своих плечах доски, направлял бульдозеры, едва ли не в первых рядах рвался разбирать дом. В личных разговорах с Тайлером Боб часто повторял, что Эллиот "словно имеет личные счеты с этим домом, так яростно он кидается его разбирать". Тайлер не мог нарадоваться такой отдаче, постоянно от чистого сердца хваля бродяжку за его старательность. Нокс смущался и похвалы не принимал, но видно было, что ему приятно было слышать теплые слова от приютившего его мужчины.
Также они смогли неплохо ужиться. Тайлер накупил новому соседу кучу вещей, несмотря на то, что тот отчаянно этому сопротивлялся, и обустроил место в своей комнате, настроив там самодельную кровать из подушек и одеял. Теперь вечерами перед сном они долго разговаривали, обсуждая все подряд. А иногда Эллиот даже помогал Таю с доработками в проекте! Оказалось, он неплохо владел карандашом и трехмерным видением пространства, так что смог заметно облегчить о'Коннелу вечернюю работу.
В знакомстве с Эллиотом нашлось только два минуса. Первый из них - возобновившиеся утренние стояки. За две недели чувства Тайлера к Эллиоту из некой секундной заинтересованности переросли в настоящую любовную одержимость. Сосед снился Таю ночами, порой в настолько откровенных сценах, что на утро о'Коннел пытался понять, как его мозг вообще мог сгенерировать такое. На счастье, общение с Эллиотом это не осложняло - Тайлеру удавалось кое-как, но сдерживать свои к нему желания. Тот, если так подумать, даже и не подозревал о чувствах добродетеля к нему. Он улыбался тому все так же, называл другом, пошлых намеков не делал. И это было только к лучшему.
Второй минус был много хуже и после него дни становились мрачнее, а вечера - молчаливее. Ночами Эллиота мучали кошмары. Тайлер не раз просыпался от сдавленных стонов и жалобного плача соседа. Нет, он, правда, тут же кидался тому на помощь, тормошил, заставлял подняться. Но Эллиот никогда не делился своими сновидениями с Таем. Стоило ему только вынырнуть из тяжелого морока сна, как он замолкал, замыкался в себе, и весь остальной день проводил в мрачной сосредоточенности и молчаливом уединении. Достучаться до него не удавалось, рассказывать о мучавших его снах он не хотел и даже не пытался. Тай волновался. Особенно волновался после того, как мельком увидел правое плечо соседа, когда с того соскользнула футболка. Смуглую кожу перечеркивал длинный бугристый шрам от страшной раны. Размашистый, длинный, он уродовал все узкое костлявое плечо и, извиваясь, уходил куда-то под ткань. Тайлер не знал, насколько далеко. Но и тот ужасный след, что открылся ему, тревожил. Эллиот не сказал ни слова о нем - сразу же натянул на плечо кофту, в ужасе глянул на Тая и, поняв, что сам тот спрашивать не будет, смолчал и быстро ретировался в свой закуток. А о'Коннел и правда не спрашивал. Пытался, конечно, вывести Эллиота на разговор наводящими фразами, но тот не давался, а прямые вопросы о такой вещи, как шрамы, Тай задавать боялся. Так и ходили вокруг да около.
Из этого минуса вытекал и другой, не учитываемый Тайлером при подсчетах. Минусом этим было недоверие. Несмотря на произошедшее между ними сближение, ни один - ни Тай, ни Эллиот - друг другу так и не доверились. Тайлер ничего не знал о прошлом соседа - о том, как он попал в Эверластинг Свамп, о том, что с ним было до этого. Эллиот отбрехивался от этого фразами о плохой памяти, но о'Коннел не верил в это оправдание. Эллиот отказывался ему рассказывать. Просто не доверял тайны. Оно и понятно. Они были знакомы слишком мало. Тай не обижался, но иногда задумывался, а должен ли он продолжать поддерживать эту связь, если Эллиот не хочет даже банально поделиться с ним тревогами?
Он думал, и думал, и думал, а озвучивать вопросы никак не набирался сил. Кошмары продолжались.
***
Сегодняшний кошмар Эллиота был куда более необычным, чем все предыдущие. Тайлер проснулся от того, что рядом с ним кто-то громко кричал. Поначалу он совершенно ничего не понял - с трудом разлепил сомкнутые сном глаза, на автомате сел, почти не ощущая конечностей. Но стоило ему только осознать источник крика, как он в момент избавился от пут сна. Эллиот плакал. Шумно хныкал во сне, отчаянно ворочаясь на своей импровизированной кровати, и звал кого-то. - Нейт... Нейт! - крик прерывается сдавленным всхлипом, Эллиот судорожно дергается во сне. Тайлер подорвался быстро. Отбросил в сторону одеяло, сорвался с кровати птицей, подбежал к Эллиоту и принялся яростно трясти того. Его руки дрожали, сердце гулко стучало в груди от разгорающегося страха. До этого криков никогда не было - был только тихий плач и хныканье, которое обычно и будило чуткого Тайлера. - Эллиот! Эллиот, проснись! - он тряс и тряс его, пальцами крепко стискивая ткань ночной футболки. Тайлер боялся. Он никогда не был трусом, нет. Рвался в драки в школе, залезал на все заброшки... Но этот отчаянный вой, вырывающийся из горла так полюбившегося ему соседу, заставлял дрожать и испытывать весь спектр такой эмоции, как страх за близкого человека. Он не мог понять, почему боится, но внутреннее чутье подсказывало бежать, причем как можно дальше и как можно быстрее. Но он не убегал. Продолжал трясти соседа, не собираясь оставлять того один на один с кошмарами. - Нет! Нет, не надо, пожалуйста! - Эллиот отбивался от него яростно. Пинался, извивался, вопил как резанный и судорожно размахивал руками, пытаясь оттолкнуть о'Коннела. - Пшеште, умоляю, нет! Очередной взмах крепкой руки смог оттолкнуть Тайлера. Тот уселся на пятую точку, больно ударившись ей о деревянный пол. А Эллиот продолжал извиваться и корчиться в плену кошмара. - Эллиот... - Тайлер не намерен был сдаваться. Он не умел сдаваться! - Проснись! В крепкую пощечину он вложил весь свой страх и всю свою привязанность к этому человеку. От мощного удара голову Эллиота мотнуло в сторону, но он наконец открыл глаза и замер, шумно дыша приоткрытым ртом. - Что... Тайлер, что случилось? - мужчина пару раз моргнул, приходя в себя. С удивлением потянул к лицу правую руку, прикладывая ладонь к месту удара. Но с пробуждением пришло и осознание. - Ох черт! Сосед посмотрел на него полными боли мутными глазами. Вжав голову в плечи, он весь сжался, чуть отползая назад. Когда до него дошло, что только что произошло, к Эллиоту пришел стыд. Тай сидел перед ним в ожидании хоть каких-нибудь слов - растрепанный со сна, подрагивающий от пережитого волнения. - Ты... Я... - в тусклом свете первых лучей солнца за окном лицо Эллиота выглядело странно. Не то ужас, не то злость, не то кошмарный стыд исказили острые черты. - Я тебя разбудил, да? - вопрос был до странного глупый, киношный. Но в то же время нужный. - Да. - Тайлеру хватило сил сказать только это. Сердце уняло свой бешеный стук в груди, но мысли все еще бурлили в голове. - Вот черт. - Эллиот обреченно выдохнул, низко опуская голову. - Прости меня, пожалуйста. Не понимаю, что со мной происходит? До этого, вроде, не было таких кошмаров, а сейчас... - Ничего, я не в обиде. - Тайлер легонько улыбается соседу, хотя в голове его бьются совсем другие слова. Расскажи мне. Поделись со мной. Он молит об этом взглядом, но Эллиот ему не внимает. - И все же. Прости, что из-за меня ты просыпаешься ночью. - Эллиот выглядел виновато. Снова как нашкодивший котенок. Вот поэтому Тай никогда не мог озвучить свои вопросы. Эллиот был грустным, расстроенным, виноватым - и все в один момент. Сердце Тайлера затапливала нежность, которой он не чувствовал с тех пор, как вырос его самый младший брат, Тони. И все вопросы отступали перед желанием стать защитой и опорой. - Ну, фактически, сейчас уже утро. - Тай был прав. Было около четырех утра, до будильника оставалось часа три. О'Коннел много не терял. - Так что все нормально. Но, я так думаю, спать мы больше не будем? - Ага. - Эллиот, видя улыбку на губах своего попечителя, не мог не усмехнуться тоже. - Значит, сейчас у нас раннеутреннее чаепитие. - несмотря на боль в пятой точке и обуявшее желание знать больше, Тай легко поднялся на ноги и улыбнулся настолько непринужденно, насколько мог. - Идем, мой друг! Я сделаю тебе самый лучший свой чай. - Ха-ха! - Эллиот засмеялся - сдержанно и рвано, немного сорвано. Но он засмеялся. Тая это не могло не радовать. - Хорошо, но я согласен только на самый лучший чай в Луизиане. - Охохо, какие запросы! Так уж и быть, я вложу в этот чай все свои умения! Они посмеялись. А потом вместе ушли на кухню. До самого будильника они сидели там, пили крепкий ромашковый чай и смотрели глупые, но бесспорно смешные ночные программы по телевизору. Солнце проникало в кухню своими яркими лучами, с каждой минутой становилось все жарче - короткая ночь уступала место долгому летнему дню. Тай веселил своего соседа как мог, а тот действительно смеялся. Но глаза у него все равно были грустными, а пальцы на ручке кружки дрожали. Вопреки своему смеху и улыбкам, Тайлер забыл о доверии в тот самый миг, как увидел страх в глазах только-только проснувшегося от кошмара Эллиота. Он наконец решил - если тот сам ничего не рассказывает, несмотря на открытые намеки Тая о желании выслушать его, тот сам найдет информацию. Тайлер полез в интернет сразу же, как вернулся с работы. Эллиот был еще занят, времени искать и не быть за этим замеченным было предостаточно. Вот только о'Коннел совсем не знал, с чего может начать. Из ночных криков соседа он запомнил только два слова - Нейт и Пшеште. Первого найти было невозможно без конкретного знания, какого Нейта искать. Так что Тай начал со второго, да. На поиск и сбор информации ушло четыре дня. Четыре немыслимо долгих и напряженных дня, в которые Тайлер садился за компьютер, как только Эллиот не смотрел на него, и вздрагивал каждый раз, когда тот подходил к нему. Четыре мучительных дня, за которые информации было перерыто столько, что голова от нее пухнуть начала. Наконец, четыре немыслимо долгих дня, за которые он нашел слишком много о том, кого так доверчиво принял под свое крыло и в кого посмел влюбиться. Но стоило ему только соединить разрозненные кусочки паззла, как все сложилось и сошлось. А мир... Мир перестал быть прежним. Когда Тай увидел результат своей работы, он сначала отказался в него поверить. Страх и гнев - вот все, что руководило им в тот момент, когда он поднялся на ноги, и в иссякающем порыве, на шатающихся ногах двинулся к сидящему на кухне Эллиоту...
