Makea Veri

      Чимин всё крепче сжимает руль, но скорость не прибавляет, а едет в тихом, умеренном темпе на территорию стаи Ким. Мысли в голове жужжат и кружатся, как рой пчёл, и не дают расслабиться молодому омеге.       Все мысли концентрируются вокруг нескольких вопросов, но ответы на них он найти не может, а от этого ещё сильнее нервничает. Поясница от долгого времени, проведенного сидя за рулём, потягивает, и, чтобы немного пройтись и размяться, Чимин сворачивает на обочину и выходит из машины.       Прохладный осенний ветер бьёт в лицо, вызывая стаю мурашек по телу, ведь омега так же как и в машине в одной футболке.       Чимин осматривается вокруг и понимает, что это место кажется знакомым, но откуда вспомнить не может.       Он бьёт острым носком своих любимых ботинок по камню, тот отлетает и бьётся прямо о ствол близ стоящего дерева. Небо заволокло серо-черными тучами и в далеке слышались раскаты грома.       На душе было так же паршиво, как и на улице. Волк все так же молчал, хотя Чимин и был уверен, что тот там, внутри, но тот не подавал никаких признаков желания общаться. Чимин смирился и успокоился, решив, что волк просто на что-то обижен.       Вот только на что, не понятно.       Только сердце, скованное в тиски, не хотело успокаиваться, крича и разрываясь на сотню мелких кусочков, а потом собиралось вновь, лишь бы все это повторить.       Слишком много боли в нем. Слишком много воспоминаний и не выплаканных слез. Слишком много любви, которую он не успел подарить своему вампиру.       Резкий порыв ветра заставил сделать Чимина два шага в сторону. Но не это удивило омегу, а какое-то странное ощущение внизу живота.       Будто червячок под кожей шевельнулся, или маленькая рыбка проплыла…       Чимин испугался… И лавина воспоминаний о нахождении в плену накрыла волка:       «Я ведь столько времени был без сознания, а вдруг они мне вкололи не просто какие-то наркотики, а что-то более опасное…»       В животе опять что-то зашевелилось, но шевеления были такими лёгкими и еле ощутимыми… будто насекомые.       На Чимина начала накрывать паника, он быстро запрыгнул в машину и хотел уехать с этого странного места и от этих странных ощущений, но руки дрожали и в глазах двоилось.       Кое-как достав телефон из кармана, он набрала номер Намджуна:       — Алло, Хён?! Мне плохо, забери меня, я не могу…       — Чимин, ты где? — взволнованно спросил Джун.       — Я где-то на дороге, мне плохо… Я в машине… Что-то шевелится, хён! Во мне что-то шевелится…       — Сиди в машине, Чимин! Просто постарайся успокоиться! Я... Я сейчас уже выезжаю, ты главное не уходи никуда. Просто сиди в машине. Ты ведь на машине Тэ?       — Да…       — Хорошо, я скоро буду.

***

      Спустя два часа.       Джун расхаживал по коридору, ожидая, когда их врач осмотрит Чимина и расскажет альфе, что с его братом.       Джун нашел того в машине с рукой на животе и без сознания.       Испугавшись, тот сразу перекинул младшего в свою машину и привез на территорию стаи Ким.       Теперь Чимин лежит в своей старой комнате и его осматривает врач, а Намджун весь на нервах измеряет коридор.       Наконец врач выходит и альфа подбегает к тому:       — Ну что там?       — С ним всё в порядке, просто немного переутомился, да и долгий отказ от еды ни к чему хорошему не приводит. Вот он и потерял сознание. В его положении это нормально, — сказал врач, смеряя что-то со своими записями.       — В каком таком положении? — не понял альфа.       — Ну, Чимин беременный, — спокойно ответил врач.       А Намджун, честно говоря, просто немного прихуел, услышав это…