Город Снежного Ветра

Вначале Риган намеревался отправиться прямиком на поиски Лэйна — но оказавшись на улице и взобравшись в седло, понял, что нет смысла и пытаться в такой темноте — чародей наверняка спал. Он вернулся на постоялый двор, где провёл ночь с Сезвеном, но только за тем, чтобы забрать вещи и расплатиться за номер. Без чародея он не хотел оставаться здесь. А ещё сильнее не хотел, чтобы Сезвен его нашёл. «По крайней мере, чтобы нашёл меня так легко», — мрачно подумал он, выходя во двор и снова забираясь в седло. В таверне «Красный тролль» было душно: пылал камин, и общую залу переполнял гул голосов. До ночи Восхождения Звезды оставалось чуть меньше двух дней, но некоторые, похоже, уже праздновали вовсю. Приглядевшись к толпе, Риган разглядел весёлое лицо Варека. Одной рукой обнимая Йоханса, он раскачивался из стороны в сторону и, похоже, распевал какой-то очень откровенный куплет, потому что девушки, сидевшие за соседним столиком, хихикали и прятали взгляд. Риган замер на пороге, раздумывая, подойти или нет. Это веселье обычно обходило его стороной. И в то же время Риган необыкновенно отчётливо осознал в это мгновение, насколько для него важно знать, что эти люди есть. Что мир не кончается пределами башни магии, даже если он не может его пересечь. Отвернувшись, он собрался было идти наверх, но развернулся и замер, увидев Аснэ в паре шагов от себя. Она стояла у самых дверей, разматывая меховую шаль, длинные серебристые ворсинки покрывал снег. Аснэ пристально смотрела на него, и Ригану захотелось сбежать, но этот взгляд не пускал. — И снова доброй ночи, — сказал он. — Я думал, у тебя дозор. — Так и есть, — Аснэ кивнула, — закончился четверть часа назад. И я решила заглянуть, — она кивнула на Варика. — Они тебя позвали, да? — Они знали, где меня искать. Оба замолкли. Риган почти что ждал, что Аснэ предложит ему присоединиться — предложит и тогда он сможет отказать. Но Аснэ молчала, и Ригана охватила злость. — Мне пора, — сухо сказал он и стал уже было подниматься наверх, когда голос Аснэ окликнул его из-за спины: — Риган! — Что? — не оборачиваясь бросил он. — Не делай этого. Риган не удержался и повернулся к ней. — Не делать: что? — не скрывая злости спросил он. — Ты знаешь. Ты думаешь, что чародеи помогут тебе, так? — Откуда тебе знать? — У тебя всё написано на лице. Тобой движет злость. Но даже Сезвен не заслужил того, что сделают твои собратья, ворвавшись в наш мир. — При чём здесь я, Аснэ? — он сделал шаг по лестнице и чуть приблизился к ней, — Разве я собираюсь их призвать? Разве я запер в этом мире себя? Всё, что мне нужно — это вернуть свободу, которая когда-то у меня была. Всё остальное… Он замолк, потому что Аснэ продолжала мягко, почти что с жалостью смотреть на него. Риган качнул головой. — Как вы можете… пировать… зная, что завтра произойдёт? Аснэ повела плечом и слабо улыбнулась. — Потому что это жизнь. Мы смертны, Риган. Для нас каждый день может стать последним, мы не знаем своего срока. Мы не можем бояться каждую минуту и каждый час. Наше будущее всегда в тумане, и мы можем только гадать, какие катастрофы нас ждут. Но на самом деле… для нас существует только сейчас. Она смотрела на него ещё мгновение, а затем отвернулась и вошла в зал. Риган вздохнул, повернулся и стал подниматься на второй этаж. В окно небольшой комнатки, которую Риган снял для себя, заглядывала звезда. Она светила среди чёрных туч, и мутный свет её едва виднелся за пеленой пурги. Снизу, с первого этажа, доносились песни и голоса. И, несмотря на шум и тьму, Ригана окутало чувство необыкновенного покоя и благостной тишины. Раздевшись, он забрался в постель, повернулся на бок и мгновенно погрузился в сон. Он видел алую равнину, тянувшуюся бесконечно от горизонта до горизонта. Реки лавы, бегущие по земле. — Почему все наши миры похожи один на другой? — спрашивал он брата, но тот молчал в ответ. У Ригана было много братьев. Погибли почти что все. Те, кто, остался жив, присягнули новому князю и видимо больше не вспоминали о нём. Сквозь сон Риган задавался вопросом: где его настоящая семья? Там, среди алых безжизненных равнин, или здесь, на первом этаже таверны, построенной на самом краю земли? Два мира и каждый из них отщипнул от него кусок. Два мира, но каждый из двух миров был одинаково ему чужим. Там, в предместьях Ада, в паутине захваченных тёмным князем миров, не осталось ничего, что он мог бы любить. Но не было ничего, что он мог бы назвать своим, и здесь. Потом видение угасло, и Риган увидел небольшую комнатку в башне магии. За окнами так же мела метель. Сезвен сидел с толстым фолиантом в руках и вслух читал по слогам — читал для него. Обучал своего демона местному письму. Сезвен был ещё совсем молодым, невинным и беззащитным на вид. Хотелось обнять его, укутать в объятия и никого не подпускать. «Когда ты научился причинять мне боль?» — спрашивал Риган и пытаясь вспомнить, начинал думать, что Сезвен умел делать это всегда. Никогда маг не видел в нём живого существа. «Тогда зачем?» — снова спрашивал он себя. «Зачем ты позволил мне поверить … что я почти человек?» Сезвен из сна, конечно, не отвечал. Он ещё не знал ответ. А тот, живой, не стал бы произносить его вслух. Растаяло и это видение, и Риган увидел деревья, покрытые осенней листвой. Рассеянно потрескивал костёр, и они сидели вокруг вчетвером — Варик, Йоханс, Аснэ и он. Были и другие, но сейчас Риган не мог вспомнить их лиц. Только смутное ощущение тепла, поселившегося в темноте. Чувство, что все собравшиеся здесь посвящены в общую тайну и будут её оберегать. Йоханс пел, а остальные молча слушали его. Аснэ смотрела вдаль, в темноту, как будто видела там свои, ей одной известные миры. Ригану захотелось протянуть руку и коснуться её золотистых волос — но он не смог. Видение растаяло, оставив там, где тлел костёр, лишь вой пурги. Риган открыл глаза и какое-то время лежал, глядя в потолок. Он чувствовал, что уже утро, но за окнами было темно. Продолжал кружиться снег, и только приподнявшись на локте, он смог разглядеть смутные тени прохожих, прикрывавшие лампы и факелы от ветра. — Проклятая зима… — пробормотал он. Ему начинало казаться, что она не закончится никогда. Он замёрзнет здесь, и никто никогда не вспомнит о нём — ни в одном из миров. Риган сполз с кровати и принялся натягивать на себя одежду. «Если самый тёмный час — перед рассветом», — подумал он — «То уже определённо должно было рассвести». Однако за окнами продолжала властвовать тьма. Одевшись, Риган закрепил на поясе меч, а затем заколол у горла плащ и стал спускаться вниз. Вышел из трактира и замер, выглядывая за пеленой снега контуры Башни Волшебства. Он не хотел идти туда. Риган опасался, что Сезвен тоже там. К тому же, у него не было уверенности, что его пропустят внутрь. И всё же выбора не было. «Путь один», — с грустью подумал он. «Куда бы мы не шли. Дорога всё равно одна. А может быть одно и то же место ждёт нас и в конце пути». Он плотнее закутался в плащ, вывел из конюшни скакуна и, забравшись в седло, направил его туда. Риган знал одно место, которое, как он догадывался, не знал в городе почти никто кроме него. Оно имело прямое отношение к Башне Волшебства, но находилось за пределами её стен. — Шесть сотен лет назад прошлая война за Предел разрушила древнюю Башню, — произнёс он вслух, спускаясь на снег и поглаживая по холке коня. — Почему чародеям было не построить новую на том же месте? Стройный силуэт, едва видимый за пеленой снега, чуть повернулся, и Риган увидел лицо Лэйна. Меховой капюшон укрывал его голову, но несколько прядей золотистых волос падало из-под него на плечи. — Потому что ничто не бывает так, как уже было, — сказал тот, дожидаясь, когда Риган подойдёт ближе. — Это не ответ, — сказал демон и отвернулся от мага. Риган замер, разглядывая массивную арку, покорёженную то ли временем, то ли огнём. Во Вратах, которые некогда располагались здесь, не хватало нескольких камней. И значит активировать их не мог уже никто. «Или кто-то всё-таки мог?» — тут же спросил он себя и усмехнулся собственной мысли. «Ведь нашёлся же ещё кто-то кроме меня, кто знает о них…» — Ты хотел со мной поговорить, — сказал он вслух. Лэйн кивнул. — Идём, — он протянул руку в объёмной меховой перчатке, — я отведу тебя в тепло. Согреемся и поговорим. И Риган, помешкав, вложил в неё свою ладонь. Лэйн отвернулся и потянул его за собой.