Грех уныния

      — Вампиры захватили Эдинбург всего за ночь?! — Пораженно воскликнул король фей.       Я проигнорировала удивлённый восклик Греха Лени, опять с головой погружаясь в собственные мысли, где провожу большую часть своей жизни в этом мире. Я очень много думаю. Иногда даже по делу.       — Ты серьёзно, Мерлин?! — Всё ещё не мог придти в себя он.       — Несколько дней назад в огромной пещере на востоке был разрушен древний саркофаг, в котором был запечатан весь клан вампиров. — Сообщила нам Мерлин, внешне оставаясь совершенно невозмутимой.       Я задумчиво закусила губу.       То, что освободился целый — тем более весь — клан вампиров не есть хорошо. В конце концов, они когда-то являлись вассалами клана демонов, что само по-себе является невероятно хреновой вещью.       Да это полный пиздец!       Во мне просыпается суеверный, леденящий душу ужас. Я боюсь за жизнь дорогих мне существ, боюсь за себя, боюсь, что клан демонов всё же освободится. Очень-очень боюсь.       Я ничего не могу изменить.       — Как он был разрушен?! Кто-то сделал это намеренно или же это просто случайность?! — На лице человеческой формы Арлекина прописалось неверие и страх.       Мерлин кинула на него немного надменный взгляд, — совсем чуть-чуть, ибо по-другому не умеет — после чего сказала:       — Чтобы на это ответить, Великий Святой Рыцарь и отдал приказ о мобилизации всех Смертных Грехов.       Всех? То есть и я тоже поучаствую в этом? Неожиданно.       — Ясное дело… — Растерянно отозвался Кинг. — Когда наш противник настолько опасен… Но кого мы отправим?       Ну, я бы не сказала, что они прям охренеть как опасны. У нас есть Эсканор, который может вынести их всех с одного удара. Да и страшнее капитана никого быть просто не может.       Это лично моё мнение.       Мерлин внезапно остановилась, принюхавшись к чему-то.       — От этой комнаты исходит запах крови и сырой плоти…       Я удивлённо посмотрела на величайшую волшебницу Британии, действуя на её примере. И правда. Я настолько сильно ушла в свои мысли, что даже не заметила металлического запаха крови и мерзкого запаха сырой плоти. Отвратительно, на самом деле.       Кажется, нечто подобное было и в каноне. Сейчас уже не вспомнить.       — Нгх…       Дойдя до комнаты, где запах только усилился, Мерлин зажала нос, не в силах выносить это.       У меня дёрнулась бровь.       — Капитан… Бан… Что, чёрт возьми, у вас здесь происходит? — Вырвалось у неё.       На столе, между сидящими Грехами, стояла какая-то странная — до ужаса страшная — хрень, которая, кажется, вообще шевелилась. Именно от неё шёл столь мерзкий запах.       — И что это за кошмар у вас на столе?       На лице Бана были написаны все муки ада, а в глазах плескалась такая обречённость, будто он вот-вот должен сделать что-то плохое, что-то, чего исправить будет уже нельзя. Что это с ним?       — А, — отвлёкся Мелиодас, обратив внимание на нас. — Это мясной пирог, который я приготовил.       Оно шевелится…       Я предпочту промолчать       — П-почему он шевелится?! — Нервно спросил фей.       Похоже, этот вопрос волновал всех, находящихся в этой комнате, кроме, конечно же, капитана, которого напугать подобным было просто нереально (тем более он сам эту хрень приготовил).       Пришла к выводу, что это штука — оружие массового поражения.       — Вероятно, он плохо пропёкся. — Спокойно отреагировал блондин.       Хе. О кулинарных талантах капитана Восьми Смертных Грехов в Лионессе ходят настоящие легенды, а если быть точнее, то страшилки.       — Это не единственное, что меня беспокоит! — Воскликнул жирный фей.       Хмыкнула.       А меня вот эта хрень, которая, лично по-моему мнению, убьёт даже бессмертного Бана, выпившего Фонтан Юности.       — Ну, одно за другое… И мы решили, что проигравший угощает победителя.       Я восхитилась.       Вот это подстава!       Бан, скорее всего, во время игры в карты был в стельку пьян, ибо бухать он просто не умеет, и его начинает быстро уносить в далёкие края от алкольных напитков. Просто я не могу как-то по-другому объяснить то, что он выиграл у капитана на такое желание.       Кажется, я начала уважать нашего капитана.       — Я проиграл, поэтому приготовил это. — Сообщил он нам.       Я едко ухмыльнулась, бросив несколько сочувствующий взгляд на лисьего Греха, потому что подобной участи даже злейшему кровному врагу не пожелаешь. Да, всё ещё злюсь на Бана за его выходки.       — Ну давай, угощайся! — Радостно воскликнул Мелиодас. — Тебя не убьёт даже какое-то там пищевое отравление!       У меня дёрнулся глаз.       В голову закрались мысли, что мы какая-то хреновая семья. О, да. Любим друг друга подставлять везде и всюду.       — Ну, мастер Бан, откройте рот! — Ядовито протянула я.       Мерлин кинула на меня удивлённый взгляд, видимо, старательно пытаясь восстановить свой треснувший мир и привести мысли в порядок. Обычно я молчу и никогда не вмешиваюсь в это, а тут вдруг решила поучаствовать.        Впрочем, Мерлин обладала хорошей выдержкой и самообладанием, тем более она часто работала с ментальной частью мира, что позволяет ей быстро взять себя в руки.       — Нет! Нет! Нет! Я умру! — Нервно закричал Бан, со священным ужасом смотря на тарелку с непонятной фигнёй.       Капитан схватил Грех Жадности за челюсть, и я смогла отчётливо расслышать хруст костей. Похоже, капитан сломал ему челюсть.       — Что ты такое говоришь? — Удивился капитан. — Ты же бессмертный! Не переводи продукты!       Я зажала рот рукой, пытаясь сдержать рвущийся наружу смех, но трясущиеся плечи выдавали меня с головой. Я всё ещё сочувствую Бану, но всё же это так смешно!       — Не знаю, что это, но оно отвратительно воняет и точно убьёт меня! — Испуганно орал Бан.       Я бы на его месте уже давно откинула коньки от страха, а он ничего, держится.       — Почему это победителю в нашей игре приходится нести наказание?! — На его роже было непередаваемое выражение. — Эй, Мерлин! Ну скажи ему!       Мерлин, похоже, не может больше смотреть на страдания своего товарища, ну или ей просто надоел этот цирк, потому что она всё же решила вмешаться в происходящее, и спасти его от столь ужасной участи.       — Хм… У меня есть отличная идея.       Волшебница улыбнулась привычной улыбкой обольстительницы, от которой мужики штабелями ложатся у её ног (ну, Эсканор так точно).       Перевела на неё напряженный взгляд.       Ты что задумала?

***

      Я задумчиво смотрела куда-то в стену.       — Так, так, так… Значит, на этот раз наши противники — целый клан возрожденных вампиров. — Вывел меня из задумчивости чей-то голос.       — Мерлин, расскажи нам всё, что тебе известно! — Потребовал кто-то.       Я не знаю, что мне делать с теми снами. Раньше, когда они только начались, я могла не мучаться, ибо их было совсем мало. Ну, подумаешь, снится мне какой-то непонятный демон на почве стресса и постоянно занятых кланом демонов мозгов.       Меня это не сильно беспокоило. Сейчас сны стали появляться гораздо чаще, что наталкивает на определённые мысли.       Самое хреновое во всём этом то, что я даже не знаю, какой это демон. Нет, понятно, что это кто-то высший, но кто?       — Судя по тому, что мы способны почувствовать, там пять существ, обладающих великой силой, не считая короля вампиров. — Проинформировала Мерлин находящихся здесь.       За то, что она всегда предпочитает говорить по делу, я её и люблю.       От Восьми Смертных Грехов на этом собрании присутствовало всего трое: я, Мерлин и капитан. Мне любопытно, почему эти двоё решили и меня с собой прихватить, но я молчала в тряпочку, стараясь не слишком глубоко погружаться в собственные мысли и проблемы.       Задание, всё-таки.       — Может, тогда собрать большую армию Святых Рыцарей и отправить их разобраться с ними? — Это ещё одна причина, по которой я начала не любить многих Святых Рыцарей.       Мне импонировали такие личности, как например Заратрас и Смертные Грехи. Они были не слабые, умели пользоваться собственной головой, кто бы что о них не говорил. Как можно было предложить подобную глупость?!       — Но, понеся потери, наша сторона может впасть в панику. — Сделал логичное замечание Хендриксон. — Использование крупных сил ставит нас в наименее выгодное положение.       — У нас есть все основания полагать, что все Святые Рыцари Эдинбурга превратились в вампиров, верно? — Прервал мой мысленный монолог с самой собой Заратрас.       — Да.       — К тому же, ночью сила вампиров увеличивается в два раза. — Добила она Святых Рыцарей.       — Так почему бы нам не нагрянуть средь бела дня?       Я фыркнула, кинув быстрый взгляд на совершенно расслабленного капитана, который закинул ноги на стол, руки за голову, и, кажется, вообще спал с открытыми глазами. Ему всё по барабану.       — Не имеет значения, когда мы прибудем в Эдинбург. — Фыркнула я. — Я читала, что Король Вампиров умеет окутывать пространство во тьму.       Мерлин с гордой улыбкой подтвердила мои слова, при этом кинув на меня какой-то странный взгляд. Ну да. Я сегодня была больно разговорчива, аж несколько фраз сказала за день.       Я слишком много молчу.       — И если присмотреться… Даже само пространство исказилось до такой степени, что я не могу больше использовать свои телепортационные заклинания. — Она на мгновение прикрыла глаза.       Всмотревшись в реликвию Мерлин, у меня дёрнулся глаз.       — Это похоже на мясной пирог капитана. — Озвучила я свою мысль.       Не уверена, мне всё ещё сложно читать чужие эмоции по глазам, — хотя в последнее время я определённо делаю успехи, так Мерлин сказала — но мне кажется, что я увидела там что-то, что разделяло моё мнение.       — Тч… Бан всё-таки сумел отвертеться… — Недовольно, с непонятным выражением лица, отозвался Мелиодас.       — Кстати, а где сир Бан? — Спросил несколько растерянный Хендриксон.       Капитан подозрительно захихикал, а в его глазах мелькнул лукавый огонёк, что с головой выдавал одного блондинистого принца Клана Демонов.       Пока пыталась понять ход мыслей нашего капитана, я немного пропустила разговор в этой комнате, видимо, опять слишком сильно погрузившись в себя. Это уже начинает сильно бесить, причём не только меня одну.       — Именно поэтому я и хочу, чтобы в этой миссии участвовали все Смертные Грехи. — Сообщил нам Великий Святой Рыцарь. — Тем временем Дрейфус, Хендриксон и я будем оборонять Лионесс.       Я смотрела на него из-под полуприкрытых век.       Да что с ними происходит?! Ладно, Грехов я ещё могу понять, они все безответственные, но Заратрас?!       Нет, это приятно, я впервые иду на серьезное задание, но я просто не могу понять, что с ними всеми происходит?!       — Мерлин, — капитан сел нормально. — Который сейчас час?       — Почти полночь.       Я нервно сжала руки в кулаки. Да, почти все Святые Рыцари знали о способности Эсканора, поэтому здраво опасались выпускать его куда-то на задания. В конце концов, днём он становится дьявольски силён, превосходя на целую голову всех смертных Грехов. Похоже, капитан всё же решил его взять.       — Отлично! Как раз во время! — Радостно воскликнул Мелиодас, явно не разделяя наших сомнений. — Серера! Мерлин! Берите Гаутера, Диану и Кинга и отправляйтесь в Эдинбург!       — Величайшая сила Восьми Смертных Грехов — их абсолютная несплоченность! — Уверенно заявил он.       Ударила себя по лбу ладонью. Шлепок отчётливо был слышен в наступившей тишине.       Он действительно это сказал.       — Ну ладно! Принимаемся за работу! Вы прекрасно знаете наш план! — Оптимистично произнес демон. — Все возвращаются обратно живыми!       Вздохнула.       Мы с Мерлин собрали оставшихся Грехов, не считая Эсканора и Бана. Бана отправили на разведку, который был готов буквально на всё, чтобы не пробовать мясной пирог, приготовленный нашим капитаном. А Эсканора с собой захватил сам Мелиодас, отправившись в Эдинбург без нас. Порталом Мерлин, конечно.       Она не может создать портал в Эдинбург, но рядом с ним за милую душу. Мы бы потратили очень много времени на то, чтобы добраться до Эдинбурга своим ходом, а этого мы просто не можем себе позволить. Нужно как можно скорее разобраться с пробудившимся кланом вампиров.       Эсканор, в своей ночной форме, вместе с капитаном ушли вперёд. Бан уже давно свалил, так что он сейчас где-то в замке, скорее всего, играет с вампирами. Диана с Кингом тоже устремились вперёд, обгоняя меня и Мерлин.       Похоже, придётся тусить с этой любительницей всего странного и необычного.       У меня не возникало сомнений, что всё время задания Мерлин потратит на сбор новых образцов. Ну и, конечно, заставит меня практиковать свою способность на низших вампиров.       В жопе заиграло нетерпение, в горле пересохло, сердце застучало быстрее.       Мне ничего не грозит, ибо Мерлин всё время будет рядом со мной, так что меня страхуют, но я всё равно дико волнуюсь. Всё-таки это моя сила.       Мерлин поддерживающе улыбалась — опять же с нотками надменности — видя моё состояние.       Сжала крепче проклятую рапиру Глум в руке, мысленно призывая себя к спокойствию. Мне нужен чистый разум.       Всего через пару минут нахождения здесь мы наткнулись на довольно большую группу низших вампиров, которые потеряли голову от жажды крови и голода. Ну, это естественно для всех обращенных, ибо чистокровные живут с подобным от рождения и голову не теряют. Большинство.       Никакой жалости.       Прикрыла глаза, позволяя магической энергии из ядра перетекать по маг.каналам в теле, в руку, где эту энергию мгновенно подхватывала Священная Реликвия и направляла магию в нужное русло. Священная Реликвия значительно облегчила мне использование магии.       В голове была кристальная пустота, после чего она заполнилась формулами комбинации.       Сейчас я смешала огонь с воздухом, сжимая элементы до размера маленького шарика.       Открыла глаза, отправляя шарик в сторону стайки вампиров. Затаила дыхание.       Весь процесс занял всего доли секунды, а мне казалось, что прошла целая вечность, ибо ожидание чего-либо искажает восприятие мира.       Это был большой бум. Прямо-таки гигантский бум.       Нас с Мерлин могло бы так же разворотить, и наши внутренности были бы точно также развешаны по всему двору, но она спасла нас заклинанием идеального куба. От вампиров осталось не самое приятное зрелище.       Что я могу сказать на счёт этой способности? Тренироваться, тренироваться и ещё раз тренироваться! Негоже, когда собственная способность становится для тебя и твоих союзников настолько опасной.       Хотя мне понравилось. Очень.       — Молодец. — Улыбнулась она.       Приятно, чёрт возьми.       После использования этой способности голова стала тяжелой, на ногах смогла удержаться только на голой силе воли, а руки непроизвольно дрожали. Одна только концентрация отняла львиную долю сил, так я ещё и потратила почти весь свой магический резерв.       Мне теперь плохо.       Тем не менее, я осталась в сознании, передвигая свинцовыми ногами, и плелась за Мерлин. Та же проявляла свою садистскую натуру, и делала вид, будто она не замечает моё отвратительное состояние.       Фыркнула.       Больно надо!       Я сама никогда не признаюсь в своих слабостях; не люблю просить у кого-то помощи и оставаться в долгу.       — Ч-чтоб тебя… Как только восстановлю своё тело, я тебя… — Возмущался глаз убитого Баном вампира.       Впрочем, возмущаться ему долго не дали, потому что Мерлин подняла этот глаз.       — Нашла отличный образец! — Она кинула на меня взгляд, улыбнувшись.       Засунула этот глаз в банку.       Ой-ёй… Не нравится мне этот взгляд!       — Мерлин, посмотри! Посмотри, как они паникуют! — Радостно заорал Бан. — Настоящее представление!       У меня дёрнулась левая бровь, и всю усталость сняло, словно рукой. Было не трудно заметить, что Бан опять напился на задании, не думая ни о себе, ни о других, нарушая при этом сразу несколько правил Святых Рыцарей Лионесса.       Да, он бессмертный, но это не отменяет того факта, что он должен перестать так себя вести.       Придурок!       — Ты, как всегда, не умеешь пить. — Озвучила она мои мысли.       — Хм? Мерлин, тебе, похоже, ску-у-учно. — Пропел он, смотря на волшебницу через плечо. — Не хочешь со мной поразмяться?       — Придурок. — Вздохнула я.       — У меня накопилось слишком много краденной энергии! — Вскочил пьяный в стельку Грех Жадности. — И я ещё ни разу с то-о-о-обой не дрался!       Я даже не шелохнулась, понимая, что Мерлин обязательно что-нибудь придумает, чтобы Бан даже думать забыл о подобной глупости.       — Мне вовсе не скучно, но я не против… — Да ладно?! Не может быть! — Мы можем сразиться, когда ты докажешь, что можешь сделать сто тысяч отжиманий.       Машу вать! А я было подумала, что она серьезно!       — От… отжиманий? Э-э-э-э? Зачем? Ладно, по рукам!       В таком состоянии он всё равно ничего не соображает, поэтому волшебнице было легко отмазаться от подобной чести, заняв Бана, потратив его энергию, и при этом не пошевелить и пальцем.       Я ей восхищаюсь.       Бан начал отжиматься, крича что-то о том, как ему весело.       Я вздрогнула, оторвав взгляд от лисьего Греха, который не обращал на окружающее пространство никакого внимания. Отвлекла меня знакомая сила, которую я видела всего один раз, но запомнила на всю оставшуюся жизнь.       — Уже рассвет? — Удивилась я.       Мерлин улыбнулась.       Етить-колотить! Как время-то летит!       — Уровень силы 4890… — Брюнетка сложила руки на груди. — Меньшего я от владыки вампиров и не ожидала.       — Си-и-и-ильный. — Лениво протянула я.       Услышала звуки борьбы где-то в далеке, полностью сосредоточившись на своих ощущениях.       — Ме-е-е-ерлин… Я завершил мои сто тысяч отжима-а-а-аний! — Развалился на камне Бан. — Теперь давай дра…       И захрапел.       Чёртов алкаш.       — Молодец, можешь вернуться в Лионесс и поспать. — Сказала она. — Ну, а нам пора заняться приготовлениями. Думаю, я смогу собрать множество интересных образцов.       Мерлин, как и все волшебники, была человеком науки, поэтому просто не могла удержаться от подобных действий, что часто могло напугать окружающих. К сожалению, я попала под её влияние, поэтому такая же.       На самом деле я сомневаюсь, что чем-то смогу ей помочь, ибо чувствую во всём теле дикую слабость, которая мешает мне нормально двигаться. С каждым шагом движения становятся для меня всё тяжелее и тяжелее.       — Всё. Больше не могу. — Упала рядом с Баном.       Мерлин улыбнулась.       Смотря на её лицо, я понимала, что величайшая волшебница Британии только и ждала этих слов, потому что выглядит она больно довольной. Но у меня не было сил даже разозлиться на Грех Чревоугодия.       В данный момент я хотела только спать.       Я наплевала на всё, закрыв глаза. Потом буду разбираться с тем, что я уснула на территории врага. Меня унесло на мягких волнах в далёкую страну, где всех с распростёртыми объятиями встречает Морфей.       Меня уже не смог разбудить всплеск двух сил, перегар, исходящий от Бана, и шум. Через плотный кокон никто и ничто не могло пробраться.       Как же мне хорошо!