Дай мне повод остаться

— Тебе нужно ускориться, — Лорен легко парирует удар руки брюнетки, а затем хватает ее за запястье и заламывает руку за спину, — определенно. Рейчел зло сдувает назойливую прядь волос: — Как же ты бесишь. — Ты очень медленная, учитывая твое телосложение, — отпускает хватку, после чего МакКоннал зло потирает руку: — Кое-где это даже очень хорошо, — фыркает себе под нос, а Милс только усмехается, скрещивая руки на груди: — Если ты планируешь выйти на ринг, то тебе придется отрабатывать силу и скорость ударов, так что — вперед в ванную. — Зачем мне в ванную? — недоуменно поднимает бровь Рейчел. — Ну, во-первых, ты очень потная, а во-вторых, отрабатывай удары под водой, — вздыхает, — у тебя на это час, после этого два километра по периметру. Челюсть брюнетки падает, она хныкает, поднимая руки к потолку: — Не-ет… — демонстративно падает на паркет, — за что-о? — Не ной, — закатывает глаза блондинка. — Я хорошо владею шпагой, но это все… — Неужели наша принцесса сдается? — ухмыляется Лорен, но тут же встречается со злыми изумрудными: — Стоп. Хорошо, знаешь, что? — Что? — победно улыбается Милс. — Мне нужно соревнование, — недовольно потирает запястье, — ты учишь меня рукопашному, а я тебя фехтованию. — На кой-хрен мне твое фехтование? — О-о-о… — протягивает Рейчел, — неужели ты боишься проиграть? — ядовито улыбается. — Это на мне не работает, — качает головой. — Боишься, — кивает брюнетка. — Нет. — Да, боишься. — Блять! Ладно, хорошо! — вскипает Милс, — после пробежки будет твое… как там его… — хмурится. — Фехтование, — ухмыляется МакКоннал. — Да, — фыркает, закатывая глаза. — Ты такая забавная, когда злишься, — шагает на выход из спортзала, который недавно оборудовали боксерскими грушами. — Я всегда злюсь, — бубнит Лорен, подхватывая бутылку воды с небольшого высокого столика. — О том и речь, — поворачивается Рейчел в дверном проеме, подмигивает и уходит. Лорен закатывает глаза: — Наполированная задница.

* * *

— Ладно, тогда я подъеду сегодня к десяти, — улыбается Лин, подкидывая в руке свечной ключ. — Надеюсь, ты не особо устанешь от этих тренировок. — Нет, я очень выносливая, — усмехается Лорен в трубку. — Хах, да, я помню, — Коннал кидает взгляд на нового клиента, стоявшего к ней спиной у стеллажа. — Извини, мне нужно работать. До вечера, — отключает мобильный, который поспешно кладет в задний карман своего джинсового немного запачканного комбинезона и обращается к посетителю. — Добрый день, чем могу помочь? — парень поворачивается и встречается с ней карими глазами: — Так вот, чем ты занимаешься в рабочее время, болтаешь по телефону? — Джейк! — Лин даже подпрыгивает, обнимая друга, — какими судьбами? — Ну, во-первых, просто повидаться, во-вторых, предупредить о том, что Диана вернулась и требует твою голову на блюдце, — корчится в гримасе, а Лин виновато улыбается: — И что мне полагается за недолжное обращение с главой? — Она давно не глава, — отмахивается парень, — но ты же знаешь ее, она точно явится сюда и разнесет весь город к чертовой матери. — Не уж-то у амишей так плохо? — иронично смеется Коннал, а затем меняется в лице, уводя парня в свой кабинет мимо рабочих. — Так это ты уничтожил ту группировку? — сине-ледяные пытливо смотрят в карие глаза, но тот невозмутимо отвечает: — А разве ты не одна из нас? — демонстративно берет ее руку и указывает на татуировку, — вроде, да. — Допустим… — вздыхает девушка, — но это же… вы убили пятнадцать человек, — переходит на шепот. Это же… — Давай, мы опустим эту тему? — поджимает губы Джейк. — Мы не виделись четыре с лишним года, а ты ругаешься…

Лин молчит. Конечно, встреча с лучшим другом должна начинаться не с нотаций. Далеко не с них. Поэтому девушка сдается: — Ты надолго? — тут же добавляет, чтобы парень не подумал, что ей его общество ни к чему, — просто, если надолго, то ты мог бы остановиться у меня. У меня есть две гостевых. — Я буду рад, — кивает, завороженно глядя в сине-ледяные. Пробегает по мраморной коже, замечает на щеке небольшое маслянистое пятно, которое тут же аккуратно вытирает. — Ты должен познакомиться с моей девушкой, сегодня после работы. — Да, хорошо, — хмурится, — а пока что, я не буду тебя отвлекать, заеду за тобой позже, — поспешно уходит, обнимая девушку на прощание. — Давай, — улыбается Лин, а после качает головой, смотря уже в закрывшуюся дверь. — И что же тут не так?

* * *

— Так в чем план? — спрашивает сразу, не церемонясь приветствиями.

Они сидят в небольшом кафе. День выдался пасмурным, однако, дело — есть дело. Настойчивый аромат кофе бьет в нос, а изумрудные глаза наблюдают за идущими прохожими, укутывающимися в шарфы от сильного и морозного ветра. — Если Диана намеревается узнать, кто вторая глава, занявшее ее место, то рано или поздно она узнает, что это я. А когда она это узнает, то сообщит Лин, дабы испортить наши отношения, — задумчиво говорит, не отрывая взгляд от вида из окна. — Я не хочу, чтобы сестра знала, что все это время ее спасал не ты, а я. — Ну, вообще-то, я тоже принимал в этом участие, — недовольно отвечает Джейк, — и потом, почему ты не хочешь, чтобы Элен знала. — Потому что тогда она будет думать, что таким образом я пытаюсь загладить свою вину за прошлое, да, может быть, отчасти, но суть не в этом, а в том, что она моя сестра, — переводит взгляд на свой кофе, пар которого доносит терпкий аромат корицы. — Но, я думаю, что если Диана появится тогда, когда рядом с Лин будет Лорен, то она не успеет сказать это, потому что будет послана далеко и надолго, если не в травматологию, — усмехается. — Давай без этого, — отрезает Джейк. — Моя сестра, конечно, та еще стерва, но она моя сестра, и кроме нее у меня никого нет. — Я говорю только факты, — пожимает плечами, обхватывая пальцами горячую кружку, тем самым согреваясь. — Диана была хорошим лидером, пока не слетела с катушек и не стала разбрасывать деньги направо и налево, тем самым лишив «кобр» больше половины финансов, что я, в свою очередь исправила, — напоминает, встречаясь взглядом с парнем. — Благодаря мне, многих ваших не посадили за разбои, которые, напомню, учинила твоя сестра. — Я не собираюсь снова вручать ей корону, Рейч, если ты думаешь об этом, — заверяет, беря в руки меню. — Я думаю, что ты не дурак, чтобы снова дать ей власть, но также я думаю, что Диана вполне причастна к Хавьеру, так как его дело очень приподнялось и пополнилось новыми лицами. Хлоя насчитала более ста «койотов», вполне возможно, что твоя сестренка захочет все вернуть себе, вот только уже убрав нас с дороги, — задумчиво помешивает ложечкой напиток. — Еще, есть вероятность того, что она захочет причинить вред Лорен, так как та теперь является девушкой Лин, а мы с тобой знаем, какая Диана собственница. Два дня назад я думала, что тот мужчина мог бы быть отголоском прошлого Лорен, но теперь я думаю, что это, возможно, махинации твоей сестры, она могла нанять кого-то, даже находясь в другом штате за две тысячи километров, ведь она как-то же вернулась в Пенсильванию? Так что, теперь я даже ее беру во внимание. — Мои люди уже здесь, так что, даже если и так, то в том клубе будет пятнадцать «кобр», которые присмотрят за вами. К тому же, даже сейчас, в этой забегаловке сидят двое наших. — Я заметила, — кивает Рейчел, после чего отпивает кофе и хмурится, — а если я заметила, то и она заметит. Им бы сменить имидж, да и потом, лучше поставь парочки. — Зачем? — сводит брови вместе. — Люди всегда отводят глаза от целующихся пар, — ухмыляется и поворачивается к окну. — Это психология, и твоя сестрица не исключение.

* * *

— Лорен не должна знать тебя в лицо, так что, если Лин захочет вас познакомить, — говорит Рейчел, останавливая машину возле отеля, — то найди причину, чтобы этого не делать. — Это и дураку понятно, — вздыхает парень. — И довелось же мне ввязаться во все это, — саркастично закатывает глаза и уже отрывает дверцу автомобиля, но изречение МакКоннал его останавливает: — Ты ввязался, потому что тебе все еще нравится Лин. — Мы друзья, — недовольно косится на брюнетку, которая только одергивает на себе красный пиджак: — По несчастью, моя сестра закоренелая любительница и любимица девушек, — усмехается, а парень только фыркает: — Брось, не строй из себя. Тебе, скорее всего, нравится Лорен, потому что ты обеспокоена из-за надвигающейся бури.

И Рейчел, конечно, это задевает, но ее лицо не меняется, она только пожимает плечами: — Я стала катализатором их отношений, так что, не спеши с выводами. — Ты живешь с ней, выбрала в бойцы именно ее, возишься с ее прошлым, строишь догадки и, держу пари, когда тебе придут все данные, у тебя в кабинете будет стена с фотографиями, соединенными нитками. — Ты зануда, Джейк, — язвительно отвечает, встречаясь с карими глазами. — До встречи, Рейч, — парень вылезает из машины и направляется к отелю.

МакКоннал же корчится в гримасе, передразнивая: — «Тебе нравится Лорен», да я была бы рада, если бы она мне не нравилась. Дьявол.

Мобильный начинает верещать. Брюнетка тут же нажимает кнопку, позволяя динамику работать на подставке в машине. — Рейч, у меня три новости, две плохих и одна хорошая, — раздается женский голос. МакКоннал закатывает глаза, пытаясь игнорировать быстрое сердцебиение после услышанного: — Начни с плохих. — В Вирджинии, где было происшествие с тем маньяком, за последние четыре года было убито десять девушек. И все они блондинки… — брюнетка ощущает, как нерв на ее лбу начинает пульсировать. — Вторая плохая новость, этого маньяка даже особо и не искали, по крайней мере, по следам зубов, оставленных на коже другой девушки, не было найдено даже подозреваемых. Ни отпечатков пальцев, ничего, кроме этих укусов. — Пришли мне все, — сдержанно отвечает, хотя сердце уже готово рваться обратно домой, чтобы приковать Лорен к батарее и никуда не выпускать. — Я это уже сделала. — А какая хорошая новость? — нервно потирает пальцы. — Та девушка согласилась с тобой встретиться, — это почти облегчило душу Рейчел, но брюнетка все равно нервно улыбается, а после кусает кончик большого пальца руки. — Мне прислать к тебе говорящего на немом? — Не надо, я сама разберусь, спасибо. — Тебе так нужны эти проблемы с той девчонкой? — меняет тему, спрашивая не очень-то аккуратно. — А тебе нужна твоя зарплата? — холодно отвечает вопросом на вопрос, после чего следует молчание. — Я так и думала, до связи.

* * *

— Почему ты не злорадствуешь? — нарушает тишину Лорен, смотря на сидящую за столом брюнетку, которая неторопливо попивала бокал белого сухого и поглаживала белого пушистого кота, расположившегося на ее коленях. Рейчел вопросительно переводит взгляд на блондинку: — Что? — Ты выиграла меня в этом бою с мечом, почему не злорадствуешь? — Во-первых, не мечом, а шпагой, во-вторых, в последнее время у меня много дел, поэтому я впадаю в раздумья, — Лорен закатывает глаза на замечание, а МакКоннал продолжает гладить питомца, делая очередной глоток. — Почему ты здесь, разве ты не должна быть с Лин? — встречается изумрудными с недовольными голубыми: — К ней приехал старый друг. — Ты ревнуешь? — изучает мимику лица, но Милс невозмутима: — Ревность — это тупо. И мне плевать, — пожимает плечами, — если Лин даст мне повод для нее, я просто уйду, чтобы не пачкать руки. — Ты никогда не ревновала? — Рейчел удивленно на нее уставляется, даже на секунды прекращает гладить своего мурлыкающего кота, — серьезно? — А какая от этого выгода? — сводит брови, отодвигает от себя опустошенную тарелку из-под мяса и встает, подходя к брюнетке. — Ревность — тупая хрень, которую испытывают неуверенные в себе неудачники. Никого лучше меня нет, а если ты меня не тянешь, — подхватывает открытую бутылку вина, после чего отпивает с горлышка, — то катись к чертовой матери. Вот и все. Ревности нет места. Не в моей жизни. — А в твоей жизни есть хоть одно место для чего-нибудь или кого-нибудь кроме тебя? — вдруг спрашивает МакКоннал, отпивая из бокала. — Я люблю себя, себя любит меня, и мы вместе кончаем, а другой мути по типу «любви» мне не надо. Это все бред неудачников, которые хотят, чтобы их хорошо поимели и сказали, что они хоть кому-нибудь нужны. Но правда этого мира в том, что нужны мы лишь самим себе, — ядовито ухмыляется. — Остальное — привязанность. — Что с тобой случилось, что ты так шлешь все окружающее? — Ну почему же шлю, вино я очень даже принимаю, — усмехается, демонстративно делая глоток из бутылки, но пытающий взгляд брюнетки заставляет ее нахмуриться и нервно вздернуть верхнюю губу. — Ты сейчас ждешь какую-то историю? Или ты ждешь чего-то конкретного? — прищуривается, смотря на Рейчел с подозрением, но та невозмутимо пожимает плечами: — У тебя точно есть какая-нибудь история. — Это почему же? — подходит к МакКоннал, чтобы подлить ей еще вина, а после самой выпить из бутылки. — Потому что ты не подходишь под стандарты женского поведения, с тобой что-то произошло, из-за чего ты так стала слать все к черту и демонстрировать силу, — приходит к выводу, а Лорен качает головой и нервно закусывает нижнюю губу: — Разве ты не читала сведения обо мне? — Читала, но я в них есть какая-то сюжетная дыра, после которой ты стала прогуливать школу, ходить на занятия по самообороне, вернее — первое занятие бесплатно, а дальше ты меняешь преподавателя, — усмехается Рейчел, а Милс зло поводит челюстью: — Тебе не кажется это вторжением в частную жизнь? — Тебе не кажется, что начать со мной общаться из-за чертовой книги куда хуже? — фыркает МакКоннал, а затем делает глоток вина, на что Лорен закатывает глаза: — Начинается. — Заканчивается, — холодно отвечает брюнетка, почесывая подбородок своему коту и переводя взгляд куда-то в сторону. — О, да, давай. Обижайся, — пасует рукой, — заплачь еще.

Изумрудные глаза тут же встречаются с голубыми и колются. Милс фыркает и уходит к лестнице, кидая напоследок: — Лучше бы я сейчас была с Лин. — Да, всем было бы легче, — выпаливает Рейчел, не ожидая, что после сказанного Лорен вернется: — Что ты сказала? — голубые с вызовом смотрят в изумрудные. — Всем было бы легче, — холодно повторяет МакКоннал. — О, да? — оскаливается блондинка, кривясь в улыбке, — так я не настаивала. Знаешь, что? Я домой, пока, Рейч.

Брюнетка поджимает губы, борясь с порывом остановить ее, но гордость начинает побеждать. И только, когда взвинченная Милс взлетает по лестнице, чтобы забрать Кайла, МакКоннал ставит кота на другой стул и бежит следом, быстро останавливая девушку уже у входа в ее комнату: — Стой. — Что тебе надо? — огрызается Лорен, поворачиваясь на голос и тут же встречаясь с яркими глазами, болезненно смотрящими на нее. — Не уходи. — Зачем тебе это? — сводит брови, внимательно глядя на брюнетку, которая ломается, будто вот-вот рассыплется. Ее губы дрожат, а голос хрипло выпаливает: — Потому что я и так всегда одна.

Конечно, она не выдает основной причины, даже двух основных причин, но этого должно быть достаточно, чтобы остановить бушующую девушку. И Милс скрещивает руки на груди, взирая на МакКоннал, после чего вздыхает: — Если тебе так одиноко, можешь спать со мной. — В смысле? — щеки Рейчел резко воспламеняются, а голос начинает хрипеть. — Поспишь в моей кровати, — пожимает плечами Лорен, даже не замечая резкой смены температуры в груди и на лице брюнетки. — Ты страдаешь от одиночества, а у меня есть Кайл, который всегда придет и спасет от этого. — Окей, — улыбается девушка, — Людовика лучше не брать? — Не, — морщит нос Милс, — они с Кайлом, как кошка с собакой, — качает головой, а Рейчел начинает смеяться в то время, как Лорен не понимает, что такого она сказала. — Ты чего? — Ничего, — отмахивается, — пойду, переоденусь. — Нет, погоди, — недовольно останавливает, — сначала скажи, чего ты ржешь? — Кайл и Людовик, как кошка с собакой, — поворачивается Рейчел, а Милс качает головой, усмехаясь: — Иди переодевайся. Да, я мастер тупых шуток. — Нормальная шутка, — пожимает плечами МакКоннал, — в моем окружении все шутки касаются денег, так что… — Типа… «Прохожий смотрит: кого—то хоронят. Роскошный катафалк, длинная вереница богатых иномарок: — Живут же люди!»? — хмурится Лорен, вспоминая старый анекдот, а брюнетка секунду воспринимает, после начинает смеяться, держась за живот. У нее даже слезы выступают, на что Милс с легким недоумением и улыбкой смотрит. — Окей, я тебя поняла. Ты никогда не слышала идиотских анекдотов. — Фух, — Рейчел смахивает выступившие слезы, — пойду, переоденусь. — Да уж.

* * *

Но Рейчел все равно лежит одна в обществе Кайла и Людовика, ворчащего на собаку, которой было до фени все эти кошачьи рыки в свой адрес. Одиночество МакКоннал обуславливается наличием характера Лин, всегда находящей время, если это что-то важное, а Лорен, видимо, очень важная для нее, раз она решила ее выдернуть в полночь, чтобы провести хотя бы час в ее компании. Рейчел понятия не имела, куда они уехали, но все ее мысли заняты невольными представлениями их совместного времяпрепровождения.

Она насильно видит сплетения рук и блики на влажных от поцелуев губах. И ей хочется быть на месте сестры. Хочется. Сильно хочется позволять себе показывать любовь, которая так переполняет ее легкие, расширяет их и сдавливает. Желается касаться девушки без перчаток или краж моментов, в которые это можно делать. Хочется засыпать и просыпаться с ней. Все это хочется, но не можется, по одной простой причине — Лин.

И неважно, что, если МакКоннал дадут выбор: все ее имущество или Лорен, она выберет девушку. Нет, любовь не измеряется в деньгах, но в данном случае, это все, что есть у брюнетки. Деньги и эгоистичное сердце, которое вдруг решило поступить правильно.

Каждый день с ней в качестве друга ровняется расстрелу посреди поля, полного цветов.

Брюнетка поднимается и уходит вниз в своей глупой пижаме с котятами. Ей хочется дышать дождем, зовущем ее из окон. Босыми пятками ступает на уже пожухлую и мокрую траву. Раскидывает руки в стороны и поднимает лицо хмурому небу, плачущему прямо на нее. Сколько же оно носило в себе боли перед тем, как рухнуть каплями прямо на землю? Слабое-слабое небо, решившее, что лучший выход — вниз. — Не падай, — шепчет она небу, делая шаг на носочках. Рука плавно поднимается. И эти медленные движения чередуются и превращаются в танец посреди ночной грозы. Дождь намочил темные волосы и пижаму, как бы призывая вернуться домой, но брюнетка продолжает свой немой разговор с небом. И не понятно, это ее слезы или его? Наверно, боги тоже плачут. Обнимает саму себя, стараясь согреться не от холода на улице, а от холода в собственной груди. Возвращается в дом, босыми и мокрыми пятками подходит к стоящему посреди зала фортепиано и садится за него. Тонкие пальцы нажимают на клавиши, из-под которых вырываются миноры, говоря за девушку. Гром подхватывает, капли сильнее ударяют в стекло, а пальцы медленно играют свою мелодию сердечной тоски.

И ей бы сейчас улететь вниз, обратно к дьяволу, а не понимать небо. Не ощущать огромные пернатые крылья за спиной из-за какой-то тоски в груди, больше походящей на боль. Если любовь может превратить беса в ангела, то лучше уж не испытывать это чувство. Ангелы вечно падают.

Вообще это странное чувство. Ученые говорят, это химия. Всего лишь формула, которую можно вывести в тетради. Любовь можно вколоть внутривенно? Этот наркотик был бы мощнее всех героинов и крэков. Oxytocin C43H66N12O12S2. Вот она, причина болезней, войн и смертей — любовь. — Ты чего такая мокрая? — голос Лорен заставляет Рейчел вскочить и резко закрыть крышку фортепиано: — Черт бы тебя побрал, — выпаливает девушка, убирая прядь мокрых волос на ухо. — Ты уже вернулась? — А не надо было? — усмехается, оглядывая наряд подруги. — Пижама с котятами, серьезно? Так вот, во что одеваются по ночам злобные сучки с наполированным задом. — Без тебя было спокойней, — фыркает МакКоннал, проходя мимо к лестнице. — Не ври, без меня тебе скучно. — Продолжай себе об этом говорить.

* * *

Атланта, штата Джорджия.

Рейчел нервно постукивает по рулю арендованного автомобиля и переводит взгляд на двухэтажный небольшой дом с массандрой кирпичного цвета. Она нервничает, потому что этот разговор откроет тайну Лорен и даст понять, есть ли возможность того, что тот мужчина все-таки связан с прошлым Милс, а не с Дианой. И МакКоннал даже не может понять, какой из вариантов будет страшнее другого.

Она поправляет на себе пиджак с брошью в виде змеи, куда встроена скрытая камера. Конечно, это не для какого-то там разоблачения, а для записи, чтобы ничего не упустить. Накидывает пальто, подхватывает сумочку, а после выходит из машины, закрывая ее. Шаги даются легко, однако перед дверью в горле встает ком, но Рейчел стучит. За секунды она успевает представить себе изувеченное лицо девушки, но открывает ей женщина лет пятидесяти: — Здравствуйте, я миссис Холт, чем могу помочь? — она оценивающе проскальзывает по гостье. — Меня зовут Рейчел МакКоннал, моя помощница связывалась с вами… — Да, заходите, — кивает женщина, прерывая ее. — Проходите в гостиную.

Брюнетка отмечает, что несмотря на простоту убранства, в доме было чисто и уютно. Ее взгляд падает на сидящую в кресле молодую девушку в черных очках. Рейчел даже переводит дыхание, но ее замечают и жестом двух рук приветствуют. — Здравствуйте, мисс Холт, — кивает МакКоннал, после чего начинает ругать себя за это: «ты бы еще и кивнула в ответ, дура». — Вам нужна помощь с переводом? — спрашивает женщина, с беспокойством смотря на глухонемую, но Рейчел отвечает на языке жестов: «нет, спасибо». Брюнетка понимает, что матери страшно оставлять беззащитную дочь, но девушка сама обращается к матери: «все хорошо, мама. Так надо» и миссис Холт покидает гостиную. — Это будет первый раз, когда вы поведаете о произошедшем. Насколько мне известно, вы не информировали даже полицию, почему вы согласились поговорить со мной?

«Вы подруга Лорен, а она спасла мне жизнь. Если я могу помочь ей, то я расскажу все.» — Если я могу вам чем-нибудь помочь, то просто дайте знать, — не сдерживается Рейчел, — любая сумма.

«Я и Лорен играли в прятки в Ковингтоне. Мы тогда только познакомились. Ее мама куда-то ушла и попросила ее подождать на детской площадке. Я помню, как она спряталась в старой большой трубе, я подсмотрела. Когда попыталась ее найти, меня схватил мужчина.» — останавливается. Рейчел сочувствующе смотрит на девушку, но та все же продолжает. — «Я очнулась в каком-то подвале старого деревянного дома. Через некоторое время я поняла, что не одна, Лорен тоже была там прикована на цепи к стене. Было темно, но иногда было видно из-за щели в половицах над головой. Она почти не говорила и не кричала. Иногда мне казалось, что я заснула, что прошли месяцы, а она уже умерла, иногда казалось, что я ее выдумала. Он ее почти не трогал, потому что Лорен была тихой. Я не была тихой, за это он отрезал мне язык и прижег его, чтобы я не умерла. Тогда, от раскаленной кочерги я увидела его лицо.» — руки девушки начинают дрожать, поэтому она кладет их на подлокотники и переводит дыхание. Сердце МакКоннал разрывается, но она молчит, осознавая, что пришлось пережить Лорен и этой девушке. Наконец, Холт продолжает. — «Его лицо — последнее, что я видела перед тем, как он выколол мне глаза сразу после того, как лишил языка. У него была вставная челюсть и обожженная левая сторона лица вместе с шеей. Он говорил что-то о всевидящем боге, и что у нас глаза бога.» — Извини… — МакКоннал сглатывает ком, чтобы спросить, но не решается, однако за нее это делает девушка:

«У меня были большие голубые глаза, которые он съел, чтобы что-то увидеть. Когда он ушел, Лорен открыла замок тонким гвоздем, который вытащила из доски в стене. Освободила меня и спрятала меня за дверью. Когда он вернулся, она запрыгнула на него и откусила кусок из обожженной шеи, как она сказала. И мы бежали, вернее, она меня тащила куда-то бежать. Лорен нашла помощника шерифа, и он вызвал медицинскую помощь, а сама она сразу же исчезла. Наверно, она побоялась, что ее посадят за убийство этой твари. Но он точно жив, я чувствую это.» — Что я могу для вас сделать? — со слезами на глазах выпаливает Рейчел.

«Если он вернулся за Лорен, то убейте его. Все, чего я желаю, смерти этому ублюдку, потому что закон его не убьет, ведь он не убил меня.» — Даже если он не вернулся за ней, мои люди найдут его и заставят страдать перед смертью. И вы услышите об этом с экранов телевизоров. Это я обещаю, — сжимает челюсть МакКоннал.

«Это сделка с дьяволом?» — Кто сказал, что в услуги ангелов не входит убийство?

* * *

Люди высшего общества стоят на балконе, опираясь на перила. Кто-то сидит в кресле, ожидая битвы своего лота, а кто-то просто пришел понаблюдать. Рейчел оглядывает присутствующих, среди которых может быть тот странный мужчина или женщина с черными волосами и смуглой кожей. И непонятно, кого она боится найти больше. Однако, ни того ни другого она не замечает, зато в поле зрения попадает Джейк, одетый в черный смокинг и такую же маску, полностью скрывающую его лицо, ведь здесь должна появиться и Лин, которая просто не может пропустить выход Лорен. Так и есть. Изумрудные глаза наблюдают, как бледнокожая высокая девушка выходит на балкон в сопровождении какого-то парня. Она одета в красное платье с длинным подолом, который небольшим шлейфом тянулся бы за ней, если бы Коннал не придерживала его рукой. МакКоннал отмечает, что красный — их семейный цвет. Вот только на бледной коже лица алые губы смотрятся аристократично, а на несколько смуглой коже Рейчел — откровенно стервозно. И брюнетке больше нравится второе. Лин поправляет свои бежево-серые волосы, передние пряди которых были выкрашены в белый, а затем находит глазами сестру и движется к ней. И пока МакКоннал гадает, кто же является спутником Лин, Джейк уже успевает мысленно убить его, но остается в стороне среди других членов общества. — Какой выступает Лорен? — Называй ее Бетой27, — шепчет Рейчел, а Коннал хмурится: — Ладно. Когда она выходит? — Узнаем, когда она вытащит жребий, — спокойно отвечает брюнетка, кидая взгляд на парня рядом с сестрой. — Не представишь? — Это Митч, мой друг со школьных времен, — шепчет Лин на ухо. — Очень приятно, — кивает Рейчел намереваясь пожать протянутую руку парня, но тот галантно подхватывает ее кисть и накрывает тыльную сторону губами. — Взаимно.

Брюнетка пытается сдержать неожиданное недовольство, после чего удивляется своей реакции, однако, ее внутренний монолог прерывается голосом ведущего: — Дамы и господа! Я рад объявить ежегодный турнир крови открытым! Напоминаю вам правила сегодняшней половины группового этапа. Бойцы «масок» будут тянуть жребий, всего их сорок, номеров — двадцать. Число указывает на очередность боя, а пара этих чисел — противники. Перед каждым боем будет объявлена ставка. Напоминаю, «маска» имеет право прийти на помощь своему бойцу и занять его место. Это нововведение. Перед боем будут сделаны ставки: двух «масок» бойцов, наблюдатели могут присоединиться к одному. Если боец проигрывает, пятьдесят процентов ставки его «маски» переходит к победителю, а остальные пятьдесят — клубу, ставки же проигравших наблюдателей по процентам начисляются выигравшим, остальное уходит клубу. Далее проигравшие выбывают из турнира и остаются только на правах зрителя. — Сколько ты на этом зарабатываешь? — тихо спрашивает Лин, поправляя белую маску, скрывающую верхнюю часть лица. — В прошлый раз почти два миллиона, — спокойно отвечает Рейчел, а затем ухмыляется, — но до этого я не участвовала. — Бойцы, тяните жребий! — И что здесь так нравится… — осекается Коннал, вспоминая, что имена лучше говорить не стоит, — ей, что она постоянно сюда рвется? — Адреналин? — пожимает плечами брюнетка. — Ты любишь адреналин? — встревает в разговор сопровождающий Лин. — Да, — холодно отвечает Рейчел. — Вы точно сестры, наверно, ты тоже тащишься от мотоциклов? МакКоннал многозначительно переглядывается с сестрой: — Да, но у нас договоренность. — Какая? — хмурится парень. — Я занимаюсь машинами, а она мотоциклами. Нас раздражало, что родители нас сравнивали. Вот и кинули монетку, — вздыхает Рейчел, — ей достались байки. — И первыми на ринг выходят Альфа13 и Альфа4! Делайте ставки, господа! Лин оценивающе оглядывает двух бойцов: первый был среднего роста под сто килограмм чистых мышц, а второй высокий в весе чуть больше своего противника. — Как думаешь, кто выиграет? — тихо спрашивает Коннал сестру. — Честно? — улыбается Рейчел, — у Альфа4 больше шансов. — Почему ты так думаешь? — хмурится парень. — Потому что Альфа13 бился с Бетой27, и та повредила ему колено о клетку. Видишь? — кивает на ринг, — он переносит вес на правую ногу, когда стоит, но зрители больше смотрят на мышцы, чем на такие мелкие детали. — Тысячу баксов на Альфа4! — вдруг делает ставку сопровождающий Лин, на что та недоуменно смотрит, а МакКоннал пожимает плечами: — Не мешай мальчику играться, он пытается взрослеть, — а затем опускает глаза на скамью ожидания бойцов, среди которых находит Лорен, смотрящую на ринг и что-то говорящую себе под нос.

«Наверно, снова ворчит», — думает про себя Рейчел, но все-таки продолжает поглядывать на присутствующих. Замечает садящего рядом с Милс Коула, и пальцы невольно сжимаются в кулак. — «Ну привет, книголюб…» — Ставки сделаны! Да начнется бой!

* * *

— Бета27 против Дельты5! Делаем ставки! — Лин сглатывает ком волнения, переводя взгляд на сестру, но та только с ухмылкой наблюдает, как блондинка спокойно поднимается на ринг, потирая перебинтованные кисти рук. Длинный конский хвост спадал на правое плечо, а голубые глаза равнодушно глядели на противника: парень среднего роста и не особо плотного телосложения. — Почему бойцы разделены на альф, бет и дельты? — спрашивает парень, сопровождающий Лин. — Это своего рода иерархия по навыкам, телосложению и полу, — отвечает Рейчел. — Альфами автоматически называют мужчин, чей вес больше ста килограмм. Бетами становятся девушки, уже известные своими боями и победами, или парни, весом от восьмидесяти до ста кило. Дельта — новички, как правило, это ребята от семидесяти до восьмидесяти, ну, или девушки. — А есть кто-то покруче альфы? — Сигмы, — вздыхает Рейчел и поднимает руку, делая ставку на Лорен. — Пятьдесят тысяч на Бету27! — а затем поворачивается к вопросительному взгляду друга сестры. — Сигмы имеют вес более ста двадцати кило. Очень редко, когда бойцов распределяют по навыкам. Тела легче различать по весу. — Она, по-твоему, тело? — стискивает челюсть Лин, не отрывая взгляда от Милс. — Если она сама вызвалась участвовать, значит, ее все устраивает? — спокойно отвечает МакКоннал, — Люди испокон веков собирали народ, чтобы тот посмотрел на кровопролитие. Эволюция обходит стороной наших внутренних зверей и жажду власти, — изумрудные язвительно стреляют в сине-ледяные. — Гладиаторские бои с 264 года до н.э., damnatio ad bestias или просто «растерзание зверьми» в Риме во втором веке до н.э., — Коннал морщится, а парень слушает брюнетку с открытым ртом, — буль-бейтинг или травля быка в Англии с четвертого века н.э. вплоть до середины девятнадцатого, травля медведя в Англии с шестнадцатого до середины девятнадцатого, в России с семнадцатого до почти начала двадцатого века, вместе с волчьей травлей. Собачьи бои стали популярными именно из-за отмены всех этих «забав», и они до сих пор существуют в подполье. Почему раньше казнили прилюдно? Для устрашения народа, демонстрации власти, а люди на это смотрели и получали удовольствие. Человек всегда останется животным, каким бы интеллектом он не обладал, сколько бы городов не построил, мы будем создавать оружие и демонстрировать собственное величие, а потом создавать лекарство, чтобы лечиться от этого же оружия. Мы созданы для самоуничтожения. Так что, этот клуб — возможность дать нуждающимся деньги, без которых невозможно существовать, а иным просто зрелище или выброс эмоций. — Ты слишком принижаешь человечность, — морщит нос Лин. — Поговорим о физиологических потребностях, сестра? — ухмыляется Рейчел, после чего Коннал недовольно фыркает в качестве ответа. — Вот и я о том же. Все то же самое, только без убийства. Ты демонстрируешь великолепие тела, самоутверждаешься за счет выбросов гормонов партнера. — Боже, когда ты так говоришь, уже ничего не хочется, — закатывает глаза Лин. — Черт, ты не хочешь потом сходить куда-нибудь? — спрашивает парень, кидая взгляд на алые губы МакКоннал, но та только ухмыляется: — Женщин всегда интересует удачное партнерство, то есть, сосуществование. Если ты не имеешь и пятидесяти процентов того, что есть у меня, я говорю о деньгах, то какой мне смысл тратить время на тебя, если я могу потратить его на что-то более продуктивное. Секс — дело хорошее, но так уж ли ты хорош в этом, чтобы я тратилась? — с насмешкой отвечает Рейчел, парень хмурится, а Лин качает головой, хлопая друга по плечу: — Прости, Митч, она только иногда бывает доброй. — А разве не ты тогда притворялся ее парнем? — вдруг хмурится МакКоннал, а затем улыбается, — это же ты, верно? — Да, — спокойно отвечает, а вот Лин напрягается: — Лорен об это не обязательно знать. — Шутишь? — поднимает бровь Рейчел, — ты меня совсем за чудовище принимаешь? — Знаешь, иногда. Особенно, когда ты начинаешь говорить об истории и каких-нибудь кровавых фактах, — саркастично отвечает, а брюнетка только пожимает плечами: — История становится интереснее, когда ты смотришь на нее без призмы учебников и лжи, которую нам навязывают с самого детства. — Ставки сделаны! Да начнется бой! — звучит гонг, и Рейчел оглядывает присутствующих, среди которых не находит ни одного из тех, кого намеревается поймать за руку. Лин же с перебоями в сердце следит за тем, как Лорен парирует выпад соперника и наносит удар в челюсть, тем самым заставляя его отступить. — Расслабься, — улыбается МакКоннал, — для нее этот бой всего лишь разминка. — Ну, да, не твоя же девушка стоит на ринге, — фыркает Лин, а брюнетка пропускает удар в сердце, но не показывает вид, только наблюдает за боем.

Джейк с интересом следит за событиями на ринге, не упускает из виду своих людей, расположенных на этажах, и делает глоток шампанского, которое ему принесла одна из официанток.

Лорен не успевает блокировать удар в челюсть, после чего сплевывает кровь с рассеченной губы вместе с капой и поводит челюстью. — Я не могу на это спокойно смотреть, — качает головой Лин. — Ты не веришь в нее? — хмурится МакКоннал. — Она хороший боец, согласен? — женский голос над ухом заставляет Джейка оглянуться и встретиться с карими глазами черноволосой девушки. — Привет, братец.

Милс парирует комбинацию ударов, а затем проводит собственную, завершая апперкотом, выводящим противника из равновесия. — Что ты здесь делаешь? — Джейк скрещивает руки на груди, внимательно смотря в глаза, видные из-под коричневой маски. — Пришла посмотреть на ту, которая заняла мое место рядом с той, у которой хватило сил отомстить мне, — ухмыляется, а затем многозначительно добавляет. — Расслабься, место среди «кобр» мне больше не нужно, — демонстрирует черную поверхность языка, на котором раньше была татуировка, говорящая о главенстве, — я нашла местечко поприятнее, — язвительно подмигивает. — Что это значит? — спрашивает спокойно, не выдавая эмоций. — Это значит, что мне плевать на твою банду, я здесь только за тем, чтобы вернуть Элен, — вздыхает, — эта свора ей не пара, она должна быть рядом со мной, и я докажу ей свое превосходство. — Община сделала тебя совсем чокнутой, — высказывается Джейк, а затем слышит одобрительные крики толпы и гонг: — Бета27 побеждает Дельту5!

Лорен безэмоциально поднимает взгляд на балкон и встречается с довольными изумрудными и недовольными сине-ледяными, после отворачивается и покидает ринг, чтобы переодеться. — И как же ты докажешь ей это? — возвращается к беседе с сестрой, а та уже покидает его, скрываясь за телохранителями: — Я решу ее проблемы, о которых она молчит.

* * *

Милс хмуро скатывает грязные и окровавленные бинты, слыша за спиной знакомые шаги каблуков. — Лин ждет тебя в машине в нескольких кварталах отсюда, ты же знаешь, что ей лучше не светиться рядом с тобой, пока ты здесь.

Лорен нервно поднимается, сжимает в руке бинты, оборачивается и тут же встречается с изумрудными глазами в метре от нее. Взгляд брюнетки падает на окровавленную губу, в последствии чего МакКоннал завороженно чуть приоткрывает рот, делая шаг к девушке. Рука медленно поднимается в тишине, нарушаемой возгласами толпы и ведущего за стенами. Блондинка хмурится, когда бархатная подушечка большого пальца касается места рассечения губы, а затем проводит по коже, будто тем самым залечит ранку. — Она недовольна тем, что я участвую в боях, — выпаливает Лорен. — А какой другой нормальной и любящей девушке понравилось бы смотреть на то, как ее человека бьют? — поднимает взгляд в голубые, после чего не сдерживает улыбку, убирая руку от лица Милс, которая в свою очередь усмехается: — С любовью ты, конечно, загнула, но, допустим, — кидает взгляд на красные губы брюнетки, затем нервно опускает глаза на бинты. — Маска все еще обязательна? — Пока я не окажусь в своей машине — да, — кивает Рейчел, — она тебе мешает? — ухмыляется. — Нет, было бы круто, если бы ты ходила в ней и дома, чтобы я не видела твоего наглого лица, — язвительно отвечает, но не со злобой, а с шуткой в голосе, тем самым разряжая обстановку, накалившуюся между ними. Но МакКоннал все-таки решает сообщить девушке: — Я отвезу тебя до машины Лин, дома можешь не ждать меня, у меня есть важные дела. — Я тебя никогда и не жду, — усмехается Лорен, запихивая вещи в сумку. Брюнетка только улыбается, скрывая боль, причиненную высказыванием Милс, но та вдруг оборачивается и шутливо ударяет в плечо. — Я шучу, иногда, когда я хочу кого-то позлить, то жду, — кивает в сторону выхода. — Погнали, наполированная задница, наш бой на сегодня закончен. — Да, — подытоживает, двигаясь сзади. Но в мыслях было: «Твой-то закончен, можешь сегодня спать спокойно.»

* * *

Зима холодными пятками ступила на улицы Нью-Йорка. Легкий морозный ветер встречал неспящих прохожих и заботливо обнимал ледяными руками, забираясь пальцами в рукава. И Лорен бы лучше сбежала на улицу, нежели бы терпела на себе изводящий взгляд Лин. — Может хватит так пялиться? — не выдерживает Милс, — раньше тебя не особо волновало, что я занимаюсь боями. — Меня волнует не это, а то, зачем ты это делаешь, — многозначительно отвечает Коннал. — Тебе плевать, сколько ты можешь на этом заработать, ты согласилась на это по какой-то другой причине, и я думаю, что это причина — Рейчел.

Лорен поднимает бровь, ловя фокус недовольных сине-ледяных глаз: — Ты ревнуешь? — Может быть, отчасти, но меня беспокоит, что ты идешь на бойню ради нее. — Я иду на бойню, чтобы она стала сильней, — вздыхает девушка. — Для нее, как и для меня, это способ почувствовать себя живой, я видела это, когда она пыталась сражаться, — поджимает губы, — у нее не особо это получалось, но глаза ее горели, понимаешь? — оскаливается. — И потом, для меня бои — все, что я умею. — Но зачем? — непонимающе морщит нос Лин, — у тебя теперь есть я. Почему ты не спрашиваешь моего мнения? — А я должна спрашивать? — хмурится Милс, — с какой стати? И что с того, что у нас что-то типа отношений? Я должна скакать вокруг тебя? — огрызается, а Коннал будто выпадает из реальности, теряя дар речи. — Да, ты мне нравишься, я тебя хочу и все такое, но… блять, с какой стати ты теперь должна распоряжаться моими желаниями? — Я для тебя… — поджимает трясущиеся губы, — так я для тебя просто постель? — Начинается… — фыркает Лорен, отворачиваясь к окну, — нет, просто я не хочу стать принадлежностью. — А разве отношения это не взаимопринадлежность? — хмурится Лин. — Если это так, то мне не нужны никакие отношения, — выпаливает Милс, смотря на падающий хлопьями снег. — Что ты хочешь этим сказать? — голос Коннал вздрагивает, но та тихо прочищает горло и сверлит взглядом блондинку. Лорен вздыхает, поворачиваясь и встречаясь с сине-ледяными: — Все было нормально, пока ты не заговорила. — Так мне молчать теперь? — оскаливается девушка, ощущая приступ непреодолимой обиды, смешанной с гневом.

Милс прикусывает поврежденную губу, борется с возрастающим желанием сбежать от забот, но что-то в груди начинает колоть, и она ломается: голубые встречаются с сине-ледяными, а избитая рука накрывает белоснежную бархатную кисть девушки: — Прости меня, — Лин снова выпадает, а Лорен продолжает, — я та еще сука, но ты, правда, нужна мне, — усмехается, разряжая обстановку, — если ты думаешь, что добьешься от меня чистосердечного признания, то ты ошибаешься. Это мой максимум. — Ты шутишь? — выдыхает Коннал, удивленно смотря в голубые. Милс хмурится, пытаясь понять, что означают эти слова, но неожиданный нежный поцелуй в губы говорит сам за себя. Она ухмыляется, а затем выпаливает, качая головой: — И все-таки, вы, женщины, очень странные.

* * *

— То есть как это Диана не планирует мстить? — недоумевает МакКоннал, — ей нужна только Лин? Ха, разбежалась, она одна из нас, я быстрее прикончу твою сестренку. — Ты не поняла, не в том смысле, чтобы отомстить ей, она хочет быть с ней, — устало говорит Джейк, откидываясь головой на спинку сиденья машины Рейчел. — Чего? — уставляется на парня, как на полоумного. — Твоя сестра, и без мщения?! Очнись, ее лишил главенства собственный брат, а первая любовь отправила на к амишам, чтобы отплатить той же монетой. Сними розовые очки, Шоу. Твоя сестра та еще стерва, стервознее меня, понимаешь? — И что ты мне предлагаешь? — хмурится парень, — посадить под домашний арест? — Знаешь, было бы неплохо, — огрызается Рейчел. — Повтори мне еще раз, слово в слово, что она сказала тебе. — Слушай, я не помню дословно, ясно? Ди сказала, что ей плевать на все, она просто хочет вернуть Лин. — Может быть, но здесь есть что-то еще… и я узнаю, что это, — стискивает пальцы на руле. — Тебе не кажется, что ты слишком не доверяешь людям? — морщится Джейк. — Ты сейчас так пошутил? — усмехается МакКоннал. — Никому нельзя доверять, все ждут, как бы сожрать тебя, когда сотрудничество перестанет быть выгодным. — Жизнь для тебя это контракт по бизнесу? — парень непонимающе смотрит на брюнетку, а та нервно улыбается: — Все в этом мире — бизнес. Семья — репродуктивная функция, позволяющая сохранять свои активы при своей фамилии. Дружба — взаимовыгода. Любовь — взаимное самоутверждение. Секс — временное партнерство для получения конечного результата… — Боже, Рейч, ты настолько стала бесчувственной? — Джейк опешенно уставляется на девушку. — Ты вообще живая? Как там, в морозильнике? — Знаешь, прекрасно, — улыбается МакКоннал, скрывая неожиданные слезы на глазах, — трезвый разум мне сейчас особенно необходим. — Не хочешь выпить? — вдруг спрашивает парень, почувствовав необходимость «оживить» девушку. Рейчел переводит взгляд на него: — Ты чего удумал? — Пропустить стаканчик пива в баре, немного развлечься и отдохнуть, — пожимает плечами, — но если тебе больше нравится тухнуть и думать о той блондинке, то не буду мешать, — собирается выходить из машины. Рейчел фыркает, секунды покусывает губы, а затем останавливает Джейка, уже открывающего дверь автомобиля: — Поехали.

* * *

Громкая музыка заглушает возгласы танцующих на первом этаже, скрывает собой разговоры сидящих на диванах за столиками. Вращающиеся неоновые лучи света точечно освещают помещение, проскакивают по лицам присутствующих, как бы не забывая о своей главное задаче, но танец завлекает и лампы хаотично пляшут, скользя неоном даже по самым пикантным местам присутствующих.

И где-то на одном из множества кожаных черных диванах сидят двое: девушка в черно-красном смокинге и парень в черном костюме. Ее темные волосы лежали на левой стороне на плече, изумрудные глаза изредка встречались с карими. Она была порядком младше его, лет на восемь, но разница не особо была ощутима, наверно, потому, что в душе он был еще подростком, а она вела себя так, будто уже достигла бальзаковского возраста. Однако, брюнет обладал неистовым обаянием, поэтому девушка все же начала улыбаться его шуткам и рассказам. Брюнетка поправляет макияж, предварительно достав небольшое зеркальце из сумочки. Замечает принявшую за поцелуи пару, сидящую позади. — Так ты, все-таки, любишь мотоциклы, просто у вас тупая договоренность с Элен? — смеется, отпивая вино из бокала, а затем с интересом смотрит в изумрудные напротив. — Да, — морщит нос, — я уже лет шесть не садилась за руль байка, — кладет зеркальце обратно, а затем ухмыляется, — зато я прекрасно разбираюсь в машинах. — Не хочешь как-нибудь прокатиться? — улыбается парень, с интересом смотря в яркие глаза девушки, а она переводит взгляд на официантку, несущую им поднос с королевскими креветками и еще одной бутылкой белого вина. Вопрос Джейка остается без ответа. — Ваш заказ, — начинает переставлять на стол, Рейчел замечает светящийся пропуск-печать в клуб на запястье, видного из-под немного завернувшегося рукава. Взгляд изумрудных падает на зону декольте, которое слишком уж подчеркивало грудь из-за маленького размера формы, — что-нибудь еще? — любезно улыбается официантка, обращаясь к брюнетке, без зазрения смотрящей на вырез в рубашке. — Нет, это все, благодарю, — МакКоннал переводит взгляд на креветки, игнорируя ухмылку Джейка. Девушка удаляется, через секунды оборачиваясь на мгновение, а Шоу не сдерживается: — Ты бы хоть немного постеснялась, — тянется к морепродуктам, но брюнетка резко ударяет его по руке: — Не ешь это. — Ты чего? Я просто попробую, если понравится, я закажу себе… — недоуменно хмурится, но Рейчел прерывает его неожиданным поцелуем, а затем переносит губы к его уху: — Это не официантка. На ее запястье пропуск, где ты видел, чтобы персоналу приходилось получать эту печать? — как бы ласково обнимает его шею, а Джейк только хмурится, сглатывая ком. — Форму в таких заведениях шьют на заказ по меркам сотрудников, ей же эта форма явно мала, не находишь? — И ты все это поняла, посмотрев на ее грудь? — нервно улыбается, — ты думаешь, креветки отравлены? — Когда она уходила, то обернулась и посмотрела прямо на то, как ты тянешься к еде, нам нужно уходить отсюда, — отстраняется Рейчел, — как мы это сделаем? — У меня с собой пистолет, если что, — шепчет на ухо Джейк, девушка наигранно улыбается: — Позади нас сидит парочка, они целуются только тогда, когда на них смотрят. Я дважды доставала зеркало. Их техника слишком рваная и отличается, а значит, они притворяются… — обнимает за шею и скользит по пиджак парня. — Что ты предлагаешь? — Я позову администратора из-за несвежих на вид креветок, а ты уйдешь, пока не началась пальба, и тебя не заметили. Встретимся за мусорными баками через два здания отсюда к югу. Ясно? Забери мою сумку. В ней ключи от машины. — Ты шутишь? — возмущается парень, но резкая пощечина Рейчел приводит в ступор его еще больше: — Да как ты мог подумать, что я поеду к тебе после первого же свидания? — громко возмущается, выбирая момент, когда музыка затихает, вскакивает и зовет официантку, попутно прогоняя парня. Шоу быстро уходит, замечая идущих в сторону МакКоннал двух мужчин, останавливается, чтобы достать пистолет из внутреннего кармана, но не находит, а затем наблюдает, как брюнетка, действительно отправляет псевдоофициантку за администратором и выпускает две пули в парочку, сидящую позади, так как те достали собственное оружие и направили на нее. Брюнетка быстро спрыгивает на первый этаж, зацепившись за огромную штору, а затем теряется в толпе. Пока двое мужчин пытаются ее найти, она уже сбрасывает с себя пиджак, двигаясь сквозь танцующую толпу прямо к черному выходу. Ставит пистолет на предохранитель и прячет за пояс.

Джейк выходит через парадный и бежит к машине Рейчел, быстро в нее заваливаясь.

Рейчел выбегает прямо к мусорным бакам, где сидят двое бездомных и обросших мужчин. Быстро к ним обращается, пытаясь игнорировать холод: — Пятьдесят штук, если за пять секунд спрячете меня, — не дожидаясь ответа поднимает с земли драный тулуп, заворачивает штаны до колен и укутывается. Опускает чистые бархатные руки грязь и измазывает лицо. Так же быстро отнимает у одного из мечущихся в стороны в поисках укрытия еду и падает у стены, попутно отнимая шапку у бездомного. — Если хорошо сыграете, вы получите свои деньги.

Тут же выбегает парочка преследователей и обращается к ним: — Куда она побежала? — Туда, — в унисон показывают бездомные в сторону парковки. — Ну и вонь, — не сдерживается от высказывания второй, и они продолжают преследование по указанному пути. — Спасибо, — вздыхает МакКоннал, отдавая еду обратно, — будьте завтра у «Веселого Свина», я вас отблагодарю. — Беги, не надо ничего обещать, — вдруг отвечает тот, что с густой бородой.

Рейчел хмурится, игнорируя жуткий запах, но времени у нее, действительно не было. Необходимо добраться до указанного места, поэтому она вскакивает, но все же кидает на прощание: — Я всегда сдерживаю обещания.

* * *

— Блять, почему от тебя так воняет? — Лорен морщится, проходя мимо вошедшей Рейчел. — Ты где валялась? — недоуменно оглядывает испачканное лицо девушки, та только фыркает, нервно расстегивая на себе измазанную грязью рубашку, которую кидает на пол: — Альберт Ферретти убил бы меня за то, что я сделала с этой блузкой, — Милс нервно ухмыляется, смотря на невозмутимую брюнетку, скидывающую с себя грязную одежду прямо на ходу. Бросает на пол сумку. — Так, а что случилось-то? — спрашивает блондинка, но при виде того, как МакКоннал спокойно достает пистолет из-за пояса, а затем вытаскивает магазин, проверяя на наличие пуль. — Две на двоих, я возмещу ущерб, — шумно вздыхает, а затем переводит уставшие изумрудные на удивленные голубые. — Меня пытались сегодня убить, — равнодушно отвечает на немой вопрос девушки, — но я намерена задержаться и пережить хотя бы этих ублюдков. — Так. Погоди, тебя пытались убить? — голос Лорен резко грубеет, а зрачки на мгновение сужаются, но это остается незамеченным, так как Рейчел только пожимает плечами и движется к лестнице: — У меня есть предположения о том, кому нужна моя смерть. — И кому же? — Милс движется сзади, ощущая какое-то непреодолимое чувство злости. — Как думаешь, у меня много друзей? — усмехается брюнетка, не поворачиваясь и шагая в сторону своей спальни. — Ты можешь, блять, просто сказать? — вскипает Лорен, проскальзывая взглядом по смуглой и испачканной женской спине, на которую спадают взъерошенные темные и длинные волосы. — Я разберусь, — отрезает Рейчел, намереваясь скрыться в своих покоях, но грубая блондинка просто хватает ее сзади за пояс и тянет на себя, принуждая развернуться, и брюнетка разворачивается, впечатываясь полуголым телом в девушку. Изумрудные на секунду выдают испуг, МакКоннал сглатывает ком, но голос Милс не дрожит, она только мимолетно опускает взгляд на приоткрытые губы, а затем красноречиво высказывается в своей манере: — Мне насрать на твою высокомерную задницу, ясно? И на твое эго, так что хватит все брать на себя, говори, блять, пока я тебе не загнула руку за спину, — выпаливает уверенным голосом, но на последней фразе он спускается на тон ниже. Рейчел делает спасительный шаг назад, а после переводит дыхание: — Ты будешь ругаться… — Блять, я тебя сейчас просто убью, завершу дело того, у кого это не вышло, — чуть ли не рычит блондинка, и МакКоннал глубоко вздыхает: — Ни слова Лин… — Говори! — Ее сумасшедшая бывшая в городе, скорее всего она захочет отомстить мне за то, что я заняла ее главенство над бандой, — Лорен поднимает бровь: — Это все? — В смысле? — хмурится Рейчел, — тебя нисколько не удивляет? — Я видела твое тату на языке, когда мы… ну, тогда еще, — усмехается Милс, такое же тату у Лин, только между пальцев, я, конечно, не закончила школу, но не тупая. Так, я из-за этого должна буду на тебя злиться? — Нет… — набирает в легкие воздух, на что блондинка смотрит, как грудь девушки поднимается. — Я знаю о твоем прошлом. О Вирджинии… — И что? — поджимает губы Лорен. — Я думала, что тот мужчина в черном на аукционе… — Нет, — девушка резко обрывает ее, — даже не говори этого и не думай. Ясно? — А что, если он может вернуться и завершить начатое? — обеспокоенно глядит в голубые напротив. — Это невозможно, — качает головой Милс, резко срываясь с места в свою комнату, но брюнетка ее нагоняет, заходя следом: — Почему? Он очень опасен… — не договаривает, потому что Лорен ее резко обрывает: — Потому что я убила его, ясно? Я вырвала у него мясо с шеи! — МакКоннал останавливается, понимая, что девушке просто неизвестно о том, что известно ей. Она делает глубокий вдох, но увидев в глазах напротив какой-то мелкий признак страха, мешкает. — Что? Что ты боишься мне сказать?! — переходит на срывающийся тон. Рейчел потирает лоб, сглатывает ком и ловит фокус голубых: — Он жив, Ло… полиция ничего не нашла в том доме. — Н-нет, — категорично и истерически начинает мотать головой. Милс начинает смеяться и нервно зачесывая свои светлые волосы назад, — не может быть. — Поэтому я настояла на том, чтобы ты жила здесь, пока я не разберусь со всем этим… — тихо выпаливает. И как бы делает шаг к ней, но тут же останавливается и резко покидает комнату, решая оставить девушку одну.

Наверно, это было правильно решение, потому что Лорен бы не позволила себе прилюдно дать слабину. Вся ее защита резко пошатнулась и дала трещину. Руки нервно накрывают трясущиеся губы, красивые голубые глаза наполняются слезами, а сердце бешено колотится. Легкие будто отказываются принимать воздух, а мысли просто пробегают со скоростью света.

Но Рейчел не оставляет ее одну. Она стоит за закрытой дверью, уткнувшись лбом в деревянную преграду и будто бы чувствует происходящее в комнате. Ладонь кладется прямо на стену, а губы шепчут перед тем, как уйти: — Я защищу тебя.

* * *

— Так что ты узнал? — Диана сидит в кресле просторного темного кабинета, в руке она держит небольшой коллекционный нож, по лезвию которого проводит кончиком пальца, едва ли не рассекая кожу. — Ничего особенного. Эта девушка очень дорога Лин, — отвечает парень, тень которого падает от огня камина. — Хавьер в курсе, что ты… — Я спрашиваю не о Лин, — холодно отрезает, со звоном кладя нож на журнальный столик. — Рейчел плевать на все. — Ты узнал, она является второй главой или нет? — стискивает зубы, зло смотря на пламя. — Она не та, кто тебе нужен, в этом я уверен. — И это почему же? — усмехается. — Ее волнует только девушка Лин.

Брюнетка расплывается в злобной ухмылке, цокает языком, а затем поднимается: — Слабое место двух сразу? Это забавно. — Чего ты хочешь? — недовольно задает вопрос. — Чего я хочу? — смеется, делая шаг к гостю. — Я хочу мести за потерю власти и хочу вернуть Элен, у которой хватило ненависти, чтобы отплатить мне. — Разве это не значит, что ты проиграла? Хотя бы во втором случае? — Нет. Ты плохо знаешь женщин, Митч, — хлопает парня по плечу, а затем обходит его и шепчет на ухо. — Причиной ненависти может быть только любовь.

* * *

— Сегодня ночью было обнаружено тело двадцатиоднолетней девушки.

Рейчел резко поворачивает голову в сторону плазменного телевизора, который включала для фонового звука при чтении. Ей не спалось, совсем не спалось. С шести утра МакКоннал пришлось принять пару звонков из бухгалтерии и назначить премиальные консультантам по юридическим услугам, а затем понять, что вся ночь прошла в раздумьях и терзаниях. Уже трижды она тихо заходила в комнату к Милс и возвращалась обратно, понимая, что девушка проспит еще как минимум часа четыре, так как ей пришлось принять снотворное, чтобы заснуть. Конечно, Лорен не знала, что в той чашке чая Рейчел любезно преподнесла лекарство от мучительной ночи.

МакКоннал делает звук громче и откладывает книгу в сторону, направляя все свое внимание на телевизор: — Родные и близкие с трудом опознали девушку по светлым волосам, тело было сильно изуродовано. Сегодня ночью она возвращалась…

Рейчел быстро кидается к мобильному, набирает номер и ждет ответа. Мир колеблется. Буквально начинает шататься и сходить с ума. Комната кружится, стены плавятся. Брюнетка сглатывает ком ужаса и берет себя в руки, контролируя эмоции. — Рейчел? — Мне нужны все данные о сегодняшнем убийстве.