Homophobic High

      — Чонгук.       Чон резко оборачивается, чтобы увидеть, кто его остановил, и застывает, встретившись взглядом с парой мерцающих безжизненной чернотой глаз. Бэкхён. Но он не один. Из ночной тьмы выходит человек, которого Чонгук не просто ненавидит — он его боится до дрожи.       — Босс… — здоровается Чонгук, стараясь скрыть страх в голосе.       Мужчина улыбается, но не тепло, а скорее угрожающе.       — А-а, Чонгук. Как приятно снова встретиться.       Чонгук скованно кивает, боясь разозлить его.       — Слышал, тебя копы повязали, — бросает Бэкхён, и его губы растягиваются в широкой ухмылке. Чонгук сжимает челюсти:       — Да.       Мужчина делает шаг вперёд, впиваясь глазами в лицо парня. Начинает накрапывать дождь, и Чонгук нервно ёжится под пристальным взглядом, который скользит по его дрожащему телу.       — Что ж, раз ты вышел, у нас для тебя есть новое дельце.       Чонгук хмурится и смотрит на него как на сумасшедшего.       — Я только что вышел из тюрьмы, я не могу… — Он осекается, заметив, как взгляд мужчины становится тяжёлым и острым.       — Теперь ты будешь делать то, что я скажу. Уяснил?       Чонгук судорожно сглатывает.       — Я… я не могу.       Всё вокруг будто замирает; свист ветра и плач дождя становятся лишь фоном для убийственного взгляда, которым босс мафии сверлит брюнета.       — Ты мне отказываешь? — пугающе спокойно спрашивает мужчина. Бэкхён на заднем плане усмехается, наслаждаясь зрелищем.       — Сэр, я не могу, — произносит Чонгук настолько твёрдо, насколько способен, и тут же опускает глаза в пол. Мужчина молчит несколько секунд, позволяя шуму дождя заполнить паузу.       — Значит, это «нет»?       Это не вопрос. Это угроза. И Чонгук достаточно смел, чтобы согласиться:       — Д-да…       Но это была ошибка. Потому что через секунду он ещё стоит прямо, а в следующую уже лежит на полу — твёрдый сильный кулак врезается ему в челюсть. Раздаётся тошнотворный хруст вместе с радостным звуком смеха. Бэкхён присоединяется к мужчине в этом приступе насилия: он с силой вбивает каблук своего ботинка в живот парню, отчего тот стонет.       Чонгук же просто лежит на земле и принимает удары, не сопротивляясь. Не тогда, когда знает, что у человека, который сейчас его бьёт, в заднем кармане лежит однозарядный револьвер, поэтому одно неверное движение — и мозги Чонгука могут оказаться размазанными по стенам. Несправедливый бой в несправедливом мире.       Дождь начинает яростно хлестать, обрушиваясь на грубую землю, которая уже начинает заполняться алой жидкостью, вытекающей из ран брюнета. Он слабо стонет, пока его тело принимает непрерывные удары, и может лишь надеяться, что кто-то услышит его, что кто-то придёт на помощь. Но кто услышит его посреди такой свирепой бури? И на секунду Чонгук начинает в это верить. Верить, что это его последние мгновения жизни. С каждым новым разрывом синяка, с каждой трещиной в рёбрах он думает, что вот он — конец. А самое безумное — это то, о чём он способен думать, пока его избивают до смерти: «Бэмби всё ещё злится на меня».       — Босс, — произносит Бэкхён, доставая телефон. Мужчина замирает и переводит взгляд на парня.       — Что?       — Они хотят встретиться в…       Слова начинают расплываться в голове Чонгука. Они сливаются с шумом дождя, и он едва различает звук удаляющихся шагов. Парень лежит на холодной мокрой улице, онемевший и промёрзший до самых костей. «Они ушли», — звучит голос на задворках сознания. «Вставай!» — кричит ему тело. Но он едва может пошевелиться, совсем не чувствует конечностей, и всё, что чувствует в данный момент, — это усталость.       Такую сильную усталость.       Может, если он просто… поспит…       Его глаза начинают закрываться, но тут в голове всплывает образ того самого синеволосого парня.       Чонгук боится грозы.       — Ч-Чимин, мне пора, — говорит Тэхён, неуверенно поднимаясь на ноги и глядя на озадаченного лучшего друга, который непонимающе хмурится.       — Что, почему?       — Э-э, ну… у меня в-встреча… Да, ха-ха, встреча. Мне нужно идти.       Чимин сводит брови к переносице:       — Какая, к чёрту, встреча в такое… — Но договорить он не успевает, потому что его друг уже пулей вылетает за дверь.       Тэхён быстро шагает по тёмным коридорам, и тревога выступает у него на лице. Он знает, что должен держаться от этого парня подальше, но помнит, какое дал обещание.       «Я защищу тебя».       Ким не может вынести мысли о том, что Чонгук совсем один в тёмной комнате, пока за окном бушует эта чудовищная буря, и заставляет себя идти к общежитию, пока не оказывается прямо перед дверью. Он медленно открывает её, ожидая худшего, но никогда… никогда он не был готов увидеть то, что предстало перед ним.       Тусклый лунный свет падает на почти безжизненную фигуру Чонгука. Кровь пропитывает белые льняные простыни, а тело парня изуродовано синяками.       — Чонгук! — вскрикивает Тэхён, бросаясь к нему. Он падает на колени перед кроватью, с ужасом глядя, как глаза Чона закатываются, как он едва балансирует на грани сознания. — Что случилось?! — кричит Тэхён, и его сердце колотится, как безумное. Чонгук не отвечает. — Я п-позвоню в скорую…       — Не надо, — слабо хрипит брюнет. Тэхён смотрит на него в полном недоумении.       — Чонгук, т-ты же умрёшь!       Парень слегка качает головой и тут же морщится от боли. Тэхён замечает, что тот насквозь промок. С него течёт вода, а кожа бледная, как бумага. Ким судорожно сглатывает от страха. Что ему делать? Он глубоко вдыхает и сжимает кулаки — ему нужно спасти Чонгука, со скорой или без неё, поэтому парень быстро бежит в ванную, достаёт аптечку и мчится обратно.       — Ты м-можешь сесть? — спрашивает он, кладя дрожащие руки на плечи парня. Чонгук кивает и стонет от боли, пока Тэхён помогает ему принять сидячее положение. — Я с-сниму с тебя футболку, хорошо?       Чонгук не отвечает, но Тэхён продолжает и медленно стягивает с него мокрую футболку, и застывает, увидев то, что открылось его глазам. Глубокие порезы, чёрные синяки и сочащаяся кровь. У Кима перехватывает дыхание, но он заставляет себя не думать об этом. Вопросы потом, сейчас жизнь Чонгука важнее всего. Тэхён бросается к маленькому шкафу в углу комнаты, достаёт оттуда портативный обогреватель и пару спортивных штанов, подключает технику и ставит перед брюнетом. Волна тепла постепенно расходится по комнате, и дрожащее тело Чонгука немного расслабляется.       — Я… я сниму с тебя штаны, м-можно?       Чонгук просто кивает, откидывая голову назад и упираясь затылком в стену за спиной. Ким аккуратно стягивает с него джинсы, а затем вытирает холодную мокрую кожу полотенцем. Обычно при виде сильных обнажённых бёдер Чонгука парень покраснел бы, но сейчас, глядя на них — все в синяках, опухшие, покрытые багровыми пятнами — ему хочется только плакать. Он помогает Чонгуку переодеться в сухие штаны и принимается за дело. Берёт антисептические салфетки и тщательно протирает раны. Сердце падает, когда Чонгук шипит от боли, но Тэхён не останавливается, понимая, что так нужно. Очистив все порезы, он накладывает повязки везде, где требуется: на ногах, на торсе, на спине. Затем наносит мазь от ушибов на сине-чёрные пятна. Тэхён замечает, что к лицу Чонгука понемногу возвращается цвет, и от этого ему становится чуть легче.       Обработав все раны настолько хорошо, насколько мог, он заворачивает парня в тёплое одеяло и бежит к раковине за водой. Возвращается со стаканом и обезболивающим, которое Чонгук медленно принимает. Синеволосый смотрит, как дрожащие руки парня медленно отправляют таблетки в рот и подносят к губам стакан, а на лице Чонгука отражается боль. Тэхён вздыхает, проводя рукой по своим волосам, не зная, чем ещё помочь, чтобы соседу стало легче.       Чон откидывает голову назад, прислоняясь к стене и закрыв глаза, а Тэхён подходит и нерешительно садится рядом.       — Чонгук, я тут мало что могу сделать, нам нужно отвезти тебя в больни… — Тэхён ахает, когда тот внезапно притягивает его к себе на колени. — Чонгук! — вскрикивает Тэхён с тревогой, боясь, что делает больно, давя на его раны.       Но Чонгук пропускает протесты мимо ушей и просто утыкается носом в изгиб его шеи, наслаждаясь теплом чужого тела. От одного лишь прикосновения пульсирующая боль, кажется, немного отступает, и Тэхён замирает, почувствовав, как Чонгук касается носом его шеи, но затем медленно расслабляется.       — Чонгук…       Брюнет отстраняется, Ким замечает, насколько печальны его глаза.       — Почему ты меня игнорировал? — В голосе Чона столько боли, будто он мучился этим вопросом несколько дней. Он смотрит на Тэхёна с немым вопросом и мольбой о прощении, хотя он ничего не сделал. Это Тэхён должен просить прощения, но он не может — ему вообще не следует быть здесь с этим парнем. Он медленно начинает слезать с колен Чонгука:       — М-мне нужно идт…       — Скажи мне, Тэхён! — Чонгук дёргает его обратно, игнорируя прострелившую спину боль. — Почему ты меня ненавидишь? — Его голос едва слышен, почти шёпот, но эти слова разбивают сердце Тэхёна вдребезги, и внезапно он заливается слезами, всё его тело дрожит от неудержимых рыданий. На лице Чонгука мелькает тревога, он прижимает парня к своей груди. — Бэмби, что случилось?       Тэхён продолжает всхлипывать, уткнувшись в Чонгука, и снова и снова шепчет:       — Прости меня.       Чон успокаивающе гладит его по спине, пытаясь утешить, но от этого Тэхён плачет только сильнее. В его слезах — вина и внутренняя борьба. Его разрывает на части между тем, что правильно, и тем, что необходимо.       — Тэхён, прости, если я надавил. Т-ты не обязан говорить, почему злишься…       — Чонгук! — воет Тэхён, прижимаясь к нему ещё крепче.       «Я не злюсь на тебя! Я не злюсь на тебя! Я не злюсь на тебя!» — он хочет прокричать это вслух, но не может, не имеет права рисковать. Чонгук нежно берёт его лицо в ладони и заглядывает в полные слёз глаза, большими пальцами стирает влагу с щёк, пока Тэхён грустно шмыгает носом.       — Прости меня, — слабо выдыхает Тэхён, опуская голову в ладони Чонгука. Тот сводит брови:       — За что?       Тэхён поднимает взгляд, и в его глазах мерцают невыплаканные слёзы. В робком свете луны он выглядит невыносимо красиво: смотрит на Чонгука, а в глубине этих огромных глаз читается тяжесть принятия сложного решения. Чонгук рвано выдыхает, чувствуя, как мучительная боль в теле отступает под этим взглядом, медленно наклоняется и, прежде чем Тэхён успевает даже подумать о том, чтобы отстраниться, их губы сплетаются.       Чонгук целует его нежно — едва ощутимое, почти шепчущее прикосновение губ. Тэхён знает, что должен оттолкнуть его, но не может. Это похоже на то, как если бы несколько дней мучила жажда, а потом наконец-то дали сделать глоток воды. Губа Чонгука чуть треснула у края, но оба игнорируют это, продолжая двигаться навстречу друг другу. Брюнет крепко хватает Тэхёна за бёдра и притягивает ближе, и одновременно они тихо выдыхают от удовольствия, ощущая близость.       Чонгук легонько прикусывает нижнюю губу Кима, отчего тот вздрагивает и издаёт приглушённый стон. Тэхён сам не понимает, что на него нашло, но вдруг опускает голову и начинает покрывать поцелуями шею брюнета. Чонгук удовлетворенно вздыхает и запрокидывает голову назад, позволяя синеволосому продолжать свои действия. Тэхён обводит языком обнаженную кожу, наслаждаясь тем, как хватка парня на его бедрах усиливается с каждым движением. Тэхён слегка прижимается к чужому паху, стараясь быть осторожным, чтобы не навредить Чону, но от этого действия по телу Чонгука пробегает волна возбуждения, заставляя его издать глубокий одобрительный стон. Брюнет никогда не видел, чтобы Тэхён так брал инициативу на себя; обычно парень очень покорный и позволяет ему делать всю работу. Но сегодня всё иначе. Поэтому сейчас Чонгук ничего не делает. Вместо этого он откидывается назад и позволяет Тэхёну проводить руками по своей груди, страстно выцеловывая губами тело.       Он точно не знает причину такой перемены в чужом поведении. Может, это из-за травмы Чонгука? Или, может, Тэхён скучал по Чонгуку так же сильно, как и он сам по нему. Но что-то внутри Чона подсказывает ему, что за этим страстным поцелуем, который захватил Тэхёна, скрывается нечто большее. Как будто он пытается что-то ему сказать; как будто пытается выразить причину своего пренебрежительного поведения не словами, а действиями.       Чонгук вздыхает и неохотно оттаскивает Тэхёна, отчего тот, слегка надув губы, смотрит на него снизу вверх. Уф, увидев его очаровательную моську, Чонгук тут же жалеет о своём поступке, но понимает, что это необходимо сделать. Он сводит руки мальчика вместе и держит их между своими большими ладонями, и строго смотрит на синеволосого.       — Тэхён, расскажи, что случилось. Почему ты меня игнорировал?       Ким вздыхает, с опаской косится на дверь, а затем снова переводит взгляд обратно. Хмурое выражение стирает с его лица лихорадочный румянец, и он опускает голову.       — Я так отчаянно хотел вытащить тебя из тюрьмы, Чонгук…