Point Of No Return: Come Home

Джеймс не ожидает, что может испытывать к себе еще большую ненависть, чем было до этого. Выйдя из квартиры, он просто спускается вниз и выходит, так и не решив, что делать. Что-то говорить сейчас, доказывать — пустая трата времени, которая приведет еще к большим проблемам, увозить ее силой — вариант так себе, уйти — кажется неправильным по всем пунктам, но Барнс выбирает его, поняв, что не может просто стоять в комнате как манекен и размышлять, не может не злиться на себя за то, что вот так уходит, оставляя ее там. Ощущение беспомощности приходит неожиданно и заставляет все внутри гореть. Он просто оказывается на улице и направляется, куда глаза глядят, не понимая, хочет уйти как можно дальше или продолжать присматриваться к месту. Через несколько секунд мужчина вспоминает слова о том, что Ричард должен скоро вернуться, и просто тормозит посередине улицы, снова возвращается к дому, начав наблюдать с противоположной стороны. Заметив его через минут тридцать, пальцы сами сжимаются в кулаки, и только огромное чувство воли помогает не пойти за ним в дом, пользуясь голосом здравого смысла. Внутри все переворачивается снова, бьет по чувству вины, что вот так просто позволяет этому происходить. В голове появляются неприятные, но логические мысли, от которых хочется избавиться, не позволять себе даже думать о них, но слишком поздно. Джеймс кидает последний взгляд на дом и идет верх по улице, обещая себе непременно вернуться. Телефон оповещает вибрацией о звонке уже столько раз, что Джеймс даже перестает считать попытки Стива дозвониться до него. Ноги просто ведут по улице в неизвестном голове направлении. Происходящее кажется настолько неправильным и диким, что просто не укладывается в голове. Тело приходит в такое коматозное состояние, что факт того, что он еще каким-то образом передвигается на своих двоих, вызывает удивление. Через несколько часов Джеймс оказывается в Бруклине, заходит в первый попавшийся бар, поняв, что ему надо просто сесть и на холодную голову рассудить все, что происходит. Народу не особо много, бармен особо не обращает на него внимания, разговаривая с кем-то за другим концом стойки, что прибавляет пару плюсов заведению. Джеймс вспоминает все с самого начала, с того дня, как оказывается на похоронах и все, что следует за этим. Через некоторое время его выбивает из раздумий звук стакана об стол. Он возвращается в реальность и видит, что бармен ставит пустой стакан для виски перед ним. — По правилам надо что-то заказывать, — спокойно поясняет парень. — Пусть стоит, тебе же не мешает, а до меня не докопаются, — продолжает он, протирает стойку. — Или что-нибудь налить? Джеймс смотрит на стакан, усмехается бесполезности этого занятия для его организма, но кивает, подумав, что лишним тоже не станет. Бармен быстро наполняет стакан и снова ставит на стойку. Барнс несколько секунд смотрит на выпивку и выпивает всю стопку буквально парой глотков, снова смотрит на бармена, замечает на бейджике имя Карл. Он молча снова берет бутылку и наливает, не видя каких-либо возражений. — Проблемы на работе? Джеймс не реагирует на его голос, поднимает стакан и начинает всматриваться в отблески освещения, играющие в выпивке. — С девушкой? Барнс делает глоток, но бросает быстрый взгляд на парня, подмечает, что ему не больше лет двадцати семи и, скорее всего, он начинает с ним разговор, как и со всеми, кто заходит. — Расстались? Тишина. — Изменила? Тишина. — Ты изменил? Джеймс поднимает на него вопросительный взгляд и хмурится. — Спокойно. Нет, значит, нет. Я просто перебираю популярные варианты, — подняв руки, проговаривает Карл. — Ушла к другому? Джеймс хмыкает, делает глоток. — Выходит замуж за другого? — Невольно сильнее сжимает стакан в руке, подумав, что произнесенное кем-то другим подобное все еще кажется чем-то диким. — Сочувствую. Джеймс молчит, допивает, ставит стакан на стойку, вынимает из кармана телефон, который снова звонит и кладет экраном вниз. Карл отходит к девушке, севшей напротив, и начинает о чем-то разговаривать с ней, протирая стойку рядом. Джеймс убеждается в собственной догадке. Через несколько минут он снова замечает, что его стакан наполняется выпивкой. — Я так понимаю, ты здесь не для того, чтобы поговорить, — подмечает Карл. — Правильно понимаешь, — сухо отвечает Джеймс, делает глоток. — И не для того, чтобы напиться, — продолжает бармен. — Не для того. — Сам вообще знаешь, зачем тогда пришел в бар? — Понятия не имею, — отвечает Джеймс, делает новый глоток, Карл хмыкает, снова возникает пауза. Барнс уже думает, что это конец диалога, но слышит: — Хочешь услышать мое мнение? — Джеймс задерживает стакан на уровне рта и немного кивает, давая понять, чтобы тот продолжил говорить. — Я, конечно, не знаю, что там у тебя произошло, у вас, но если она действительно важна для тебя, то подумай о ее счастье и дай выйти замуж, раз уж она приняла такое решение. — Не уверен, что это решение приняла она, — проговаривает Джеймс, отпивает из стакана и протягивает его бармену. — А если и так, то не уверен, что им можно доверять сейчас. — Тогда пойми и действуй по ситуации, подумай обо всем как следует. Народу мало, самое то, но держи стакан рядом с собой. Скоро босс придет, не хотелось бы выгонять тебя из-за пустого сидения. Не ноешь, не рассказываешь про своих больных псов, пьешь… Все бы клиенты были такие, — отвечает Карл и наливает себе воды. Джеймс лишь усмехается и больше ничего не говорит. Вернувшись в свою квартиру, он без удивления застает Стива, который лишь прожигающим взглядом смотрит на него, но потом более непонимающе, увидев рабочую куртку с эмблемой. Джеймс заходит, снимает ее и кидает на диван. — Я ничего не сделал, — сразу заявляет он. — Бак, это… — Я видел ее, разговаривал. Она въехала в квартиру на Вест-Сайде, не помнит, кто я, и собирается замуж за Феска, — перебивает Джеймс и садится на диван. — Агнесса руководит какими-то исследованиями и черт знает, что уже сделала, но… она — это она. Я имею в виду… по общению, привычкам, внешне, только не помнит последнее пару лет или помнит по-другому, — продолжает он. Стив сидит, не шевелясь, пытаясь осознать все услышанное, снова смотрит на друга. — Это не твоя вина… — Она была жива все это время. — И ничего на это не указывало, Бак. Ничего. Джеймс лишь усмехается и прислоняется к спинке дивана. — Мы во всем разберемся, — обещает Стив. — С планами Феска, с исследованиями, с… помолвкой… Ты уверен, что… — Фраза «мой жених настоял, чтобы я сама объясняла свою работу» не оставила сомнений. Больной ублюдок хотел заявить, что с ней все в порядке, а она счастливо занимается переездом, — отвечает Джеймс и выдыхает, оборачивается, услышав новые шаги в квартире, но теряет к этому интерес, узнав Сэма. Он проходит, обращает внимание на куртку и удивленно смотрит на Барнса. — Работу нашел или свою в крови Феска запачкал? — Если бы, — усмехается Джеймс. — Хотел, но подумал, что убивать ее жениха, которого, по ее мнению, она любит, наверное, не лучшее первое впечатление о себе, — продолжает он. — Чего? — удивленно переспрашивает Сэм. Джеймс лишь закрывает глаза, надеясь, что это поможет потушить пожар, в котором полыхают его мозг и мысли. — Но да, Стив, необдуманными эти действия не назовешь, — продолжает он, услышав всю историю. — Я даже забыл, что хотел сказать. Тем временем Агнесса выходит из душа и надевает на себя пижаму, когда слышит шаги в спальне. Через минуту дверь в ванную открывается, она откладывает полотенце и с улыбкой встречает мужчину, который подходит к ней ближе и целует. — Привет, — здоровается девушка. — Привет, милая, как день? — Ничего, но коробки почему-то так и не уменьшаются. Я и не думала, что у нас столько вещей, — усмехается Агнесса, берет в руки крем и выходит из ванной, проходит в спальню, садится на кровать. Ричард кладет кейс и начинает снимать пиджак. — Кондиционер починили? — интересуется мужчина. — Мастер приходил, но, видимо, нет. Он был то ли болен, то ли просто странноват… Смотрел на меня, как на призрака, а потом и вовсе исчез куда-то. Завтра пришлют другого, — отвечает Агнесса и ложится на кровать. — А как твоя встреча? — Все… хорошо, — подойдя ближе к кровати, произносит он, начинает расстегивать рубашку. — Молодой, наверное, какой-нибудь был. Мастер. Агнесса поворачивает к нему голову, приподнимается, но остается на кровати, стоя на коленях, начинает сама расстегивать ему рубашку. — Примерно моего возраста, может немного старше, — спокойно отвечает она, снимает рубашку с его плеч. — Я что-то так устала за сегодня. Еще и смена часовых поясов. Хотела лечь раньше. Поговорим завтра обо всем, ладно? — протягивает рубашку. — Конечно, — соглашается Ричард. — Принимала таблетки? — серьезнее интересуется он. Агнесса устало вздыхает. — Нет еще, но я помню про них. Не нужно следить за мной как за пятилетним ребенком, — с легким раздражением проговаривает девушка, но потом снова улыбается, когда мужчина подходит еще ближе. — Я просто волнуюсь за тебя после всего, что было. И хочу, чтобы ты была в порядке, — мягко проговаривает он. — И я не слежу за тобой как за пятилетним ребенком, — возражает Ричард, — но буду, если понадобиться. Никому на свете не пожелаю пережить то, через что ты заставила меня пройти, — проводит по лицу. — Так что принесу тебе воды, а ты все послушно примешь. Девушка лишь вздыхает и кивает. — Как будто с этим возникают какие-то проблемы, — вслед проговаривает она и садится нормально. Ричард проходит на кухню, наливает воду в стакан и возвращается в спальню. — Спасибо, — произносит она, принимая воду. Ричард снова целует ее, оставляя мягкий поцелуй на губах, и говорит, что должен закончить с кое-какой работой прежде, чем присоединится. Агнесса допивает воду и ложится спать. *** Очередное утро Питера начинается с очередной катастрофы и риска опоздать везде, где только можно. Он молнией собирается, натягивает на себя одежду, выбирая что-то, что еще пригодно для носки и выбегает навстречу общественному транспорту, доставляющего его на занятия. Когда он прибегает в школу, то замечает новое лицо. Женщина лет тридцати поправляет очки, откладывает учебник и вопросительно смотрит на него. — Здравствуйте… простите, что опоздал… Будильник… Я проспал. — А вы? — Питер. Питер Паркер. — Проходите, мистер Паркер, — произносит она, указывая на места. Дойдя до парты, парень замечает, что на доске написано мисс Трейси. — Новый учитель истории? — интересуется он, спрашивая Нэда. — Ага. На замене, — спокойно отвечает он. Питер садится, замечает мурашки на коже и задирает рукав, пристальней рассматривает ее: светлые волосы в пучке, зелено-серые глаза, спокойный голос, рассуждающий об историческом событии, средний рост. На первый взгляд, абсолютно ничего угрожающего, но все чутье подсказывает, что что-то не так.