Point Of No Return: Come Home

Джеймс молча читает папку, что дал Бартли, когда слышит шаги в квартире. Он даже не отвлекается на них, поняв и так, кого еще могло занести к нему в такую рань. Стив застает его за столом на кухне, погруженного в чтение, и по тяжелому взгляду понимает, что все хуже, чем он рассчитывал. — Что врач? — интересуется Стив, решив начать с не самого очевидного, надеясь, что друг сам заговорит об этом. — Уехал из города, — безразлично отзывается Джеймс, не отвлекаясь от записей. — Если хватит ума, больше не вернется. — Переворачивает страницу. — У него не все, — продолжает он. — И я не все понимаю. Только то, что знаю из собственного опыта. Стив теряется в ответе, убедившись в собственной догадке, и просто протягивает руку, без слов прося взглянуть. Джеймс захлопывает папку и отдает. Увидев первые страницы и фотографии, Стив чувствует дежа вю, уже знакомясь с подобного рода документацией и, не желая задерживать на этом взгляд, начинает листать. — Здесь есть про таблетки, о которых говорил Сэм? — спрашивает Стив, возвращает зрительный контакт с другом. — Да, но… человеческим языком там написано пара абзацев и наблюдения. Что это и как работает непонятно. Бартли сказал, что это что-то вроде медикаментозного обнуления. На мне пытались провести его, — Стив удивленнее смотрит на друга. — Для меня воздействие слишком слабое, для нее, видимо, в самый раз. Я немного помню то, о чем он говорил, но не знаю ни имен, ничего полезного, только картинки в памяти. К тому же та девушка, что занималась этим все равно, скорее всего, мертва. Феску Агнесса нужна живая и думающая, если бы была возможность найти ее, чтобы не работать вслепую, думаю, что они нашли бы. Так что искать ее –пустая трата времени. Стив лишь кивает, доходит до страниц, о которых говорит Джеймс, и разочарованно смотрит на них, понимая, что здесь они действительно своими силами не справятся. — Можно показать Шарлотте, — заговаривает Стив. — Она должна понять. — Думаешь, что ей стоит это видеть? Это… — Думаю, что она сделает с нами что похуже, если мы скроем это, — усмехается Стив. — Тем более, ей тоже нужно знать, чего ждать. Она хотя бы все время рядом и может как-то следить, помочь в случае чего. Джеймс полностью сосредотачивается на лице друга и лишь кивает. — Сам встретишься с ней или лучше мне? — Я сам, — отвечает Джеймс. — Хорошо, — соглашается Стив, задумывается. — Ей повезло с семьей. — Думаю, что Феск этого мнения не разделяет. — Кого волнует его мнение, — усмехается Стив. *** Агнесса подъезжает к клинике и привычными коридорами направляется к приемной врача. Ее с улыбкой встречает девушка на рецепции и прежде, чем Агнесса успевает представиться, заговаривает: — Извините, доктор Бартли сегодня не принимает, — вежливо проговаривает она. — То есть? Он сам назначил мне на сегодня. — Не только вам. Он не вышел на работу. Я свяжусь с вами, когда получу распоряжение. Прошу прощения за неудобство, — дежурно отвечает она. Агнесса ловит себя на мысли, что за сегодня это проговаривается не один раз. — Ладно, спасибо, — отвечает Агнесса и возвращается на улицу. Сэм, догадываясь о таком исходе, продолжает сидеть в машине и лишь удивленно смотрит на Агнессу, когда возвращается в автомобиль. — Вы быстро, — констатирует он. — Я даже отъехать не успел. — У вас были какие-то планы, пока я там? — Нет-нет, — заверяет Сэм. — Куда едем? — Я не знаю, — тупо проговаривает Агнесса, смотря куда-то на клинику через стекло. — Я… — поворачивает голову и вместо продолжения предложения сосредотачивает внимание на лице Сэма. Он чувствует небольшую неловкость от такого разглядывания самого себя, но девушка так и не обращает внимания на это, пытаясь вспомнить, видела ли она его когда-нибудь раньше. — Вы в порядке? — интересуется Сэм. — Да… я в порядке, — отвечает она. — Просто голова немного… болит. И, — встряхивает головой, отгоняя все посторонние мысли. — Мне, наверное, будет лучше пройтись. — Может, лучше довезти? — уточняет Сэм. — Выглядите… — Больной? — усмехается девушка. — Испуганной, — мягко отвечает он, Агнесса нервно сглатывает, сильнее сжимает ручку от сумки, думая, какой ответ дать, нужен ли он вообще. Сэм замечает, что она уходит куда-то в свои мысли, несколько минут терпеливо ждет ответа, но все-таки окликает по имени. — Что? — осматривается по сторонам. — О чем мы говорили? — Вы хотели пообедать где-нибудь, — отвечает Сэм, внимательнее смотрит на девушку. Агнесса лишь моргает и кивает. — Да, точно. Обед, — проговаривает она и улыбается. Сэм отворачивается и выезжает с парковочного места, подумав, что даже у него руки чешутся сделать что-нибудь с тем, кто несет ответственность за это. День все равно проходит спокойно, Сэм просто возвращается к дому и ждет, пока Шарлотта спустится к нему, чтобы отвезти ее. Он подъезжает к мойке, в кафе при которой уже сидит Джеймс и спокойно ждет их. — Неужели нельзя было встретиться просто в кафе? — осматриваясь по сторонам, спрашивает она. — Машина Феска. Думаю, он отслеживает маршрут и… ее все равно надо помыть, — отвечает Сэм и садится на стул. Шарлотта решает, что в принципе нет особой разницы в месте, а придирки уже что-то вроде защитной реакции, и тоже присаживается. Проходит около десяти минут в полной тишине, пока Шарлотта изучает данные, а Сэм и Джеймс просто ожидают, пока она скажет хоть что-то. Но никто не подает голос, а молчание становится просто гнетущим и первым заговаривает Сэм: — Если контроль с помощью таблеток, то, может, просто заменить их на пустышки? — предлагает он. — Нельзя, — глухо проговаривает Шарлотта. После молчания ее голос кажется еще тише. — Нельзя просто снимать ее с препарата, который она принимает весь последний год. Тем более с того, о котором мы мало чего знаем: о влиянии на организм, побочных эффектах, синдроме отмены. Может, она еще относительно в своем уме лишь благодаря ему или вообще жива, — в том же тоне продолжает женщина. — Давайте поступим так. Я знаю кое-кого здесь, он раньше учился у меня и благодаря мне его не выгнали из колледжа, так что, если просьба будет от меня, не будет задавать лишних вопросов. Я заберу у Агнессы пару таблеток, один из вас отвезет ему их, пусть сделает анализ. Тогда можно будет рассчитать, как можно начать снимать с них, если такое будет возможно. — Звучит разумно, — реагирует Сэм и по очереди смотрит на собеседников. — Знаете, я, кажется, понял, почему Феск не пускает ее за руль, — продолжает он. — Агнесса сегодня просто зависла, ушла в ступор, потом не помнила, о чем мы говорили и поверила в первое, что пришло мне в голову. — Такое и раньше было, — заговаривает Шарлотта. — Но после того, что было в ее карте — это нормальная реакция, — продолжает она, закрывает папку и отодвигает от себя, словно та поражена каким-то вирусом. — Поверить не могу, что все это происходит, просто…. Не могу, — после небольшой паузы проговаривает, Джеймс задумывается о том, что решение вынуть пару страниц и фотографий было верным. Тем временем Агнесса оборачивается на голос Ричарда, который недовольно с кем-то разговаривает по телефону, но так и не разбирает о чем идет речь. Вместо этого она снова сосредотачивается на экране ноутбука и решает просто спросить его, когда он закончит разговор. Но долго внимание не держится и, снова задумавшись о чем-то, девушка начинает стучать по панели ноутбука и перестает, лишь почувствовав прикосновение к руке. От него почему-то в мозг поступает импульс незамедлительно одернуть руку, словно от кипятка. — Агнес, ты в порядке? — удивленно спрашивает Ричард, снова тянется к руке. — Ты чего? — Я… не знаю, — тихо произносит девушка и закрывает ноутбук. — Приляг, отдохни, — мягче проговаривает он, убирая все лишние предметы с кровати. — Все хорошо. — Ты уверен? Ричард лишь кивает, прекрасно понимая, что происходит, а именно: встреча и разговоры со Стивом, возвращение в Нью-Йорк, появившейся в квартире Барнс — все дает один большой сбой, который еще сложнее контролировать с исчезновением Бартли. Девушка лишь улыбается и ложится под одеяло, Ричард некоторое время сидит рядом и, убедившись, что она особо ни на что не реагирует, уходит, подумав, что это сейчас для него даже лучше, чем сон. Шарлотта возвращается в квартиру и лишь скептически хмыкает, услышав от Ричарда спокойное «она уже заснула. Присоединитесь к ужину?» — Поела в городе, — спокойно отзывается она и уходит в спальню, радуясь, что выходные уже завтра. Оказавшись в отеле на следующий день, Шарлотта еще колеблется, но видя, с каким удовольствием девушка заворачивается в пушистый нежно-розовой халат и расслабляется во всей этой атмосфере, все-таки спрашивает: — Ты ведь любишь его, Агнес? — серьезнее, чем ожидалось, спрашивает Шарлотта. Девушка удивленно смотрит на бабушку, не ожидая такой смены разговора, и кивает. — Конечно, люблю. Что за вопросы? — непонимающе спрашивает она, продолжая смотреть на родственницу. — Просто… брак — это серьезный шаг. Я не хочу, чтобы ты ошиблась, чтобы пожалела потом. Ты сама знаешь, что я была замужем даже не дважды, и я не хочу для тебя того же. Поэтому… ты уверена? Агнесса вздыхает и устало смотрит на бабушку, поняв, что еще ее беспокоит и, решив использовать момент, спрашивает: — Я знала, что это все не просто так. Почему тебе не нравится Ричард? Что не так? — Он… — вздыхает, поняв, что после всего услышанного язык не поворачивается сказать, что он ей нравится. — Вас сблизила трагедия. Ты уверена, что все это не слишком поспешно? Что вообще произошло тогда в Лондоне? После случая в лаборатории. Куда ты уехала? С кем? Агнесса немного напрягается от такого количества вопросов и неуверенно смотрит на бабушку, задумываясь об ответах на них. — Ты знаешь. Я говорила, — наконец, отвечает она. — Ричард. Не ты. Сначала врачи запретили долгие или подобные беседы, да и ты была слаба, потом ты просто не хотела это вспоминать и мы отнеслись к этому с пониманием, но с твоих слов мы не знаем ничего. Мне все еще интересно, как вы начали встречаться? Что такого произошло, что мне пришлось быть на твоих похоронах. Агнесса замечает, что в конце голос бабушки немного срывается, и подсаживается ближе, обнимая ее. — Я… не знаю, — наконец проговаривает она. — Просто проснулась в клинике. Ричард сказ… — Подожди, — перебивает Шарлотта. — Я знаю, что он сказал. Что ты сама помнишь? Почему ты была в лаборатории в воскресенье утром? Ты туда не собиралась. В субботу ты ходила с Бри в магазины. Потом мы разговаривали в воскресенье вечером. — Не хотела тебя волновать… — протягивает Агнесса, смотря на родственницу. — Предполагаешь? — Я сказала, что не помню! Что за допрос? — громче произносит Агнесса, Шарлотта замечает перемену во взгляде, сужении зрачка и делает пометку в голове, начав обращать на что-то подобное больше внимания. — Я просто спрашиваю, — мягче проговаривает она. — Ты всегда рассказывала мне, когда начинала с кем-то встречаться. А сейчас речь идет о твоем женихе. Я знаю, ты говорила, что он заботился о тебе, заботится, я вижу, как он ведет себя и без твоих слов, но… на этом брак не построишь. На заботе, чувстве благодарности, даже любви мало… Люди — эгоисты. Мы даем, когда и сами получаем, находимся с теми, с кем мы такие, какими хотим быть, с кем чувствуем то, от чего сами теряем голову, о ком хотим думать больше, чем о себе даже в самых тяжелых событиях, с кем чувствуем себя живыми, так, что и другие видят это. Прости, но… может это последствия всего, что ты пережила, но сейчас ты напоминаешь мне куклу, которой если нажать на руку, то она скажет то, что прописано у нее в программе, — заканчивает она. Агнесса теряется в ответе.