Глава 18.
20 мая 2020 г., 09:14
Через десять минут после начала матча пошёл дождь. Не то чтобы этот факт хоть как-то ослабил всеобщий энтузиазм. Все уже привыкли к непредсказуемой шотландской погоде, поэтому прихватили с собой зонтики, дождевики и непромокаемые плащи. У старшекурсников в свою очередь был целый набор различных водоотталкивающих заклинаний.
По истечении получаса счет был 60:50 в пользу «Команды Авроров». Они, наконец, поняли, что «Команда Хогвартса» играет в «забей или умри» и отказались от любого проявления дружелюбия.
Поначалу было слишком заметно, что никто из игроков обеих команд раньше не играл со своими товарищами по команде. В начале присутствовал короткий период мелких стычек по причине перепутанных квоффлов, пропущенных бладжеров, и был ещё случай с Шэрон Пьюси: та на мгновение забыла, что Джинни играла на ее стороне.
Джинни, несмотря ни на что, ставила спорт выше факультетской вражды и миролюбиво показала Шэрон большой палец вверх, давая понять, что царапина на лбу от толчка слизеринки, не была серьезной. Рон тем временем блестяще справлялся, отбивая шквал бросков от охотников-авроров.
Он даже умудрился весело улыбнуться со словами: «Хорошая попытка!», когда охотница Астрид Хаггинс промахнулась, посылая ему очередной квоффл. По какой-то непостижимой причине количество бладжеров, посланных Рону загонщиком-аврором Дональдом Блаем стало возрастать в геометрической прогрессии после этого инцидента. Никто из команды Драко не был удивлен подобным развитием событий.
Спустя сорок пять минут после начала матча (без каких-либо признаков снитча), игра была приостановлена из-за «инцидента» между Драко и искателем от авроров Гаем Таннером.
— Это настоящая пытка, — пробормотал Гарри. Он использовал омниокуляры Невилла, быстро забывая при этом, что должен был делиться ими с соседями.
Мадам Трюк была в разгаре жаркого спора с ухмыляющимся Малфоем в то время, как мадам Помфри щелкала пальцами перед дезооринтированным Таннером.
— Ты имеешь в виду комментарий Луны? — спросила Лаванда. Она была рада, что у нее появился повод надеть свой новый розовый плащ, рассказывая всем о нем в течение последних десяти минут.
— Что не так с ее комментарием? — спросила Гермиона. Они с Невиллом боролись с согнутым черным зонтиком, который судя по потрёпанному виду принадлежал его бабушке. — Луна является второй причиной, из-за которой люди продолжают посещать матчи.
Это было чистой правдой. Помимо травмирующих кровавых разборок и безбашенной демонстрации трюков в воздухе, все с нетерпением ждали истеричных комментариев Луны. Директор школы был большим поклонником ее обзора матча.
Лаванда бросила на нее невозмутимый взгляд и произнесла: — Я удивлюсь, если тебе удастся отпустить предплечье Гарри из своей хватки, чтобы заметить хоть что-то.
— О, — вздрогнула Гермиона. Она взглянула на левую руку Гарри и заметила отчетливые углубления в форме полумесяца, оставленные ее ногтями, — Прости, Гарри.
Гарри, казалось, ничего не замечал. Освободившись от смертельной хватки Гермионы, он встал и начал опасно перегибаться через край трибуны. Гермиона уже собиралась попросить его прекратить суетиться и сесть на место, но Дин опередил ее. Парень с улыбкой крепко схватил Гарри за рубашку сзади.
Гермиона, возможно, поблагодарила бы Дина, если бы тот не подкрепил свои действия словами: — Гарри, как считаешь, если мы опустим тебя чуть ниже, ты сможешь разобрать ругательства Трюк?
— Нет, — рассеянно сказал Гарри, — я немного занят. — Его взгляд, казалось, был сосредоточен на краю леса, а не на поле.
Дождь прекратился, и видимость заметно улучшилась. В такую погоду, стоило ожидать появления радуги в любой момент. Это было бы слишком сюрреалистичным зрелищем. Безобидная радуга посреди грубых воплей, синяков и окровавленных носов.
— Гарри, присядь, пожалуйста. Ты заставляешь меня нервничать, — пробормотала Гермиона.
— На что ты вообще смотришь? Игра там, — напомнила Лаванда Гарри, указывая на небо. Мадам Трюк тут же свистнула в свисток, возобновляя матч. Таннер, по-видимому, пришел в себя без помощи целителей.
— Я ищу доказательства того, что Снейп был не в себе, когда отстранил меня, предполагая, что я нахожусь в опасности, — ответил Гарри.
— Ну, не ты один тревожишься о матче. Гермиона скоро потеряет сознание от беспокойства, — объявила Лаванда.
— С Гермионой все в порядке, большое спасибо! — огрызнулась Гермиона, чувствуя волну раздражения по отношению к Лаванде и ее глупому розовому плащу.
Дин присвистнул: — Кажется, сегодня кто-то встал не с той ноги.
— Тебя не спрашивали, Дин!
Подобное поведение должно было встревожить ее, но Гермиона обнаружила, что ей было все равно. Теперь официально: Малфой извратил ее характер, и она теперь превращалась в монстра. Свидетельство о подтверждении, вероятно, уже было отправлено по почте.
Однако Лаванда была права. Она определенно волновалась не меньше Гарри, и не только из-за постоянно присутствующей угрозы опасности. Девушка попыталась скрыть свою дрожь, скрестив свои ноги и лодыжки ещё сильнее. Ее руки оставались липкими, несмотря на приятный ветерок, который дул через трибуны. Задняя часть ее школьной блузки была насквозь промокшей от пота.
Гермиона чувствовала непрекращающуюся тошноту. Ощущение было схожим с тем, что она чувствовала перед наступлением экзаменов. Причина ее состояния была нетипичной для любой болезни. Содержимое ее желудка, независимо от того, насколько скудным оно было, казалось, связано с тем, что Малфой проделывал на своей метле. Когда он нырял в воздухе, она внутренне ныряла с ним. Когда он взмывал вверх, она следовала за ним. Когда он сделал довольно впечатляющий трюк в воздухе, чтобы избежать Энн Такамары, решительно преследовавшей бладжер, Гермиона почувствовала, что она вращается рядом.
Ощущение, что каждый гол был вопросом жизни и смерти, стало для нее новым и интересным опытом.
Так вот, что Гарри пытался рассказать ей о квиддиче. Жаль, что он не был щедрым на эпитеты и не сумел преподнести ей идею о том, что квиддич — это целая жизнь.
— Это все равно, что тебя тошнит каждые две минуты, но ты не обращаешь на это никакого внимания, — вспомнила она одурманенный взгляд Гарри и его слова.
Ее ответ на это был примерно таким: — Фу.
Ей действительно бы помогло, если бы Малфой просто парил в воздухе на месте дольше секунды, но Гермиона предполагала, что суть игры заключалась не в этом.
Забавно, что все эти побочные эффекты не были упомянуты в книге проклятий Тэллоустаба. Чувствуя себя раздраженной, Гермиона размышляла о том, что было бы благоразумно добавить что-то типа послесловия или написать отдельную главу о ее состоянии. Что-то вроде: Под воздействием Фида Миа человек может испытать каждый чертов самоубийственный квиддичный маневр, предпринятый вторым связанным с ним человеком.
Однако Малфой не был безрассудным ловцом, Гермиона должна была это признать. За эти годы она видела его в воздухе достаточно, чтобы понять, что он, несомненно, был хорошим стратегом.
Боже, она ненавидела летать. Тот факт, что она делала это паршиво, не был определяющим фактором. Ну, ладно, он был... немаловажным. Все началось с первого дня занятий по обращению с метлой на первом курсе.
Она наблюдала, как метла Гарри реагирует на него, словно ласковый щенок на любящего хозяина. Рон не сразу созрел в своем мастерстве, но в итоге все равно стал мастером по полетам. Осознание того, что есть что-то, чем она не может овладеть в совершенстве, независимо от того, сколько исследований она в это вложила, приводило в замешательство.
Часто Гермиона задавалась вопросом, связано ли это с тем, что она была магглорожденной. Но если это было так, то как объяснить Гарри и его удивительный талант управления метлой?
Однако ее эго предпочло опровергнуть это объяснение, отметив тот факт, что Гарри по сути был не совсем обычный магглорожденный подросток, и поэтому это не считалось.
По мнению Гермионы, самым быстрым способом добраться из точки А в точку Б была прогулка пешком. В противном случае, всегда был велосипед. Для более педантичных людей существовал автобус, поезд, трамвай и такси, не говоря уже о самолете или аппарации. Зачем летать на метле, если можно спокойно прожить без полетов на ней?
— Жареные орешки с мёдом? — спросил ее Невилл. Он протянул ей коричневый бумажный пакет. Гермиона повернулась к нему и моргнула. Его теплая, дружелюбная улыбка немного успокоила ее нервы. — Моя бабушка сама их приготовила.
Она пробормотала благодарность и взяла горсть. Орешки дали ей повод занять свои руки.
К счастью, все остальные были слишком поглощены матчем, чтобы заметить, что Гермиона провела треть игры с плотно закрытыми глазами.
Профессор Макгонагалл чувствовала небольшую вину за своё решение по назначению основного комментатора, отказав в этом Блейзу Забини. Толпа слишком любила комментарии Луны Лавгуд, но все же было необходимо назначить ещё одного человека, чтобы помочь ей, когда она находилась в сильном волнении.
Обычно именно Макгонагалл осторожно толкала девушку под ребра, чтобы вернуть ее в верное русло, но, учитывая, что это был товарищеский матч, она взяла на эту роль мистера Забини, который был слишком увлечен квиддичем.
Жаль, что директор вернулся в Лондон по делам Министерства. Он захотел бы присутствовать на этой игре. В данный момент Макгонагалл отметила, что обычно спокойный староста мальчиков выглядел готовым задушить мисс Лавгуд.
— Еще один гол от Джинни Уизли! Квоффл прошел мимо крупного парня с редкими волосами и бедрами, похожими на мощное дерево. У Хогвартса уже шестьдесят очков. Должна сказать, что Рональд Уизли прекрасно справляется со своими обязанностями и даже не замечает, как многое от него теперь зависит. Никакой нервозности, тошноты или волнения. Ооо! Какой интересный бросок от нашей Шэрон Пьюстли! Она и в правду хороша, не так ли?
— Пьюси, — слишком терпеливо поправил Блейз. — Ее имя Шэрон Пьюси. И это угандийский вращающийся бросок.
— Леди и джентльмены, как мне сообщил мой очень знающий коллега-комментатор Мистер Забини, который выглядит очень стильно в своем черном плаще с гербом Слизерина, так подходящем к его волосам и глазам...
У ближайшей трибуны старшекурсники из Пуффендуя начали издавать передразнивающие звуки в сторону комментаторской будки. Блейз сделал все возможное, чтобы сохранить своё спокойствие, периодически кидая на них смертельные взгляды.
— Но у нас по-прежнему никаких признаков появления снитча. Малфой и Таннер внимательно следят за этим. Уверена, он скоро появится. Смотрите-ка! Невилл Лонгботтом машет мне. Кстати у него с собой прекрасные медовые орешки. Я попробовала их перед игрой, и они просто чудесны. СПАСИБО БОЛЬШОЕ, НЕВИЛЛ! — Луна помахала ему в ответ.
Из толпы раздались смешки. Гермиона утешительно сжала руку Невилла, когда он схватил свой сверток с орехами и пытался провалиться сквозь землю.
Между тем произошёл сильный удар по воротам «Команды Хогвартса», и Рон чуть не свалился с метлы, пытаясь не пропустить гол.
Блейз стиснул зубы.
— Лавгуд, следи за игрой...
Луна вернулась к своим обязанностям.
— Уизли поймал его!
— ЭТО НЕ ТАК! — вмешался Блейз, выглядя уже разъяренным. — Да будь ты внимательной, в конце концов!
После этого последовала небольшая перебранка между комментаторами, которая была прервана раздраженной речью профессора МакГонагалл.
