Очень сладкая вишня.

Сегодняшний вечер в этой квартире был вечером сборов. Каждая вещица, одна за другой, укладывалась на свое место в чемодан. Как сказал Пингвин « Завтра утром с вещами приходи в клуб»… Чемодан почти собран. — Ты уверен в этом? , — послышался голос из-за спины. — Вот не надо только, хорошо? Теперь я здесь главный, мне решать, что делать… — улыбнулся Эд, компактно складывая брюки к рубашкам, — Я стал еще ближе к сердцу Готэма. Я смогу стать кем-то… более сильным. — Ты считаешь, что сумеешь с ним управиться? Думаешь, он так просто пустит тебя к себе? Станет тебе другом? , — эхо не успокаивалась, но Загадочника сложнее сломить, чем суховатого Эда Нигму. — Мне не нужны силы, чтоб с ним управляться. Он уже стал подпускать меня ближе. Месяцы труда дали свои плоды… Да и ты прекрасно знаешь, что дружбы не существует. Я хочу… Наставника. Партнера. Того, кто сможет дать мне почву для возрождения, — мужчина развернулся к зеркалу, глядя своему отражению в глаза, — ты всю жизнь меня сдерживал, прятал! И сейчас, когда я, наконец, вышел… Я не позволю тебе показаться даже на миг.

«Уверен?.. Ты ведь до этого меня не слышал и не видел…»

Новый Эд понимал, насколько его светлая сторона права. Внутри стали появляться теплые чувства по отношению к мист… к Освальду. Это все делает Эд. Эд Нигма питается этой слабостью, затаскивая Загадочника вглубь себя. — Я все равно не позволю тебе выйти! Даже если Кобблпот станет моим другом, что абсолютно невозможно, я никогда не выпущу тебя! Ты всю жизнь… Сдерживался. Страдал. Принимал обиды и мучения. А ведь достаточно было просто позволить мне вдохнуть в тебя жизнь, идиот! , — кулак врезался в отражение, оставляя множество трещин. По зеркальной поверхности потекла капля крови, а на лице Загадочника нарисовался жестокий оскал. — Моя потребность в получении силы… А не в дружбе. Стоило убрать кулак, как куча осколков посыпались на пол, разбиваясь на еще большее количество. И больше, и больше… — Когда ты, якобы, любил… Ты лишь рассчитывал на то, что тебя кто-то пожалеет, Эд. Ты был лузером, которого никто не любил. Какого было жить в вечных издевках! Страдая от дефицита внимания! Страдая от того, что все видят в тебе кого-то отвратительного и бесполезного?! , — Нигма уперся лбом в окно, которое открывало широкий вид на город. Все та же вывеска, которая была прямо перед окном, освещала лицо Эда.

« Я любил ее…»

— Любви не существует, это даже ребенок знает. Ты просто слабак… , — мужчина улегся прямо в одежде на кровать и медленно засыпал.

«Зови меня Освальд?»

«Дружбы не существует»

«Какого было так жить, Эд?!»

— Твою мать! , — пока Эд отбивался от своего же голоса, почувствовалась боль в спине. Кажется, движения были слишком резкие и тот просто свалился на пол, — о, боже… — Доброе утро, соня! , — послышался звонкий женский голосок, больше схожий на подростковый. Что делает ребенок в его квартире? — - Мпф., — Нигма протер сонные глаза и увидел перед собой рыжую девушку, которая восседала на его чемодане, — ты кто такая? — Оу, меня зовут Айви Пеппер! Я от Пингвина, — махнула девчушка, оглядываясь на интерьер, — А вот ты либо слишком смелый, либо очень глупый. — Ч-что?! , — от возмущения, мужчина резко вскочил и начал поправлять свою одежду, — в честь чего это вдруг?! — А если бы вместо меня тут была Барбара Кин, м? А у тебя на двери самый обычный замок и, как вижу, нигде нет ни пистолета, ничего… Ну разве что, нож, которым я тебя могла заколоть, а? , — на лице была позитивнейшая улыбка, все вышесказанное было явно прямым полетом мысли. — Думай, что говоришь, а? Барбара бы не сунулась сюда, люди Осва… — Я тебя умоляю, это же Сирены! Погоди… Ты назвал Пингвина — Освальдом? , — девчушка зажмурила глаза и подозрительно посмотрела на Эда, — ты и во сне его имя говорил. — Ч-чего?! Сколько ты вообще тут сидишь?! , — на лице появился легкий румянец, Нигма не ожидал от себя подобного, уж ни разу. Быстрей он скормил бы себя пираньям, чем выговаривал во сне чье-то имя. Тем более, имя своего хозяина. — Ну, часа три или четыре. Я не считала, — зазвонил телефон. Пока Эд пытался сообразить, чей и где, Айви ответила на звонок. — М? Да, уже спускаемся! , — девушка развернулась к перепуганному, разлозмаченному Эду, который совершал последние жалкие попытки придумать оправдание, — Это ж как ты понравился Освальду, что ещё и жить у него дома будешь… — Я? Погоди, ты не так все поняла, — оправдания сливались с губ рекой, однако, Айви даже не сомневалась в своих словах, что очень бесило Эда. Перед домом стоял черный автомобиль, из окна которого выглянула улыбающаяся голова,: — Полезай, соня! , — брюнет скрылся в машине, а дверь приоткрыл водитель. — Да, Освальд, — имя еле выговаривалось шепотом, а на лице Нигмы возникла непроизвольная улыбка, которую тут же заметила Пеппер. — Садись, счастливчик! , — рыжая хлопнула Нигму по спине, сама же направилась к переднему сиденью. — Черт, а-а-а… , — мужчина закатил глаза и все же сел в авто. Пока чемодан укладывали в багаж, Эд располагался в темном кожаном салоне, осматривая каждый миллиметр. Оу, кажется, на месте водителя есть небольшая дырочка. Как не практично. Нигма чувствовал, как Освальд просто добивает его глазами. Как он сверлит его, наслаждаясь процессом, словно издеваясь. — Освальд, а куда именно мы едем? , — пришлось повернуться к Пингвину лицом. В горле пересохло, вряд ли он мог представить, что сможет называть Короля Готэма по имени. Когда губы Кобблпота зашевелились, транспорт наконец тронулся. — Мы едем ко мне домой. Там ты будешь жить вместе с Мартином, — Оз завалил ногу на ногу, отчего обтягивающие брюки обволакивали красивые колени. Начищенные кожаные туфли были дороже Эда целиком, что уж говорить о костюмах, что делались на заказ. — Слушай… Освальд, — как же трудно было сказать это имя, — я забыл вчера спросить. А сколько ему лет? — Восемь, нормальный возраст! Мальчишка хороший, только весь в папу, — ответила Айви, поворачиваясь к задним сидениям. — Айви, уйди! Он прекрасный мальчик! , — «весь в папу», как по больному. — Конечно, я и не спорю. Только он так сильно к тебе привязан, что остальные ему до лампочки, Оззи, — буркнула Пеппер, поправляя свои густые рыжие волосы — Никогда не зови меня так, — взгляд снова сделался привычным, грубым и чёрствым. Загадочник внутри ликовал, когда видел подобное лицо, но сам Эд уже давно бы штаны перепачкал. Дорога была спокойной, но очень долгой. Освальд сидел, уткнувшись лицом в стекло. Безэмоциональное лицо стало ещё более трупным. Лишь нос и губы отдавали яркой краснотой, можно было бы подумать, что мужчина просто замёрз на улице насмерть. Только он живой. Нигма обеспокоился, слова Айви немного насторожили. Нужно иметь ангельское терпение, что б справится с ребенком, который воспринимает в качестве авторитета только отца. — Мистер Пин… — ну никак в разуме Эда не укладывалось это " Освальд «. — Эдвард, Эдвард, Эдвард. Я же просил, Ос-вальд, м? , — разочаровался брюнет. — Да, прости. Освальд, а вот на счёт знаний мальчика. Какой уровень? , — было страшно спрашивать, Пингвин был явно несколько подавлен. Больно знакомо это выражение лица. — Читает книги не по возрасту, интересуется танцами. Когда я играл ему на фортепиано, тоже пристрастился к нему. Я смог научить лишь чему-то базовому, из-за… , — сквозь зубы, — отсутствия времени. Однако, он обучаемый. Даже очень. Несмотря на отсутствие речи, с ним легко контактировать. А вот это уже новый сюрприз. Казалось, что сегодня какое-то Рождество и на Эда валятся сюрпризы один за другим. — То есть как, отсутствие речи? , — да, вопрос был глупый, тем более, для Загадочной стороны Эда, но уместный. — Он не говорит, как я понимаю, от рождения. Но у него на шее, — Освальд пальцами обвел свою шею, изображая на грудине нечто прямоугольное, — есть блокнотик. Там он пишет все, что хочет сказать, спросить или показать, — наконец, висок отлип от стекла, а тело развернулось к Эду, — ты найдешь с ним общий язык, ты же не дурак. Эдвард и Освальд заулыбались, пока Айви отвлечённо хихикала впереди. Наконец, до обоих дошло, как выглядят они со стороны, поэтому Кобблпот снова прилип к стеклу. Эд лишь переглядывался с Айви через зеркало, пока та хитро улыбалась. Наконец, машина остановилась. Пока водитель открывал дверь Пингвину, Айви поспешила помочь Нигме, только тот не совсем был рад ее помощи. Когда интерес к Айви пропал, взгляд Эда устремился на большой особняк, который сам по себе являлся одним громадным антиквариатом. Вокруг все засыпало толстым слоем снега, была лишь выведенная каменная дорожка. — Здесь очень красиво к лету, все зеленеет, — Айви принесла чемодан к ногам Нигмы и стала завороженно смотреть на дом, — он полон старья и хлама, но Оззи никогда не выбросит ничего. Позади послышался хруст снега и голос: — Ещё одно «Оззи», я тебя своими руками закопаю! — Не закопаешь, сейчас земля, словно камень. Сил не хватит, — ее подростковые жизнелюбие и оптимизм бесили и забавляли. Особенно забавляла реакция Пингвина, который чуть ли не подпрыгивал. У выхода показались две девушки в униформе. По всей видимости, это горничные, что были достаточно милыми. — Мистер Кобблпот! Мы вас ждём! Освальд улыбнулся и пошел к дому. Вообще, он ценил своих служащих, если они исправно делают свое дело. Если они ему ничего не должны, если хорошо себя ведут, то получают соответствующее отношение. В каком-то смысле, Кобблпот справедлив. Водитель пронес вещи вперёд, а Айви потащила Эда в дом, схватив за пальто. Стоило зайти внутрь, как тепло от горящего камина и приятный запах выпечки тут же окутал каждого, кто вошёл. Эд снял с себя пальто и повесил на вешалку, старательно изучая каждый предмет интерьера. Одна столовая, которая была видна через большую арку, вызывала восхищение. Резные стулья, стол, покрытый дорогой скатертью, в середине хрустальная ваза, в которой был виден силуэт журавля, а в самой вазе цветы. Красивые, живые розы, пылающие ярким алым цветом. Освещение от горящего камина делали их только ярче, горячее. Послышались быстрые шажки, в сторону всех новопришедших бежал кудрявый мальчишка, чья кожа была столь же бледная, сколь у его отца. Мгновенно маленькие ручки обхватили Освальда, с которого горничная снимала пальто. — Ма-артин, дорогой, — Кобблпот быстро избавился от одежды, что с него снимали и обнял юного Кобблпота, — покажите ему дом, — мотнул головой Освальд, после чего увел мальчика в гостиную. — Да, господин! , — ещё одна рыжая девушка. Неужели у Пингвина мания на рыжину? Айви убежала на второй этаж, видимо, она очень часто бывала в этом доме. За ней же понесли вещи Эда. — Эм, ну… С чего бы начать, — начала юная особа, теряясь в пространстве и немного покраснев. — Ну, может, с имени? Как Вас зовут? , — Нигма поправил рубашку, ворот которой торчал и не хотел выпрямляться. — Меня зовут Кристен Крингл, я гувернантка в этом доме. Однако, из-за… Небольших сколок с юношей, стала нуждаться в помощи. Приятно, что здесь прибавилось мужского населения, — хихикнула мисс и вопросительно посмотрела, — а Вас как зовут? — Я Эдвард… Нигма, — обаятельная улыбка Эда заставила заново спуститься Кристен, которая тут же стала подбирать слова и предлоги для начала небольшого экскурса. — Ну, что ж, Эдвард! Пройдёмте… Само поместье было внушительных размеров. Казалось, что это всего лишь пара этажей, но множество пристроек и потайных ходов тут же увеличили протяженность здания. Снаружи казалось, что дом несколько заброшен. И нет, это не от плохой работы, а из-за стилистики и характера. Дом темен, загадочен, имел своих скелетов и призраков. Сухие ветки, что окутывали пристроенную башенку, явно были основным озеленением во время оттепели. Холодные коричневые оттенки смешивались с чем-то бордовым, а арки, что украшали террасу на первом этаже, добавляли темную глубину. Внутренняя отделка выдержана в более темной гамме, где преобладала темная лазурь. Золотистая вышивка украшала богатые плотные шторы, которые охватывали окна и стены. Несмотря на свою антикварность, дом не пах стариной. Это был обычный, уютный и добротный запах, приятный и теплый. В гостиной красовался большой камин, откуда виднелось яркое алое пламя. Обоняние уловило тлеющие дрова и, смешавшийся с ними, привкус кофе. Возле дивана стоял большой меховой пуф, в котором уже была продолговатая вмятина. Явно, нога Кобблпота отдыхает именно здесь. На кофейном столике красовалась пустая чашка и книга с ярко-красной закладкой, свисающей вниз. Весь этот пейзаж освещал не только огонь, но и старинные настольные лампы с абажуром, что приятно было бы поразглядывать на досуге. Один ковер, который ведет темной дорожкой из комнаты в комнату стоит здесь, как четыреста почек Нигмы. Освальд был лучшим лицом этого места. Огромные погребы, широкая кухня, протяженная столовая, а главное — огромное количество семейных портретов над тем самым камином, который виднелся аж со входа в дом. Центром галереи являлся портрет, что был подписан, как «Элайджа Ван Даль». Если бы не схожая внешность, то вряд ли можно было бы понять, что это прямой родственник Кобблпота, а именно, отец. Вокруг было немало сервантов, а за стеклами стояли фотографии семьи Пингвина. Раз за разом появлялся лик матери. Чистая, светлая улыбка украшала лицо Освальда, с самого детства. Школьные фото были несколько другими, Кобблпот стал приобретать свой нынешний взгляд. Но очарование матери никуда не пропадало, до самого последнего фото. Лишь только когда Кристен повела Эдварда на второй этаж, до последнего дошло, что на фотографиях, где присутствует отец, остальные члены семьи оборваны. Второй этаж начинался широким коридором и несколькими поворотами, создавая небольшой лабиринт. Если бы у Мартина здесь были друзья или братья\сестры, лучше места для пряток не найти. Мисс Крингл указывала на комнаты, которые шли в определенной последовательности. Первой и обособленной комнатой была спальня самого господина этого дома. Дверь была открыта, а внутри была горничная с небольшой лейкой в руках. Пары секунд хватило, чтоб очертить спальную комнату Освальда взглядом и прийти к выводу, что это явно лучшая комната в доме. Однако, в детали вдаваться не удалось, рыжая леди повела Эдварда дальше, указывая на спальню воспитанника и его самого. — Ну, а здесь Ваша комната, рядом с Мартином. Место вполне удобное, подальше от спальни нашего господина, — Крингл сложила руки перед собой и, украдкой, поглядывала на Нигму. — М? А что, ваш господин слишком шумный? , — посмеялся Эд, опершись о стену. Кристен правда была симпатичной. Рыжие локоны были убраны в высокий хвост, позволяя видеть миленькое личико целиком. Взгляд был скромен, но выразителен, а очки, что она постоянно поправляла, лишь добавляли вкусовых ощущений. От всего вышеописанного Эд лишь прикусывал губу и вслушивался в каждое ее слово. — Да нет, просто… Периодические приступы истерии и паранойи. Они, иногда, мешают, — она пожала плечами. — Эд! Где ты там?! , — с первого этажа послышался голос Кобблпота, — иди в гостиную! — Эм, я пошел. Освальд зовёт, — Нигма послушно поспешил к лестнице вниз. — Освальд? , — казалось, что удивлённые глаза Кристен сейчас выскочат сквозь стекло очков, — он позволил звать себя Освальд? Эд лишь мило улыбнулся и спустился вниз, оставив девушку наедине с ее замешательством. Мужчине ничего не стоило выучить дом за этот промежуток времени, отчего в одно мгновение он уже стоял в гостиной, прямо перед восставшими на диване Мартином и Кобблпотом, что явно находились в процессе разговора. — Так вот, Мартин. Давай все-таки договоримся, ты должен меня понять. Я бы очень хотел постоянно быть здесь, с тобой. Стать твоим прямым учителем, но… Я не могу. Я должен быть там, в Готэме, — ладонь Освальда гладила мальчика по волосам, что цеплялись за пальцы из-за кучерявости. — Это — Эдвард Нигма. И ты должен впитать все, что он будет тебе давать, м? Это моя просьба, — он взял руку Мартина в свою и прижался к ней губами, — я верю, что ты сможешь. Ты умный мальчик, ты мой мальчик. Мартин стал писать что-то в своем блокноте и показал это Кобблпоту, в ответ лист был вырван и припрятан в карман Пингвина. Мальчик подал ему ручку, как Освальд что-то незаметно написал в середине блокнота и скрыл из виду. Это было что-то сакральное, личное между ним с Мартином. Пингвин встал и подошёл к Нигме, пряча мокрые глаза. — Знакомьтесь, я пойду к себе… — он медленно зашагал к лестнице, где его встретила Айви. Девушка помогала Кобблпоту подняться, придерживая за руку. Сейчас глаза словно обманывали Нигму. Это не Пингвин, это Освальд. Тот, кого он позволил увидеть. Под толстой шкурой криминального короля прятался очень нежный человек, который с осторожностью открывается людям. Теперь неудивительно, что при отказе он должен был бы умереть. Этого не должен видеть простой смертный, кто-то непроверенный. Ведь стоит об этом всем прознать Софие, все могло пойти к чертям. Мартин сейчас пугал больше, чем Пингвин и София вместе взятые. Эти невинные темные глаза выражали большое ничего. Как подойти к такому мальчику, к сыну Освальда? — Что ж, давай знакомиться? , — Эд присел на корточки перед Мартином. Мальчик одобрительно кивнул и немного улыбнулся. И как этот ангелочек может портить чужие жизни? Хотя, чего только не может сделать ревность. — Давай пообщаемся за чашкой чая? , — Нигма протянул руку, чтоб увести в столовую, но Мартин сам встал и ушел в сторону кухни. Это должны были быть сложнее деньки. Крепись, Эдди, это надолго.

" Посмотри, во что ты ввязался?! Один косяк — мы труп»

— Не мешай мне, кретин, — хорошо, что никто этого не слышал. Эд снял с себя пиджак и, удерживая его на предплечье, направился вслед за своим будущим учеником. Что бы не сказал Эдвард, это все выходило боком. Мартин в открытую чуть ли не посылал его одним взглядом, а в блокноте не сделал ни одной записи. На контакт просто невозможно было пойти. Когда Нигма сделал обоим по чашке чая, казалось, что, может, хоть здесь мальчик пойдет на уступки. Но вместо этого чашка медленно отодвигалась к краю стола. — Не стоит, Ма., — не дав даже говорить своего имени, вредина Мартин просто скинул посуду на пол. Раздавшееся эхо разбитой керамики тут же подняло на уши горничную и гувернантку вместе.

" Тихо, это всего лишь ребенок "

Как ни странно, Эд послушался самого себя и убежал в уборную. В зеркале его уже ждала его вторая часть, которая очень осуждающе выглядывало из-под очков. — Ну что, доволен? И где твой «Освальд»? — Он не мой, просто… Планы несколько поменялись! Мне нужно стать ближе к мальчишке, чтоб завоевать доверие… Как ты не понимаешь, — пальцы сжались в привычном положении, напоминая жест «Ok», а на лице образовался оскал. — Сам ты с этим не справишься. Это тебе не взрослый человек, это ребенок. Вот если бы я… — отражение начало издалека. — Нет, не мечтай. Я справлюсь с ним, он же ребенок. — Не забывай, чей он ребенок, — конечно, второй Эд был прав. Тут не справишься только одним умом, здесь нужно что-то более тонкое. То, что может Эдвард Нигма, а не Загадочник. — Твоя гордыня не доведет до добра, тебе нужна моя помощь… — после этих слов Загадочник резко развернулся и еле сдержался, чтоб не закричать. Нельзя просто взять и признать свою неправоту, не в его стиле. Мужчина вышел из уборной, столкнувшись носами с Кристен. — Сложно, да? , — девушка явно жалела его, — Тебе нужно время, правда. Он привыкнет, ты тоже. Нужно лишь… Подождать. — Неважно, человек ты или нет, меня не покинешь, узнав мой секрет. Что я? Кристен замешкалась, а после игриво улыбнулась, убирая лишнюю прядь волос за ухо. — Это… — Дом. Мартин понимает, что это его дом. И что он легко может меня отсюда вышвырнуть своими придирками. Но мы не сдаемся, а движемся вперёд, — вновь эта обаятельная улыбка, которая заставляет кровоток остановиться. Кажется, мисс Крингл правда испугалась и смылась из виду. Эдвард поспешил наверх. Ступеньки через одну скрипели и немного выводили из себя, стоит об этом рассказать тому, что заведует сохранности дома. — Эд, ну как ты, уже подружился с Мартином? , — Пеппер светилась, как и до этого. Только что-то сейчас в ней было не так. Оба встали поперек лестницы и мило улыбались. — Скажем так, это очень непростой случай. Но не безнадёжный, — Нигма хлопнул ладошками и тут же начал понимать, что именно в Айви не так. Потрёпанные волосы, помада стёрта. А на шее виднеются красные пятна… Что? — Что ты так смотришь на меня? , — девочка была такой беззаботной, а мужчина задумался, сколько же лет этой рыжей леди… Восемнадцать? Девятнадцать? — Вы ведь с Освальдом не…, — язык сейчас просто не поворачивался произнести это слово. Сколько ещё сюрпризов принесет ему этот дом? — Ну да, и что? Такому мужчине, как он все время нужен отдых. Я помогаю ему не только в делах, но и расслабляю… — Айви будто гордилась собой, а для Эда это выглядело так: " Я счастлива быть подстилкой Пингвина». Мужчина сморщился от отвращения и поспешил удалиться, но, напоследок, юная особа схватила Нигму за рукав, потянув на себя и прошептала: — Между прочим, он очень хорош в постели. Для Эдварда это было мощным пинком по зад и, под аккомпанемент хихиканья Пеппер, Нигма унесся на второй этаж. Когда появилось желание узнать Освальда ближе не было и мысли о постельных партнёрах. Тем более, столь юных. Мужчина даже позабыл, зачем шел наверх. Ах, да. Поговорить с… Пингвином. О Мартине. — Освальд, я могу зайти? , — Эд пару раз постучал в дверь и услышал одобрительное " Входи» Вся спальня Кобблпота пропахла его парфюмом, словно тут полки и полы протираются этим флаконом. Возле постели красовались столики с резными ножками, а над изголовьем красовалась большая картина с осенним пейзажем. Сам Освальд расположился у туалетного столика, размазывая крем по своим рукам. — Что-то хотел? , — тело покрывал расписной халат с золотистой отделкой, а со стопы свисал домашний тапочек. Каким вообще был настоящий Освальд Кобблпот? Погрязнувшем в деньгах и роскоши? Чутким и добрым? Или же скрытым, непредсказуемым и истеричным? Или же… Что-то ещё? — Я, ну… Я на счёт Мартина. Он очень хороший мальчик, только хотелось бы… — Чтоб он был менее капризным? , — Освальд встал, не отрываясь от своих рук, — подойди ко мне, Эд. Неуверенными шагами Нигма подошёл к Освальду, от которого пахло чем-то очень приятным. Кажется, это этот крем. — Смотри. У меня есть Айви, у которой есть способ сделать его более послушным. Но я хочу, чтоб он сам дошел до этого. Чтоб он сформировался со временем… С моей помощью. И с помощью тех, кому я доверяю. Эд, — Освальд взял за руку своего собеседника и очень проникновенно посмотрел на него, — Я хочу тебе верить. Я доверяю тебе самое дорогое, что у меня есть, что у меня осталось. Я не знаю, почему, но я уверен, что ты справишься. Я прошу лишь преданности. Это не так много, не находишь? — Да, Освальд. Я согласен. Просто… Я хотел поговорить о нем. Узнать побольше. Сложно сформировать что-либо из неизвестного. Брюнет закивал и вдумчиво посмотрел на картину, что висела над его ложем. — Сегодня Мартином будет заниматься мисс Крингл, а я расскажу тебе о Мартине поподробнее. Все, что я смог понять и узнать за это время. — Это чудесно, — Эдвард заулыбался, ведь что может быть лучше? Освальд сам предложил ему нечто, что позволит стать ближе, узнать какие-то подводные камни. — А теперь оставь меня, я позову тебя сам, — любезно улыбнулся Король в Халате и сел на кровать. Нигма вышел и бодрой походкой направился в свою спальню, которую в гуще событий даже не успел рассмотреть. К слову, ещё и вещи не разобрал. Комната была явно не худшая, большое окно, словно в своей родной квартире, украшало это место, а плотные темно-шоколадные шторы были прекрасным обрамлением. Небольшая постель с огромным количеством подушек так и зазывала к себе, но в первую очередь нужно разгрести чемодан. Дверь плотно закрыта, можно начинать. В шкаф, что располагался недалеко от входной двери, стремительно понеслись вещи Эда, а сам чемодан уместился наверху. Только сейчас Эдвард обратил внимание на лёгкие трещины возле потолка, возле швов дверных проемов и кое-где у плинтуса. Мягкие подушки быстро примагнитили тело Нигмы, которое уже отдыхало на кровати. Ах, сон сейчас был бы кстати, однако послышался лёгкий стук в дверь. — Ох, ну за что мне это? , — топая босыми пятками, Эд открыл дверь, перед которой стояла перепуганная Крингл с чашкой чая и кусочком пирога. — Э-эд, простите. Я вам чая принесла и перекусить. Только из духовки, — маленький презент. Яркие зелёные глаза кокетничали, притягивали, а слегка трясущиеся руки выдавали волнение с потрохами. — Оу, это мило. Спасибо большое, — мужчина неловко обхватил чашку с блюдцем и поставил на ближайшую поверхность в виде комода. Неловкая пауза не скрашивала момент. Внутри Эда снова начиналась демоническая конвульсия. — Эдвард, Вы очень… Странный человек. — Отчего же? , — в руках оказалась чашка, которую преподнесла мисс, губы прижались к кайме. — Вас сюда, под предлогом смерти, притащили и запрягли делать далеко не любимое дело. Вы же улыбаетесь, по вам видно, какое удовольствие вы испытываете. Ваши действия и взгляд вызывают недоумение… Скажите, какая реальная причина Вашего приезда сюда? — Вы всегда были Кристен Крингл, мисс Крингл? , — загадочно ухмыльнулся Эд, делая ещё один глоток. — Я. что? Я не понимаю суть вопроса, — кажется, девушка сделала шаг назад. — Не затуманивайте себе голову, я рад, что нахожусь здесь. Кстати, чай вкусный, спасибо, — ещё глоток. — М-мне пора, — частый стук каблуков ушел вместе с самой мисс, а Эд снова прихлопнул дверью. — Зачем ты ее пугаешь, дурень? , — послышалось из-за плеча. — Сам ты дурень, она сейчас будет мешать. Хотя, чаёк и правда вкусный, — улыбка не сходила с лица, — Тебе все равно ничего не светит с ней. — Все равно, она очень милая. Неужели ты хочешь, чтоб она нас боялась? — Более чем, как ты ещё не понял, — пятой точкой Эдвард нащупал кресло и принялся за пирог, — Ты и правда идиот. Она тебя только что странным назвала, а ты уши развесил. Ты для нее мусор. — Я для нее такой же псих, как Пингвин, тебя это удовлетворяет?! — Более чем, мой друг. Более чем. А снегопад не прекращался. Крупные хлопья за окном опадали медленно, переходя в большой морозный танец. А как увлекательно наблюдать за происходящим к ночи, когда каждая снежинка отливает синевой, лёгкой и непринуждённой смутой покрывает белесую субстанцию. Конечно, любопытство Нигмы никуда не пропало и не собиралось пропадать, поэтому мужчина решил немного прогуляться по дому, оценить обстановку. Коридор приятно освещали слегка тускловатые светильники, один из них раздражающе мигал. Тот, кто заведует домом, паршиво выполнял свою работу. Заглянув в спальню к Мартину, глазу предстала интересная картина. Мальчик уже лежал в постели, ему уж точно пора спать. Его взгляд устремлён в блокнот, где он что-то долго пишет. У книжного шкафа тусуется Кристен, подбирая нужную литературу на ночь. Обернулась она лишь на стук маленького Кобблпота, который протянул ей листок с новой записью. — Нет, Мартин. Я не должна тебе читать такие книги, ты ещё мал для такого. Ответ, конечно, не устроил юнца. Но спорить было бессмысленно. Чувствовалось, что Крингл воспитывала его, как слишком среднестатистического мальчика, забывая о его положении. В руках она держала что-то детское, яркое и, уж точно, поднадоевшее. — А что бы ты хотел, чтоб тебе почитали? , — Эд сделал шаг вперёд, уж больно было интересно, от чего отказалась мисс. — Мистер Нигма, ему правда рано ещё такое читать. Я не позволяю ему брать эти книги, но он все равно берет их у отца, — звучало, как оправдание. Мол, все папа виноват. — Можно почитать, что ты хочешь? , — Эд протянул ладонь в ожидании листочка, который мальчик отдал Кристен. Конечно, девушка отвернулась в отрицательной позе, а Мартин радостно закивал. В глазах появилась надежда на то, что ему могут позволить сделать то, что он хочет. На блокноте быстро нарисовались слова «Цементный Сад». Выражение лица Эдварда было не передать, уж слишком специфичный выбор был у мальчика. Книга была с невзрачной обложкой, поэтому скинуть все на яркость и цветастость было бесполезно. — Ты уже начинал ее читать? Мартин стал кивать и умоляюще смотреть на Эда. Крингл же готова была рвать и метать, ее не удовлетворяли подобные интересы ее воспитанника. — Я почитаю тебе, пусть мисс Крингл отдохнёт, — возможно, сейчас это звучало, как издёвка, однако в эту минуту Эдварда максимально сильно интересовал Мартин. Это далеко не банальный восьмилетка. Несмотря на то, что Кобблпот он не от рождения, в нем уже была огромная часть названого отца. Кристен пыталась что-то сказать, возразить, но голова не воспринимала ни одного слова. Это более чем выбесило мисс, отчего та просто вынеслась из комнаты. — Где ты остановился? , — вероятно, если прочитал лишь страничку, он и не думает, что его там ждет, однако, ожидания не оправдались. Книга была прочитана уже больше, чем на половину. — Слушай, Мартин. А понятия, что ты тут . встречаешь. Откуда ты узнаешь их значения? , — ну вряд ли этот мальчик просто пропускает подобные вещи мимо глаз. Конечно, так и есть. Кудряш указал на словарь, который держал под подушкой. Там было огромное множество закладок из сложенных листочков, что явно раньше находились у него на шее. Делать нечего, Эд переспросил, где именно закончил его ученик и начал читать. Он помнил этот роман, что в свое время успел поразить юный ум Нигмы. Специфичные повороты событий не улучшали положение мыслей в голове, а лишь ухудшали, заставляли думать не о том. " Он выглядит грустным, не думаешь? " Эд лишь помотал головой, не отвлекаясь от прочтения реплик. Несколько таких «приступов» дали свои плоды, мальчик положил руку на книгу, что удерживал Эд и показал свой блокнот, где красовалась новая запись. «С кем ты говоришь?» — Т-ты… Ни с кем. Это небольшое расстройство после переезда, мой друг, — Загадочник шикарный актер. Вот только сам Нигма не был доволен происходящим.

" Мальчик боится тебя "

Нигма захлопнул книгу. Дыхание стало более тяжёлым, губы не смели смыкаться. Кажется, спокойствие начало подходить ближе, Эд расслаблялся. — Мистер Нигма, вас зовёт господин Кобблпот, — постучалась одна из горничных. Из-за ее спины тут же вылезла Кристен, радостно улыбаясь. — Я почитаю тебе завтра, хорошо? , — Мартин широко улыбался. Кажется, впервые кто-то, кроме отца, прислушался к его мнению. Как ещё он не подставил эту Крингл, которая явно не была симпатична мальцу. Пожав друг другу руки, Эд скрылся, прихватив с собой книгу, дабы рыжий Гитлер не спрятал его снова. Мужчина быстрыми шагами спустился вниз. Взгляд тут же увидел Освальда, которому одна из горничных подставила пуфик под больную ногу. Брюнет похлопал по дивану, и Эд послушно плюхнулся рядом. На столике, что стоял рядом, уже красовался чай со знакомым запахом. — Мисс Крингл делала? , — Нигма смотрел на свое отражение в зеркале напротив. В глазах начало двоиться. — Да, она тебя уже угостила? Приятный чай, не находишь? , — Освальд потянулся за чашкой, но страдалец Эд любезно вложил чашку в ладони хозяина дома. — Ты и правда несколько странный, Эд, — с ухмылкой заикнулся Пингвин, делая первый глоток. От губ пошли лёгкие морщинки, явно из-за высокой температуры напитка. — Это плохо? , — неодобрительный голос Эдварда немного ошеломил Кобблпота. Последний скорчился в удивлённой физиономии и продолжил: — Я этого не говорил. Просто… Скажи мне, Эд. Почему ты так просто говоришь подобные вещи? Я о том, что ты… Готов выполнить все. К чему это? Ты бы мог продолжить свою простую жизнь, но вернулся ко мне. Я помню тебя в день нашей первый встречи… Сейчас ты иной, — Освальд пристально смотрел на своего собеседника, ожидая внушительного. — Я, ну… «Даже не пытайся признаваться ему в наше двойное существование!» Внутренний голос сильно сбивал, внутри все сжималось, словно гидравлическим прессом. В горле появился неизвестный ком, избавиться от которого было проблематично. Откашливаясь и отдаленно улыбаясь, Эд пытался собраться с мыслями, подавляя иного себя.

«Если ты ему расскажешь, он тут же уберет тебя отсюда. Кто позволит остаться психу со своим сыном?!»

«Ты назвал меня слабаком? А сам давишься от моего голоса, который ранее тебе не мешал»

«Неужели рядом с ним ты становишься слаб…»

— Понимаете… понимаешь, Освальд. Я никогда не был кем-то или чем-то особенным, я был легким грязным пятном, которое сильно въелось. Которое не вывести. Но те события, когда из-за Ваших с Софией войн многие начали терять работу, заставили задуматься о том, а кто я такой? Что я из себя представляю? , — Эдвард несколько импульсивно водил руками в воздухе, боясь взглянуть на своего собеседника, которому начал слишком подробно отвечать. Внутри появился еще один вопрос: « А кто именно говорит в данную минуту?»