Помеченный

Драко снова не удалось заснуть; истощенный, он не мог оправиться от боли, пульсирующей по всему телу и исходящей от левого запястья. Он не хотел смотреть на него. Не хотел признавать ее, Метки, существование. Но он также не хотел, чтобы его метания по постели отвлекали Грейнджер от такого необходимого тяжелого сна, поэтому он выскользнул наружу, остановившись только для того, чтобы поцеловать ее в щеку и послушать ее довольное урчание, девичий вздох, сорвавшийся с ее губ. Хороших снов, надеялся он. Он пробыл на улице около пяти минут, наколдовывая маленький сосуд с пламенем, который Грейнджер использовала раньше, когда услышал внезапный шорох позади себя, издаваемый открывающимся пологом палатки. — Прости, — пробормотал он, — Я не хотел тебя будить… — Ты меня не разбудил. Это был Гарри. Не тот, кого он ожидал увидеть, но могло быть и хуже. — Что ты здесь делаешь? — скептически поинтересовался Драко, глядя на черноволосого волшебника. Гарри пожал плечами. — Он… чем-то взволнован, — ответил юноша, указывая на свой шрам. — Я ничего не вижу, но точно могу сказать. Что-то вывело его из себя. — Грейнджер не доверяет этой связи, — осторожно заметил Драко. — Знаю, — ответил Гарри. — Но я решил, что ты будешь держать это при себе. — Неужели? — ухмыльнулся Драко. — Снова пытаешься сблизиться со мной, Поттер? Другой волшебник ухмыльнулся, поудобнее усаживаясь рядом с Драко. — Как всегда, — сказал он, вытягивая ноги и откидываясь назад. — А как насчет тебя? — Почему я не сплю? То же самое, — пробормотал он, поморщившись. — Вроде того. — Ты уже сказал ей? — кивнул Гарри, глядя на запястье Драко. — Какой в этом смысл? — Драко пожал плечами. — Она будет только беспокоиться, но ничего не сможет сделать. — Поэтому и я ей не сказал, — мрачно отозвался Гарри. — Откуда мне знать, что это останется между нами. — Я не… не то чтобы я от нее что-то скрываю… — напрягся Драко. — Нет, — улыбнулся Гарри. — Конечно, нет. Но в том-то и дело, не так ли? — тихо спросил он. — Тебе не нужно ничего мне объяснять. Некоторое время они сидели молча, рассматривая свои шрамы. — Мы должны поговорить о крестражах, — размышлял Драко вслух через некоторое время, вытягивая ноги перед собой. — Так ведь? Казалось, Гарри колебался. — У меня есть идея получше, — проговорил он, поднимаясь. — Подожди здесь. — Не указывай мне, что делать, Поттер, — закатил глаза Драко. Но тот уже исчез в палатке, появившись всего через несколько секунд с плащом в одной руке и очками Драко в другой. — Вот, — Гарри протянул ему оправу. — Надень их. — Во что ты играешь? — громко вздохнул Драко, вставая. — Мне надоели эти разговоры, — нехотя ответил Гарри. — Пойдем прогуляемся. — Прогуляемся? — спросил Драко, сморщив нос. — Да, — протянул Гарри покровительственным тоном. — Прогуляемся. — Куда? — Просто пойдем со мной. — Но почему… — Просто пойдем со мной. — Если ты просишь меня сбежать с тобой, то это чертовски романтично, но, к сожалению… — Нет уж, спасибо, — скривился Гарри. — Но мне нужно выбраться отсюда, — он многозначительно посмотрел на Драко. — Так ты идешь? Драко нервно пригладил волосы. — А как насчет Грейнджер? — поинтересовался он, указывая на палатку. — Она будет одна… — Она будет не одна, — раздражался Гарри. — Рон здесь, и ты наложил защитные заклинания. С ней все будет в порядке. Мы ненадолго. — Разве мы не должны… — Я написал записку, — прервал его Гарри. — Но она, скорее всего, даже не проснется. — Он сделал несколько шагов вперед и, обернувшись, жестом пригласил Драко следовать за ним. — Пошли, — позвал он. — Я же вижу, тебе тоже скучно. И ты явно не будешь спать сегодня ночью. Драко этот план совсем не понравился. Не существовало такого мира, в котором он чувствовал бы себя комфортно, оставив Грейнджер, и особенно с Уизли. Даже одной Грейнджер было бы лучше, чем оставлять ее с кем-то настолько неадекватным, как Уизли. Но — и это было громкое «но» — что-то подсказывало Драко, что Гарри уйдет с ним или без него, и Грейнджер никогда не простит ему, если что-то случится с очкастым сумасшедшим, когда он мог бы вмешаться. Кроме того, этот придурок не совсем неправ, подумал Драко, глядя на свое гудящее запястье. Он точно не уснет сегодня ночью. — Ладно, — неохотно согласился Драко, делая неуверенный шаг вперед. — Но только потому, что тебе нужна нянька. Гарри пожал плечами. — Если тебя это успокоит, Малфой, — съязвил он, дождавшись, пока Драко наденет фальшивые очки, прежде чем грубо накинуть мантию им на плечи. — Недалеко, верно? — нервно осведомился Драко, когда Гарри схватил его за запястье. — Конечно, — уклончиво ответил он, и на его лице появилась безучастная улыбка, когда Драко почувствовал, что его неприятно втягивает в окружающий воздух. Драко сердито выругался, с досадой осознав, что Гарри трансгрессировал в другое место. Он мысленно пнул себя, когда почувствовал, как его легкие сжались, а затем внезапно наполнились воздухом, его колени слегка подогнулись, когда их ступни коснулись земли. Драко снова удалось забыть главное правило — никогда, никогда не доверяй Гарри Поттеру. — Какого хрена? — закричал Драко, перекрывая шум уличного движения, чуть не вывалившись на улицу из-за угла, где они стояли. Учитывая шумящих людей в это время ночи, это могло быть только где-то в Лондоне. — Я думал, мы собираемся прогуляться… — Так и есть, — откликнулся Гарри и ускорил шаг. — Видишь? Мы идем пешком. Драко застонал и сделал три длинных шага, чтобы догнать его. — Почему бы не взять с собой Грейнджер? — потребовал он. — Или Уизли? — Нам всем не нужно идти, — бросил Гарри, устремив взгляд вперед. — И ты все равно проснулся. — Да, но… — Ты полезен, — внезапно добавил Гарри, как будто обдумал объяснение. — И ты все держишь при себе. Но в основном, потому что ты не спал. — Отлично, — проворчал Драко, нервно хватаясь за край плаща и обходя прохожих, которые смотрели прямо сквозь него на тротуар. — По крайней мере, скажи мне, куда мы едем. Гарри повернулся к нему с ухмылкой, немного ускорив шаг. — Ко мне домой.

***

Итак, подумал Тео, осматривая высокие стены крепости. Нумергард. Он перевел взгляд с каменных стен на устрашающую надпись, вырезанную над входом в тюрьму. «Во имя высшего блага», — небрежно перевел он, чувствуя, как неприятно скрутило живот при мысли об ущербе, нанесенном под псевдо-праведным знаменем этих возвышенных слов. Это Нумергард? Тео невольно скривил губы от отвращения. Это была гигантская гребаная дыра, вот что это было. Все было полностью сделано из гладкого черного камня, минималистично во всех отношениях, без каких-либо послаблений на роскошь. Для тюрьмы, это казалось правильным; для штаб-квартиры некогда могущественного волшебника чуть меньше. — Ich bin hier, um den Gefangenen zu sehen, — неуверенно обратился он ближайшему к нему охраннику, выучив в общей сложности одну фразу, прежде чем подойти. Стражники, по двое по обе стороны высоких, но в остальном непритязательных каменных дверей, были одеты в простые серые мантии и странные, средневекового вида шлемы, которые мешали Тео видеть их глаза. У Тео сложилось отчетливое впечатление, что его никто не слушает. — Говорите по-английски? — поинтересовался он и сам не заметил, как его тон окрасили нотки сарказма. — Я здесь, чтобы увидеть заключенного. Ни один из охранников не произнес ни слова, но тот, что стоял справа от Тео, почти незаметно дернулся вперед, и Тео подпрыгнул, чтобы воспользоваться его интересом. — Я знаю, что ты слушаешь, — начал Тео, делая шаг вперед и глядя на охранника. Они были почти одного роста, и, хотя левый охранник был, возможно, в два раза толще Тео, этот был тонким. Долговязый, как и сам Нотт. — Поверь, ты захочешь впустить меня. Правый охранник с тревогой посмотрел налево; очевидно, это был главный. Ступефай. Левый стражник мгновенно свалился серой кучей мантии, а правый быстро взмахнул палочкой, целясь в Тео. — Чего ты добиваешься? — спросил он на безупречном английском. Казалось, он нервничает; возможно, у них не так часто бывают посетители. Забавно, подумал Тео не без удовольствия. — Там еще стража, — предупредил охранник, ткнув палочкой в сторону Тео. — Даже если ты пройдешь мимо меня… — Мне всего лишь нужно поговорить с тобой, — прервал его Тео, нетерпеливо махнув рукой, таким жестом отгоняя беспокойство охранника. — Очевидно, ты был совершенно бесполезен, пока он слушал. Тео не видел глаз охранника, но заметил, как тот озабоченно нахмурился. — Что тебе нужно? — сердито, почти по-детски спросил охранник. — Если ты думаешь, что попадешь внутрь… — О, я попаду внутрь, — проговорил Тео, сопроводив это невеселым смехом. — Меня послал Темный Лорд. Полагаю, ты слышал о нем? — Ты Пожиратель Смерти? — встревожился охранник. — Докажи. Покажи мне Метку. Тео никак не мог раскрыть свою Метку в том состоянии, в каком она была сейчас; не то чтобы он считал это необходимым. Он смог уловить кое-что важное в своем собеседнике. — Ты ведь еще ребенок, верно? — Тео сделал шаг вперед. — Кто это? Твой отец? Охранник угрожающе ткнул палочкой вперед. — Стой! — приказал он, но в его голосе безошибочно угадывался предательский писк. — Слушай, малыш, у меня нет на это времени, — огрызнулся Нотт. — Мне немедленно нужно увидеть Гриндевальда, иначе у тебя появится гораздо больше проблем. — Ты…ты не можешь! Охранник явно был в панике. Хорошо, подумал Тео. Если он и научился чему-то, будучи Пожирателем Смерти, так это тому, как использовать панику в своих интересах. — Думаешь, один Пожиратель Смерти у твоей двери — худшее, что может случиться? — спросил Тео, делая еще один шаг вперед. — Ты мало знаешь о Темном Лорде, не так ли? Молодой охранник явно боролся со своим здравым смыслом. — Говорят, он более безжалостен, чем этот пленник, — прошептал охранник. — Это правда? — Все, что ты слышал, — правда, — отчеканил Тео. — Поэтому я скажу тебе еще раз: мне нужно поговорить с Гриндевальдом. Если я не… Поверь мне, — мрачно предупредил он, — тебе не понравится то, что будет дальше. — К нему не допускаются посетители, — ответил охранник, переминаясь с ноги на ногу. — Мой отец не… это было бы неправильно, а я… я не могу… — Вся эта тюрьма — семейное дело? — Тео махнул рукой вверх, указывая на внушительную высоту крепости. — А кто остальные стражники? Охранник колебался. — Мы — Протекторены, — тонким голосом пробормотал он. — Воспитаны, чтобы охранять этот замок. Тео приподнял бровь. — Воспитаны, чтобы охранять? — уточнил он, подумав. — Значит, вы все дети? — Он фыркнул про себя. — Низкий уровень безопасности, вам не кажется? Охранник недовольно выпрямился. — Мы хорошо обучены, с самого рождения… Молодой ум. Слабый ум. Тео учили использовать это в своих интересах. Экспеллиармус. — Недостаточно обучены, — мрачно сказал Тео, ловко перехватывая палочку охранника левой рукой. — Там, откуда я родом, обучение начинается с обезоруживания противника. Охранник поднял обе руки, словно бросая Тео вызов. — Там, откуда ты родом, люди-монстры, — выплюнул он, и Тео мог только представить, что мальчик смотрит на него из-под козырька шлема. Теперь это было бесспорно. — Прости, малыш, — с сожалением проговорил Тео, поднимая палочку. — Империо. Тео шагнул вперед, снимая архаичный шлем охранника; у мальчика были вьющиеся каштановые волосы, а его большие карие глаза казались ошеломленными и рассеянными. Ему было не больше пятнадцати. Сначала нежно предотвратить наибольшую угрозу. Тео опустился на колени и направил палочку на отца мальчишки, все еще лежащего без сознания охранника слева от него. — Обливиэйт, — пробормотал он. — Спасибо, что согласились впустить меня. Тео медленно поднялся на ноги, глаза молодого Протекторена рассеянно следили за его движениями. — Ты отведешь меня внутрь, понятно? — спросил Тео, и мальчик кивнул. — Ты отведешь меня к пленнику, и, если кто-нибудь спросит, ты скажешь, что у тебя есть разрешение. — Я веду вас к пленнику, — повторил мальчик. — У меня есть разрешение. — Возьми свою палочку, — Тео протянул ему древко. — Направь его на меня, но не используй. — Я не буду ей пользоваться, — повторил мальчик, беря палочку и медленно кивая. Тео осторожно надел шлем на голову охранника. — Отведите меня к пленнику, — он указал вперед. — Я отведу вас к пленнику, — сухо ответил юноша, и ворота позади них со скрипом открылись.

***

— Это магловский район, — прокомментировал Драко с замешательством, оглядывая таунхаусы. — Здесь жили Блэки? — Разве ты не должен этого знать? — полюбопытствовал Гарри. — Это дом твоей семьи, не так ли? Драко скорчил гримасу. — В этой части семьи царил сплошной беспорядок, — сказал он надменно. — Фамилия Блэк, конечно, впечатляет, но сама семья была далека от этого. Мать слишком уж обрадовалась, став Малфой. — Конечно, — Гарри пожал плечами, уклоняясь от ответа, и сделал шаг вперед. — Не надо, — прошептал Драко, выставляя руку, чтобы остановить его. — Что? — Вон там, — пробормотал Драко, жестом указывая на кого-то, стоящего возле дома 13 на Площади Гриммо. Они все еще находились на значительном расстоянии, но за то короткое время, что они провели в магловском Лондоне, у Драко обострилась способность распознать темного волшебника, увидев его. — Пожиратель смерти. Гарри резко выдохнул. — Я знал, что ты будешь полезен, — он схватил Драко за плечо и трансгрессировал, приземлив их прямо у входной двери дома. Гарри быстро подтолкнул Драко, приложив палец к его губам. Конечно, подумал Драко, закатывая глаза. Как будто ему нужно напоминание о необходимости вести себя тихо. Они оказались в длинном коридоре, освещенном большой люстрой и рядом газовых ламп. Дом казался достаточно чистым, хотя и не особенно ухоженным; мать Драко, конечно, содрогнулась бы, увидев его, но в нем сохранялось какое-то далекое, далекое ощущение былого величия. Возможно, в этом заслуга Кикимера. — Не снимай мантию, — предупредил Гарри, шагнув вперед. Драко кивнул. — Что это? — тихо выдохнул он, указывая жестом на тяжелые, изъеденные молью шторы, закрывавшие часть стены. — Твоя двоюродная бабка, — Гарри содрогнулся и ответил, состроив неприятную гримасу. — Полагаю, ты не против того, чтобы не видеть ее. — Я пас, спасибо, — скривился Драко. Гарри кивнул в знак одобрения, продолжая идти вперед. — Кажется, я что-то слышу. Драко остановился, прислушиваясь, а затем кивнул в знак согласия. — Вон там, — указал он на маленькое светлое окошко в конце коридора. — Что это? — Кухня, — Гарри ускорился от волнения, увлекая Драко за собой. — Идем. Они прошли через коридор, нашли узкую лестницу и спустились по ней в леденящем душу темпе, стараясь не нагружать скрипучий деревянный пол. Когда они наконец переступили порог кухни — теплой и очень просторной комнаты, к удивлению Драко, — и Гарри, и Драко вздохнули с облегчением. — Дадли, — поприветствовал его Гарри, стягивая мантию с плеч. — Что ты здесь делаешь? Магл сидел за большим кухонным столом, окруженный, по-видимому, множеством изысканных десертов. — Гарри, — удивленно произнес он с набитым ртом. — Гарри Поттер! — пискнул Добби, появляясь из-за спины Дадли и держа в руках подобие пудинга. — Это честь для меня! Справа от них послышалось шарканье, и появился Кикимер, левитирующий большой пирог с патокой. — Хозяин дома, — прохрипел он, его голос не выдавал особых эмоций по поводу находки. — Что, черт возьми, здесь происходит? — Спросил Гарри, следя глазами за движениями двух эльфов. Несмотря на восторженное приветствие Добби, никто из троих не выглядел особенно обеспокоенным их появлением. Дадли с большим трудом проглотил еду, которой набил полный рот. — Добби и Кикимер устраивают конкурс выпечки, — объяснил он, пожав плечами. — Кузен Гарри Поттера — судья! — отозвался Добби, и Драко подавил улыбку. Как же очевидно. — Ну, я, конечно, рад видеть, что вы все еще живы, — прокомментировал Гарри, щурясь от беззвучного смеха. — Ты был здесь с моего дня рождения, Добби? — Да! — Добби соскочил со стола и приземлился у ног Гарри. — В Хогвартсе нечего делать, а кузену Гарри Поттера нужна еда… — Он так тебя называет? — Гарри выразительно посмотрел на Дадли. — Я уже привык, — признался он, пожимая плечами. Дадли с надеждой посмотрел вверх и мимо них, наконец, поприветствовав Драко коротким, тяжелым кивком. — Гермиона здесь? Драко покачал головой, сдерживая иронический смех. Магл был так ужасно прозрачен. — Нет, — ответил Драко. — Только мы, к сожалению. Мы просто выполняем небольшое поручение. — После этого он повернулся к Гарри, обдумывая правильность своего предположения. — Верно? — Конечно, — как-то неубедительно сказал Гарри, заставляя Драко заволноваться. — Я вообще-то хотел поговорить с Кикимером. Добби выглядел подавленным, его уши слегка поникли. — Хозяин мог бы просто вызвать Кикимера, — тот, в свою очередь, выглядел невеселым. — Знаю, но нам нужно было ненадолго выйти. И, конечно, я рад видеть Дадли и Добби, — добавил он, и в огромные глаза эльфа вернулась веселая искорка. — Может быть, Добби сможет помочь? — с надеждой предположил он. — Что нужно Гарри Поттеру? — Помнишь, давным-давно я спрашивал, можешь ли ты найти медальон Регулуса? Мне было интересно… — Когда ты это успел? — перебил Драко, надвигаясь на него. — Мы не обсуждали медальон уже — сколько? Месяц? — То, что мы не возвращались к этой теме вместе в последнее время, не означает, что я не пытался что-то предпринять самостоятельно… — раздраженно хмыкнул Гарри. — Ты расследовал это и ничего не сказал? — Драко надавил. — Не ожидал. — Это не так, — нетерпеливо огрызнулся Гарри. — Я уже давно говорил об этом с Кикимером, и в любом случае, я не обязан объясняться за все, что делаю… — Он у Кикимера, — вмешался эльф. Гарри и Драко резко повернулись и уставились на пожилого домовика. — Что? — Медальон у тебя? — спросил Гарри, пребывая в шоке. — Как долго… — Нет, — прервал его Кикимер. — Вор у Кикимера. — Что… — казалось, Гарри с трудом подбирал слова. — Он у тебя? — повторил вопрос Драко, обеспокоенный формулировкой. — Где? Кикимер издал, похоже, довольно измученный вздох и повел их к грязной двери в углу напротив кладовки, распахнул ее и открыл небольшую каморку. Большую часть пространства занимал очень большой старомодный котел и, похоже, небольшое гнездо из тряпок и одеял, но в нем также находилась тесная самодельная клетка, в которой сидело сбитое с ног человеческое существо, явно слишком большое для этого помещения. — Кикимер! — вскрикнул Гарри, отпрыгивая назад. — Это… это Наземникус Флетчер? — Да, — подтвердил Кикимер. — Вор. — Как долго вы держите его в клетке? — спросил Драко, не пряча удивления в голосе. — Два дня, — сообщил ему Кикимер, все еще используя тот же абсурдно-клинический тон, которым Грейнджер могла бы ответить на вопрос в классе. — Кикимер держал вора до тех пор, пока он не понадобился Хозяину. Они все на мгновение уставились на человека в подвале Кикимера; он свернулся в позу эмбриона, а его дыхание казалось поверхностным но, к счастью, хотя бы присутствовало. — Напомни мне проследить за тем, чтобы Кикимер никогда не объединился с Гермионой, — пробормотал Гарри, обращаясь к Драко. — Почему? — испугался Малфой. — Она не рассказывала тебе о том, как держала Риту Скитер в банке? — поинтересовался Гарри, пожимая плечами, едва Драко успел раскрыть рот. — А, ну. Все еще впереди. — Подожди, — недоумевал Драко, — когда ты сказал в банке… — Кикимер, — позвал Гарри, поворачиваясь к эльфу. — Медальон у Наземникуса? — Нет, — проворчал Кикимер, явно мучаясь от того, что ему пришлось ответить отрицательно. — Кикимер думал, что Хозяин может его допросить. — А он… он очнулся? — Нахмурился Гарри. Кикимер щелкнул пальцами, и Наземникус сделал резкий, судорожный вдох. — Что… что происходит? — закричал он, колотя прутья своей некачественно построенной клетки. — ВЫТАЩИТЕМЕНЯОТСЮДА! — Черт, Кикимер, — выругался Гарри и покачал головой. — Ты, наверное, уже можешь выпустить его. Кикимер вздохнул, но щелкнул пальцами во второй раз, и клетка вокруг Наземникуса исчезла. Вор мгновенно поднялся, чтобы бежать, но его встретила человеческая баррикада в лице Гарри Поттера и Драко Малфоя, каждый волшебник взял его под руку и усадил в кресло. — Инкарцеро, — заклинанием Драко привязал его к стулу. — Отлично, Герайнт, — похвалил Гарри, похлопав его по плечу. — А теперь, — он присел на корточки так, чтобы оказаться лицом к лицу с грязным пожилым волшебником. — Зем, поболтаем? — Я никогда не хотел этого делать! — крикнул Мундунгус. — Меня… меня вынудили… моей вины нет в том, что Грозный Глаз мертв! — Грюм мертв? — эхом отозвался Дадли, на удивление, его голос звучал подавлено. Они всегда забывали о магле, подумал Драко, снова поразившись его присутствию. Наземникус прищурился. — Я думал, что все дело в этом, — пробурчал он, вопросительно глядя на Гарри. — Зачем ты натравил на меня своего чертова эльфа? — Мы не знали о Грозном Глазе, — пояснил Гарри, стряхивая с себя мгновение боли, отразившееся на его лице, и отбрасывая его, продолжая допрос. — Хотя, что бы это ни было, ты, возможно, заслужил временный арест. Но мы здесь из-за медальона, который ты украл. — Зачем? — полюбопытствовал вор со странной интонацией в голосе, сузив глаза. — Он ценный? Драко повернулся, услышав скептическое фырканье позади себя. — У него нет медальона, — безэмоционально произнес Дадли. — Откуда ты знаешь? — Нахмурился Драко. — Послушай его, — указал Дадли, пожимая плечами. — Он уже думает, не продешевил ли. Необычайно острое замечание для магла. — Ну да, — горько хмыкнул Наземникус. — У меня не было выбора, понятно? — И почему же? — Гарри встал, выпрямляясь. — Министерская карга, — пробормотал Наземникус себе под нос. — Ей приглянулся медальон, — добавил он громче. — Сказала, что снимет меня с крючка, если я отдам его ей. — Сотрудница Министерства? — ухватился за мысль Драко. — Кто? Я могу узнать ее, если ты опишешь. — Одета во все розовое, — скривился Наземникус, наклонив голову в раздумьях. — Похожа на жабу. — Жабья морда — черт, где эта бумага… — Дадли издал непонятный звук, заволновавшись. — Вот, — пискнул Добби, протягивая Дадли экземпляр «Ежедневного пророка», который затерялся под тарелками с десертами. — О, спасибо, — поблагодарил он, просматривая его. — Все еще наслаждаешься «Ежедневным пророком»? — развеселился Гарри. — Добби учит кузена Гарри Поттера волшебному миру! — с гордостью воскликнул Добби. — Добби счастлив учить… — Она? — Дадли прервал его, протягивая газету. — Эта женщина… Амбридж? Драко ощутил тяжесть в груди, невольно вспоминая прошлую жизнь, которую хотел бы забыть. — Смотри, — Гарри указал на ее изображение и дьявольски ухмыльнулся. — Твоя любимая… — Не напоминай, — огрызнулся Драко. — Это как раз то, в чем я нуждаюсь меньше всего. — Она носит его, — размышлял Гарри. Фотография была сделана утром, и на ее шее отчетливо висел огромный, вычурный медальон. — Она определенно не теряла времени даром. — Она его носит? — переспросил Драко, качая головой в недоумении. — Идиотка. Представляешь, что было бы, если бы мы надели ту диадему? — Надеюсь, я никогда этого не узнаю, — помрачнел Гарри. — Дай мне газету, — попросил Драко, протягивая руку, и Гарри вложил ее в его ладонь. Малфой бегло просмотрел статью, бормоча про себя. — Долорес Амбридж… комиссия маглорожденных… Гарри, — вырвалось у него, когда слова, которые он читал, начали доходить до сознания. — Гарри, они заставляют маглорожденных регистрироваться… — Гарри, а как же Грейнджер… — он поднял голову, чувствуя, как кровь отхлынула от его лица. Гарри решительно покачал головой. — Пока мы можем об этом не беспокоиться, — предостерег он. — Она все равно с нами, и мы не можем… — Послушайте, — прервал его Наземникус. — Теперь вы знаете, что у меня нет этого чертова медальона — может быть, вы отпустите меня… — О нет, — Гарри наклонился, оказываясь лицом к лицу со связанным волшебником. — О, нет, не можем. Видишь ли, ты вор, — объявил он. — И, как оказалось, это именно то, что нам нужно, верно? Драко громко рассмеялся. — Ты же не думаешь, что можешь доверять этому куску мусора, — заявил он. — Хотя, если ты думаешь, что Империо… — А это идея, — Гарри притворился, что мысль пришлась ему по душе. — Нет, — возразил Наземникус. — Нет, ты… Ты не можешь… Ты должен быть хорошим… — Не то что бы, — проворчал Драко, угрожающе наклоняясь вперед. — Он должен быть хорошим. А я вот нет. — Ты не можешь наложить на меня проклятие Империуса, — настаивал Флетчер. — Я не могу помочь тебе, в любом случае, я не знаю, как бы я… — Думаю, что при правильной мотивации ты станешь более сговорчивым, — произнес Драко, сохраняя спокойствие. — Разве ты не согласен, Гарри? — Конечно, согласен, Герайнт, — отозвался Гарри. — Может быть, ему нужен небольшой толчок, чтобы исправить то, что он натворил — скажем, сопровождающий? — Сопровождающий! — согласился Драко. — Что бы ты приказал сопровождающему эльфу, Гарри? — А что, Герайнт, — Гарри повернулся и озорно подмигнул Кикимеру. — Кажется, я знаю, кто подойдет для этого дела. — Ты собираешься позволить этому чертову эльфу и дальше следовать за мной? — потребовал Наземникус, покраснев. — Я не могу просто так войти в Министерство с эльфом! — О, Кикимер может становиться невидимым по необходимости, — задумался Гарри, поворачиваясь к эльфу. — Ты ведь так умеешь, Кикимер? Эльф на мгновение исчез, а затем снова появился по другую сторону от Наземникуса. — Да, хозяин, — покорно ответил он, хотя впервые в голосе пожилого домового эльфа прозвучали нотки удовольствия от выполнения задания. — Добби поможет! — громогласно объявил Добби. — Я тоже, — кивнул Дадли. — Ну… я не думаю, что это… — засомневался Гарри. — Добби защитит кузена Гарри Поттера! — поспешил заверить Добби. Эльф и магл переглянулись — момент солидарности. — Добби делал это и раньше! — Ну, — замялся Гарри. — Я думаю… Думаю, я не в праве останавливать тебя. Что-то в том, как развивалась ситуация, задело Драко. — Знаешь, — вмешался он, и впервые за этот вечер на его лице появилась широкая, искренняя улыбка. — Это действительно была бы такая сладкая месть — увидеть, как Темного Лорда частично уничтожают домовые эльфы и маглы, — горячо заявил он. — В этом есть нечто воодушевляющее, своего рода справедливость, как думаешь? — Знаешь, Герайнт, — размышлял Гарри, коварно ухмыляясь. — Думаю, что прав.

***

Человек, стоявший перед Тео, был истощен до неузнаваемости; его кости выглядели так, словно могли разорвать бледную, тонкую как ткань кожу. — Геллерт Гриндевальд, — прошептал Тео. — Как низко пали сильнейшие. Гриндевальд медленно моргнул, привыкая к представшему перед ним образу. Тео не стал бы винить его, если бы тот принял его за какой-то мираж. Судя по тому, сколько усилий потребовалось, чтобы добраться до самой высокой камеры, этот человек наверняка не принимал посетителей. Рот Гриндевальда несколько раз открывался и закрывался, прежде чем наконец раздался тонкий, хриплый голос. — Кто… — начал он, и его голос тут же прервался. — Кто… — Я Тео, но это не важно, — бесстрастно ответил Тео, кивнув в знак приветствия. — Я здесь из-за… — Палочки, — выдавил из себя мужчина, и Тео заметил, что у него отсутствует большая часть зубов. — Вам — палочку… — Да, — подтвердил Тео. — Да, он ищет палочку. — Он, — повторил Гриндевальд, и в его глазах отразилось сожаление. — Лорд… Лорд Вол… — Не беспокойтесь, — прервал его Тео. — На его имя наложено табу. Поберегите свои силы. Он сделал несколько шагов вперед, присел на корточки, чтобы лучше рассмотреть Гриндевальда. На старом, дряхлом лице отражались мучения, недоступные пониманию Тео. — Где она? — спросил Тео, в его голосе зазвучала непреднамеренная доброта. — Я могу только предположить, что у тебя ее больше нет. — Нет, — покачал головой Гриндевальд. — Но… он не должен… — Что особенного в этой палочке? — Присел Тео. Мужчина забился в угол, и Нотту почему-то захотелось ему посочувствовать. — Зачем она ему? Гриндевальд посмотрел на него сочувственным взглядом. — Власть, — ответил он. — Сила. — Поэтому ты украл ее? — Он не знал, зачем затягивает с беседой, кроме как для того, чтобы дать человеку возможность поговорить с ним, что, возможно, было его единственным разговором за последние десятилетия. — Вы вор, верно? И вы украли ее у Грегоровича из-за его силы? — Да. — Гриндевальд закрыл глаза. — Непобедимый. — Не совсем. — ухмыльнулся Тео. — Нет, — отозвался Гриндевальд. — Нет, нет… — Чего нет? — Тео поднял руки в недоумении. Гриндевальд жестом указал на себя, на свою грудь. — Не. недостоин, — бормотал он. — Я — недостоин. — Вы были недостойны непобедимой палочки? — уточнил Тео, и Гриндевальд энергично кивнул. — Поэтому она не слушалась вас? — Дары, — прохрипел Гриндевальд, протягивая костлявую руку, пытаясь схватить Тео за запястье. — Дары… смерти… — Да, — неловко высвободился Тео. — Конечно. Итак, — он отступил от руки старшего волшебника. — Где она сейчас? Гриндевальд рассеянно смотрел вдаль, словно воспоминание перенесло его куда-то в другое место. — Дамблдор, — прошептал он. Тео медленно кивнул. Что ж, это казалось очевидным. — Вы лишились палочки в поединке с Дамблдором, — кивнув Тео. — Что ж. Он тоже мертв, так что… В общем, не очень продуктивная поездка. — Дамблдор — мертв? — спросил Гриндевальд, и в его глазах мелькнула боль, которую Тео едва смог понять. — Когда? — Несколько недель назад, — пояснил Тео. — Убит. — Кто? — Гриндевальд отчаянно просил, упав вперед на колени, чтобы схватить подол мантии Тео. — Кто… — Я… я не знаю, — колебался Тео. Он на самом деле не знал. Драко якобы убил бывшего директора, но, как Тео хорошо знал, на палочке Драко не осталось никаких признаков наложения смертельного проклятия. Смерть Дамблдора оставалась загадкой, но вряд ли он мог донести это до Темного Лорда. — Мне нужно идти, — проговорил Тео, его мысли витали уже где-то в другом месте. — Я должен… — Подожди. — Гриндевальд крепко держал его за мантию. — Пожалуйста… — Я не могу вам помочь, — оправдывался Тео, чувствуя боль, хоть и осознавал что не должен был. — То, что вы натворили. Вы только недавно лишились статуса «самого опасного темного мага всех времен», верно? — Я сожалею об этом, — признался он, впервые произнеся полное предложение. — Я сожалею… обо всем. Тео кивнул, не зная, что делать. Он попытался вырвать свою мантию из рук Гриндевальда, но тот упорно старался не отпускать ткань. — Пожалуйста, — умолял он, наклонившись вперед и прижав голову к ботинкам Тео в жалком жесте мольбы. — Пожалуйста, убей меня… От этих слов пробежал мороз по коже, и Тео попятился назад. — Что… я не… — Пожалуйста. — В глазах старика стояли слезы. — Пожалуйста. Покончи с этим. Тео резко повернулся к мужчине спиной, стараясь не слышать старческие, трескучие рыдания. Он пришел сюда не за этим, решительно подумал он. Не его дело определять наказание этого человека, и не его обязанность освобождать его. — Пожалуйста, прекрати это, прекрати это… Тео повернулся, ненавидя себя. — Авада Кедавра, — крикнул он, закрывая глаза. Тишина. Тишина, а затем звук биения сердца. В конце концов, случилось то, что случилось. Это все равно бы произошло. Только Тео. Один. Наедине со своим жестоким сердцем.