Рождественские каникулы
9 февраля 2021 г., 18:00
Время летело быстро. Изуку и глазом не успел моргнуть, как начались новогодние каникулы. В это время их отпустили на две недели домой. Две недели! Две недели! Это же просто сказка. Две недели без уроков, тренировок и готовки. Две недели в собственной комнате без вечных шумных соседей. Две недели без «дай списать», «а что нам задали?», «кто сожрал мой йогурт». Две недели сущего блаженства. Наверное, так рассуждала большая часть учащихся, но точно не Мидория. Сама мысль о том, что академия будет закрыта, а вместе с ней вся тренировочная база, пугала парня. Он понимал, что без регулярных тренировок его скилл снова мог понизиться. Если другие ребята рождены с причудой и с самого детства учились ею управлять, то ему приходилось их нагонять с двойной силой. У него просто не было времени на отдых. Один бездельный час — проблемы с контролем причуды, один день без тренировок равен понижению её силы, одна неделя бездействия приравнивалась просто к смерти.
И всё же одна вещь радовала Изуку: он не будет встречаться с Бакуго и Тодороки. Да, эта часть его несказанно радовала. После того дня он закрылся от обоих парней как улитка, заползшая в раковину. Теперь он ещё больше общался с Очако и Киришимой, Каминари. Каждый раз, когда Тодороки или Бакуго пытались к нему подойти, Изуку тут же предпринимал все возможные и невозможные возможности, чтобы избежать любого контакта с ними. Как ни странно, но в этом поддерживал его даже Киришима. Осознанно или неосознанно, но, видя Кацуки или Шото, которые собирались подойти к Изуку, парень тут же начинал заводить какой-то разговор с одним из них, не давая возможность подойти к Изуку.
С Тодороки Изуку поговорил на следующий же день. Он объяснил, что всё произошло ввиду отсутствия другой альтернативы, и что он не готов сейчас ни к чему. Тодороки всё это понял и спокойно выслушал, а потом ответил, что будет ждать, пока Мидория сам не решит, что готов.
Однако, если это радовало, то остальные пункты отдыха наводили только тоску и создавали очередную головную боль. По приезде домой Изуку тут же активно стал обдумывать план своих дальнейших действий. Нужно было найти место для тренировок, составить план-сетку по самоподготовке и выкроить время для мамы, чтобы та не чувствовала себя одинокой.
Что касается мамы, то Мидория действительно переживал о том, что последнее время он уделял ей слишком мало времени. Их звонки друг другу стали редкими: если раньше он созванивался с матерью каждый день, то потом его еле хватало на звонок раз в неделю. Он был так загружен, что просто забывал о том, что нужно позвонить или перезвонить ей.
— Изуку, — нерешительно постучавшись в дверь, Инко-сан заглянула в комнату сына. — А что ты хочешь завтра на праздник покушать?
Мидория не сразу понял, о каком празднике идёт речь. Лишь подняв голову от плана-сетки и посмотрев на календарь, парень очнулся и поймал себя на мысли, что завтра уже Рождество. Самый значимый день в году. Самый главный праздник. Вывески и реклама были на каждому углу, громкие поздравления и зазывающие в магазины акции звучали чуть ли не из каждого угла. Из-за своих собственных проблем Изуку полностью забыл обо всём, а главное — он забыл о подарке маме. Он помнил о нём в общежитии, думал по дороге домой, и даже в день приезда он ещё припоминал, но сейчас просто забыл.
— А что ты хочешь? — растерянно спросил парень, тут же прокручивая в голове возможные варианты подарков.
— Изуку, ты же знаешь, что я ем всё, что кушаешь ты, — улыбнулась тепло женщина, складывая руки на переднике. — Просто я решила уточнить, может, ты хочешь что-то особенное?
— Мам, я съем всё, что ты приготовишь, — засиял Изуку, продолжая думать о сюрпризе.
— Изуку-у, — протянула женщина, чуть ли не плача. — Мне так с тобой повезло! — все же разрыдалась она, быстро подбегая к сыну, чтобы притянуть к себе и обнять.
Изуку даже не стал вставать со стула, иначе Инко-сан едва бы смогла дотянуться до его груди. Она никогда не была высокой, но с последней их встречи Мидории казалось, что она стала ещё ниже и меньше.
— Изуку, а к нам никто из твоих друзей не придёт на Рождество? — поинтересовалась немного нерешительно Инко.
— Угу, — быстро ответил парень, даже не задумываясь над вопросом. В его голове всё ещё рос и развивался план о том, как и где купить подарок маме.
— А кто? Мама Кацуки-куна звонила, сказала, что кто-то из ваших к ним придут. Приглашала тебя. Ты не хочешь? — всё ещё осторожно, с какой-то опаской спрашивала она. Видимо, действительно боялась, что её единственный сын в праздник уйдёт праздновать с друзьями и оставит её одну.
— Угу, — на автомате ответил парень. Вдруг он почувствовал, как наступила резкая тишина, а дыхание матери стало каким-то слишком глубоким и дребезжащим. — Мама, ты чего? — резко оторвался Изуку, непонимающе смотря в глаза, наполненные слезами. — Мам, только не плачь, — но её уже было не остановить: поток слёз быстрыми реками потёк по её щекам. — Мам, я никуда не собирался, и к нам тем более никто не должен прийти! — тут же всполошился Мидория, понимая, что натворил. Он бы никогда не оставил маму в такой светлый праздник. По крайней мере, до того времени, пока его она не сможет найти человека, который бы мог составить ей хорошую компанию не только на праздники, но и на всю жизнь.
— Прости-и, Изуку-у… — завывала женщина, утирая слёзы руками. — Я просто так соскучилась по тебе. Ты не звонишь, не пишешь. Я же так волнуюсь за тебя. Мне так страшно, что с тобой что-то случится, ведь ты там совсем один. Мне же всего лишь нужно пару слов, ну, хотя бы строчку от тебя прочитать, хоть словечко услышать, — продолжала плакать она.
— Мам, мам, успокойся, — Изуку поднял чужую голову, чуть-чуть привстав, чтобы оказаться с матерью на одном уровне и смотреть ей точно в глаза. — У меня всё хорошо. Прости, что не успеваю звонить и писать. Мы очень загружены в академии. Но я обещаю, что постараюсь звонить тебе каждый день, — вытирая чужие слёзы большими пальцами рук, успокаивающе говорил Изуку. — Мам, давай отпразднуем это Рождество вместе. Ты и я. Как раньше, — он заулыбался своей самой лучезарной улыбкой.
Женщина посмотрела своими большими зелёными глазами на сына и снова разрыдалась, начиная причитать, как ей повезло с ним, и как она сильно боится и переживает за него.
Всю ночь Изуку просидел с двумя задачами: доделать план-сетку и найти подарок для мамы. С первым он расправился достаточно быстро: вспомнил о заброшенной детской площадке в двух кварталах от его дома и решил, что тренировки можно было бы проводить там. Вокруг лес, жилые дома достаточно далеко, да и люди не часто ходили, особенно с утра и вечером. Именно в это время он поставил себе тренировки на контроль своей причуды, днём же он мог заниматься у себя в комнате: качать руки, ноги, пресс и разрабатывать мышцы спины и ног. Всемогущий ещё в начале обучения сказал ему, что с такой растяжкой Изуку далеко не уплыть, из-за чего он каждый день пытался сесть на шпагат, занимался йогой и гимнастикой, и это помогало. Уже сейчас у него почти полностью получался «мужской» шпагат, с другими же пока были небольшие заминки, которые Мидория хотел решить именно на каникулах.
К счастью, с подарком маме он смог разобраться уже к пяти утра. Он заказал достаточно дорогой кожаный кошелёк известной фирмы на официальном сайте. Один из филиалов находился в городе Изуку, так что ждать курьера оставалось несколько часов. Он несказанно был рад доставкам.
Встать пришлось достаточно рано: в восемь утра. Сходив на пробежку, потом позанимавшись немного дома, Изуку позавтракал вместе с мамой. Во время трапезы Инко-сан сказала, что перед Рождеством нужно будет убраться, разобрать все вещи и выкинуть ненужный хлам. Изуку с радостью согласился, хотя, если бы он знал, что на это уйдёт почти целый день, и он чудом не пропустит доставку с курьером, потому что поздно ответит на звонок, то, наверное, радовался бы гораздо меньше.
И всё же, хорошо всё, что хорошо кончается. Поставив последнюю пустую коробку, в которой раньше лежала старая одежда, а теперь она благополучно была отправлена на переработку, Мидория удовлетворённо выдохнул. Теперь очередь за едой. Вообще, Изуку ел не так много, да и его мама тоже, несмотря на то, что та имела достаточно пышные формы. Из-за этого семья решила остановиться на традиционном курисумасу-кэки: торте со взбитыми сливками, жареной курочке и онигири.
Пока Инко-сан разделывала курицу, Изуку поставил рис в мультиварку. Несмотря на своё почти полное неумение готовить, которое с «полного неумения» доросло до «неумения» благодаря дежурствам в академии, с рисом Мидория мог справиться. Это даже как-то отметил Бакуго, сказав, что его рис не такой противный, каким мог быть. Видимо, это — высшая грань похвалы от Кацуки.
Заливая рис водой и бубня себе под нос рецепт онигири, который был написан на измятом листке бумаги в тетрадке рецептов Инко-сан, Изуку не сразу услышал, что кто-то стучал в дверь. Это очень странно, так как все «свои» были дома.
Открыв дверь, Изуку увидел перед собой Шото и очень сильно удивился. Он стоял на крыльце с прозрачным пакетом из магазина, цветами и какой-то подарочной коробкой.
— Привет, Тодороки, — как-то немного шокированно выдал Изуку.
— Привет, Мидория. Прости, что без приглашения, но я хотел подарить тебе подарок на Рождество, — с этими словами Шото протянул подарочную коробку Изуку. Мидория взял её, внимательно осмотрев, а потом перевёл взгляд снова на Тодороки, не понимая, как реагировать. Он не планировал подарков для одноклассников, так как нужно было бы выбирать для всех, а это выходило достаточно дорого, а выделять кого-то Изуку просто не мог. Не в его характере это.
— Изуку, кто там? — послышался приближающийся голос с кухни. Мама неожиданно появилась позади Изуку и выглянула через его плечо.
— Мам, познакомься, это — Тодороки Шото. Мой одноклассник, — слегка нервно ответил Изуку, не уточняя, что этот одноклассник — альфа, и далеко уже не просто одноклассник.
— Здравствуйте, тётушка. Простите, что без приглашения, я просто хотел подарить подарок Изуку и…
— Изуку, ты почему гостя на пороге держишь? Так нельзя! Шото, проходи скорее. На улице колотун. Замёрзнешь ещё не дай бог, — буквально затащила парня в дом Инко-сан.
— Прошу прощения за вторжение, — холодно, и с тем же несколько нервно сказал Тодороки, переступая порог чужого дома.
— Прости, что мы ещё не совсем готовы к празднику. Просто Изуку не говорил, что к нам кто-то из его друзей придёт, — начала оправдываться Инко-сан, направляясь в сторону кухни.
— Прости, что всё так получилось, — почесал шею Мидория. Он чувствовал себя так неловко, будто бы это не Шото пришёл к нему домой без приглашения, а совсем наоборот — он ввалился в дом Тодороки.
— Сам виноват. Я правда только хотел подарок подарить, — засмущался в ответ Шото. Изуку даже показалось, что на его щеках появился румянец, а может, это было от мороза. — Это, кстати, тебе, — Тодороки протянул небольшой крафтовый пакетик Изуку. От этого тот стал чувствовать себя ещё более неловко. Он ведь не планировал дарить подарки одноклассникам! Сначала Мидория хотел отказаться, но потом понял, что это будет некрасиво, и он может обидеть Тодороки.
Открыв пакет, Изуку увидел на дне небольшую коробочку. Он достал её, открыл и встал как вкопанный. Внутри коробочки лежала подвеска с кулоном в виде «рожек», как у Всемогущего. Это — коллекционный выпуск, и достать их было почти нереально. Изуку пытался сделать на них предзаказ, но, увидев цену с несколькими нулями, передумал.
— Тодороки, это же коллекционное издание! Оно капец какое дорогое! — не отрывая взгляда от подарка, промямлил Изуку.
— Не дороже, чем ты, — парировал Шото, но, потом поняв, что эта фраза могла прозвучать странно, попытался как-то исправиться, но с каждым словом стал вгонять себя и Изуку ещё в большую краску, из-за чего резко замолчал и отвернулся.
— Спасибо тебе, Шото, — Изуку аккуратно сложил подарок в коробку, потом в пакет и, приблизившись к однокласснику, легко поцеловал его в щёку. В этот раз Шото покраснел точно не от мороза.
Неожиданно в кармане домашних штанов Изуку зазвучала музыка. Он достал телефон и обнаружил, что ему звонил Киришима по FaceTime. Видимо, хотел поздравить с наступающим Рождеством.
Мидория принял вызов, и тут же на его маленьком экране мобильного появились три счастливые рожицы: Каминари, Киришимы и Мины. Все они были вместе в чьём-то доме, Изуку понял только через пару секунд, что они находились у Бакуго. Он заметил старое зеркало с двумя наклейками со Всемогущим позади Каминари. Парень самолично клеил одну из них, когда они с Кацуки были ещё детьми. Мидорию до сих пор удивляло, почему Мицуки-сан и Масару-сан не убрали это зеркало несмотря на то, что недавно делали ремонт в доме.
— Изуку, привет! С наступающим Рождеством! — закричала Мина, а её потом подхватили Каминари и Киришима.
— Привет, ребята! — засмеялся задорно Мидория, махая в ответ. — И вас с наступающим.
— Как ты там, Изуку? Мы тут у Бакуго зависли, а он сидит в своей комнате и бурчит как дед старый, — засмеялся Каминари, тыкая большим пальцем за свою спину и указывая на дверь, которая вела в комнату Бакуго.
— С удовольствием бы, но не думаю, что Ка-чан будет рад моему появлению, — нервно засмеялся Изуку, уже представляя в красках реакцию своего одноклассника на его неожиданный визит.
— А давай спросим у него, — заверещала задорно Мина, а потом на экране стали появляться какие-то размазанные черты, послышался стук и топот ног. Видимо, ребята все разом рванули в комнату хозяина.
— Бакубро, а с каких пор ты занялся рукоделием? — послышался удивлённый голос Киришимы. Наконец-то картинка стала явной. Мина взяла телефон и стала транслировать всё происходящее, а именно то, как Кацуки начал орать отборным матом, кидая в Эйджиро и Денки всё, что попадётся под руку: пульт от телевизора, телефон, спицы. Спицы? Вот это Изуку точно не был готов увидеть у Бакуго в руках. Причём он их метал как настоящие дротики. Если бы не причуда Киришимы, то без травм точно бы не обошлось.
— О, Изуку, а вы с Тодороки праздновать вместе будете? Блин, сорян тогда, что приглашала, — снова засмеялась Мина. Изуку как-то испуганно покосился на Тодороки, который совсем недавно бесшумно влез в кадр. Мидория даже не обратил на это внимания.
— С кем он там празднует?! — завопил как разъярённый медведь Бакуго. — Деку, ты там вообще поехал, засранец ты чёртов?! — продолжал горланить Кацуки, как вдруг трансляция прекратилась. Видимо, дела стали выходить из-под контроля.
— Надеюсь, что он не устроит пожар, — как-то странно повёл бровями Тодороки. Изуку готов поклясться, что это была первая попытка шутить со стороны Шото, кстати, даже очень неплохая.
— Не думаю. Ка-чан, может, и вспыльчивый, но не идиот, — улыбнулся легко Изуку.
***
— Старуха, я ухожу! — закричал Бакуго со второго этажа дома, напяливая куртку и спускаясь вниз за обувью. — Ты куда?! — возмущённо поставила руки в боки женщина, преграждая путь своему сыну. — Не твоё дело! — так же на повышенных тонах ответил Кацуки, пытаясь пройти в прихожую, но Мицуки встала как скала. — Праздничный ужин почти готов, и твои друзья здесь, ты совсем прифигел, засранец мелкий? — она хлопнула Кацуки полотенцем по голове. — Я сказал, что пошёл! — А я сказала: сидеть дома! — Старуха, ты мне не указывай, что делать! — А я сказала: дома будешь сидеть! — Мицуки ещё раз огрела сына, однако теперь рукой. — Кацуки, ты куда собрался? — выглядывая из кухни, осторожно спросил Масару-сан. — За надом, — как-то легко, даже не задумываясь, бросил в ответ Бакуго. — Бать, скажи ей, чтобы она пропустила! — Кацуки, пока ты не ответишь, куда идёшь, — мама тебя точно никуда не пустит, — пожал плечами мужчина, наблюдая за тем, как друзья Бакуго с интересом смотрели на всю происходящую картину, словно какой-то новый блокбастер вышел на экраны. Им бы ещё попкорна — и точно были бы похожи на сидящих в кинозале людей. — К Мидории, — уже кипя от раздражения, процедил еле слышно Бакуго, сверля мать взглядом. — Зачем? — продолжала допрос с пристрастием Мицуки. — За надом! — рявкнул Кацуки. — Пока не объяснишь — никуда не пойдешь! — послышался нзамедлительный ответ. — Ты куда попрёшься к людям почти под праздник? — Старуха! Ты давно сама с матерью Мидории лясы точила? Нет? Тогда чё протестуешь?! — Бакуго попытался протиснуться вперёд, но Мицуки оказалась настырнее. Вдруг лицо её резко изменилось. Она заулыбалась, закинула полотенце на плечо и грандиозно, как на каком-то фестивале, произнесла: «Отлично! Тогда мы идём все вместе!». — Что?! Нет! — завопил Кацуки, на этот раз преграждая путь матери. — Тебе нельзя оставлять гостей, потому что это некультурно, а идти к Инко с пустыми руками — дурной тон. Так что мы идём все вместе, а ты сейчас будешь помогать складывать еду в контейнеры. К тому же ты сам это предложил. Всё понял, мелкий засранец?! — сияла от счастья Мицуки, разворачивая Кацуки к себе спиной и слегка толкая его в сторону кухни, тем самым давая себе проход. — Да пошли вы все к чёрту! — рычал Бакуго, впиваясь руками себе в волосы и начиная их елозить. — Мина, можешь мне помочь переложить еду в контейнеры? А вы, ребята, помогите с фольгой, пожалуйста, — подмигнула одноклассникам сына женщина, заходя на кухню. — Старуха, я тебе этого не прощу! — вдогонку прокричал Кацуки, после чего получил прямым попаданием из кухни половником в лицо.***
— Инко-сан, Вам чем-то помочь? — любезно предложил свою помощь Тодороки, проходя нерешительно на кухню, на которой было уже жарко от включенных печей, мультиварки и конфорок. — Ох, Тодороки, прости, мне даже как-то неудобно. Ты же наш гость, — улыбнулась легко Инко-сан. — Я незваный гость, — он быстро её поправил. — Готов понести наказание в качестве помощи на кухне. — Ох, ну, тогда можешь поставить чайник на плиту. Нужно вскипятить воду для крема к торту, — попросила женщина, продолжая мешать тесто на столешнице. — Х-хорошо, — спокойно ответил парень. На самом же деле он был очень встревожен. Память о тех страшных моментах из детства вечно преследовала его. Казалось, что она как патока с каждым разом становилась всё тягучее и тягучее. — Мама, давай я, — вдруг вклинился в беседу Изуку, который едва успел расслышать просьбу матери. Он прекрасно знал эту неприятную и даже пугающую историю из жизни Тодороки, но старался лишний раз не вспоминать о ней. — Тодороки, а ты можешь, пожалуйста, взбить белки? — предложил Изуку, доставая из холодильника два яйца. Шото в готовке был профаном. Он умел готовить только бытовые блюда, и то не все они получались у него хорошо. Хорошо, что хоть в академии у него была возможность этому научиться, так как в отличие от отца, который был очень консервативных взглядов, Тодороки-младший считал, что готовить нужно уметь в любом случае, кем бы ты ни был: альфой, бетой или омегой, героем или злодеем — неважно. Худо-бедно отделив белки от желтка, Тодороки при помощи венчика стал взбивать яйца. Вроде бы получалось неплохо. За всё время своей готовки парень пытался сконцентрироваться на своей части, но каждый раз это не получалось, стоило ему поднять взгляд на Изуку. Стоя в переднике и косынке, которая убирала волосы назад, полностью открывая идеальное лицо Мидории с мягкими скулами, пухлыми щеками и прямым носом, он выглядел очень сексуально и даже горячо. Шото почувствовал, как его внутренний альфа снова начал скрести когтями где-то внутри. Он клацал зубами и выл, призывая Тодороки забрать то, что должно ему принадлежать, но Шото был сильнее своего животного инстинкта. Он готов ждать. Ведь те, кто ждут, рано или поздно получают своё. Главное не спугнуть, не обидеть. У него нет права на ошибку. Больше нет. Вдруг в дверь кто-то снова постучал. — Изуку, у нас сегодня прям аншлаг, — засмеялась Инко-сан. — Иди проверь, кто там. Мидория быстро сполоснул руки, вытер их о передник и пошёл к двери. Открыв её, парень чуть не упал, точнее, его чуть не свалили Мина и Каминари, которые в первых рядах протиснулись и тут же накинулись на Изуку, обнимая его. Потом к ним присоединился Эйджиро. — Простите за вторжение! — послышался нестройный хор разных голосов в коридоре. На звук этой какофонии вышли Инко-сан и Шото. — Инко, прости, что без предупреждения, но мы не с пустыми руками! — засияла Мицуки, протягивая две сумки с контейнерами. — Мицуки, Масару! Рада вас видеть, — заулыбалась Инко, принимая сумки с едой. — Так, с чем тебе помочь? — снимая куртку и ставя руки в боки, тем самым показывая полный боевой настрой, спросила Мицуки. — Мы почти всё приготовили. Осталось только крем для тортика сделать, да украсить его, — ответила смущённо женщина. — Слышал? — как-то немного раздражённо бросила Мицуки в сторону Кацуки. — Живо на кухню — помогай! — Да иду я уже, иду, — забурчал как старый дед Кацуки. — А ты что встал? Или мне по холодильнику самому рыскать? — рыкнул в сторону Изуку парень, хватая того за запястье и таща за собой. Тут же за ними пошёл и Шото. — Мы тоже готовы помочь! — Мина приложила руку к виску, как бы отдавая часть. — Нужно будет стулья с чердака принести и стол в гостиную поставить, — улыбнулась легко Инко. — Будет сделано! — Мина задорно засмеялась. — Я всё проконтролирую, — подмигнула подруге Мицуки. — Прости, что мы так, — произнёс смущённо Масару, подходя к Инко. Он, видимо, единственный чувствовал себя некомфортно в сложившейся ситуации. — Ты же знаешь, что, если им двоим что-то в голову стукнуло… это же бесполезно… — он продолжал извиняться и оправдывать своих сына и жену. — Может, оно и к лучшему, — улыбнулась счастливо Инко-сан. — Я не помню, чтобы в нашем доме было так весело, и пришло так много народу. Порой это жизненно необходимо.
